Akeidat Yitzchak, Author's Introduction

И вот из-за этой великой ревности наполнилось сердце мое сочинить маленькое сочинение — назвал я его «Тяжкое видение». Пришла мысль послать его даром по всей границе Израиля, — но было лишь содрогание: пойми слух, как в дни Гив’а. Итог: вышло из их старания — противоположное намерению, и работа не была достойна, чтобы могли уста наши сказать «довольно». И на это, конечно, сердце мое было больно, и на это потемнели мои глаза.

А между тем и тем — было ярмо сказанной работы тяжело на мне, и мне было зло и горько: трудно найти слова угодные с народом сильным и многочисленным, как сказано. И в моей ревности, в огне моей жажды, сердце мое было пробито внутри меня. И более чем по силам моим — завершить желаемое — напрягался я, и наполнить их волю всей силой опоясался. Также стрелы мои стряхнул я и нырнул в глубины вод, где нет рассудительностей, вслед великим, сходящим в море на кораблях, строящим для укреплений — постановления и прекрасные строения.

И было: когда падали сначала — в руке моей были бусины из стекла; и хотел я их показать знающим столам — и они исправили их и очистили, назвали их жемчугами. Ибо своей доброй рассудительностью и широким знанием подняли ценное из их глины и из их праха вывели золото. И сказали мне: принизься и дерзай; так сделай и так прибавь — освети. Упрашивали меня, увещевали приятными словами — и я был упрошен; укрепляли меня разумом своих слов — и укрепился я. Исследовал и искал: из крепости их разума в причинах простого смысла стихов вышла мне пища здоровая; и из сока их сердца в наслаждениях рассказов вывел я реки — потоки меда и молока; и из духа их понимания понял я себе в торных исследованиях знание удивительное.

Часть дал я им по Галахе и по закону — порядок за порядком — по порядкам года; а излишек был у меня — «ле-мана цфуна» (ле-мана цфуна — к скрытой доле), в верной страже Господа. И так прошел разбор по книге Торы, и разделил я его: «цав ла-цав, кав ла-кав» — и тысячи хвал и множество благодарений Тому, Кто воздал мне и удостоил меня вернуться по этому пути в круговращениях дней. Хотя изменились на мне обстоятельства и обновились для меня лица: ибо поколение мое двинулось, и дом моего пребывания переселился в Кле"аойс — большой город дорогих и разумных, людей избранных, особых. И там вернулась ко мне группа учеников; даже дух мой внутри меня стал острым, и открылись передо мной еще прозрачные окна. И добавил я смотреть еще видения и оттенки — лица от лиц различны.

И за два года вернулся и исправил: убавил и прибавил, как подобало. «Нафтулей Элоhим» (нафтулей Элоhим — божественные сплетения/борения) и сочинения — сплетался я и связал петлями; и вот поднялось все — связано и соединено веревками и цепями, буква к букве. И хорошо стало дело в глазах моих, и нашло милость и благоволение передо мной, пока не пробудили меня мои помыслы; и сердце мое также увидело и возрадовалось моему труду и наставило меня, и сказало мне: хорошо ли тебе — отвергать труд рук твоих? И в твоем труде, что трудился ты в поте лица твоего, — зачем тебе спать? положи его печатью на сердце твое, ведь он — на твоем счете; и пусть не погибнет при твоей гибели, и память его не исчезнет при твоем собирании.

И если ответишь словам твоим, говоря: я боялся, ибо сказал: как бы не поднять на мои листы то, что откроет мой недостаток, — и были бы руки верности моего пера свидетельствовать о краткости моего знания, и утвердит со мной моя работа — привести в мои почки удары бьющих и стрелы указывающих напротив моего сочинения — моим мечом и моим луком. Вот — не прав: отвечу тебе, упрекну тебя и расставлю перед глазами твоими: не твой ли страх — твоя глупость? твоя цельность — твоя гордость! Ибо если так, как ты говоришь, — недостаток твой открыт в твоих глазах, и малость твоей опоры не скрыта от твоего знания. Вот были у тебя уши — убежище и укрытие от твоих мер [н/в: «ударов»]; ибо похвала, приходящая к тебе за малую долю добра, найденного в твоем деле, намного больше вины, возвращаемой на тебя за краткость постижения.

И во-вторых: кому я нашептываю и прошу от тебя, если не — помогать и приносить пользу людям короткой руки, как твоей, или меньшим твоего уровня, от ударов которых ты уверен и на пользу которых надеешься; а тревожиться о твоей чести — зачем лишать себя награды и воздаяния? Далеко от тебя грешить против себя. Поэтому опояшь-ка, как муж, чресла твои; приготовься навстречу Богу твоему. И если постижение твое кратко и мало — вот сообщил я тебе верно: если положишь сердце твое к работе ради нее самой и направишься на путь правильный, — ибо Он дает мудрость, из уст Его — знание и понимание.

Окружили меня слова сердца моего, настигли меня; к покою повели меня, обличили и теснили до стеснения; наказывали меня почки мои и связывали. И если работа многочисленна, а знание кратко, — опора моя на Бога, ибо Он благ и благую весть принесет. Господь, говорящий мне: встань, укрепись в твердыне твоей — ибо все сможешь и не будет невозможно.