Akeidat Yitzchak 18

— Вероятно (есть) так: если мы вернёмся и спросим: «Какова цель у Него, да будет Он благословен, — создать этого человека, чтобы он служил Ему? И если он будет праведен — что он даст Ему? Ведь Он самодостаточен», — тогда ответ будет: так возжелала мудрость Его, не из-за Его нужды, а со стороны Его милости и величия Его щедрого дара, ибо Он захотел создать существ, которые достигнут совершенства в познании существования Его и могущества чудес Его, чтобы они воздавали благодарение Его Имени и памяти Его святости. Однако уже можно сказать о них «некоторую нужду» в переносном смысле — в отношении их совершенствования посредством них, со стороны Его милости, — как сказали, благословенной памяти, в главе «Киньян Тора» (Авот 6, Мишна 9): «Пять приобретений приобрёл Святой, благословен Он, в Своём мире: Тора — одно приобретение, небеса и земля, Авраам и Исраэль, Бейт hа-Микдаш». Но ведь уже сказано: «наполняешь землю приобретениями Твоими» (Теhилим 104). Чем эти отличаются от тех? И если скажешь: «потому что о них упомянут язык “приобретение”», — возвращается трудность к стихам, которые упоминают (это) ещё; и ещё: в небесах и земле и в Аврааме не упомянули там “приобретение”, а в Исраэле упомянули “приобретение”, и понадобилось написать другой стих. И уже смутились толкователи в их деле. Но намерение их, благословенной памяти, (таково): эти пять приобретений приобрёл Святой, благословен Он, чтобы через них восполнить меру милости и щедрости мудрости Его в Своём мире; а доказательства из стихов — чтобы указать, что каждый из них был сотворён, дабы быть Ему и ради этой Его цели. То есть: быть орудием Его ремесла в Его руке, чтобы поддерживать истинность Его существования и распространять Его великое Имя, ибо это — цель Его милости к ним. И это разъяснено в Тора, как сказано: «Г-сподь приобрёл меня…» (Мишлей 8). Ибо то, что её существование — “с начала, прежде дел Его”, указывает, что Он приобрёл её для Себя и для Своих услад, ибо она указывает на истинность Его и величие Его дел и мощь Его качеств. А небеса и земля, будучи Его престолом и подножием ног Его, указывают, что они — Его и для Его цели, ибо они свидетельствуют о величии Сидящего на престоле, как написано: «Небеса рассказывают славу Бога…» (Теhилим 19:2). И Авраам также, несомненно, был коhеном Богу Всевышнему, чтобы учить среди них знанию народ, как сказали: «великая астрология была в его сердце…; драгоценная жемчужина была подвешена на его шее…» (Бава Батра 16:), как мы писали в Вратах 4. И известно, что это — указание на «объявляющий (мода) Богу Всевышнему» (Берешит 14), без сомнения. А Исраэль были прежде всего обучены этим своим отцом, и через них распространилось познание в мире, и потому сказал, что приобрёл их для Себя — однако чтобы через них исполнить Своё желание и волю, как написано: «к святым… и к величественным — всё моё желание в них» (Теhилим 16:3). И Бейт hа-Микдаш, на котором наречено Его Имя: первый стих сказал, что он был местом Его обитания и для Его цели, как мы сказали; а второй — что он был Его приобретением, как сказано: «гора эта — приобрела её десница Его» (там 78).

И по пути истины — всё это для того, чтобы завершить и улучшить Его мир, а не ради нужды Его Самого. И вот (фраза) «Ты отделил человека с начала…» подтверждает всё это, что думал рав помочь себе посредством этого; и вот, она указывает стрелами против него: ведь сказали, что с самого творения всего отделил человека и направил его к цели бытия в целом; и чтобы он познал — стоять служить Ему и благословлять Его Имя. Однако если спросит спрашивающий: «какая польза достигнется Ему, да будет Он благословен, в этом Его деянии, раз если он праведен — не даст ничего?» — мы ответим: нет у Него пользы, кроме того, что Он действовал по Своей щедрой воле — то, что возможно сделать; и нет никого, кто скажет Ему: «что Ты делаешь?» — без того, чтобы (для Него) была из этого польза, как у людей: если они не действуют, чтобы устроить добро или удовольствие или пользу самим себе, — их сочтут глупцами. Но Его действия, да будет Он благословен, — наоборот: невозможно, чтобы они были иначе как ради нужды другого и его совершенства, а не ради нужды Его Самого вовсе. И всё это разъяснено.

И добавил рав ещё разъяснить, что эти три “нахождения” были тремя разными путями и способами. Ибо есть “нахождение”, которое бывает по случаю, без подготовки и без какого-либо поиска, — и так был найден Исраэль в пустыне перед дарованием Тора, ещё без подготовки к достижению их совершенства, которое они обрели лишь потом, при явлении славы Г-спода на горе Синай, чтобы дать им законы и праведные уставы, как написано: «как виноград в пустыне Я нашёл Исраэль». И есть “нахождение”, которое бывает лишь после старания и поиска — найти и выбрать желанное и искомое среди разных носителей и тел, — и так сказано о Давиде: «нашёл Я Давида, раба Моего», после того как искали Всевышнего, как пример, и избрали из всех прочих, как написано: «искал (бакаш) человек по сердцу Своему». И слово “нахождение” говорят также иногда о раскрытии сущности и качества некоторой вещи, которая была прежде скрыта и вовсе неизвестна, — как Авраам, в котором лишь после испытания раскрылись цельность его сердца и мощь его веры в Г-спода, что прежде было скрыто и сокрыто от людей. И потому сказано о нём: «и нашёл Ты сердце его верным пред Тобою». И по этому также возможно в этом аспекте сказать: «три нахождения» и т. д.

— Сказал рабби Симон: три “нахождения” нашёл Святой, благословен Он, в мире. Первое: «и нашёл Ты сердце его верным пред Тобою» (Нехемья 9:8). Второе: «нашёл Я Давида, раба Моего» (Теhилим 89). Третье: «как виноград в пустыне Я нашёл Исраэль» (hошеа 9:10). Возразили товарищи: «а ведь Ноах нашёл благоволение в глазах Г-спода» (Берешит 6). Сказал ему рабби Симон: Ноах нашёл, но Святой, благословен Он, не нашёл.

Смотри: он выделил три “нахождения” для этих трёх основ, ибо Авраама Он нашёл, чтобы распространить истинность Его существования, и в нём — корень его верности, как доказал первый стих (Нехемья там) и его выход из Ур-Касдим. А относительно веры в награду и наказание Он нашёл Давида, ибо он распространил её больше всех, кто был до него и после него: не найдено, чтобы кто-то говорил о награде духовного мира, как он, как разъяснено в псалме «михтам ле-Давид» (Теhилим 16:1), что мы писали в предыдущих Вратах, и у многих, кто с ним. А абсолютная способность была найдена у Исраэль, через которых распространилась Его сила в мире — и в Мицраим, и на море, и в завоевании земли тридцати одного царя и прочего. Поэтому сказал: «как виноград в пустыне Я нашёл Исраэль», то есть: они были найдены Ему как бы без ожидания, как будто Он отчаялся, что они удостоятся всех этих величий, как в (стихе) «и нашёл (ва-имца) мандрагоры» (Берешит 30:14).

Однако “нахождение” Давида сказано о нём как “нахождение”, приходящее после поиска: ибо искал и нашёл, как сказано: «искал Г-сподь Себе человека по сердцу Своему» (Шмуэль I 13:14). А “нахождение” Авраама было как “нахождение”, приходящее после очищения, — как сказано: «Ты испытал меня — не найдёшь» (Теhилим 17:3). И вот три вида “нахождения” для трёх разных вопросов.

Возразили товарищи: «а ведь Ноах нашёл благоволение…». И намерение (возражения): ведь также через Ноаха была распространена Его способность, да будет Он благословен, — в могуществе небесных тел и в спасении от них, — и вот, это дело предшествовало ему; почему же отнесли это к Исраэль? И ответил, что, несмотря на это, Всевышний не имел намерения в его спасении показать Свою силу, а лишь — дать миру остаток; только он нашёл благоволение, чтобы был он предпочтён прочим, но Святой, благословен Он, не “нашёл” его ради этого, чтобы сообщить Свою мощь, как сказано об Исраэль: «а Я ожесточу сердце Пар’о, и умножу знамения Мои и чудеса Мои…» (Шмот 7:3); «ибо Я отягчил… дабы положить знамения Мои эти среди него… и дабы ты рассказал…» (там 10); «и однако ради этого Я поставил тебя, ради того, чтобы показать тебе силу Мою…» (там 9); «и Я укреплю сердце Мицраим… и прославлюсь на Пар’о…» (там 14). Все они указывают, что было возможно спасти их и иначе, но Он не захотел, кроме как прославиться через них и показать Свою мощь в мире.

Этим разъяснено, что Авраам, отец наш, — первый человек, который предварил лицо своего Творца совершенным и значительным деянием, достойным, чтобы (Творец) поднял к нему лицо. И потому обязано, чтобы он был у этого особого народа — по меньшей мере как Ноах в своём поколении у остального мира. Ибо как поставил Он Ноаху союз радуги для его существования и существования сущих в целом, так поставит новый союз этому избранному крепкому (эйтан), чтобы утвердить со всей силой то совершенство, особое ему и его народу, в отличие от прочих народов, — и это поставит их по природе в то состояние совершенства, как был союз радуги тем способом, как мы разъяснили в Вратах 14.

А как это будет — разъяснили наши мудрецы в особых высказываниях об этом, которые я упомяну после того, как сообщу то, что следует понять прежде.

И это, ибо известно и т. д., то есть: три дарования (кшаронот) дал Всевышний человеку, чтобы он приобрёл ими своё совершенство. Первое — дарование слуха, то есть обучение и принятие (каббала) от другого, чтобы знать опыты, которые испытали те, кто предшествовал ему, и мысли и понятия, которые они обдумали и постигли своим Сехель (Разум), чтобы он мог сделать их основаниями рассмотрения своего Сехель и своих мыслей. Второе — дарование его Сехель мыслить новые мысли и выводить новые понятия, построенные на предпосылках, услышанных и принятых от другого; и пока действие этого дарования — лишь в телесных вещах, оно называется практическим Сехель, или силой речевой (коах hа-дибри), ибо лишь благодаря способности человека мыслить мысли он имеет и способность речи, как сказано выше в конце Врат 10. Третье — дарование человека мыслить также новые мысли в духовных и Божественных вещах; это дарование называется созерцательным Сехель. И вот, каждому дарованию из этих трёх дарований соответствует один известный орган в человеке: ухо — чтобы слышать, и сердце — чтобы мыслить созерцательные мысли. И если человек должен быть совершенен как следует, он должен совершенствоваться во всех трёх этих дарованиях вместе, ибо частное исправление лишь в одном из них не только не приведёт к общему совершенству, но и самому этому дарованию не поможет как следует — из-за того, что они соединены и соответствуют друг другу, как человек брату своему; и только при исправлении всех трёх вместе каждый сможет в совершенстве совершать своё особое действие.

И вот, известно, что сосуды и нервы всех органов соединяются в сосудах и нервах органа рождения, и потому кастрированный слаб также во всех прочих своих органах. Поэтому, когда Всевышний захотел установить знак нравственного исправления и совершенства в народе, который избрал Себе в удел и в достояние из всех народов, Он повелел обрезать плоть их крайней плоти, ибо исправление, совершаемое в нём, считается как будто совершено во всех прочих органах — чего не было бы, если бы подобное исправление было сделано в одном из прочих органов. И на это намекает высказывание Мидраш: «Откуда обрежет? Если от уха — не может слышать (то есть: всё же не мог бы слышать в совершенстве как следует, и это частное исправление не принесло бы ему должной пользы); если от рта — не может говорить; если от сердца — не может мыслить. Откуда обрежет, чтобы и слышал, и говорил, и мыслил? — следует сказать: это крайняя плоть тела».

Ибо известно, что совершенство человека находится в трёх необходимых вопросах. Первый — начало всякого совершенства: склонность и желание слушать слова знания и морали от тех, кто учит его; ибо слова мудреца в начале «Книги качеств» сказали: «кто сам по себе не знает и не слушает голоса наставников — этот человек не принесёт пользы». Второй — чтобы у него был первый Сехель, который мудрецы назвали речевой силой, благодаря которой он называется “живое говорящее”, то есть практический Сехель: ибо давать совет и говорить некоторое слово — как сказал мудрец в начале седьмого изречения упомянутой книги, и мы уже упомянули это в начале Врат 11. Третий — совершенство абсолютного Сехель, то есть созерцательного, ибо его совершенство — последнее. И не станет человек совершенен, если только все три не будут связаны одним узлом, как сказал мудрец: «и тройная нить не скоро порвётся» (Коhелет 4:12); и близкое к этому разъяснено от него в тех Вратах.

И поскольку йецер сердца человека зол с юности его, и ему свойственно разнуздывать разнузданность в каждом из этих, как известно по природе его и по словам пророков, жалующихся на народ о каждом из них — иди прочти, — было Божественной милостью исправить в начале то, что исказила эта природа: дать в его руке силу владычества, чтобы склонить сопротивников под себя, вооружить его силой в войне за своё совершенство, дав ему этот знак союза, который будет ему исправлением всех трёх вместе; ибо это — совершенное действие, которое одним действием влечёт многие пользы, тогда как исправление в каждом по отдельности трудно найти.

И после слов, которые скажут, это то, что находится в Мидраш (Ваикра Рабба, раздел 25): Негада говорит: написано «и в восьмой день обрежется». Откуда обрежет? Если от уха — не может слышать; если от рта — не может говорить; если от сердца — не может мыслить. Откуда обрежет, чтобы слышал, и говорил, и мыслил? — следует сказать: это крайняя плоть тела. Рабби Танхума говорит: разумно (мне) — Негада, ибо сказано «и необрезанный — мужчина». Разве есть необрезанная женщина? — только из места, по которому узнаётся, мужчина он или женщина.

И из открытого видно, что эти вопросы не имеют никакого смысла: часть их неверны, а часть невозможны. И если возможно сделать — пусть сделают все три, и не будет у него никакой трудности. Однако этот мудрец внимал, исследовал и постиг знание — сказать о Боге: как страшно деяние Его, поскольку это деяние включает все необходимые совершенства человека. Ибо если мы предположим, что это исправление будет положено в какой-либо из основных сил человека, как слух, речь и разумная мысль, которые мы упомянули, — ибо это всё человек, — то исправление будет малым, поскольку оно не всеобъемлющее; и не только это: даже той части самой по себе не поможет, ибо когда будет исправлена только сила слуха — что он услышит, если не будет говорить и не будет понимать как следует? А если будет исправлена речь — что он будет говорить, если не слышит и не понимает? А при исправлении мысли — что будет мыслить тот, кто не слышит и не говорит? И это — из усиленной риторики сказать, что если сама исправленная часть не получила от этого пользы, как перейдёт польза к другому? И это — порок, упомянутый там в Мидраш, который бы лишил коhенства Авраама, отца нашего, если обрежет от уха, или от рта, или от сердца; ибо обрезание — намёк на исправление во всех этих частях. Итак, откуда исправить, чтобы исправление было всеобщим для всех его частей? — пусть обрежет от тела, которое несёт все силы; и при его исправлении исправятся слух, мысль, речь и все действия, вытекающие из них.

А то, что этот союз — таково его содержание, — ясно из его особого места, которое есть “тело дерева” и его корень, поскольку это главный орган, называемый “голова тела”, стоящий на месте силы и крепости человека; и к нему излиты все сосуды тела, как и подобает для ремесла рождения, ибо капля семени собирается из лучшего тела — всякий хороший кусок: бедро и плечо; и на пути того, что сказали наши мудрецы, что прах первого человека был собран со всего мира (Санhедрин 38:). Отсюда следует, что касающийся его — как касающийся всех частей человека и его сил; а ослабляющий его силу — ослабляет силу всех. Разве не видно, что кастрированный или отсечённый — лицо его меняется, волосы его выпадают, голос его (изменяется), и также все его действия слабеют, и все его желания уменьшаются, — чего не будет, если отсечь ему голень, руку или предплечье. И это ясно.

Поэтому то, что сказал рабби Танхума: «разумно — сказано “необрезанный мужчина”», — ибо следует обрезать из места, достаточного, чтобы поставить его на надлежащее и уместное различие между мужчиной и женщиной; ибо в этом, несомненно, есть в человеке сила удержаться в силе своей человечности, чтобы не было у него путей женщин — соблазняться материальной силой, ибо об этом сказали: «горе ему, у кого сыновья — женщины» (Бава Батра 16:). И это его слова: «из места, по которому узнаётся, мужчина он или женщина». И подобное этому самому вопросу сказано в Гемара Шаббат (108:): «Откуда (учим) обрезание, что оно из того места? Сказано здесь “его крайняя плоть” и сказано там “его крайняя плоть — плод его” (Ваикра 19:23). Как там — место, делающие плод, так и здесь — место, делающие плод. А скажи: из сердца, как написано: “и обрежьте крайнюю плоть сердца вашего” (Дварим 6). А скажи: из уха, как написано: “вот, крайняя плоть…” — и не могут внимать (Йирмияhу 6:10). Судят “полную крайнюю плоть” (арла тема) из “полной крайней плоти”, и не судят “полную крайнюю плоть” из “крайней плоти, которая не полная”». Видно в истине, что они имели в виду то, что мы сказали в первом высказывании: учить и сообщить, что обрезание приходит в этом месте — то есть в органе, делающем плод, — тем, что приносит пользу всем частям тела и делает плод также для другого, чтобы это дерево было корнем внизу и приносило плод наверху во всех частях своих действий.

Поэтому сказал: «а скажи: из сердца и из уха», — то есть: они органы частичные, и было бы изучение (гзера шава) из-за одного лишь слова “крайняя плоть”, а не обязательно из «его крайняя плоть — плод его». И ответ был: «из полной крайней плоти…», ибо Писание строго настаивает на слове «его крайняя плоть» буквально, и мы учим лишь из «его крайняя плоть — плод его», которая — полное и совершенное слово, поскольку из него понимается дело плода, польза которого распространяется на сердце и на ухо, которые — главные органы в их почтенных действиях, имеющие большой вход в его совершенство; чего не будет в исправлении каждого из них, как мы сказали.

И по этой самой причине была великая польза, чтобы эта заповедь предшествовала и была дана Аврааму, отцу нашему, прежде чем будет у него чистый сын, о котором будет называться ему семя, — который корень и основа всему святому народу, как сказано: «взгляните на скалу, из которой вы высечены…» (Йешаяhу 51:1), — чтобы исправление и совершенство распространились по природе в целом.

И об этом рабби Элазар бен Азарья сказал в том высказывании, которое мы упомянули вначале (Недарим 31:): «ненавистна крайняя плоть, ибо ею опозорены злодеи, как сказано: “ибо все народы — необрезанные”» — и это унижение речевой силы, находящейся в целом; и говорит: «и будет этот необрезанный плишти…» — и это унижение силы разумной, ибо хотя ему не недоставало речи, недоставало ему постижения и понимания к Богу, да будет Он благословен, потому он пришёл хулить Его строи; и говорит: «дабы не ликовали дочери необрезанных» — и это унижение упрямства и отказа слушать голос наставников морали и знания; ибо это по истине свойственно дочерям идолопоклонников.

И по этой причине крайняя плоть была большим пороком в теле человека: пока она в нём — невозможно достичь его особых совершенств, чтобы Шхина не пребывала на нём в совершенстве, как мы сказали. Ибо как жемчужина совершает все свои действия, когда соблюдены условия, соответствующие месту её пребывания — что для серебра (одно), а что для золота (другое), — так чистая душа удерживается от своих действий и преуспевает только тогда, когда её местопребывание — среди лучших тел, сделанных с мудростью, с разумением и со знанием. Поэтому сказали, что Святой, благословен Он, советовался со Своей свитой о каждом органе и органе (Берешит Рабба, раздел 12), как сказано: «Он создал тебя и утвердил тебя» (Дварим 32:6). И высказывание: «если закроется один из них или если откроется один из них — невозможно существовать» (Брахот 60:) докажет это, что это — качество тонкой работы, сделанной от мощи мудрости, стояние которой зависит от всех её частей; как сказано сначала (там): «Который создал человека с мудростью», ибо если недостанет и если убавится на толщину волоска — недостанет его замысла и цель отменится.

И по этой причине был дисквалифицирован בעל מום (бааль мум, «обладатель порока») от священства для Г-спода: ибо тот порок, что в его теле, портит Нефеш, и он не достоин быть средством излияния высшего блага на избранный народ. Однако «святое святых и из святых он будет есть», ибо он не отвержен из-за вины, которой согрешил, и не было в нём начала его низости, как придёт в своём месте.

И вот, в истине плотская крайняя плоть — это стыд и позор и порок в человеке, и она дисквалифицирует в священстве, как один из расслабленных органов; и она в каждом человеке, как и прочие излишества, возложенные на него исправлять себя от них, как пуповинные внутренности и рост волос и ногтей, в которых есть грязь и нечистота — как известно. И это дело разъяснил в совершенстве рабби Акива, Божественный (Танхума, раздел Тазриа): спросил Турнусруфус рабби Акиву: «какие дела красивее — дела плоти и крови или дела Святого, благословен Он?» Сказал ему: «дела плоти и крови». Сказал ему: «небо и землю ты можешь сделать?» Сказал ему рабби Акива: «не говори о том, что выше и над чем творения не властны, а о вещах, которые находятся у людей». Сказал ему: «почему вы обрезаетесь?» Сказал ему: «я знал, что об этом ты спросишь, и потому я предварил тебя: дела плоти и крови красивее». Принёс ему хлебы и колосья. Сказал ему: «эти — дело Святого, благословен Он, а эти — дело плоти и крови; кто из них красивее?» Сказал ему: «раз Он желает обрезания, почему не родился младенец обрезанным из чрева матери?» Сказал ему рабби Акива: «почему его пуповина выходит у него под ним, и мать отрезает её? И ещё: не дал Святой, благословен Он, заповедей Исраэлю, кроме как чтобы очистить (лецарфан) их ими, как сказано: “всякое изречение Бога очищено…”» (Мишлей 30:5).

Смотри: его первый ответ — то же, что мы сказали: что крайняя плоть сама по себе — как пупок или какая-либо расслабленная вещь, рождающаяся из излишков материи, что есть позор в человеке, и возложено на него удалить её, снять с себя свою срамоту — как сказали совершенные о ней: «ибо срам это для нас» (Берешит 34:14). И этим полностью оттолкнуто то, что написал рав Морэ (Морэ Невухим), глава 49, часть 3, таково его выражение: «и уже подумали, что это обрезание — восполнение недостатка творения, и всякий спорящий нашёл место спорить и сказать: как могут природные вещи быть недостаточными так, что нуждаются в восполнении извне; вместе с тем, что выяснится польза той кожи для того органа. И не дана эта заповедь, чтобы восполнить недостаток творения, а чтобы восполнить недостаток качеств». До сих пор.

Вот, в истине то, что он сказал — что в ней есть польза прямых качеств, — ясно из всего сказанного нами: ибо, снимая с себя срам крайней плоти, исправятся все качества. И это то, чего хотел рабби Акива во втором ответе, сказав: «и ещё: не дал Святой, благословен Он…», — то есть: поскольку она порок, её удаление обязано во что бы то ни стало. А в том, что ты сказал, что природа дополнила бы его, — знай: путь природы таков. И ещё: если бы родился обрезанным, не продолжилась бы польза, достигаемая её удалением после рождения — в ослаблении того органа. Поэтому обязано, чтобы его действие было в руке человека, как и прочие заповеди, которые даны, чтобы очищать ими творения.

Однако то, что он сказал, что обрезание не дано, чтобы восполнить творение, — мы послушаем слов рабби Акивы, который сказал слово со смыслом, и слов рабби Элазара бен Азарья, который сказал «ненавистна крайняя плоть», не сказав лишь что она плоха, а что она ненавистна — до того, что к ней привязан позор злодеев, как привязывают к прочим порокам, так что равно сказать «этот необрезанный плишти» — как сказать «этот мерзкий плишти», и подобное.

И вот, о украшении и красоте, достигаемых её удалением, рабби Меир сказал: «велико обрезание, ибо все заповеди, которые сделал Авраам, отец наш, — не назывался он совершенным, кроме как из-за него, как сказано: “ходи предо Мною и будь совершенен”» (Недарим 31:). И это ясно: ибо “совершенный” — противоположность בעל מום, потому что, будучи בעל מום, не было силы у души совершать свои действия в совершенстве из-за негодности места её пребывания, как мы доказали. Но отсюда и далее очистится психическая сила, чтобы подняться к степени полной пророческой (ступени), как придёт.

Разъяснили, что его намерение желанно во всех его делах, и что “закваска в тесте” задерживает чуть-чуть, и, удалив её, завершится его исправление. И вот, рабби Элазар бен Азарья и рабби Меир сказали одно и то же, только рабби Элазар говорил в порицание её существования, а рабби Меир — о красоте и украшении, достигаемых её отсутствием. И вот это — удивительная польза, достигаемая знаком этого союза со стороны его материи.

Однако вторая польза — со стороны её существования: поскольку благодаря ей все בני ברית (бней-брит, «сыновья Завета») будут иметь на себе знак и удивительный отпечаток в своей совокупности, чтобы все связались узами любви, добавочной по сравнению со всеми прочими; и с её помощью будут помогать друг другу во всех нуждах своей жизни, ибо это — благо и необходимость для человека во всех его силах, как разъяснено в девятом трактате «Книги качеств» (ספר המדות): богатым — чтобы беречь их от страха перед завистниками и разжиганием распрей; бедным — чтобы спасать их от грабежа бедняков, от стона нищих; юношам — чтобы вывести их из глупости младенчества и греха юности; старикам — чтобы помогать им и поддерживать их в слабости старости и печали преклонных лет.

И вот, поскольку Святой, благословен Он, пожелал удостоить ישראל (Исраэль) и умножить им Тора и заповеди, для исполнения которых очень нужно, чтобы эти помогали тем, сверх прочих дел, — было от Божественной мудрости отметить их одним Божественным знаком, который будет могучей причиной усилить любовь и посредничать миру между ними, чтобы быть одним сердцем — всем называться именем своего Бога, Который — Владыка их Завета, и носят Его печать; и будут хранить этот «завет мира» друг с другом и не изменят один другому, как сказал пророк, да будет на нём мир: «Разве не один отец у всех нас, и почему мы изменяем, каждый брату своему?» (Малахи 2). А что сходство и соотнесённость порождают любовь, и тем более — сохраняют её, мы уже сказали должное в восьмых вратах, в главе о соединении. И об этом деле уже говорил רב המורה (рав Морэ) в той главе, о которой мы упомянули, только мы добавили к его словам.

*И относительно этой пользы, то есть: что одна из польз заповеди обрезания — чтобы благодаря ей возникла и укрепилась любовь между всеми בני ישראל (бней-Исраэль) вместе, равными все в этом знаке, который положен в их плоти, чтобы отличить их от всех прочих, как известно, что основания всякой любви строятся лишь на равенстве между любящими вместе (и чтобы указать на это, возможно, имели в виду и сыновья Яакова, сказав жителям Шхема: «Но только этим будем довольны к вам, если станете как мы — чтобы обрезать вам всякого мужчину»; а высказывание наших мудрецов: «Велико обрезание, ибо о нём заключены тринадцать заветов», — помимо его простого смысла, что в главе об обрезании тринадцать раз упомянуто слово «завет», намекает и в своём внутреннем намерении на величие любви, и завет братства и дружбы, которые посредством него будут вызваны между בני ישראל вместе).

— И на эту особую пользу намекнул רבי ישמעאל (Раби Ишмаэль), сказав: «Велико обрезание, ибо о нём заключены тринадцать заветов», — потому что хотя это число, встречающееся в упоминании «завета» в главе об обрезании, чрезвычайно указывает всякому обладателю разума: раз это дело, от которого зависит всё строение, то нужно много укрепить его колышки тринадцатью крепкими гвоздями, — уже намекается этим выражением, что в нём есть польза любви и мира между заключившими этот завет «на жертве», в такой мере, что подобает сказать о нём: «с ним заключены тринадцать заветов», то есть — преизбыточная любовь, добавочная между ними более, чем с прочими.

Однако третья польза — со стороны её сущности: ибо эта избыточная крайняя плоть весьма умножает вожделение и чрезмерно побуждает своего обладателя к делу разврата — как со стороны мужчины, так и со стороны женщины; и как сказали наши мудрецы: «С той, с которой вступали в связь у идолопоклонников, трудно расстаться» (Сота 3). А за ней он потянется за всеми материальными вожделениями. Но когда эта избыточная крайняя плоть удаляется — сила остаётся в равновесии, и со стороны его, и со стороны женщины; и это приносит пользу, а не вред. И на это намекнул ר' יוסי (Раби Йоси) (Ндарим 31), сказав: «Велико обрезание, ибо оно отталкивает Шаббат — строгий», — потому что хотя по закону так и есть: по величию своего достоинства обрезание в своё время отталкивает Шаббат, — всё же он прекрасной речью намекнул, что обрезание отталкивает умножение тоски и приятности к материальным вожделениям, и в особенности — к вожделению соития; а говоря «строгий Шаббат», он имеет в виду наслаждение и добавочную страсть, ибо Шаббат — день наслаждения; и подобным этому сказали: «Шаббат и супружеская близость — подобие будущего мира» (Брахот 57).

Четвёртая польза — со стороны самой сущности: ибо хотя эта крайняя плоть приносит некоторую пользу для охраны того органа, как упомянул הרב (рав), всё же она — большая причина, чтобы прийти в нём к разъеданию и порче из-за чрезмерного нагрева и загнивания семени, скапливающегося в ней; настолько, что много раз приходилось обрезать многих необрезанных не ради заповеди, а ради иного; а обрезание в своё время, без сомнения, спасает от всякой язвы и болезни. И на это намекнул ר' נחמיה (Раби Нехемия) (Ндарим там же), сказав: «Велико обрезание, ибо оно отталкивает поражения (негаим)»; хотя по закону так и есть, что проказу, расцветшую на крайней плоти, отсекают и не боятся запрета, сказанного: «Берегись поражения проказы» (Дварим 24), и сказали наши мудрецы: «Не отсекай его белизну» (Шаббат 132). И во всяком случае, в общем его слов — наши слова; и вот, с иной стороны, эти две пользы — таковы: ибо со стороны того, что устранено избыточное вожделение, оттолкнуты также и поражения.

Пятая польза взята со стороны её времени: это то, что мы сказали выше — что она дана Аврааму, нашему отцу, прежде чем он родил Ицхака, чтобы её исправление было укоренено и запечатлено в предшествии всех тех поколений, дабы все приходящие после него были верны в лоне его совершенства; и потому эта заповедь не дана в общем числе всех заповедей, данных на Синае. И это то, чем побудил свои слова ר' יהושע (Раби Йеошуа) (Ндарим там же), сказав: «Велико обрезание — ибо не задержали Моше-рабейну из-за него даже на один час»; и хотя уже известно, что случилось с Моше из-за него, если бы не расторопность Ципоры, его жены, — всё же из общего смысла его слов следует: не ждали, чтобы она была дана через него, как остальные заповеди, но сразу, когда пришло время рождения Ицхака, она была дана мне без всякого промедления, ибо оттуда началась Кдуша. И из этого же основания — то, что её заповедь на восьмой день, который является первым днём его бытия, когда он вышел из разряда «раздавления членов», чтобы это исправление опередило все дни его жизни; кроме того, что тогда он испытывает меньше боли из-за меньшего ощущения, как сказал הרב ז"ל (М"Н, ч. 3, гл. 49).

Шестая польза — в отношении её совершения: ибо помимо всех упомянутых особых польз есть великая польза со стороны того, что она совершается по заповеди Творца, как одна из всех заповедей; и этим Он указал, что она не делается ради каких-либо человеческих целей, которые человек делает по желанию своего Разума или по своему выбору; ибо хотя от неё произошли все упомянутые пользы, всё же не из-за этого человек вообще побудится её делать, если не из-за того, что она — Божественная заповедь; и потому сказано о ней: «Ходи предо Мною и будь цельным», как придёт далее. И это то, что сказано о ней (Ндарим там же): «Велико обрезание, ибо если бы не оно, не создал бы Святой, благословен Он, Свой мир», — то есть, что со стороны её совершения она относится к числу заповедей, которые были причиной сотворения небес и земли, как написано: «Если не Мой завет днём…» и т. д. И сказали: «Если примут ישראל Тора — хорошо, а если нет…» (Шаббат 88). И это включено в высказывание ר' עקיבא (Раби Акивы) «очистить творения».

А седьмая польза приходит со стороны её места: это то, что разъяснено из первых высказываний — что исправление, совершаемое в корне тела, помогает исправить все телесные разряды, ибо из того колодца поят всех; и оттуда стадо душевных сил. И выходит вместе с этим, что эта заповедь — причина существования всех Божественных заповедей, ибо она готовит его быть послушным всем им. И это же самое сказал ר' שמעון (Раби Шимон) (Ндарим там же): «Велико обрезание, ибо оно равноценно всем заповедям», как сказано: «Вот кровь завета, который заключил Г‑сподь с вами обо всех этих словах». И хотя простой смысл — о крови жертв, которую кропили на них, говорит Писание, — всё же, раз вещь верна и истинна, истолковали это о крови этого завета и оперлись на него. И отсюда и из всего подобного — ответ тому, кто станет возражать нам по намерению этих мудрецов в этих высказываниях: раз это дело верное и приличное, то подобает привязать его к ним; тем более, что уже можно верить, что они имели в виду это в своих приятных оборотах речи, а не умножать эти слова на те без нового смысла.

И я вот увидел все эти семь польз, устроенными одну к другой, в благословении «Который освятил возлюбленного от чрева» (Шаббат 137): если откроются твоим глазам — по этому намёку, истолкуй и получи награду.

И вот, после того как мы дошли досюда в объяснении необходимости обрезания и его польз, и научились, что тот, кто не обрезан, во всяком случае нуждается в исправлении и завершении, — мы уже разрешили, по нашему пути, четыре вопроса, которые падают на него: первый — от корня его заповеди; второй — от его места; третий — от его предшествия со времён Авраама; четвёртый — от его запоздания до дней его старости.

ה — сказать ему: «сын девяноста девяти лет», и после того как нашёл его сердце верным пред Ним и заключил с ним завет בין הבתרים (бейн hа-бтарим, «между рассечёнными [частями]»): «Ходи предо Мною и будь цельным». И хотя мы уже говорили об этом, ещё прояснится его намерение.

ו — то, что сказано: «и пал на лицо своё» два раза в этом рассказе, чего не упомянуто так нигде. И мы уже поговорим об этом, но будет сказано ещё.

ז — в сказанном: «Я — вот, Мой завет с тобою, и ты будешь отцом…» — это излишний оборот после того, как сказал: «и дам Мой завет…». И непонятно, ибо из этого не выяснится, каково его намерение, ведь он говорил только о настоящем; тем более в том, что он возвращается и удваивает: «и установлю Мой завет…».

ח — в сказанном сначала: «и ты будешь отцом множества народов», а затем сказал: «и будет имя твоё Авраам, ибо отцом множества народов Я сделал тебя», — ведь в этом пал повтор смысла.

ט — в сказанном: «и не будет больше называться имя твоё Аврам…». Почему сказали: «кто называет Авраама Аврамом — нарушает запрет и повеление», а не сказали так о Яакове, а лишь — что не будет вырвано со своего места, как в Брахот (13). И ещё: как возможно это изменение — если ему надо было собрать народ и изменить своё имя, или каким образом.

י — то, что видится как повтор и чрезмерная избыточность в последующих Писаниях: сказал прежде, чем упомянуть завет: «а ты — Мой завет храни», а после того как сказал: «вот Мой завет, который будете хранить…» — снова сказал: «и обрезайте плоть вашей крайней плоти…», и снова скажет: «обрезан да будет обрезан…», и «и будет Мой завет в вашей плоти — заветом вечным…», и ещё: «а необрезанный мужеского пола, который не обрежет…». Нет сомнения, что мог бы стеснить это дело тремя оборотами речи, по видимости.

יא — в сказанном: «ибо Сара — её имя»; и откуда было «Сара — её имя», если только не назвать её так сейчас.

יב — из сказанного: «и пал Авраам на лицо своё… Неужели от Г‑спода скроется слово…» — и труднее всего здесь то, что Всевышний не рассердился на него, как рассердился на Сару. И не только это: но сказал: «и назовёшь имя ему Ицхак», как будто смех был вещью подходящей или каким-то достоинством. А слова различающих (תרגום אונקלוס — таргум Ункелос) между смехом Авраама и смехом Сары не входят в мои уши, ибо не видно, чтобы Писание вообще изменило в рассказе их слова, кроме как в словах упрёка בלבד.

יג — в сказанном: «разве у столетнего родится?» — и ведь в тех поколениях нет такого удивления; ведь ещё недавно в годах он родил от Агарь, и почти сорок лет наполнил свой колчан сыновьями Ктуры, и это не упомянуто как удивительное.

יד — в сказанном ему: «пусть Ишмаэль живёт пред Тобою» — а кто сказал ему, что он умрёт?

טו — почему Писание удлиняет в упоминании успеха Ишмаэля и его потомства?

טז — смысл сказанного: «и перестал говорить с ним, и поднялся Элоким…».

Однако то, что выходит из разумного умозаключения, — ещё властвовало над ним по обычаю философов, считающих, что от Него, благословен Он, не изливается ничего против их разума; и это то, что для них обязательно — их истинность, из их мнения, постановляющего бытие существования путём необходимости, как мы написали в четвёртых вратах. И уже начал предыдущий рассказ выводить его из этой астрологии, как разъяснено там.

А теперь Он снова добавил Свою руку, повелевая ему заповедь обрезания: ибо это — вещь, которую разумное умозаключение вообще не постановит; и тем более — в том, что Он утроит ему в деле Акеды (עקידה — «связывание [Ицхака]»): что в рамках человеческого разума будет полной глупостью, как придёт там. Ибо всё это устанавливает, что мир обновлён абсолютной волей, и что сила в Его руке, благословен Он, — делать добро и делать зло человеку по его качествам, согласно тому, что следует из послушания Ему или нарушения Его воли; ибо это знание делает человека цельным со своим Богом, а без него невозможно достигнуть совершенства. И это то, что Он сказал ему сейчас: «Я — Эль Шаддай, ходи предо Мною», — ибо это имя указывает на намерение: ведь Шаддай мы находим как «велик могуществом» над природными системами — миловать и жалеть, как сказано: «и Эль Шаддай даст вам милосердие…» (Берешит 43:14); «Я — Эль Шаддай, плодись и размножайся…» (там же 35); и это — причина: «и Я явился Аврааму… как Эль Шаддай» (Шмот 6:3), ибо этим именем Он спасал их и был с ними во всех их путях, хотя их чудеса были скрыты, как написал Рамбан, благословенной памяти, там. И также — наставлять и наказывать: «половины Шаддая со мной» (Ийов 6:4); «и Шаддай сделал мне зло» (Рут 1:21) — и другое из того и из этого.

И намерение: знай, что Я — Эль Шаддай; поэтому «ходи предо Мною» и веди себя пред Моей прямотой, «и будь цельным» со Мною; и не мудрствуй больше, чтобы опираться на свою мудрость и полагаться на своё исследование, как пришла причина этого в предыдущих вратах. «И дам Мой завет между Мною и между тобою…»

(ו) И вот, поистине, поскольку пришли сюда новые стороны и добавление достоинства в ступенях пророчества, а недостаток его крайней плоти не даёт ему стоять пред Шхина в этом постижении, как в первых, — сказано: «и пал Авраам на лицо своё» два раза: в начале и в конце, как видно; ибо он смирился и отпрянул перед великим почётом, которого не было «вчера и позавчера». Или скажем: он падал так каждый раз, только здесь это сказано, чтобы приблизить к тому, что упомянуто: «после того как он обрезался — и явился ему Г‑сподь… и он сидел», как придёт: «и пришёл».

И потому: то, что Он снова говорил с ним в покое и мягкости и сказал ему: «Я — вот, Мой завет с тобою…» (ז) — означает: «Я — вот, у Меня есть завет с тобою» — от видения между рассечёнными (ממראת בין הבתרים). (ח) И ради того завета ты, без сомнения, будешь отцом множества народов, как Я обещал тебе там. Однако сейчас, в большем, чем это, Я прихожу к тебе и возвышение, превышающее его, возвещаю тебе; и это: «не будет более называться твоё имя Аврам…». Ибо отныне ты превратишься в другого человека — в достоинстве и почёте.

(ט) И возможно — имя Всевышнего в устах людей как знак; и верно: оттуда он узнал то, что он переселился после обрезания в землю Негев, как придёт там. И во всяком случае, это изменение указывает на добавление величия по сравнению с прежним: ибо сказано «и Я сделаю тебя весьма, весьма плодовитым» — больше, чем было в первом завете; и ты будешь не только «отцом множества», но: «Я сделал тебя народам, и цари от тебя выйдут». (ט"ו) И потому сказано об Ишмаэле: «двенадцать князей родит» — чтобы сказать, что среди них не было несущих царское величие, как было в потомстве Ицхака.

(ז) «И установлю Мой завет с тобою» — вновь, не как первый завет, который был между Мною и между тобою одним, но этот будет между Мною и между тобою и между твоим потомством после тебя — для их поколений — заветом вечным; не только для временных дел, но чтобы быть тебе Богом и твоему потомству после тебя, ибо это и будет истинным душевным совершенством. Однако это не будет лишено временных благ — чтобы увеличение имени было без важного дара, по обычаю царей земли, которые возвеличивают имена вельмож без всякого другого дара; но у тебя будет величие с даром: «и дам тебе и твоему потомству после тебя землю твоего проживания…».

И всё же изменение этого имени — нужда для обрезания, которое Он ему повелит, ибо в обоих сегодня соединится для него — быть пред Ним истинным гер-цедеком. И вот, последние достоинства отменяют первые, без сомнения: ведь первое имя — имя его необрезанности, и не подобает упоминать его ныне. (ט) Поэтому тот, кто называет его им — нарушает запрет и повеление (Брахот 13), чего нет у Яакова: хотя имя Исраэль было главным, первое не было вырвано со своего места, ибо оба вместе хороши и равны в еврействе, только второе указывает на добавочную власть, как придёт на своём месте.

Однако после того как Он предварил ему всё это, Он пришёл сообщить ему сущность завета, который упомянул, и включил в своём сообщении все эти пользы, которые мы упомянули. И вот:

— о пользе предшествия по времени, о которой сказали, что не задержали Моше из-за неё и т. п., — сказал: «а ты — Мой завет храни, ты и твоё потомство…» (י): то есть ты сам, хотя состарился и поседел, храни этот завет, чтобы исправление отпечаталось в потомстве, приходящем после тебя, для их поколений.

— И сказав: «вот Мой завет, который будете хранить между Мною и между вами… обрезайте себе всякого мужчину», — сообщил ему сущность того завета: устранить ту крайнюю плоть, что в мужском; и наиболее известное в её сути — ослабить силу вожделения к его особому действию и к прочим материальным делам: это «отталкивание строгого Шаббата», на что мы намекнули.

— И сказав: «и обрезайте плоть вашей крайней плоти», — имел в виду сообщить позор необрезанности: что это — увечье в человеке и вещь постыдная, чтобы удалить её со стороны его тела; и как он написал: «отвратительна крайняя плоть…». И что Авраам не завершился, пока не обрезался и не был назван «цельным», то есть без увечья.

— И сказав: «и будет это знаком между Мною и между вами», — имел в виду сказать: тем, что этот позор будет устранён от них, потянется к ним вторая польза: что устранение его по Его заповеди будет знаком заслуги в нас, как одна из заповедей, данных в завете Торы и заповеди; и в этом отношении сказано: «если бы не она — не были бы сотворены небеса и земля».

— И сказав: «и в возрасте восьми дней пусть будет обрезан у вас всякий мужчина…», — направил к всеобщности её пользы: что её исправлением будет исправлена речь, и слух, и мысль, и оттуда все природные силы — на что красиво намекают «всякий рождённый в доме и купленный за деньги, от всякого чужого сына, который не от твоего потомства». И это то, что сказано о ней: «она равноценна всем заповедям».

— И сказав: «и будет Мой завет в вашей плоти — заветом вечным», — направил к пользе любви и посредничеству здоровья, отпечатанному между заключающими этот завет, пока между исполняющими его всегда будет «завет мира» навеки; ибо на это намекает сказанное: «о ней заключены тринадцать заветов».

— И сказав: «а необрезанный мужчина, который не обрежет плоть своей крайней плоти…», — направил к пользе, достигаемой от неё в удалении вреда, приходящего к обладателям крайней плоти от их необрезанности: от разъедания и поражений; до того, что случается с ними: тот, кто не обрежет ради исцеления, будет «отсечён от народа своего» не в своё время, ибо об этом мы сказали — «отталкивает поражения». Поэтому назначено приготовление телесное и душевное к обрезанию — оба несомненно присутствуют, как написано: «и будет отсечена та Нефеш (душа) от своих народов» — от двух народов, которые в двух мирах.

И вот, этим завершились все пять упомянутых польз, и язык укладывается в них хорошо.

«И пал Авраам на лице своё». Мы уже хорошо объяснили причину. «И засмеялся и сказал в сердце своём: разве у столетнего…» — если пойдём вслед за первыми, чтобы различить смех от смеха, возможно, я найду немного основания их словам из того, что он сказал «у столетнего», а не сказал «сын столетний родит», и также из того, что он сказал Ему: «Ишмаэль да живёт пред Тобою» — а кто сказал ему, что он умрёт? — разве только что это выглядит как признание величины блага; и он как бы выжидает и сказал: «Разве уже нельзя было породить от столетнего многочисленное семя через Ишмаэля, моего сына, чтобы исполнить сказанное: “отцом множества народов Я сделал тебя”? Зачем это я обрёл благодать в величиях и чудесах вне природного обычая, чтобы Сара, девяностолетняя, родила? Может быть, Ему известно, что Ишмаэль не будет жить и не продлит дней, и потому понадобилось просить из другого места (17); и потому сказал Ему: “Ишмаэль да живёт пред Тобою”». Но Сара сама истолковала свои слова — что дело было странным и чудесным в её глазах, как она сказала: «После увядания будет ли у меня нежность…» (Берешит 18).

Однако, по-моему, не следует давить во всём этом, а только чтобы Писания были истолкованы по их простому смыслу; и в этом деле также находится у него, мир ему, оттенок вины и малость веры, по пути сказанного Моше-рабейну: «Овцы и быки будут зарезаны для них и хватит им?» (Бемидбар 11). По мнению Мидрашей (Танхума, паршат Ваэтханан) следовало бы упрекнуть его в лицо; но тот день — день вести, не день упрёка и взыскания вины, ибо в него дана ему великая заповедь обрезания — ему и сыновьям после него по поколениям их — которая равна дню дарования Торы. И сказали наши мудрецы, благословенной памяти (Шаббат 130а): «Заповедь, которую приняли Израиль с радостью, как сказано: “Радуюсь я слову Твоему” (Теилим 119)». И уже произошло подобное этому в самый день дарования Торы, как сказано: «А к знатным сынов Израиля не простёр Он руки Своей» (Шмот 24). И сказали, благословенной памяти: «Из этого следует, что они были достойны простирания руки, но — чтобы не смешать их радость, отложил на другой день…» и т. д. (Ваикра Рабба, парша 20).

(12) Так же и здесь равным образом: не захотел Всевышний опечалить и устрашить его словами упрёков в день его “свадьбы”, и сберёг ему на третий день — на день его обрезания — день взыскания Сары; ибо открыто и известно Ему, что как случай старца, так и у неё случится; и достаточно ему тогда упрёка понимающему через то, что Он упрекнул его посредством неё, как сказано: «И сказал Господь Аврааму: почему это засмеялась…? Разве чудесно для Господа…?» (Берешит 18). А иначе — почему не упрекнул её в лицо, между ним и ею? Ведь она упрекнула при муже в деле более предосудительном, чем то, о чём сказали, что он остерегался менять слова из-за путей мира (Бава Меция 87а). И это путь прямой и проторённый; им оттолкнуты многие сомнения из этих двух разделов. Первые — вот пришли, а новые — я сообщу в следующем вратаре после этого, с Божьей помощью.

(13) И вот, согласно этому, смысл: «Разве у столетнего родится?» — и это выносит природа существования; а «и Сара, девяностолетняя, родит?» — что дальше и чудеснее. И это же её слова: «После увядания будет ли у меня нежность, а господин мой стар?» (Берешит 18). А ответ Его, да будет Он благословен: «Но Сара, жена твоя, родит тебе сына», ибо она достойна участвовать в великих благах, которые Я обещал тебе; и то семя, которое Я поставил владельцем Моего завета навеки, — она его мать. «И назовёшь имя его Ицхак» (12) — в память того, что ты смеялся над этим, ибо это было чудесным в твоих глазах; и это начало упрёка. «А Ишмаэля Я услышал: вот, Я благословил его» — в том, что он будет отцом множества народов и двенадцать князей родит, как мы сказали. Однако «завет Мой новый Я поставлю с Ицхаком, которого родит тебе Сара…».

(16) «И закончил говорить с ним…» — это даёт полное указание на сказанное нами: что это пророчество — с высшей ступени, чем прежние, о которых не было упомянуто так; ибо это было раскрытие Шхины, по обычаю совершенных пророков, как было у него после этого, только на этот раз он пал на лицо своё, а после этого не падал, как мы сказали. И так сказано ниже: «И пошёл Господь, когда закончил говорить…» (там), как мы сказали. И потому — поспешность Авраама, отца нашего, исполнить это в тот самый день: ибо, ощутив добавление ступени и недостаток, в котором он стоит относительно неё, старец не отложил даже на один миг.

И с этим стало ясно, что этот рассказ — из общего порядка Берешит: ибо доныне не завершился образ человека и не окончено его создание, чтобы сделать его пригодным породить кошерное семя. «И созданный народ да восхвалит Йа». И как сказал р. Брахия: «“И поставлю тебя и дам тебя народом великим” — не сказано, но “и сделаю тебя”; когда Я творю тебя — новым творением будешь плодиться и размножаться» (Берешит Рабба, парша 39). И уже этот завет был просьбой Авраама, отца нашего, и его потомства после него: исправление, добавляющее к завету радуги, данному Ноаху о существовании мира в целом, как тот завет радуги был дополнительным исправлением к завету мира, о котором сказано Ноаху: «И поставлю завет Мой с тобою» (Берешит 6), ибо это то, чем Он положил предел морю, как мы там объяснили.

И о этих заветах сказал Ирмеягу: «Так сказал Господь, дающий солнце для света днём, уставы луны и звёзд… если отступят эти уставы от лица Моего, — слово Господа, — то и семя Израиля…» (Ирмеягу 31). И вот, о уставе первого творения сказал: «дающий солнце для света днём, уставы луны и звёзд для света ночью», ибо они — основа первых творений, которым Он дал устав и постоянную природу. А о втором творении, совершённом во дни Ноаха по пути, который мы упомянули, сказал: «успокаивающий море, и шумят волны его» (там), ибо при выходе природы вод из своего предела было то чудесное дело, ради которого отпечаталась в человеке природа более правильная и новый состав. И сказал, что как не отступят эти два устава и завета от лица Его — будучи каждый из них устанавливающим и сохраняющим предназначенное им, — так будет дело третьего этого завета, который Он заключил с ними, чтобы быть Ему народом, и Он будет им Богом, — существующим навеки; и не прекратят быть определённым народом в мире во все дни; ибо не достаточно будет их грехов отныне, чтобы отринуть их совсем от лица Его. И это то, что сказал: «Если будут измерены небеса вверху и исследованы основания земли внизу, — то и Я отвергну всё семя Израиля, — слово Господа» (там). То есть: как небеса и земля, хотя они имеют конец и меру, как приведено доказательство на невозможность существования тела без предела; однако не в их обычае и природе быть измеряемыми и оцениваемыми на деле каким-либо измерителем и оценщиком в мире; так, хотя их природа не удержит их от греха полностью, ведь они остались в своём выборе и возможности грешить, — но уже будет их склонность в поступках такова, что возможна им будет прощение после упрёков и страданий так, что Я не отвергну и не возгнушается душа Моя ими за всё, что они сделали. И это — сущность завета радуги, только с добавлением блага и близости к Богу, до тех пор, пока не придёт и не достигнет верное обещание, которое обещал владыка пророков: «И приведёт тебя Господь, Бог твой, в землю… И обрежет Господь, Бог твой, сердце твоё…» (Дварим 30). Ибо тогда будет склонность к добру с сильной силой, как если бы выбор зла совсем ушёл. И это потому, что исправление будет в самом месте нужды и не придёт к нему путём продолжения извне, как сказали: «откуда обрежет…», и верен Владыка нашего ремесла, что исполнит нам Своё доброе слово. И это то, чего мы хотели в этой части рассказа: