Akeidat Yitzchak 15

И этим рав оттолкнул толкование Нербони, который думал, что намерение Хазаль и автора «Море Невухим» — лишь указать, что Всевышний положил в начале творения различные законы в сотворённых вещах: чтобы они в большинстве времён вели себя по одному естественному обычаю, а в особые времена — по другому естественному обычаю; и первый обычай называется «частый», а второй — «редкий». Пример этого — море: Господь внедрил в него, чтобы его воды всегда текли, и чтобы они стояли как стена при исходе Израиля из Египта; а достоинство пророка и знамение его пророчества — лишь в том, что он заранее сообщает известное время, когда будет действовать этот редкий второй обычай. Ибо по этому мнению и чудесное управление возвращается быть совершенно естественным, и чудеса уподобятся лишь редким случаям, которые иногда, издалека, случаются в мире.

Однако все творения покорены и порабощены человеку лишь тогда, когда он — человек в истинном смысле и хранит своё предназначение вести себя всегда как подобает существу, созданному в Целем Элоким; но когда он увлекается своей животной природой, исчезают его тень, его страх и его ужас из сердца всех прочих творений, и тогда он будет как цель для их стрел по простому природному обычаю: сильный одолевает слабого; ибо большинство прочих животных сильнее его. На это намекали Хазаль, говоря: «нет зверя, который властвует над человеком, пока он не уподобится ему как скот…», и их изречение: «не аруд умерщвляет… но грех умерщвляет». И потому, когда поколение Потопа согрешило, оставив стражу своего предназначения, желанного в глазах Господа, испортилось не только «всякая плоть» в своём пути по отношению к человеку — чтобы более не быть покорной перед ним, — но и земля и воды, которые были сотворены для пользы людей, восстали против них по воле Господа, чтобы уничтожить их и погубить их, так что все они были к позору, кроме Ноаха и его сыновей, которые ещё хранили стражу Господа; с ними был утверждён союз, который заключил Господь со всеми творениями при их создании — быть покорными и порабощёнными человеку. И этот второй «естественный» обычай, действующий по желанию согласно чудесному надзору Господа, с тех пор и далее действовал лишь в особые и редкие времена — при совершении многих знамений и чудес для нашего израильского народа вообще, и иногда для некоторых избранных единиц, как спасение Даниэля из пасти львов и его товарищей из огненной печи. И лишь в конце дней, когда исполнится предназначение пророков — «исправить мир в царстве Шаддай», — вернётся этот чудесный природный обычай быть действующим постоянно, как сказано: «вот Я творю новые небеса и новую землю… волк и ягнёнок будут пастись вместе… не будут причинять зла и не будут губить…». Но до прихода этого великого дня, поскольку большинство людей уже не хранит это драгоценное предназначение, они отданы в руку сильнейшего их — зверям леса или тиранам среди людей; и лишь избранные единицы в каждом поколении падают из них в этом отношении, как сказано об израильском народе, когда он идёт путями Господа: «и страх ваш и ужас ваш будет на всех народах», — и Давид, истинный раб Господа, не боялся Гольята Гати, и сказал о нём: «да не падёт сердце человека» (то есть истинного человека, хранящего своё человеческое предназначение) на него. И поскольку неистинный человек подобен скоту, не подобает, чтобы он властвовал над прочими животными, когда он также на низшей ступени их; как сказали Хазаль о таком испорченном человеке: «ам а-арец запрещено есть мясо». Поэтому первым поколениям — до после Потопа, когда мир стал более исправленным, — не было разрешено есть мясо. И Коэлет сказал о таких людях: «человек, которому даст Элоким богатство и имущество… и не даст ему Элоким власти есть из этого» — то есть: поскольку он лишён нравственной ступени, подобающей истинному человеку, Господь не дал ему власти и разрешения наслаждаться своим имуществом. А если всё же он наслаждается — согрешил и виновен, как сказали Хазаль: «всякий, кто наслаждается этим миром без благословения, как будто совершил ме’ила». И лишь ради нравственного исправления мира через Потоп, как было сказано выше, до того что стало возможным многим людям делать прямое в глазах Господа, — было разрешено им после Потопа также есть мясо, и была дана им власть над прочими животными.

Из чудес природы и корней творения — чтобы всякий, кто позднее в творении, был выше по ступени, чем предшествующий ему. Ибо после того как предшествующий был в ступени «хиюли» по отношению к последующему, а последующий — для него в ступени Цура (Формы), и по природе Цура (Формы) — действовать, а по природе Хомер (Материя) — претерпевать, — необходимо, чтобы последующий был властителем и действующим во всём, что до него, а все претерпевают от него, как сказано (Берешит Рабба, гл. 19): раби Йеуда бар раби Симон: всё, что было сотворено после своего товарища, властвует над своим товарищем. И из этого следует, что ты найдёшь для всех существ целиком покорность и природное рабство роду человеческому, ибо он в ступени совершенства и Цура (Формы) для всех, а все они под ним в порядке своих ступеней; и они включены в него — как подчинение Хомер (Материя) Цура (Форме) или следствия причине — так что, будучи в этом виде, не останется силы ни у одного из них, простого или составного, поднять руку, чтобы причинить зло или вред кому-либо из людей; подобно тому как нет силы у великих творений, как верблюды, быки и мелкий скот, устоять перед маленьким львёнком, или леопардом, или медведем, — ибо таково это по достоинству их Цура (Формы) и их постигаемому свойству, относительно которого исследователи утомились дать частные различия.

И уже сказали наши мудрецы, благословенной памяти: «как велики дела Твои, Господи» (Теилим 104) — например, лев, собака и кувшин, которые стоят друг против друга: лев боится собаки, собака боится кувшина, кувшин боится льва — и они не вредят друг другу (Мидраш Шу"Т, 104). Смотри, как много они указали в вопросе природного подчинения Цурот (Форм) друг другу: ибо хотя их природа нам неизвестна, она известна сама себе, и она хранит свою стражу; и хотя они не видят — их мазаль видит. Тем более по этому виду необходимо подчинить природу мазалот всех существ перед этим человеком, чья Цура (Форма) различима и известна своим достоинством и совершенством, неизбежно требующим это владычество.

В трактате Шаббат, глава «Шоэль», на листе 121: учили в берайте: раби Шимон бен Элазар говорит: младенец одного дня, живой, не нуждается, чтобы его стерегли от мышей и от хорька, ибо написано: «и ваш страх и ваш ужас будет на всех…» (Берешит 9). Пока человек жив — его страх лежит на творениях; когда умер — исчез его страх. Вот, они утвердили всё это владычество, и его причина — поскольку связали его с его жизнью, которая есть утверждение и сохранение моей Цура (Формы), как будет сказано; ибо она одна властвует, и «превосходство человека над скотом».

И вот, когда будет понят смысл этого владычества, обнаружится в истине, что это — дивная природа, вытекающая из сущности творения, чьё существование неизбежно для нужды управления надзором, о котором мы намекнули в конце третьих врат; о нём сказали наши мудрецы, благословенной памяти: «увидел, что мир не существует этим, и присоединил к нему меру милосердия» (Берешит Рабба, гл. 12). Ибо это природа почтенная и возвышенная, и она мудра и различает между праведником и злодеем, и действует в них и в их делах, и во всех существах ради них — не как случайно, а как подобает по их поступкам, как сказал певец: «кто мудр и будет хранить это, и будут размышлять о милостях Господа» (Теилим 107:43).

Ибо природы существ, сотворённых в той мере хеседа, которая была присоединена к мере суда, о которой сказано: «мир хесед строится» (там же, 89), — это хесед, который над небесами, как сказано: «ибо велик над небесами Твой хесед» (там же, 108), как будет сказано в вопросах Авраама Авину, врата 17, с Божьей помощью. Вот, они несомненно «размышляют» действовать согласно требуемому надзором во всех надзираемых вопросах, которые упомянуты в том псалме, включающем четыре группы, которые должны благодарить. И согласно этому ясно, что в мире существуют два вида природ.

Первый — известный: нет в нём знания и понимания, но он всегда идёт одним образом, без взгляда на «почему» и «кому» и «зачем» и «когда», ибо это условие, которое было обусловлено с ним при творении, как сказали наши мудрецы, благословенной памяти: «и вернулось море к утру к своему состоянию (лей-эйтано)» — «к своему первому условию (ле-тенао а-ришон)» (Шмот Рабба, гл. 21): чтобы оно текло и сцеплялось как вначале. Однако второй — эта возвышенная природа, действующая по желанию и разумному различению, — это также условие, которое было обусловлено с ним на природу творения, как сказано: «условие обусловил Святой, благословен Он, с морем, чтобы оно разверзлось, и с огнём — чтобы не сжёг» (Берешит Рабба, гл. 5) и т. д. И отсюда: всё, что является чудом по первому условию, является природным по второму условию — без сомнения.

И по этому виду этот второй возвышенный природный порядок действует во всех людях и во всех вопросах, где ты найдёшь руку Божественного надзора на них согласно их делам; и то, что тогда совершается как великое изменение от природного обычая, простолюдины называют чудом — по известной природе, чуждой им; но у разумных, размышляющих о деле Господа, ибо оно страшно, — это в истине совершенная природа. И это дивное истинное дело ясно объяснили наши мудрецы, благословенной памяти, в Мидраше Берешит Рабба, глава «Йиккаву а-маим».

Сказал раби Йонатан: условие обусловил Святой, благословен Он, с морем, чтобы оно разверзлось для сынов Израиля; это то, что написано: «и вернулось море к утру к своему состоянию» (Шмот 14) — к условию, которое обусловил с ним Святой, благословен Он. Сказал раби Йирмия бар раби Элазар: не только с морем Он обусловил, но и со всем, что было сотворено в шесть дней Берешит; это то, что написано: «Я — Мои руки распростёрли небеса, и всему их воинству Я повелел» (Йешаягу 45:12). Сразу, как двинулись небеса — всему их воинству Я повелел: повелел морю — чтобы разверзлось для сынов Израиля; повелел небесам и земле — чтобы умолкли перед Моше, как сказано: «внимайте, небеса, и буду говорить» (Дварим 32:1); повелел солнцу и луне — чтобы остановились перед Йеошуа, как сказано: «солнце в Гив’оне стой, и луна…» (Йеошуа 10:12); повелел воронам — кормить Элиягу, как сказано: «и вороны приносили ему хлеб и мясо вечером» (Мелахим I 17); повелел львам — чтобы не вредили Даниэлю, как сказано: «мой Элоким послал Своего ангела и закрыл…» (Даниэль 6:23); повелел огню — чтобы не вредил Хананье, Мишаэлю и Азарье, как сказано: «и запах огня не был на них» (там же, 3); повелел небесам — чтобы раскрылись для Йехезкеля, как сказано: «раскрылись небеса, и я увидел…» (Йехезкель 1:1); повелел рыбе — чтобы изрыгнула Йону на сушу, как сказано: «и сказал Господь рыбе, и она изрыгнула…» (Йона 3). Вот, ты видишь это дело само по себе из уст этих двух мудрецов.

Ибо поскольку раби Йонатан описывал вопрос чудес по распространённому пути, то есть что совершенная природа — чтобы они шли по своему обычаю, а чудо — чтобы изменилась его особая природа в то время, а затем вернулась к своему обычаю, — и нужда в условии с момента творения была лишь чтобы удалиться от обновления Божественного желания и его изменения в этих вопросах, как написал автор «Море Невухим», гл. 29, часть 2; поэтому сказал ему раби Йирмия, что это условие не было обусловлено только с морем или огнём, чтобы сказать, что это — чуждая и обновлённая вещь у природы существ, но что это условие — вторая природа сама по себе, включающая все существования, так что не найдётся ни одного существа из них, к которому придёт нужда со стороны надзора, чтобы оно не было готово и приготовлено ко всему, что подобает ему сделать вопреки известной природе. И что это видно по множеству слушания и ответа, найденных у них во всех этих вопросах из разных видов, которые он упомянул, до того что из них следует постановить и решить: всё «маасэ Берешит» входило в это условие. И это невозможно иначе, чем как мы сказали: в существовании мудрой природы, включающей все существования, когда они размышляют друг о друге, как подобает размышлять со стороны ступеней их Цурот (Форм), из которых наиболее возвышенная — и к которой обращены все существования в достоинстве и чести — это человек. И потому он описал их словом «повелел», как будто они принимают поспешность и разумную заповедь, как мы сказали.

Только берегись, чтобы сердце твоё не соблазнилось тем, что написал Нербони и приписал это автору «Море Невухим» в толковании упомянутой главы, будто он сказал, что чудесное дело — ветвь пути «перехода», который оставили говорящие (медабрим). Далеко ему от злодейства! Ибо тот испорченный взгляд означает, по его словам, что в природе нет ничего необходимого, но что она делится на «частое» и «редкое»: течение вод и их сцепление в подобии — их частая природа, а их рассечение — их редкая природа; и два дела, чьё существование лишь в «больше» или «меньше». И так судит обо всех; и что знамение — не более чем сообщение пророка, когда случится это редкое дело. Все эти его слова испорчены, и «Рахмана лицлан» от желаний того человека! Ибо рав так не думал, но написал в своём комментарии на «десять вещей, созданных накануне Шаббата» (Авот, гл. 5, мишна 6) так: «уже упомянуто в “Пэрек Хелек”, что они не верят в обновление желания в любое время, но в начале дел вложил в их природу: всё, что будет сделано в них — либо будет часто, и это природное, либо будет обновлением в редкие времена, и это — мופת (знамение)». До сих пор. И его намерение этим — лишь к наложению условий, о которых говорили наши мудрецы, благословенной памяти, а не как думал этот человек и его товарищи, которые изо всех сил стараются повалить стену Торы и разрушить её, как я писал во вратах 13.

Однако то, что мы написали в этом вопросе, — истина и справедливость; и да не будет, чтобы смысл пророка был сообщить время того случая само по себе; но его смысл — знать, кто он и какой он, кому подобает, чтобы случилось ради него, как будет сказано. Поэтому храни это и помни: «дух места» и «дух творений» и носители мудрости Торы и заповеди довольны им, как выясняется из слов раби Йирмии; и это — дивное и новое по сравнению с тем, что понял из этого автор «Море Невухим» в той главе — смотри там. И тем более он отклонился от этого в том, что написал в гл. 13, часть 3, так: «и пусть не обманет тебя сказанное: ‘о светилах — чтобы светить земле и владычествовать днём и ночью’, и ты подумаешь, что смысл — чтобы делать. Это лишь сообщает их природу, которую хотел, чтобы сотворил их так, то есть светящие, управляющие; как сказано о человеке: ‘и владычествуйте над рыбой морской’ (Берешит 1:28) — смысл не в том, что он был создан для этого, но сообщить его природу, которую внедрил на него Всевышний». До сих пор.

А я говорю: согласно этому дивному рассмотрению, которое мы сказали, Писание сообщило достоинство природы человека, которую внедрил в него и ради которой он был сформирован, — это владычество, без сомнения. И также в вопросе светил мы уже написали, что следует ответить на это, во вратах 5. Но нужно знать: всё, что делается как вид известной природы посредством первой колесницы — это небеса и небеса небес и все их движители, «высокий над высоким», которых автор «Море Невухим» отнёс к «Маасэ Меркава» в главах «Море» и в начале третьей части, — это то, что делается в этой второй природе посредством святых праотцов и прочих пророков и хасидим, которые — вторая колесница, имеющая свои колёса и свои אופנים (офаним; «колёса»), посредством которых будут двигаться все существа согласно мудрой природе, внедрённой в них, как выяснится из содержания числа колен и из высказывания: «и под ногами Его — как дело кирпича из сапфира» (Шмот 24:10), во вратах 31, с Божьей помощью; это — дивное дело. И потому требуется для употребления этой возвышенной природы: чтобы в каждом поколении находились возвышенные люди, хранящие свой образ и свой Целем, которые будут двигать все существа по их порядку и их Галаха (закону движения) в том дивном соотношении, о котором мы писали во вратах 12 в первой главе «Негиним», — о них сказали наши мудрецы, благословенной памяти (Вайикра Рабба, гл. 35): «законы, которые Я вырезал в них — небо и землю», — и они малочисленны из рода этого особого человека; или из людей, чьё дело упомянул автор «Море Невухим» в гл. 57, часть 3.

Но когда не найдутся там движущие по этому виду, несомненно, этот почтенный природный порядок собьётся, будет ограблен, и ослабнут его действия, пока не перевернётся к первой глупой природе или хуже её. И таково то, что сегодня: первая природа очень сильна, и все существа, как того требует она, восстают на род человеческий: огонь сжигает его, ветер отталкивает его, воды душат его, и он будет поражён камнем или кулаком, и встретит его лев или медведь и поразит Нефеш (душу), или укусит волк или лиса, и даже «кфофа»; и всё это — совершенное чудо и разорение его особой природы в наказание человеку за то, что он не хранит условие этого владычества, сказанного: «сделаем человека по Нашему образу, по Нашему подобию…» (Берешит 1:26). И смысл в том: чтобы человек хранил свой образ и своё особое подобие тем, что моя нефеш а-сихлит (разумная душа) будет царствовать над всеми частями тела и его силами и полностью подчинять их перед собой, так что ни одна из них не поднимется, кроме как служить её служению и хранить её стражу, возвращая её к её обиталищу по её праву. Притча: как царь, перед которым стоят все вельможи, наместники и управители: когда они слушаются его и подчиняются ему — все области несомненно повинуются ему и боятся его и не нарушают его слово; но если вельможи, стоящие при нём, дерзят ему и отказываются от его слов, тем более сделают так области под ними, далёкие от него. Так и человеческая Нефеш — матрона, перед которой сидят главы всех существ и их князья, ибо все они в ступени Хомер (Материи) для неё; и не нужно говорить, что Цурот (Формы) элементов и растительного включены в человека, но также и все животные Цурот (Формы): потому и находятся некоторые люди, склонные к природе льва, а некоторые — к быку или медведю в своём устройстве, как упомянул автор «Море Невухим», гл. 5, часть 3. И Гилель-Закен говорил в день Симхат Бейт а-Шоэва: «если я здесь — всё здесь» (Сукка 53а), ибо в истине в совершенном человеке «все они есть в нём», хотя и не будет он велик как он.

И вот, когда эта Нефеш покорит эту составную часть из всех видов существ, стоящую перед ней, как положено, и будет властвовать и господствовать над всеми этими телесными силами, — тогда все прочие существа под ними тем более примут на себя иго его царства и поклонятся ему каждый со своего места, ибо так решено: «и владычествуйте над рыбой морской…». Но когда человек не сохранит ступени своего образа и подобия на этом пути, и «едящие хлеб его», сидящие с ним в его окружении, сломают его — вся компания его телесных сил восстанет на Господина и сбросит своё ярмо со своей шеи из-за слабости господина и его бессилия; тогда все природные существа — простые и составные, дальние и близкие — сочтут его как одного из них или ниже их и восстанут против него и поднимут на него руку вопреки природе, внедрённой в них.

И это то, что сказали в трактате Шаббат в упомянутой главе: сказал рав Папа: «мы держим: лев среди двоих не нападает; но ведь видим, что нападает!» — «это как [случай] Рами бар Аба, ибо сказал Рами бар Аба: зверь не властвует над человеком, пока он не уподобится ему как скот» (Шаббат 151б), как сказано: «человек в почёте не ночует — уподобился скоту, уподобились» (Теилим 49). Вот, что Абая говорил: хотя эта возвышенная природа ослабла и ограблена в целом у людей, всё же осталась от той природы сторона покорности и рабства, до того что обычно лев среди двоих не нападает. И поскольку возразили ему из того, что иногда видно, что нападает, — сказал, что это будет, когда человеческая сила полностью сломлена, до того что люди уподобились скоту; тогда лев будет среди них как львёнок среди стад овец. Вот, постановление: это владычество существует, пока человеческая сила крепка, и не существует, когда она слабеет и падает перед своими силами. Как сказал мудрец: нет разницы между тем, чтобы царь властвовал над народом, и тем, чтобы народ властвовал над ним, — кроме силы или слабости.

И это изречение совершенных — сынов Гада и сынов Реувена, когда сказали Йеошуа: «всякий человек, который восстанет против твоих уст и не послушает твоих слов во всём, что ты прикажешь, будет умерщвлён; только будь силён и мужественен» (Йеошуа 1:18). Ибо сила и мастерство — чтобы укрепиться в крепости самой сути своей человечности и не бояться человека; это укрепление Нефеш (душевное), добавленное к известному телесному укреплению, а всё в нём. Ибо о них обоих подбодрил Всевышний явно: о первом сказал «будь силён и мужественен, ибо ты введёшь народ в наследие…», а на втором — основном — опёрся, сказав: «только будь силён и очень мужественен хранить и делать по всей Торе…» (там же). Вот, он указал, что первое укрепление — хорошо, но второе — основное и истинное.

И как сказали наши мудрецы, благословенной памяти (Берешит Рабба, гл. 8): «удостоились — ‘владычествуйте’; не удостоились — ‘будете понижены’». И также сказано: «и сделаешь человека как рыб морских» (Хавакук 1:14) — относительно того, что сказано: «и владычествуйте над рыбой морской». Пойми то, что перед тобой, из поколения Потопа: поскольку они испортили свой Целем и своё подобие, испортилась всякая плоть — её природа и её порядок, и все смешались, разрушая своё положение друг относительно друга, до того что земля испортилась для них; и воды, сотворённые служить им, которые были подчинены и связаны под ними, восстали на них и нарушили свой союз с ними и умертвили их, кроме Ноаха, ибо он был праведник цельный, и всякий зверь и скот, что с ним в ковчеге: не был нарушен их союз с ним, но они хранили свою стражу и не вредили ему, как сказано: «и установлю Мой союз с тобой» (Берешит 6:18), как там объяснено.

И как обещано из уст Йешаягу в начале его пророчеств и в их конце: возвращение, исправляющее эту природу на её место в совершенстве людей: «вот Я творю новые небеса… и возрадуюсь в Йерушалаиме… не будет оттуда больше…» до «волк и ягнёнок будут пастись вместе… и лев как бык будет есть солому, и змея — прах его хлеб; не будут причинять зла и не будут губить…» (Йешаягу 65:25).

И вот, в истине эта возвышенная природа сама по себе и способ её посылания — это то, что упомянул Даниэль, объясняя час, когда сказал ему: «Элокай шелах мал’ахей, ве-сагар пум арьявата, ве-ла хавалуни…» (Элокай шелах мал’ахей, ве-сагар пум арьявата, ве-ла хавалуни — «мой Элоким послал Своего ангела и закрыл пасть львов, и они не повредили мне») (Даниэль 6:23). Вот, он упомянул это, однако в своей особой заслуге, сказав: поскольку он хранил свой образ, а это условие творения, о котором мы говорили, — это заслуга, найденная перед Ним, благословен Он, в том, что он не осквернился хлебом царя и вином его питья: ибо это показывает, что он царствует над всеми силами тела и его действиями, и они у него как рабы во всём подобном. И также: он берегся согрешить против царя, когда это Божественное желание, как сказал мудрец: «бойся Господа, сын мой, и царя» (Мишлей 24:21), ибо боящийся слова Господа боится слова царя и его закона, и должен искать пути выйти и из этого, и из того, как сказано: «и боялись повитухи Элоким и не сделали, как сказал им царь Египта…» (Шмот 1:17), но как я объясню в своём месте, врата 34, с Божьей помощью.

И потому он сказал, что у него осталась природная власть, которая от времени творения, на своём месте и в своей силе: «ма-гувер Элаха де-анх палах лей, йахиль ле-шезаватах» (מה גבר אלהך דאנח פלח ליה היכיל לשיזבותך — «что же за твой Бог, которому ты служишь — сможет ли Он спасти тебя?») (там же). Вот, Он послал ангела Его союза, который — князь и назначенный над этой мудрой возвышенной природой, и закрыл пасть львов с часа творения, и они не повредили мне, «коль кевел ди кадмой зеху…» (כל קבל די קדמוהי זכו — «поскольку перед Ним нашлась [во мне] заслуга…»). И заслуга — это несомненно ангел-заступник, стоящий помочь ему; и он показал ему, что раскрытие пасти этих львов для него будет знамением и чудом, как раскрытие пасти земли: как земля раскрывает свой рот чудесным путём, чтобы поглотить людей, согрешивших своими душами, так раскрытие пасти львов будет против злодеев-преступников, как было с «губрайя илех…» (גובריא אליך — «те мужи»), которые оклеветали Даниэля, как там объяснено. Поэтому раби Йирмия сказал в том изречении, что мы упомянули: «повелел львам, чтобы не вредили Даниэлю», ибо это одно из условий, которые он перечислил там.

И этот ангел союза — тот, кто пришёл и вошёл внутрь печи, чтобы спасти Хананью, Мишаэля и Азарью из «атун нура йакдета» (אתון נורא יקדתא — «пылающей огненной печи»), как сказано: «барих Элахаон ди Шадрах, Мейшах ве-Авед-Него, ди шелах мал’ахей…» (בריך אלההון די שדרך מישך ועבד נגו די שלח מלאכה — «благословен Бог их, Шадрах, Мейшах и Авед-Него, Который послал Своего ангела…») (там же, 3).

И этот дивный вопрос намеревались Хазаль в трактате Псахим 118а: сказали: когда Нимрод бросил Авраама в огненную печь, сказал Гавриэль перед Святой, благословен Он: «Владыка мира, сойду и охлажу и спасу праведника из огненной печи». Сказал Святой, благословен Он: «вот, Авраам — единственный в своём мире, и Я — единственный в Своём мире; подобает Единственному спасти единственного». И поскольку Святой, благословен Он, не лишает награды ни одно творение, сказал: «ты удостоишься и спасёшь трёх из потомков его потомков».

Драш раби Шимон а-Шилони: когда Невухаднецар бросил Хананью, Мишаэля и Азарью в огненную печь, встал Йоркему, князь града, перед Святой, благословен Он, и сказал перед Ним: «Владыка мира, сойду и охлажу печь и спасу этих праведников из огненной печи». Сказал ему Гавриэль: «не в этом сила Святого, благословен Он, что ты — князь града, и все знают, что вода тушит огонь; но я — князь огня: сойду и охладею внутри и воспламеню снаружи и сделаю чудо внутри чуда». Сказал ему: «сойди». Сразу открыл и сказал: «и истина Господа навеки, халелуя» (Теилим 117:2).

Знай же и смотри, как они усилили, чтобы указать этот дивный секрет в чудесных вопросах, на которых не стояли некоторые, которые старались объяснить. Ибо, поскольку простые изучающие думают, что смысл чуда в подобных вопросах — сломать силу существующего и перевернуть его природу в противоположность его сущности или качества, как сказал князь града: чтобы перевернуть природу того великого огня силой его холода, то есть чтобы перевернуть силу огня в силу града, и чтобы чудо было: чтобы Он приготовил на тот час Цура (Форму) холода без Хомер (Материи), которая понесла бы её, или в самом Хомер (Материи) огня, — поэтому сказал Гавриэль, князь огня, что честь царства Царя царей не познаётся таким образом, ибо так не будет ощущаться величие Его мудрости и Его силы — в подчинении природы всех существ этому почтенному существу, сотворённому по Его образу и подобию; но чтобы он сошёл, будучи князем огня, сохраняя в нём совершенство его Цура (Формы), и будучи в предельной силе, подчиняясь своему Царю, Который его сотворил, — он подчинится также хранителям союза Его образа и подобия. И так он охладит их изнутри своей возвышенной природой, ибо как поднимет он руку на своём Царе? — а это его первая природа, которая у простого народа — чудо. Однако чтобы он перевернул эту свою природу и изменил её — охладить и воспламенить снаружи, чтобы сжечь злодеев-доносчиков, — это у него совершенное чудо, как написано: «и те мужи… убил их порыв огня». И это, несомненно, истинное чудо, известное у природы, хотя это простая природа у персов. И это то, что сказал: «и сделаю чудо внутри чуда», ибо эти две природы — каждая чудо относительно другой: и то, что он воспламенит снаружи, будет истинным чудом внутри известного чуда — того, что он охладит изнутри; и неизбежно, что это — либо истинное чудо внутри известного, либо известное внутри истинного. Поэтому сказал: «и истина Господа навеки, халелуя», ибо от истины Его величия и устойчивости Его верности в природе существ было это. И ты не можешь объяснить это как исполнение обещанного с дней Авраама: «удостоишься и спасёшь из потомков его», ибо он удостоился не своим посланничеством, а силой своего довода.

И по этой причине они усилили сказать, что Святой, благословен Он, Своей честью и Сам спас Авраама Авину со стороны Его единственности в его мире — сказать: если бы было положено, что не найдётся природа этого спасения в Цура (Форме) огня и огонь по природе сжигает добрых и злых, — Он, возвышенный, ради силы его заслуги, что он начал распространять Его истину в мире, спас бы его Своей абсолютной силой без посредника, только Своей честью и Сам, как сказано: «Я — Господь, Который вывел тебя из Ур Касдим» (Берешит 16). Однако эта сила, данная «князю мира» в этих вопросах, хранится и стоит для прочих праведников и цельных, которые были после него, как Даниэль и его товарищи, которых мы упомянули, и прочие праведники, знающие Его Имя, благословен Он, как хорошо объяснено в «Шире шель пегаим»: «ибо ангелам Своим повелит о тебе… на руках понесут тебя… на льва и змея наступишь… ибо ко Мне прилепился…» (Теилим 91:13). Он указал, что ангелы союза, которым поручены природы каждого существующего, — повелены и стоят всегда охранять цельных от всякого вреда и удара: ибо даже камни не ударят их ног, как сказано: «ибо с камнями поля — союз твой» (Ийов 5:23); также во всём, куда ступит стопа их — на льва и змея; и если растопчут львёнка и дракона — это равно их ступанию по лицу всей земли, и нет устрашающего.

И как показал раби Ханина бен Доса ученикам, когда укусил его аруд и умер, и он принёс его в дом учения и сказал: «смотрите, сыновья мои: не аруд умерщвляет, но грех умерщвляет» (Брахот 33а), ибо грех даёт силу вредителю вредить. Смотри, что написано: «и один человек из сынов пророков сказал своему товарищу по слову Господа: ударь меня, прошу; и отказался тот человек ударить его. И сказал ему: за то, что ты не послушал голоса Господа — вот, ты уходишь от меня…» (Мелахим I 20:35–36). Вот, сказав «сказал своему товарищу», видно, что тот человек также был из сынов пророков или близок к ним по ступени: хотя львы рядом с ним, он не страдал от них, ибо потому не сказано «и встретит тебя лев», ведь это не новое для него. Но когда согрешил словом Господа — сказано, что когда встретил его лев, поразил его, потому что ослабла у него сила его могущества. И это само — смысл сказанного, что Израиль «ослабляют силу Гвура (могущества) наверху» или «увеличивают» (Эйха Раббати, гл. 1), как будет объяснено у «из-за неспособности Господа…» с Божьей помощью, и у «сделай себе сераф и положи его на знамя» будет объяснено согласно тому, что я думаю, как мы написали: это из вопросов чудес, врата 81, с Божьей помощью.

И удивительно: как сказано о достоинстве человека над всеми животными: «и ваш страх и ваш ужас будет на всякого зверя… всякое движущееся, которое живо, вам будет в пищу…» (Берешит 9:3) — так сказано о достоинстве этого народа над прочими из рода человеческого: «не устоит никто перед вами; страх ваш и ужас ваш будет на всей земле, по которой вы пойдёте» (Дварим 11:25). И уже сказано в начале раздела: «и съешь все народы…» (там же, 7). И в другом месте: «съест народы — врагов своих…» (Бемидбар 24:8); «ибо они — наш хлеб» (там же, 14). И прочее, как выяснится в разделе мана, врата 41, с Божьей помощью. И во многих местах выяснится, что из свойства Торы и её заповедей — подчинить все народы под этот избранный народ, как подчинение всех существ под человека по природе творения, как мы сказали.

И это почтенное дело само по себе — то, что стояло за нашим господином Давидом в деле с плишти до того, как открылось ему слово Господа. И из-за этого его победа была лёгкой в его глазах, как выяснилось из его слов, которые он сказал дважды: «что будет сделано человеку, который поразит этого плишти и снимет позор с Израиля? ибо кто этот необрезанный плишти, что поносит станы Элоким חיים (живого Элоким)» (Шмуэль I 17). Ибо на самом деле этими словами он раскрыл величие своей Нефеш: он говорил это, как будто держится за саму вещь и как будто насмехается над теми, кто даёт те обеты относительно того дела, говоря: по какой причине нужно сделать человеку честь или дать богатство за то, что он поразит этого плишти, кроме добра и чести, которые приходят ему, когда он снимает позор с Израиля? Ведь нет опасности в этом деле: ибо кто этот необрезанный плишти, который станет перед любым человеком, пришедшим сразиться с ним, когда он поносит станы Элоким חיים? — вот, он сам против себя. И хотя те люди не поняли его намерения, как видно из их ответа, и также вторые, — однако когда слова были услышаны перед Шаулем и людьми его совета, они нашли в них похвальный смысл и взяли его к нему, и он объяснил ему намерение о совершенстве, когда сказал: «да не падёт сердце человека на него; раб твой пойдёт и сразится с этим плишти» (там же). То есть: зачем тебе нужно давать малые или большие подарки за это дело? — раб твой пойдёт и т. д. И нет сомнения, что в словах «да не падёт сердце человека» он имел в виду сказанное при творении: «сделаем человека по Нашему образу». И как сказали: «Израиль называются אדם (адам), а народы мира не называются אדם» (Бава Меция 114б); а противоположность — «и сделаешь человека как рыб морских» (Хавакук 1:14).

И вот, когда сказал Шауль: «ты не можешь пойти к этому плишти, чтобы сразиться с ним, ибо ты юноша, а он — воин с юности», — тогда он объяснил ему это дело и сказал: «пастух был раб твой у отца своего с овцами; и приходил лев и медведь и уносил овцу из стада, и выходил я за ним и бил его и спасал из его пасти; и он вставал на меня, и я хватал его за бороду и бил его и умерщвлял его; и льва, и медведя…» (Шмуэль там же). Он объяснил ему, что уже был привычен к тому, что у меня сохраняется природа существ, так что мой страх и мой ужас был на лице самых сильных зверей леса — всякий раз, как нужно спасти наше имущество от них; а если они встанут восстать против него — он укрепится против них и умертвит их. И он уверен, что тот необрезанный плишти, который поносил станы Элоким, будет как один из них, потому что отношение, которое есть у всякого живого к говорящему, есть у части говорящих, не хранящей своего образа и Целем, к той, что хранит их; и тем более — хранящий заповеди Божественной Торы и ведущий её войну не узнает зла. И это то, что он сказал: «Господь, Который спас меня от льва и от медведя, спасёт меня от руки этого плишти» (там же). То есть: Тот, кто дал льва и медведя под его власть в порядке творения, — даст по той же причине и этого плишти под ступни его ног.

И поскольку это владычество было сущностным, не мечом и не копьём, — упомянуто, что Шауль одел его в свои одежды и дал медный шлем на его голову и одел его в панцирь. И сказал Давид Шаулю: «не могу ходить в этом…» (там же). И истина: он не привык поражать и умерщвлять льва и медведя этим, а только своей собственной силой. И все чудеса его слов, сказанных плишти, основаны на этом самом центре; я уже объяснил их во вступлении — «друш» оттуда.

И я не сомневаюсь, что когда этот успешный человек достигает этого Божественного соотношения, он сам достигает изменения к похвале и славе в своём Целем и своём подобии, и поднимается над человеком по виду и облику среди людей; и это Божественное дело ощущается совершенными людьми, близкими к нему своей силой к Божественным вопросам, до того что он становится для них неузнаваем и они скажут: кто он? И некоторую истинность этого дела мы учим из Шауля, о котором сказано: «и сошла на тебя руах Господа, и ты пророчествовал с ними, и ты превратился в другого человека» (там же, 10). И почти всё из этого дела Давида, о котором мы говорили, когда сказано: «и как увидел Шауль Давида, выходящего навстречу плишти, сказал Авнеру, начальнику войска… и сказал царь: спроси ты, сын чей этот юноша?» (там же, 17). И это — очень большой вопрос: ведь этот человек, о котором сообщил вестник: «видел я сына Ишая, бейт-лехемца, знающего играть…» (там же, 16), — и это тот, кого он послал к Ишаю, чтобы послали его к нему, и также послал второй раз, чтобы он стоял перед ним, ибо нашёл милость в его глазах; и Писание свидетельствует: «и Давид ходил и возвращался от Шауля пасти овец…» (там же, 17). И ведь этот Давид пришёл сегодня к стану, и его слова были услышаны перед Шаулем, и он сказал ему: «да не падёт сердце человека…», и тот ответил ему: «ты не можешь…», и он снова привёл довод: «пастух был раб твой…» до конца всех тех слов. И вот, рука его не отступала от его руки; и когда он вышел от него совершить своё дело, он спросил о нём: «сын чей он?» И также Авнер, начальник его войска, поклялся «жизнью царя…» (там же). И нужно также уточнить: почему он сам не спросил или не приказал спросить от своего имени, но сказал: «спроси ты, сын чей этот юноша». И также не найдено, что Авнер вообще спросил о нём. И если случилось, что все сошли с ума, зачем Писание написало такие пустые слова без всякого смысла?

И вот, Хазаль сказали в разрешение этого, что смысл его вопроса — узнать, преуспеет ли он к царству; и спросил, «от Перца ли он пришёл или от Зераха ли он пришёл», как сказано в Йевамот (76б). И на первый взгляд Писание помогает им тем, что сказано «сын чей этот юноша» и «сын чей этот молодой человек». Однако, когда придём к концу, нет помощника: ибо сказано: «и когда вернулся Давид от поражения плишти, взял его Авнер и привёл его перед Шаулем, и голова плишти в его руке. И сказал ему Шауль: сын чей ты, юноша?» (там же). И видно, что он не сообщил ему ничего корневого сверх того, что сообщили ему о нём вначале, когда сказано ему: «видел я сына Ишая…», как мы сказали.

Но основа этого дела у меня — раскрытие дивного секрета, который мы сказали: ибо когда наш господин Давид облачился руах совета и могущества от Господа, чтобы вести войну с тем плишти, который поносил станы Элоким חיים, — это было добавочное дело к тому, что было с ним прежде, когда он воевал со львом и медведем. Его облачила руах Господа, и он поднялся очень высоко, и сияние его лица изменилось к чести и великолепию в глазах Шауля и в глазах Авнера, которые были великими в народе и ближе всего к ощущению этого, — до того что они оцепенели в своих мыслях о нём. И Шауль первым пробудился спросить: «сын чей этот юноша», ибо хотя он не вышел в своих мыслях из категории юного и мягкого годами, — они уже удивились его замыслам, почувствовав на его лице руах хен и величие, подобное «бар Элахин»; из-за этого он усомнился в нём и спросил о нём.

И Авнер также почувствовал это. Поэтому он сказал: «клянусь твоей жизнью, царь: не знаю». И поскольку Шауль стыдился этого удивления, он уклонялся от вопроса и сказал Авнеру: «спроси ты, сын чей этот молодой человек»; и по этой причине Авнер не спросил ничего о нём, чтобы не быть схваченным на своём вопросе слушающими его. И когда привели его перед ним с головой плишти, удивление ещё было в их сердце, до того что он спросил его: «сын чей ты, юноша?» А тот сказал ему только: «сын раба твоего Ишая, бейт-лехемца», — сказать: он тот юноша, который стоял перед ним прежде, и нет другого.

И если ты вдумаешься в тексты, ты найдёшь лицо всего рассказа сильно доказывающим всё это, и всё основано на том, чтобы сообщить этот дивный смысл, который мы сказали. И это видно из того, что после того как он написал всё дело о том, что Давид был перед Шаулем и о виде его служения с ним, он сразу сказал: «и Давид — сын человека эфратянина из Бейт-Лехема Йеуды, и имя его — Ишай…» — чтобы сообщить, что этот, о котором мы рассказали, пришёл сегодня к стану и сделал то великое дело. «И как увидел Шауль Давида, выходящего навстречу плишти…» — то есть, несмотря на всё это узнавание и великое привыкание, он стал неузнаваем для них в тот час; и как увидели его, тот спросил о нём, а этот не знал ответить, пока не сказал им, сын чей он. И если бы не так, ему следовало бы сказать: «и было, когда увидел Шауль…».

И ещё: посмотри и увидь, и исследуй смежности. Ибо поскольку Йеонатан сын Шауля уже совершил великое спасение Израилю этого рода, как сказано в начале войн Шауля, и уже было у него это свойство или близкое к нему, — это то, что смежно к этому рассказу: «и было, когда он закончил говорить с Шаулем, Нефеш Йеонатана связалась с Нефеш Давида, и полюбил его Йеонатан как свою Нефеш» (там же, 18). Он сказал, что они были как одна Нефеш сама по себе в двух телах, и потому «любовью своей Нефеш» он любил его, и нет там любви к другому. И это — секрет того, что сказали, благословенной памяти: «любовь, не зависящая от вещи — это любовь Давида и Йеонатана» (Авот, гл. 5). Ибо там была только любовь человека к самому себе. И это то, что они объяснили, говоря: «и заключил Йеонатан и Давид союз, потому что он любил его как свою Нефеш». И это — почтенная причина для слова: «и возлюби ближнего твоего как себя» (Вайикра 19), как придёт смысл в вратах 23, с помощью Скалы.

И вот, дело верно, и его свидетели доказывают из него самого, кроме содержания дела и его хорошего вкуса, освещающего глаза носителей разума и веры в подобных дивных вопросах, вытекающих из этой дивной природы, действующей по ступени своего достоинства и отменяющей силу известной природы и грабящей её при хранении её условия, до того что найдутся в ней две силы вместе — помогать и приносить пользу боящимся Господа и думающим о Его Имени.

И возразил тот вавилонянин: «но ведь написано: ‘и сушу руки Его создали’», то есть: почему именно «дело праведников», ведь и в простой природе найдено, что написано так? И ответили: «рука Его» написано; и это дивный ответ, сказать, что так оно и есть, как его слова: это одна природа, но в рассмотрении всего народа Он прячет Свою правую руку и пользуется только одной. Однако у праведников у Него находятся две правые руки, и Он пользуется обеими: одной рукой — воспламенит снаружи, а другой — охладит изнутри. И так возразил он во всех вопросах.

И снова ответили из: «и дело рук Его возвещает небосвод», чтобы увидеть, устоит ли этот дивный знак в Торе о этой мудрой природе; и они поставили и утвердили, что о дожде, который — из дела праведников, он говорит. И это был верный ответ, чтобы поставить и утвердить истинность этого почтенного дела из Писаний, как подобает ему и подобным ему по ступени и пользе.

Ибо после того как Всевышний благословил Ноаха и его сыновей, сказав: «плодитесь и размножайтесь и наполните землю», то есть: отныне не бойтесь ужаса трудиться впустую и рожать для бедствия в общем, как ваш первый отец, пока не разрушится земля и её полнота от зла сидящих на ней, — сказал им: «и страх ваш и ужас ваш будет на всякого зверя земли…». И очевидно, что смысл Писания здесь не в том, чтобы сказать, будто, когда соберутся толпы людей — эти на колесницах, эти на конях, и в огне стрел, и в мече, и в войне — против сильных зверей леса, они покорят их под свою руку; или, что, изощряясь расстилать сети и ловушки на всяких животных, будут ловить их и владычествовать над ними делать с ними по своей воле. Ведь всё это люди делают человек с человеком и царство с царством: падёт человек в руку ближнего; и отец всех [примеров]: «и сказал Адони-Безек: семьдесят царей, с отрубленными большими пальцами рук и ног, собирали под моим столом; как сделал я — так воздал мне Элоким…» (Шофтим 1).

Но без сомнения здесь Он открыл нам тот дивный секрет, который мы сказали, из чудес творения и из свойства человеческой Нефеш и её достоинства над прочими Цурот (Формами) существующего — скрытый от большинства людей времени. И Святой, благословен Он, упомянул это дважды при деле сотворения первого человека: сказал «сделаем человека по Нашему образу, по Нашему подобию…», и ещё сказал «плодитесь и размножайтесь и наполните землю…» (Берешит 1). А теперь это утроено более сильной речью: «и страх ваш и ужас ваш будет…». Он указал всем этим, что это владычество и господство — условие в совершенстве Цура (Формы) человека и его сущности, до того что о недостатке этого сказано: «и сделаешь человека как рыб морских», как мы сказали. И как указал на это певец в том псалме, где говорил о его признании, которым завершил: «Ты сделал его владыкой над делом Твоих рук; мелкий и крупный скот — все…» (Теилим 8). И это — первое достоинство, из которого вытекает второе, которое ты найдёшь у некоторых людей относительно некоторых по необходимости хранения подобия.

Однако в его хранении не выпадет ничего из всего, что мы сказали. И вот, после того как он упомянул первое, «форменное» владычество, которое — основа, он упомянул телесное владычество, которое — для обеспечения пропитания и прочих работ, и оно вторично относительно него, без сомнения, и сказал: «всякое движущееся, которое живо, вам будет в пищу».

Да будет восхвалён Скала, совершенны дела Его: распростёр землю и её порождения, даёт Цура (Форму) всякому сделанному на наиболее совершенной стороне, насколько возможно; ибо не постановила Его мудрость снять с «хиюли» Цура (Форму), а лишь облечь его в Цура (Форму) более дорогую, чем она. Поэтому Он не разрешил первым поколениям есть мясо животных, ибо он не заменит его и не обменяет «скот на скот», и тем более, что они были более испорчены и более падшие, чем скот земли; и да будет далёк Создатель их от того, чтобы опустить из святости и не поднять.

И потому сказали, благословенной памяти: «ам а-арец запрещено есть мясо» (Псахим 49б), ибо ам а-арец, о котором они там говорили, — это грубый невежда, о котором они сказали: запрещено сопровождать его в пути, и что разрешено зарезать его в Йом-Кипур, пришедший в Шаббат (там же). И это у них большая метафора и сильное преувеличение. Ибо убивающий Нефеш в тот день, с предупреждением о запрете дня, — свободен от убийства, поскольку наказание убийцы — смерть, а наказание за нарушение Шаббата — побивание камнями, и «ким лей бе-драбба מינей»; поэтому сказали, что убивающий в тот день — «свободен и разрешён» от его суда, и это относится ко всякому человеку, но они сказали это в форме остроты метафоры, как будто разрешают кровь ам а-арец из-за его низости.

И также говорят, что не объявляют о его пропаже (там же), потому что такой человек, поев мяса, уменьшает подобие, заменяя мясо быка и овцы мясом осла или жеребца или дикого зверя — противоположно тому, что сказала Тора: «и первенца осла выкупи овцой» (Шмот 34). Поэтому не дал ему разрешения есть из этого; и если он ел — ел без разрешения.

И о них сказал мудрец: «есть зло, которое я видел под солнцем, и велико оно на האדם (человеке): человек, которому дал ему Элоким богатство и имущество и честь… и не даст ему Элоким власти есть из этого…» (Коэлет 6). Ибо в начале размышления сказано: «и не недостаёт его Нефеш…», что противоречит сказанному: «и не даст ему Элоким власти есть из этого». Но смысл: он видел большое зло в роде человеческом — что найдутся среди них такие, у кого есть богатство и имущество и честь, и они пользуются ими по своей воле, хотя Элоким не дал им власти над ними; то есть: если бы они могли сделать это в истине, они не были бы вправе из-за своих недостатков. А пользующийся таким образом — «чужой человек» по отношению к нему, поскольку он не достоин ему. И как сказали: «всякий, кто наслаждается этим миром без благословения, как будто совершил ме’ила» (Брахот 35а), ибо едущий без того, чтобы дать хвалу и благодарность за своё пропитание, — он чужой, совершающий ме’ила в святыне своего Бога в истине; и это — почтенный смысл, вытекающий из того, что Писание не разрешило это человеку и его поколениям.

А те, кто объясняет причину «потому что они не сведущи в шхите», — приписывают запрет причине «невозможности»; однако также могли бы сказать: ам а-арец запрещено надевать цицит или тфилин — но исправление всех: идти к сведущему.

И после того как Он разрешил им мясо, Он ограничил их и отделил их от прожорливости хищных зверей, и запретил им «член от живого» и кровь; а причина запрета крови разъяснится в разделе «Ахрей мот», врата 64, с Б‑жьей помощью. И также Он обещал взыскать их кровь с каждой звери, чтобы не подумал, что Он разрешил их им так, как разрешил им их (животных). Дорога их Нефеш (душа) в Его глазах. И исправил ещё это пред Ним, так что предостерёг и подстегнул некоторых на пределе подстёгивания и предостережения, показывая достоинство человека над прочими видами живых существ, и сказал: «Но вашу кровь за ваши души Я взыщу» и т. д. То есть: вот, будет это у вас наоборот тому, что есть в Нефеш (душе) всякого живого, о котором Я сказал: что в них Я разрешил вам изъятие Нефеш (души) и запретил их кровь; но вас — вашу кровь по причине ваших душ Я взыщу, не из‑за крови, ибо Нефеш (душа) — основа. Потому «с каждой звери взыщу его», хотя зверь, пожирающий человека, не ищет у него его Нефеш (душу), а только его плоть и кровь; «и из руки человека, из руки брата его взыщу Я самую Нефеш (душу) человека», ибо он ищет именно его Нефеш (душу), а не его плоть и кровь.

И возможно, что словами «из руки брата его» он имеет в виду убившего без свидетелей или когда не обнаружилась вражда между ними, ибо тогда его суд — в руке Небес. И вот, вместе с этим Он уже поставил границу животным, чтобы они не разрушили своё положение против господства человека над ними и его власти, обязательной над ними по их природе и по превосходству их Цуры (Формы). Однако Он сообщил им это, чтобы наставить их и научить, чтобы была дорога их Нефеш (душа) в их глазах, как она дорога в Его глазах, и чтобы они не губили её уже как первые, как разъяснил, сказав: «проливающий кровь человека… ибо по образу Элоким создал Он человека».

Однако смысл сказанного «проливающий кровь человека — в человеке» видно, что таков: хотя Я сказал, что взыщу Нефеш (душу) человека «с каждой звери», Я ещё не передал это дело земному суду, а только когда это «проливающий кровь человека — в человеке», то есть когда проливающий — из вида человека. Но когда проливающий — один из животных, взыскание будет по суду Небесному и по Его надзору, как сказано: «с каждой звери взыщу его», — пока не будет дана Тора и не обновится Галаха, и не будет передан их суд суду Израиля, как сказано: «камнями побит будет бык» и т. д. (Шмот 21). И так же — для всякого скота, зверя и птицы, только Писание говорило о распространённом случае. И уже засвидетельствовали о одном петухе, который был побит камнями в Иерусалиме (Эдойот, гл. 6).

«А вы плодитесь и размножайтесь», то есть: зачем вам подавлять одних из вас другими? — но вы плодитесь и размножайтесь и наполняйте землю и т. д. И нет сомнения, что «умножение после умножения» пришло лишь для того, чтобы умножить размножение Нефеш (души) и её величие. И вот, вместе с тем, что предшествовало в речи о радуге, и о опьянении…, и о построении башни, завершился этот превосходный раздел — второй по величию к деянию Творения. И хвала Б‑гу, амэн.