Akeidat Yitzchak 102

И на все эти четыре причины, препятствующие человеку в достижении нравственного совершенства, намекает также поэт (Теилим 42): после того как он сообщил силу своей жажды, которой жаждет всякий истинный разумный достигнуть душевного и духовного совершенства, в словах: «как олень жаждет… так душа моя жаждет Тебя, Элоким», — он объяснил первую причину, препятствующую ему в этом, сказав: «была мне слеза моя хлебом…», то есть: поскольку только великим трудом и в поте лица я могу добывать себе все необходимые телесные нужды, которые он в общем называет «хлебом», как основную пищу человека, — я не могу достигнуть и познать Всевышний как следует, так что всякий посторонний может сказать мне с насмешкой и поношением: «где твой Бог?» Но затем он говорит, что утешится этим, говоря своей душе: «надейся на Элоким…», ибо Он спасёт тебя и доставит тебе все эти нужды без большого труда и усилия, так что ты сможешь разуметь и знать Всевышний.

А о второй причине он сказал: «бездна к бездне взывает… все валы Твои и волны Твои…» — и всё это является обозначением движения и переворотов высших и низших сил природы, действующих на все нижние творения и вместе на человека, тревожащих его от достижения совершенства; и о ней он также утешил себя, сказав: «днём заповедует…», то есть: когда я буду молиться Живому Богу, Он заповедует обо мне Свою Хесед, чтобы хранить меня от случаев времени и ударов природы.

А о третьей причине он сказал: «почему я хожу мрачен под гнётом врага?» — и влил капли утешения также в чашу своей скорби, говоря своей душе: «надейся на Элоким…», ибо Он спасёт тебя от всякого врага и мстителя и от тесноты всех твоих ненавистников.

А о четвёртой причине он распространился здесь и удлинил речь, молясь Всевышний, чтобы Он сохранил его от того, чтобы быть [поражённым] тремя группами носителей разных испорченных мнений. Одну из них он назвал «народом не‑хасидным» — это те, кто думают, что мера хасидства — верить в высший Божественный приговор, властвующий над всеми делами творений вместе, и что только по нему одному и человек вынужден делать то, что делает, или воздерживаться от того, от чего он прекращает. И они думают этим украсить и возвысить Всевышний, приписывая Ему силу и власть, принуждающую также ко всем выборам людей, без всякого учёта, — ибо тем самым они отрицают веру в то, что свободный выбор дан в руку каждого человека, и [отрицают] веру в награду и наказание, которые даст им Всевышний взамен их добрых и дурных дел; ведь раз они принуждены во всех своих действиях, нет руки и места воздать им за них. Поэтому поэт назвал их здесь, вопреки их испорченному мнению, «народом не‑хасидным».

А вторая группа включает тех философов, которые верят во Всевышний как в причину всех становлений и всех существований, и потому Его следует возвышать и прославлять над всем; и при всём этом они отрицают Его частное знание о всех событиях существующего и о делах людей, и не верят, что Он хочет и избирает добрые деяния человека и гнушается злыми из них. И хотя при всём этом они не уклоняются от пути морали и прямоты, это только потому, что они любят добро и прямое со стороны их самой сущности; поэтому они обладают добрыми и прямыми качествами. И каждого из этой группы он назвал «человеком коварства», ибо устами они благословляют и прославляют Всевышний, хотя в сердце их и в этом их испорченном мнении они умаляют Его величие, да будет Он благословен, и ослабляют силу Его Божественности.

А третья группа — это те, кто открыто и дерзкой рукой отрицают существование Всевышний и говорят, что всё происходящее на небесах и на земле — лишь по случаю и совпадению. И каждого из них он назвал «человеком неправды», ибо раз «страх Бога судит на земле» не стоит перед их глазами, они ходят в произволе своего злого сердца и умножают делать труд и суету, и притеснение и насилие на земле.

И против этих двух групп он сказал: «от человека коварства и неправды избавь меня» — тем, что Ты осветишь мои глаза достигнуть истины, как сказано: «пошли свет Твой и истину Твою…».

И вот, когда Всевышний пожелал, чтобы при выходе Израиля из Египта они приняли Тора и постепенно достигли своего душевного совершенства, идя сорок лет в пустыне, Он устранил от них все эти четыре препятствующие причины. Ибо, излив им ман и насытив их хлебом небес, и дав им также прочие их нужды без труда и тяготы — ибо одежды их и обувь их не износились на них, — Он устранил от них первую препятствующую причину, на что намекают также слова наших мудрецов: «не дана Тора иначе как едящим ман» (то есть: если бы они тогда не были свободны от всякой заботы о пропитании и обеспечении, поедая ман досыта, они вовсе не смогли бы укоренить в своём сердце учения Тора и страха [Небес], которые были для них новыми размышлениями, каких они никогда не предполагали; ибо в Египте большинство их с юности было воспитано лишь на коленях глупости и отсутствия знания и истинной веры, и сердце их было необразовано в знании и разуме таких драгоценных вещей. А только нам, всему дому Израиля ныне, когда мы и отцы наши были воспитаны уже с рождения и из утробы на лоне Тора и веры, — очень легко укоренить её учения в глубине нашего сердца даже тогда, когда забота о пище и бремя старания добывать добычу нашим домам изо дня в день тяжким грузом лежат на наших плечах).

И поселив их в суккот во все дни их хождения по пустыне, как сказано в стихе (Ваикра 23): «ибо в суккот Я поселил сынов Израиля…», что, по словам наших мудрецов, означает: Он покрыл их облаками славы со всех сторон, чтобы хранить их от всех перемен воздуха и его переворотов — от стужи и зноя, от зноя и солнца, от потока и дождя — и от всяких болезней и недугов тела, вызываемых всем этим, и от прочих случаев и ударов времени (поэтому не износились также их одежды и обувь на их ногах; ибо, как известно, именно перемена воздуха — от холода к жаре и от сухости к влажности и прочие смены времён — вызывает вред, порчу и изнашивание одежды с течением времени). И на устранение этих двух причин намекнул Писание (сказав выше, 29): «я водил вас… не износились одежды ваши…»… «хлеб» (земли, который только трудом, тяготой и великим усилием поле выведет вам год за годом) «вы не ели…», — ибо хлеб сильных и зерно небес было вам в пищу.

Также прекратил Он у них врага и мстителя и не дал народам земли вокруг них причинять им зло; и только вышли — вышли им навстречу на войну Сихон и Ог, — был Всевышний в помощи Израилю и дал их в их руку, так что они поразили их до истребления и взяли всю их землю из их руки. Этим Он устранил от них и третью препятствующую причину, как указал на это Писание, сказав там: «и пришли вы к месту этому, и вышел Сихон…».

И чтобы устранить от них также четвёртую причину — испорченные мнения, которые иногда поднимаются в сердце человека, «кривее всего», — Он положил перед ними слова завета, которые укажут им не только путь, по которому идти, и дело, которое делать — к их благу во все дни, но и учения истинной веры, чтобы не упали они в сеть ошибки и в силки ложных мнений, как указал на всё это Писание, сказав там: «и соблюдайте все слова завета… дабы вы уразумели всё, что будете делать».

И вот, чтобы устроить Израилю и после их прихода в страну, чтобы было хотя бы некоторое время в году, в которое отступят от них, в некотором смысле, все эти четыре препятствующие причины — чтобы могли они тогда усовершенствовать свою душу в более совершенной степени, чем во все дни года, когда они заняты своей работой, каждый своей — работой поля и виноградника, — было заповедано им подниматься в Иерусалим три раза в году: в Песах, в дни весны, когда обновляется лицо земли, снимая с себя покрывало вдовства, и долины облекаются цветами и приятными растениями без числа; буря осени и зимы становится тишиной, и вместо неё пребывает чистый ветер, приятный и отрадный обонянию всякого человека; и в Шавуот — при начале лета, когда наполняется лицо мира плодом, и, во всяком случае, радостью и весельем о начале первенцев земли; и в Суккот — когда ликует всякий язык и радуется всякое сердце при собирании каждого из гумна своего и из точила своего по благословению Всевышний, которое Он дал ему. Ибо в эти три времени, когда воздух очищен и свет солнца ясен в небесах, тем более в земле Кнаан и во всех её окрестностях, и холод и жар ещё умеренны так, что не поражается человек ни стужею, ни зноем, и душа всякого человека ликует радостью, наслаждаясь тогда наслаждениями и лакомствами природы, — люди сохраняются также от всяких болезней тела и не поражаются недугами плоти; и тем самым устраняется вторая препятствующая причина.

А поскольку каждый человек из Израиля приготовит тогда себе припасы в путь и принесёт туда десятину своего зерна, вина и масла и десятину своего крупного и мелкого скота; и поскольку заповедь возложена на каждого богатого человека — радовать там также душу своих бедных и нищих братьев и наделять из своего добра пришельца, сироту и вдову, — не будет там недоставать всем достаточного обеспечения всех их телесных нужд; напротив, будут они жить там в сытости и во множестве всего, без заботы о пище и пропитании, так что устраняется у них и первая препятствующая причина, отвлекающая их сердце к путям умозрения и познания.

Также от восстания ненавистников и притеснения врагов, что является третьей препятствующей причиной, обещал им Всевышний хранить их в то время, сказав: «и не пожелает никто земли твоей…». И видя там, как коэны совершают службу своего священства и как они обучают законам Всевышний и Его судопроизводствам Израиль, исчезнут не только ложные и испорченные мнения из глубины их сердца, что является четвёртой препятствующей причиной, но и истинные учения и основы укоренятся в их разуме и знании так, что при выходе из Иерусалима, чтобы вернуться и идти к своему дому, они будут чисты сердцем и целостны душой в отношении своего понимания и знания основ своей истинной веры больше, чем были вначале, когда входили в ворота Иерусалима (на что намекает также стих в Йехезкель 46: «и когда придёт народ земли перед Всевышний в праздники, не возвратится путём ворот, которыми вошёл, ибо прямо выйдет» — то есть: в конце дней, когда дом будет построен снова на своём месте, народ, приходящий туда поклониться перед Всевышний Цваот и молиться Ему, выходя оттуда, не будет в том же нравственном состоянии и совершенстве, что было вначале, при входе в святость, но — в степени совершенства большей и более почтенной; ибо там, в месте святости, обновятся им истинные мнения, противоположные и противостоящие их прежним отделённым мнениям, так что ныне они усовершенствуют свою душу больше, чем прежде. И только о наси, который уже был совершенен в своей вере, «господствует с Богом и с святыми верен», сказано в намёк на это: «и когда войдёт наси путём притвора ворот — войдёт, и своим путём выйдет»).

Но не только это святое место, а и сами регалим — время их восхождения видеть лицо Всевышний в Иерусалиме — приведут к тому, что укоренятся в них основы религии и истинной веры. Ибо в Песах, когда напомнятся они в день, когда вывел их Всевышний из Египта крепкою рукою и простёртою мышцей, утвердится в них вера во владычество Всевышний могучее: что рука Его властвует над всем, делать всё, что пожелает, на небесах вверху и на земле внизу, согласно всем знамениям и чудесам, которые Он совершил в земле Хам, и Его дивам в пучине. И в Шавуот утвердится в них также вера в управление Всевышний Своим миром естественным путём: ибо потому, желая сделать добро Израилю, Он дал им Тора истины, чтобы сообщить им путь, по которому идти, и дело, которое делать к их благу во все дни, — не только ради награды и доброго воздаяния, которое даст им чудесным образом вследствие того, что они послушались Его голоса, чтобы ходить Его путями и хранить Его законы и Его заповеди, но и естественным путём (ибо идущий срединным путём во всех своих действиях и не уклоняющийся также в своих телесных наслаждениях и удовольствиях к крайности избытка или недостатка — будет всегда здоров и крепок, разумен во всех своих путях и благополучен на земле, и только добро и Хесед будут следовать за ним во все дни также по законам природы и последовательности причин и следствий).

А праздник Суккот напомнит им сначала, в его первые семь дней, при выходе их из постоянного жилища в временное жилище, — о двух мирах: мире отделённых разумов, откуда взята их душа, и о нижнем, земном мире, в котором они живут число дней своей жизни на земле, — которые вместе являются престолом Всевышний и местом Его пребывания; ибо Он управляет ими, как всадник управляет своей колесницей, на которой он сидит. И на это намекает Писание, говоря: «утверждён престол Твой оттоле», то есть со дня, когда Элоким сотворил землю и небеса. И укоренится в их сердце посредством этого также мысль, что духовный мир — основной и постоянный, а земной — лишь подобие временного жилища и постоялого двора гостей. А в Шмини Ацерет, который в конце его, и он только один день, и в нём будет принесён также только один бык и один баран, — будут они помнить о Всевышний, что Он один и Он первопричинный всему, как сказано: «от века Ты», по числу слова «один», которое также предшествует всем прочим числам, приходящим после него.

И согласно сказанному до сих пор поймём также смысл заповеди Хакхель и причину того, что она бывает только в Суккот по завершении семи лет: ибо в год Шмиты, когда все прекратят и отдохнут от всякой работы поля и виноградника, и благословение будет находиться в их амбарах, как обещано в стихе (Ваикра 25): «и даст урожай на три года», — устранится от них забота о пропитании и труд и усилие добывать его, в отличие от прочих лет. И в Суккот, после прохождения весны и лета, будет также воздух во всех местах, и тем более в земле Израиля, более чист, уравновешен, ровен и здоров, чем в Песах в начале весны после прохождения дней осеннего дождя, снега и льда, и чем в Шавуот, уже близком к лету, когда усилится жара. И при том, что весь Израиль собирается тогда там, будет над ними в целом более покровительствовать надзор Всевышний, чтобы хранить их от всякого врага, который захотел бы восстать на них. И когда их глаза увидят царя в его красоте и величии, стоящего на возвышении и читающего им в уши Тора, — не произведёт ли это более сильного впечатления среди них, чтобы устранить от них всякое ложное мнение? И поскольку посредством соединения всех этих условий времени и места и достойных людей вместе устраняются все четыре причины, препятствующие должному умозрению и размышлению о возвышенных и высоких Божественных созерцаниях, так что желаемая цель достигается тогда наилучшим образом, — поэтому было заповедано, чтобы и дети, и женщины были в этом драгоценном и избранном собрании: чтобы чтение Тора из уст царя оставило отпечаток также в сердце маленьких детей на будущее, и чтобы они научились ещё с юности бояться Всевышний. И тем самым облегчит впоследствии, когда они вырастут, бремя их воспитания в Тора и нравственности для отцов, ибо, как известно, отпечаток, сделанный в сердце юноши, нелегко исчезает, но остаётся всегда в нём, как гвоздь, вбитый в верном месте (подобно тому, что сказали наши мудрецы: «нафка‑мина к гирса де‑янкута»), то есть: то, что человек выучит с юности, сохраняется в его знании и разуме больше, чем то, что он выучит лишь потом, когда вырастет и станет мужем. И это же сказал также Р’ Элазар в высказывании, с которого начал рав, благословенна его память: «дети — зачем приходят? чтобы дать добрую награду приводящим их», ибо нет награды и воздаяния лучше для отцов, приводящих их туда, чем то, что эти их малые дети будут затем легче воспитаны ими идти путём справедливости и прямоты. И он объяснил это в словах стиха, что выражение «и их сыновья…» относится к детям, а не к будущим поколениям; и причина и основание, которое он дал для приведения детей также слушать это чтение Тора из уст царя, очень понравились Р’ Йеошуа, так что он сказал о нём: «добрая жемчужина была у вас в руке, и вы хотели утаить её от меня».

Ибо знает Всевышний речь сынов человеческих, что их склонность и шаги — изделия их деяний; поэтому Он надзирал над ними в Своей великой мудрости, чтобы восполнить их недостатки. Ибо ясно, что человек по своей природе подвержен и готов к тому, что в праздничные времена он станет на колени и падёт под четыре главных вида ущерба, из которых одни внедрены в его создании, а другие — в вещах, необходимых ему; это чувственные препятствия, тревожащие человека от достижения его совершенств.

Первое — то, что требуется по необходимости его гиюланиют (hiyulaniyut) (материальности): что он нуждается в пище для жизни и в одежде, чтобы защищать его от холода и жары и прочих ударов, и он вынужден постоянно быть занятым их поиском; и если день или два он остановится — не будет жить. И это — чрезвычайно великая занятость; рав Морэ, благословенна его память, счёл её пятой причиной в главе 34, часть 1.

Второе — что даже если найдутся у него все нужды, необходимые для роста и взамен того, что излито, — ещё родятся в круговоротах дней заботы и смятения; и из изменений состояний звёзд в их движениях и переменах обновятся на лице мира дурные явления, которые породят в телах человека многие болезни, удары и язвы, от которых ни один человек не спасётся; они сильно будут тревожить людей и очень их пугать, чтобы стоять за свою душу, как много распространился об этом автор «Бхинат ха‑Олам».

Третье — притеснения со стороны другого, такие как бедствия от притеснителей — врагов, восстающих на человека и властвующих над ним и над его имуществом; ибо поистине они изгоняют его от присоединения к поиску его стремления, как упомянул рав Морэ также в начале главы 70 и в другом месте — глава 11, часть 2.

Четвёртое — наследование ложных мнений, которые вкладываются в уста учеников из‑за недостатка знания учителей: либо из‑за порочности их верований и их мнений, либо из‑за путаниц, которые падают в доказательственном учении, как мы написали во введении к этой книге на [слова]: «ибо восстали на меня лжесвидетели», и в других местах.

И вот это — то, что по надзору Всевышний над этим народом Он восполнил им всё это во все дни их пребывания в пустыне, чтобы они достигли своего совершенства в познании Его, да будет Он возвеличен, как упомянул их Моше — все четыре, одну за другой — в конце раздела «Ве‑hая ки таво», как придёт.

«Это вспомню и изолью на себя душу мою…» (Теилим там же). Сказал: эти вещи, которые я сказал, вспомню и изолью на себя душу мою, потому что они — великая причина: ибо пройду я через известное число покрова — сил и чувств, которые даны перед ней, чтобы служить ей и исполнять её службу; из-за их занятости поиском дел мне придётся приводить в движение и понуждать её с огромной тяжестью — до Дома Бога, и ухищряться с ними много раз в вещах, подходящих им, и иногда — немного — в вещах, подходящих созерцанию, как у «толпы празднующей», которые участвуют голосом радости и благодарения таким же образом, — то есть: радостью в изобилии, а благодарением — в малом. И были слова начальника хора, укрепляющие его разумную душу от этого страдания и возвращающие ей его речи: «Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься во мне? Надейся на Бога…» — то есть: не печалься, душа моя, и не отчаивайся в этом, ибо есть сила в молитве и мольбе — просить от спасений лица Его так, чтобы случались у тебя все твои нужды, не отвлекая весь день к ним долю твоих сил и замыслов; и это — вещь весьма истинная, как сказали: «Из-за того, что сердце их было к Небесам, работа их благословлялась и Тора их сохранялась» (Брахот 35:). И вот об этом сказал Моше: «И водил я вас сорок лет в пустыне; не износились одежды ваши, и обувь твоя не износилась на ноге твоей; хлеба не ели и вина и шехара не пили…» (Дварим 29:5) — то есть: не нужно было им трудиться о пищу и о прочие нужды; всё было им готово, чтобы не отвлекали себя от постижения и знания Всевышнего, Бога их. И потому сказали (Мехильта, парша Бешалах): «Не дана Тора, кроме как едящим ман». А после того как упомянул первое, перешёл ко второму и сказал: «Боже мой, на мне душа моя унывает; потому вспомню Тебя из земли Ярдена…» — сказал, что ещё есть у него иная причина, из-за которой она не может успокоиться, поскольку и она также удерживает его от совершенства и вызывает, что он вспоминает Имя издалека, ибо не близок Он к нему уже много дней; потому он вспомнит Его из земли Ярдена и Хермонов… — и это удивительные события, о которых рассказала Тора: они были сделаны нашим отцам прежде. Но руки наши не сделали поступков достойных, и глаза наши не видели, как первые чудеса. И что это: «Бездна к бездне взывает, к гласу Твоих водостоков; все волны Твои и валы Твои прошли надо мною»? *Уже написали мы и т. п., то есть: ибо так, что именем «верхние воды» называется верхний мир с ангелами и отделёнными разумами, что в нём; по мнению древних мудрецов, они изливают своё влияние по Всевышнему, повелевающему это им, — на нижний мир, место пребывания четырёх элементов, из которых составятся и будут приготовлены материи всех нижних существ, называемые именем «нижние воды», которые под твердью небес; и из этого высшего влияния возникают все живые существа и неживое, и произрастают все растения, и растут и питаются, пока находятся на земле; также ими обусловлены круговращения дней и времён и смена сезонов, называемые в общем «естественным порядком», постоянно действующим, и изменения воздуха, возникающие лишь иногда — как свирепый ветер и буря с проливным дождём, и падение камней града и льда, — которые называются «чуждым и случайным порядком»; и из всего этого вместе рождаются разные болезни и недуги в телах людей и прочих живых существ и растений, как известно мудрецам природы. И на всё это намекает здесь певец, говоря: «Бездна к бездне взывает» и т. п.

Уже написали мы в статье «Да будет твердь» то, что подтверждено из слов наших мудрецов, что совокупность верхних и нижних существ в Маасе Берешит будет называться верхними водами и нижними водами — истолкуй оттуда. И вот известно, что нижние воды, то есть четыре элемента и все существа, возникающие из них, — испытывают воздействия в подготовке материй от движений сфер и получают формы от влияния отделённых; и те и другие включаются в общее понятие верхних вод, ибо от них пасётся камень существования в целом — в продолжении роста и становления, и увеличения и питания всех одушевлённых, и обновления периодов дней по естественному порядку, и также по чуждому порядку — как падение проливного дождя и града, и камней льда, и бурного ветра, разбивающего горы, иссушающего; также жара, выходящие из меры, — всё тянется на нижние от этих верхних вод и множества их воинств, их соединений и противостояний и прочих их состояний, и от их стояния в созвездиях или в их частях; всё это — из того, что очень мучит людей, и делает их больными, и тревожит их новыми и старыми видами болей, и рождает в них дух заблуждений, а также всякую болезнь и всякий удар, который не записан, — удерживающие их и отдаляющие их от их совершенства весьма далеко от человека. Потому сказал в достойной, краткой аллегории всё это, говоря: «Бездна к бездне взывает, к гласу Твоих водостоков», ибо нижняя бездна, которая есть совокупность нижних вод, взывает к высшей бездне, которая также есть совокупность верхних вод, — к гласу водостоков Творца Берешит, то есть к влиянию и множеству действий, нисходящих сверху вниз, чтобы нижние принимали от них свой удел — постоянный удел, как установил Царь мира. А «все волны Твои и валы Твои» — то есть все тревоги и потрясения, происходящие от их действий, прошли надо мною. И как преуспел этот красноречивый в рассмотрении мира — рассказать в этом украшение слов истины в этом же стиле, когда сказал: «Вы, братья мои, видьте, что дал Всевышний стрелы в руку солнца, а лук Свой дал в облако; а я беден и страдаю, послан я вот…» и завершил: «направят ко мне милости свои; окружат меня множество их; также ненависть их, также ревность их — я понесу». Также об этом сказал певец: «Днём повелит Всевышний милость Свою, а ночью — песнь Его со мною, молитва Богу жизни моей» (Теилим 42). Сказал: и это также не будет достаточно, чтобы отогнать человека во всяком случае от старания в мудрости и в созерцании, ибо когда он спокоен и безмятежен от тех тягот, что подобно «дню», который идёт, и свет — повелит Всевышний милость Свою с ним, и он достигнет того, что в его доле достигнуть, так что также «ночью», что является намёком на те дальние часы, всё ещё «песнь Его со мною». А смысл «песни» — *подражание тому созерцанию и его воспоминание на чужом языке. Подражание тому созерцанию и его воспоминание, хотя и не будет в его совершенстве. Однако: דבעית צלותא האי שמעתתא (д-баит цлута hай шмаата — «ибо это требует молитвы, это учение»). И потому сказал: «молитва Богу жизни моей». И вот эту тяготу включил Моше, говоря: «не износились одежды ваши, и обувь твоя не износилась на ноге твоей», ибо кроме того, что он имел в виду обеспечение, есть ещё удивительная вещь: что не властвовали износ и порча над их одеждой и над обувью на их ногах; и это было только по причине того, что Он окружил их облаками славы со всех сторон, так что не властвовала над ними причина из причин разрушения — от жары и холода, и влажности и сухости; и не нужно говорить — от дурных ветров и громов и молний и прочих небесных ударов, о которых мы упомянули; тем более что это продолжается в сущности и прежде всего — к сохранению самих тел; и это дело верно и ясно.

И когда завершил он говорить о втором, перешёл к третьему и сказал: «Скажу Богу, скале моей: почему Ты забыл меня? почему хожу я мрачно под притеснением врага?» — который всегда будет притеснять его, тесня его словами тяжб и ссор, из-за которых он должен отвлечься от труда своей души, чтобы вырваться и спастись от него; и тем более верно это во все дни владычества народов над нами, которые притесняли нас разными указами и податями и всякого рода порабощениями, и нет спасителя; ибо это — рана и ушиб и свежий удар, сокрушающий кости и достигающий до внутренности. И потому сказал (там же): «Как убийством в костях моих поносили меня враги мои, говоря мне весь день: где Бог твой?» — ибо это великое поношение, что говорят мне весь день: «где Бог твой, который был у тебя, пусть придёт и спасёт тебя во время твоих бед», — и этим они убивают мои кости и изнуряют плоть и кожу; и это было причиной уничтожить мудрость наших мудрецов и скрыть разумение наших разумных, как мы написали прежде. И были также к этому слова начальника хора: «Что унываешь ты, душа моя…» — то есть: да не будет так, как говорят враги, отчаивающие тебя от Бога твоего, но «надейся на Бога», ибо ещё возвратишься к Нему, и Он возвратится к тебе, как упомянуто в главе о Тшува: «и возвратишься до Всевышнего, Бога твоего… и возвратит Всевышний, Бог твой, твоё пленение». И потому сказал: «спасения лица (Его) и Бог мой», ибо из обоих завершится дело. И об этом сказал Моше в упомянутом месте: «и пришли вы в это место, и вышел Сихон, царь Хешбона, и Ог, царь Башана, на войну, и поразили мы их, и взяли всю землю их, и дали в наследие…» — и смысл: что не только не тревожили нас враги, но их выход к нам был нам в помощь и на пользу тем, что мы взяли их землю и дали в наследие Реувени, ибо расширили мы ею нашу границу и поселились просторно.

Однако после этого перешёл к четвёртому — в отдельном псалме, потому что она главная в замысле и кол, от которого всё зависит; ибо все предыдущие — тревожат, но эта — полностью препятствует. И сказал:

И назвал причину прошения этого суда, говоря: «ибо Ты — אלהים крепости моей; почему Ты оставил меня? почему, омрачённый, хожу я под гнётом врага?» — ибо Ты дал меня в страны кутеев, обладателей этих испорченных мнений, у которых в руках — разврат предпосылок, а в правой их руке — ложь доказательств. И сказал: «почему, омрачённый, хожу я под гнётом врага?» — подобно тому, как сказал דוד: «не предай меня на волю врагов моих, ибо восстали на меня лжесвидетели и изрыгающий насилие» (там 27), как я написал в упомянутых первых вратах. И каково же исправление? «Пошли свет Твой и истину Твою — они поведут меня», как сказано: «научи меня, ה׳, пути Твоему и веди меня путём ровным» и т. д.; ибо Твоё знание и Твоё учение — только они поведут меня, приведут меня «к горе קדושה Твоей и к жилищам Твоим», к которым устремление всякого цельного, как сказано: «кто взойдёт на гору ה׳? чистый руками и чистый сердцем, кто не возносил напрасно души моей и не…» и т. д. (там 24). «И приду я к жертвеннику אלהים, к אל радости ликования моего». И «кто устоит на месте קדושה Его» — то есть, с этим он дойдёт до устройства глубоких предметов и постигнет дела жертв, приносимых на жертвеннике האלהים, и их тайну, ибо это — предметы радости души и её ликования, поскольку они из наиболее удивительных предметов в исследованиях.

И был ответ «побеждающего» также на это: «что ты поникаешь, душа моя, и что ты стонешь во мне?» и т. д.; то есть: молчи пред ה׳ и надейся на Него, чтобы просить у Него росы твоего спасения из среды народов, обладающих этими испорченными мнениями, — ибо ещё немного времени, и Он изольёт на тебя излияние прямоты и правильного учения, достаточное, чтобы довести тебя до меры, при которой ты сможешь благодарить Его и благословлять Его в истине. И этот стих был общим для всех этих четырёх предметов и хорошо принимает их намерения. И поскольку это завершается избавлением и спасением от врагов, упомянутых прежде, сказал и об этом: «спасения лица моего и אלהי мой» — подобно ему, ибо невозможно совершенству достигнуть иначе как посредством обоих, как мы упомянули там.

И об этом сказал משה там, в завершении своих слов: «и храните слова этого завета и исполняйте их, дабы вы преуспели во всём, что будете делать» (Дварим 29:8). Сказал: ведь он положил перед ними слова того завета, который предшествует всем словам учения и наставления, что он расположил перед ними — из мнений и деяний, посредством которых они поймут, что им делать, и не будут нуждаться идти вслед за другими учениями, которые не принесут пользы и не спасут, или которые исказят и испортят мнения учащихся. И отныне, завершив для них четыре вещи, нет у них задерживающего и препятствующего — до того часа.

А в праздник Шавуот разъяснится и прославится у них второе владычество — природное, относимое к людям совершенным со стороны их совершенства; и то, что дарование Торы в целом, в правоте её путей и её заповедей, прославит, что праведен и прям Г-сподь, нет кроме Него руководящего и устрояющего; и со стороны того, что природы всех существ согласуются с этим Его управлением, будет видно, что Он управляет и повелевает в мирах, которые создал, и нет большего природного совершенства, чем это; и о нём сказал певец: «Также утвердится вселенная — не поколеблется» (там же).

*А в праздник Суккот и т. д., который делится на два, так следует исправить; и смысл в том, что этот праздник включает два назначенных срока вместе: праздник Суккот в его первых семи днях и праздник Ацерет в его восьмой день, который является праздником сам по себе относительно многих вещей (см. Сукка 55б и Моэд Катан 24б). И в праздник Суккот, который восходит к двум, разъяснится у них также третье владычество, которое тоже делится на два: либо к предвечности престола царства со стороны его самого, либо к предвечности Его владычества и Его пребывания на нём, о которых сказал певец: «Твой престол утверждён издавна; от мира Ты» (там же) — вот обе.

И вот, в пребывании в сукке и в её намерении — по пути того, что сказали (Сукка 2а): «Выйди из постоянного жилища и сядь во временном жилище», — и в малочисленности быков в семи днях праздника, разъяснится им ничтожность этого мира, который есть мир временный, и обязанность уменьшить занятия низменными делами, как хорошо разъяснено в разделе «Сукка», Шаар 67, глава 7. И утвердится у них существование высшего, духовного, успешного мира, который предшествует несоизмеримо по ступени; и тот высший мир — начало Его царства, да будет Он возвышен, над существами, и к нему относится Его первое царствование. И этот вид царствования обязуется каждый человек воцарить Его, чтобы считаться среди воцаряющих Его; и к этому направил певец, говоря: «Твой престол утверждён издавна» (Теилим 92), как мы сказали.

Однако Шмини Ацерет, который один день, также выделен своими жертвами: один бык, один баран, один ягнёнок — намекнёт на принятие ига Его царства со стороны Его древнего соотнесения; ибо смысл Его предвечности — лишь в том, что Он — абсолютно единый простой со всех сторон; о такой группе сказано в конце бедствий: «В тот день будет Г-сподь один — простой абсолютно» (Зехарья 14:9); и это то, что сказано: «От мира Ты», как упомянуто.

И вот, напротив всех четырёх он вновь сказал: «От голоса вод многих, могучих прибоями моря, могуч Г-сподь на высоте» (там же). Однако на всё-всё он заключил и сказал: «Свидетельства Твои весьма верны…» — «на долгие дни», то есть: верное свидетельство есть у Него, да будет Он возвышен, обо всём этом — невозможно их отрицать; однако дому Его подобает святость этих знаний, их оглашение и их утверждение — когда весь Израиль приходит видеть пред Ним три раза в году; ибо во всём, что они увидят, услышат и изучат там, как мы сказали, это утвердится у них без всякого сомнения. Поэтому он просил, чтобы это продолжалось «на долгие дни». И это то же, что сказал певец, говоря: «Ради дома Г-спода, Б-га нашего, буду искать тебе блага» (Теилим там, 122), как мы сказали.

И вот, потому верный пастырь увидел — в своей любви и милосердии к народу своего пастбища, чтобы [была] благость Г-спода над ним и над ними, — в конце своих дней и своих дел с ними, поставить перед ними это наставление в совершенстве. И это — после того как он сообщил им, что уже исполнились его дни, будучи он сыном ста двадцати лет, и не осталось в нём силы по естественному обычаю, как у прочих людей, выходить и входить; ибо Калев, будучи ещё сыном восьмидесяти пяти лет, сказал: «Как сила моя тогда, так сила моя и теперь» (Йегошуа 14). А если полагаться на чудо, о котором сказано: «И Моше — сын ста двадцати лет в смерти своей: не потускнел глаз его и не иссякла свежесть его», — невозможно, ибо Он — Тот, Кто сказал ему: «Не перейдёшь этот Иордан»; потому расставание их с ним было необходимым. И он уже укрепил их сердце и ободрил их тем, что Б-г, да будет Он возвышен, будет с ними и придёт с их воинствами совершать их войны, как было в его дни; и также Йегошуа он повелел и подстегнул перед ними относительно них.

И после того как он передал книгу Божественной Торы, что была в его руке, в руки коэнов, сыновей Леви, несущих ковчег Завета Г-спода, и всех старейшин Израиля, началом слов уст его заповеди к ним было по этому важному делу, на котором мы остановились, как сказано: «И заповедал Моше им, говоря: По истечении семи лет, в срок года шмиты, в праздник Суккот, когда придёт весь Израиль предстать пред лицом Г-спода, Б-га твоего, в месте, которое Он изберёт, прочитай эту Тору пред всем Израилем в уши их. Собери народ: мужчин и женщин и детей, и пришельца твоего, что в воротах твоих, — чтобы слушали и чтобы учились, и чтобы боялись Г-спода, Б-га вашего, и соблюдали исполнять все слова этой Торы. И сыновья их, которые не знают, услышат и научатся бояться Г-спода, Б-га вашего, все дни, которые вы живёте на земле, в которую вы переходите через Иордан…»

Он направил мудростью своего Творца: чтобы при слушании ими слов Торы из уст царя на том дивном всенародном собрании был назначен особый срок, в который завершатся все дела со стороны четырёх упомянутых сторон — самым совершенным образом, какой возможен. Потому он избрал из всех лет — год шмиты, и из всех праздников — праздник Суккот, и из всех их приходов туда — избрал тот, в который придёт почти весь Израиль видеть пред лицом Г-спода.

Ибо когда год шмита — уже устранён первый отвлекающий фактор: поиск потребностей, обязательных по их природе, самым сильным образом из всех прочих лет; потому что в тот год они свободны от всех своих дел, которыми они занимаются в обработке земли, и все прекращают пахоту, посев и жатву, и всякую работу служения; и пропитание приготовлено пред ними и благословляется им благословением имени Г-спода, да будет Он возвышен, как сказал: «И если скажете: что будем есть в седьмой год? ведь не будем сеять и не соберём… и повелю Я благословению Моему для вас, и принесёт урожай на три года» (Ваикра 25:21). И это весьма очевидно.

И вот, когда из всех праздников выделен праздник Суккот — уже устранён второй отвлекающий фактор, а именно ущерб, происходящий от неравенства времён года, более подходящим образом, чем в прочие праздники, даже чем в месяц авив; ибо равенство, приходящее после зимы, не равно по своему делу равенству, приходящему к лету, потому что в первом равенстве ещё рука холода сильна, и воды рек и потоков усиливаются и поднимаются от таяния снегов и от растопления льдов, и люди не избавлены от их страдания и вреда — так, как они уверены от всего этого во втором равенстве. Потому этот месяц называется месяц зив: со стороны этого его равенства вместе с прочими сопутствующими делами его сияние идёт и светит на дела, совершаемые в нём, больше, чем в другие.

И вот, когда то время выделено для прихода туда всего Израиля или большей части его по причине упомянутого прекращения, — будет безопасность более крепкой против посылания врагов на них и на их землю, так чтобы дошло до них какое-либо страдание и вред; ибо с умножением народа, занятых заповедью, умножается сила провидения даже над вещами, которые могут случиться, пока они в своих домах, как от воров и от плохих караулов, как мы написали вначале. И возможно, что эти дела при этом их восхождении, которое в срок года шмиты, и сказаны — ибо тогда провидение выделено для них.

Однако по четвёртому делу — а именно: учению, наиболее правильному и наиболее достаточному, чтобы вывести их из путаницы мнений и из порочных толп, самым совершенным образом, какой возможен, — это то, что сказал: «прочитай эту Тору пред всем Израилем в уши их», ибо она устранит всякое искажённое мнение и всякую порочную веру; и также её изучение достигнет пути наиболее подходящего, какой возможен, как сказано: «Пути её — пути приятности, и все стези её — мир» (Мишлей 3:17). И из того, что укрепит силу этого учения и умножит ту пользу, — что читающий будет царь Израиля в своей красе, восходящий на большую возвышенность, которую делали для этого чтения, — ибо весь народ будет слушать и бояться больше, чем слушал бы из уст другого читающего; и это очевидно.

И поскольку его дело завершилось со всех прежних сторон, он строго настоял, чтобы все присутствующие — в целом и в частностях — были в предельной степени, и сказал: «Собери народ: мужчин и… и детей, и пришельца твоего, что в воротах твоих, — чтобы слушали и чтобы учились и боялись Г-спода, Б-га вашего… И сыновья их, которые не знают…»

И представляется по простому смыслу, что сказанное «чтобы слушали и чтобы учились и боялись Г-спода…» возвращается к пришельцам, которых он упомянул в конце, и к мужчинам и женщинам: ибо у пришельцев есть лишь слушание, а мужчины будут учить слова Торы, чтобы делать её и исполнять все её заповеди — будь то содержащие «встань и сделай», будь то не содержащие «встань и сделай». А женщины будут слушать, чтобы бояться Г-спода и удерживаться от исполнения всех заповедей «не делай», которые относятся к их соблюдению, как у мужчин; потому и сказал далее: «и боялись Г-спода, Б-га вашего, и соблюдали делать», ибо «шамор» при «пен» и «аль» — это лишь «не делай». А о детях сказал: «И сыновья их, которые не знают, услышат и научатся бояться Г-спода» — когда придут в годы, когда на них распространится обязанность соблюдения заповедей и их исполнения; и уже облегчит ношу отцов и их труд, возложенный на них — ввести их в иго царства Небес, — тем, что прежде этого будет у них привычка с малолетства приходить туда.

И дивлюсь я на рава, רבינו משה בר נחמן, благословенна его память, который истолковал этот стих тем же самым путем и сказал, что этот Мидраш — «הוה תיובתיה» (hava tiyuvtey — «это было его опровержением»); а как мы сказали — нет, не так, но это — его поддержка и, без сомнения, его толкование. И уже разъяснено высказывание согласно намерению, и вышло из него то, чего мы намеревались, — о совершенстве этого удивительного учения, которое Он, да будет Он превознесен, пожелал, чтобы было совершено в то время, когда все препятствующие и задерживающие устранялись и были далеки — их удаление было сильным; и не только это, но пришли сильные помощники и поддерживающие вместо них, так что учение, которое таким образом, приносит пользу и наслаждение от того года шмиты для всех лет семилетия, как приносят пользу учения, о которых мы сказали, от восхождений на праздник для всех прочих дней года.

И Он не счел нужным делать так каждый год — либо чтобы не утруждать народ, либо чтобы, если бы это было постоянно, это не оставляло бы сильного отпечатка в той мере, в какой оставит, когда будет раз в семь лет; и по пути того, что сказано: «реже ступай в дом ближнего твоего» и т. д. (Мишлей 25:17). И еще найдешь здесь другое основание тому, что учение тогда — наиболее полезное из возможного, основанное на том, что сказал мудрец: «и помни Творца твоего… пока не порвется серебряный шнур…» (Коэлет 12:6) — в том почтенном намерении, которое мы написали об этом в разделе о празднике, Шаар 67, возьми оттуда.

И вот, по силе тоскующего желания, подразумеваемого в словах «пока не порвется серебряный шнур», заповедь чтения была «в конце семи лет», ибо вещь, приходящая так — из далекого времени к далекому времени, — более желанна, и люди будут искать ее с огромной жаждой, как мы сказали. И поскольку год шмиты уже будет «золотой чашей на своем месте», ибо занятие людей — лишь черпать воды живые, драгоценнее золота и чистого золота, из высшего Божественного благословения, ибо у них вовсе нет занятия обработкой земли; и когда будет это в праздник Суккот, после Рош hа-Шана и Йом Киппур, когда они уже завершили (согласились) со своим Создателем, и все их силы и их вожделения подготовлены к Его служению, — вот тогда сосуд черпания будет в своем совершенстве. Ибо наиболее пригодные и наиболее близкие ему для достижения его совершенства сосуды — это силы души и ее помыслы, и все ее силы; и при их утрате разбивается кувшин у источника, а при их наличии — несомненно, он будет существовать.

И поскольку дело — в приходе всего Израиля, чтобы увидеть лицо ה' Всевышний, — вот они уже будут прилеплены к Нему; и «גלגל» (galgal — «круг, небесная сфера»), что в Его руке, — а это сфера из устроений небес, которые суть Его колесница и Его служители, исполняющие Его волю, — несомненно, Он не захочет (не предназначит) ее «к краям ямы», но поднимет их удел все выше и выше — по своему обыкновению или не по своему обыкновению; как сказано: «Восседающий на небесах — в помощь тебе, и в величии Своем — небеса» (Дварим 33:26); и как сказали: «צא מאצטגנינות שלך כו'» (tse me-itzṭagninutecha וכו' — «выйди из своей астрологии и т. д.») (Шаббат 156). И вот нет сомнения, что в каждом деле, когда соединяются правильные причины и помогающие обстоятельства, дело выходит к крайнему совершенству, как будет это при соединении этих влияний с тем, что упомянуто прежде; и добавленное к добру — очень добро.

И на все это весьма справедливо то, что сказали наши мудрецы: «Как прекрасны шаги твои в обуви…» и т. д. — «как прекрасны ноги Израиля, которые обуваются, когда восходят на праздник»; «дочь знатного» — дочь Авраама, нашего отца, который первый из геров, ибо это — великий принцип: чтобы народ следовал за своим отцом, этим, который пробудил с востока праведностью своих дел западное движение — прийти увидеть лицо ה' Всевышний; и движение туда намекает на это, как сказано: «вот он стоит за нашей стеной» (Шир hа-Ширим 3) — «это западная стена Бейт hа-Микдаш» (Мидраш Хазит Шир 2); и как все согласились: Шхина на западе, как мы все это хорошо написали в разделе Ваигаш, Шаар 31.

И это — мера того, к чему мы стремились в этих вратах: