Akeidat Yitzchak 31

Вот, древние мудрецы думали, что земля — в середине мира, и вокруг неё движутся все сферы семи планет. Первая, ближайшая к ней, — Луна; выше неё — сфера Кохав; выше неё — сфера Нога, и это звезда, так называемая из-за её сияния и приятности её света; выше неё — сфера Солнца; а затем пятая звезда, называемая Маадим из-за красноты её света, также потому что действует во время своего владычества согревать кровь людей и делать их склонными к убийству и пролитию крови (как сказали мудрецы, благословенна память их: «тот, кто родился под созвездием Маадим…» и т. п.). Выше неё — сфера звезды, называемой Цедек, называемой так из-за действия её во время владычества — устраивать ум людей и делать их по природе склонными творить справедливость и правоту (см. всё это также ниже, врата 34). И выше неё — сфера седьмой звезды, называемой Шабтай, потому что обходит землю медленно‑медленно, во времени более чем 29 лет, так что кажется, будто она «пребывает» (шовет) и вовсе не идёт.

И каждому из этих планет древние приписали владычество одного дня недели [см. Шаббат, лист 129б и Раши там, откуда следует, что также и по часам каждого дня, со дня четвёртого, когда были даны светила, властвуют эти семь планет одна за другой]: день 1 — Солнцу, день 2 — Луне, день 3 — Маадим, день 4 — Кохав Меркур, день 5 — Цедек, день 6 — Нога, день 7 — Шабтай; и на это указывают также названия большинства дней недели на французском языке и некоторых из их названий на ашкеназском.

И вот, движения и обход всех этих семи сфер — с запада на восток; только различаются они в своих наклонах: некоторые более к северо‑восточной стороне, а некоторые более к юго‑восточной. Кроме этого, думали, что в сфере некоторых из этих звёзд есть ещё малая сфера, закреплённая, и звезда внутри неё — так? И эта малая сфера, которая не обходит землю, называется «сфера, не охватывающая мир» или «сфера, выходящая из центра», то есть земля не является её центром [и из «Яд hа‑хазака», гл. 3 из «Гилхот יסודי התורה», узнаешь об этом больше, см. там].

И выше этих семи сфер — восьмая сфера, в которой, по их мнению, закреплены все прочие звёзды, стоящие на месте, там, где они видятся в небесном своде. И выше всех — девятая сфера, в которой нет никакой звезды, и называется она «суточная сфера»; и она обходит каждый день лицо земли за 12 часов дня с востока на запад, а за 12 часов ночи обходит за землёй с другой стороны — с запада на восток. И своим обходом она заставляет также все прочие звёзды и сферы, находящиеся внутри её границы, обходить вместе с ней землю с востока на запад. И из этого её быстрого и сильного обращения [см. выше, лист 46а, ибо там рав, благословенна память его, объяснил причину быстроты её бега из-за того, что она лишь поверхностное круглое тело, а никакая звезда и плотное тело не внутри неё] возникают смены дня и ночи и их постоянная чередуемость.

И эту суточную сферу разделили при её обходе на 12 частей и дали имя каждой части по образу фигуры, которая видится под ней из соединения звёзд Шабтай, закреплённых в восьмой сфере. И вот их имена: Тале; Шор; Теомим; Сартан; Арье; Бетула; Мознаим; Акрав; Кешет; Гди; Дли; Дагим. А солнце, обходя землю один раз в год, пребывает и задерживается в своём движении целый месяц под одной из этих фигур, называемых в целом на ашкеназском языке «зодиаками».

И ниже сферы Луны окружает землю элемент огня, более тонкий, чем все элементы; затем элемент воздуха; и под ним элемент воды; и элемент земли — ниже всех. И из этих четырёх элементов соединены и составлены все тела, которые ниже небосвода.

И ещё сказали, что всякая вещь стремится и желает прийти к своему источнику: поэтому, если бросит человек камень и прочие частицы земли или воды вверх, они всегда упадут вниз, поскольку тянутся к элементу земли и воды, которые являются их источником. И наоборот: воздух и пламя огня всегда поднимаются вверх, поскольку там пребывают элементы воздуха и огня.

Но последние астрономы, посредством большого прибора наблюдения, который новые изобрели недавно, открыли глаза видеть великие и сокровенные вещи, не известные первым из чудес Совершенного Знанием, Который действовал и сделал в мире Своём, который сотворил; и они спорят с этим и говорят, что в просторах творения, скрытого от глаза всего живого, есть звёзды и миры без числа, которые сотворил Он, да будет возвышенно Имя Его, в Своей силе, которая бесконечна. И лишь в пределах нашего видения, то есть в части небесного воздуха, близкой к нам и видимой посредством прибора наблюдения, нашли уже до сих пор 12 планет, вращающихся вокруг солнца, которое является их центром, и от него одного получают они свой свет, ибо все они — тела мутные (и лишь поэтому они отбрасывают назад к нам лучи солнца, которое светит на них напротив, и освещают нас своим блеском; см. что я писал об этом также в моём объяснении к вратам 29). И у некоторых из этих планет есть ещё другие малые планеты, сопровождающие их в их вращении вокруг солнца, и называются поэтому «служителями» или «лунами».

И вот имена этих 12 звёзд и их порядок. Ближайшая при своём обращении к солнцу — Кохав Меркур, обходящий солнце за 87 дней, так‑то и так‑то, и четверть часа. Затем Нога — Венус — и время его обращения 224 дня, 16 и три четверти часа. Затем земля, которая также планета, обходящая солнце за 365 дней и 6 часов; и с нею идёт Луна, обходящая её за 29 дней, 12 часов и 793 части. Затем звезда Маадим — Марс — и время его обращения 686 дней, 23 часа и половина. И затем идут почти на равном расстоянии от солнца пять малых планет, и вот их имена по порядку близости к солнцу: первая — звезда, открытая в году ה׳ תקס"ז 19‑го месяца Адар‑Шени; вторая — звезда, открытая 9‑го Кислева ה׳ תר"ד; третья — звезда, открытая 25‑го Элула תקס"ד; четвёртая — звезда, открытая 16‑го Швата תקס"א; и пятая — звезда, открытая 24‑го Адар‑Шени תקס"ב.

И время обращения Веста — 1326 дней; и Астраа — 1624 дня; и Юна — 1793 дня; и Цаерем — 1281; и Паллас — 1286 с половиной дня (также в прошлом году תר"ז открыта ещё одна звезда, но имя, данное ей астрономами, и время её обращения мне ещё не известны). И по мнению мудреца‑астронома, все эти малые планеты прежде были соединены вместе в одну звезду, и лишь по воле Творца, да будет Он благословен, и по причине, не известной нам, разделились и стали многими звёздами.

После них — звезда Цедек — Юпитер — обходящая солнце за 4332 дня и 14 часов (что почти 12 лет). И у неё четыре луны, которые обходят её в разные времена: первая — в 42 часа, вторая — в 85 часов, третья — в 7 дней и 4 часа, четвёртая — в 16 дней и 16 часов. И кроме их обхода вокруг неё, они сопровождают её также и в её обходе вокруг солнца.

После неё — звезда Шабтай — Сатурнус — обходящая солнце за 29 лет с половиной; и у него два тонких кольца вокруг него и семь лун, которые обходят его: первая — в 23 часа, вторая — в 33 часа, третья — в 45 часов, четвёртая — в два дня и 18 часов, пятая — в 4 дня и 12 часов, шестая — в 15 дней и 23 часа, седьмая — в 79 дней и 8 часов.

А после неё — звезда, открытая в году תקס"א мудрецом Гершелем, и она обходит солнце во времени близком к 80 годам.

И также нашли эти астрономы, что как земля обращается каждый день один раз вокруг своей оси и полюсов, из чего происходит смена дня и ночи в каждой её части: когда она обращена к солнцу — ей свет и день, а когда её тыльная сторона против солнца — ей тьма и мрак, — так обращаются и все планеты вокруг своих полюсов в разные времена, и большинство из них — во времени более коротком, чем время обращения земли, и потому мера их дня и ночи меньше нашей.

И по этим словам ты сам поймёшь, что лишь по отношению к нам, сидящим на земле, называется Луна, которая светит нам ночью более всех прочих звёзд, в нашей святой Торе также именем «светило великое», хотя на самом деле мера её тела меньше большинства прочих планет; ибо всё же из-за того, что она очень близка к нам, её свет увеличивается в тысячу раз более света прочих звёзд, чтобы светить нам ночью как солнце днём. И хотя на самом деле она лишь мутное тело, получающее свет только от солнца и возвращающее его назад к нам напротив; и потому, когда Писание захотело рассказать в подробности лишь о сотворении и исправлении земли снизу и обо всём, что относится к ней и к её жителям, без всякого отношения к прочим звёздам и мирам, которые также сотворил Всевышний тогда (а их общее сотворение включено лишь в высказывание «в начале сотворил Элоһим небеса» и в высказывание «и завершены были небеса и земля и всё воинство их»), — оно справедливо сказало о солнце и луне: «и сделал Элоһим два светила великие…» и т. д. (см. объяснение к парше там).

И знай, приятный читатель, что всё, что мы сказали выше о расстоянии каждой звезды от солнца, о времени её обращения вокруг него и о вращении каждой вокруг своей оси и полюсов, стало известно астрономам через наблюдение их в дальнозоркий прибор и через расчёты и искусство измерения. Например, видя, что с одной или с двух сторон солнца и луны и некоторых других планет есть изменение мест, образов и разных видов, называемых «белизнами» (בהרות), которые видны лишь иногда в некоторые часы дня или только в определённые дни месяца, — из этого они справедливо заключили, что все они вращаются, идя вокруг своих осей. И потому не одна из двух их сторон постоянно направлена и видна нашим глазам. И по этому нашли, что и солнце обращается вокруг своего полюса с запада на восток за 25 дней; и Луна — в то же время, что обходит землю, то есть 29 дней, 12 часов и 793 части; Кохав Меркур — примерно за 24 часа; Нога — за 21 час и 21 минуту; Маадим — за 24 часа 39 минут; Цедек — за 9 часов 56 минут; и Шабтай — за 10 часов с половиной. Однако о Уранусе, очень далёком, и о пяти очень малых планетах, которые большей частью покрыты туманом и мраком, ещё не известно им время их обращения вокруг полюсов, поскольку они ещё не могут видеть их как следует.

И по мнению этих новых астрономов, что солнце остаётся на своём месте, а земля вращается вокруг него, нужно нам сказать, что простые смыслы стихов, которые на первый взгляд противоречат этому, как стих: «солнце вышло на землю», и как слова Писания: «и остановилось солнце посреди небес» (Йегошуа 10) (хотя, по их мнению, наоборот: земля остановилась в своём движении на целый день, а солнце светило на неё), и стих: «а земля стоит вовек» (Коэлет 1), — будут объяснены по высказыванию мудрецов, благословенна память их: «Тора говорит языком людей», — ибо по виду их глаз они судят, что земля стоит на месте, а солнце обращается вокруг неё.

Также в отношении четырёх элементов последние спорили, ибо кроме того, что уже написал мудрец ר׳ יצחק הישראלי в книге «Йесод עולם», ч. 1, мэамар 2: «и я — один из отрицающих сферу огня, поскольку нет свидетельства о ней», и также мнение Абарбанэля в стихе «да будут светила», — нашли новые учёные природы по науке химии, что и эти четыре, то есть воздух, огонь, земля и вода, не являются простыми сущностями, а также составлены из других тел и материалов: воздух — из воздуха, называемого …, и из воздуха, называемого …; и соединение этих двух в мудрости Всевышнего было необходимым, ибо при дыхании только части воздуха, называемой …, всякое живое существо умрёт сразу, а при дыхании только части воздуха, называемой …, оно жило бы приятной жизнью, полной радости и веселья, но лишь короткое время — как масляная свеча, горящая очень хорошо, которая быстро гаснет; и только соединением этих двух в воздухе дыхания продлеваются жизни всех живых существ по закону и пределу, который дал Всевышний дням их жизни на земле.

А огонь составлен из сущности тепла и света; а вода составлена из вещества, называемого …, и из воздушного вещества, называемого … [поэтому также велика польза от питья холодной воды (из которой это вещество ещё не вышло посредством нагревания воздухом) — укреплять тело и лечить многие внутренние болезни или наружные недуги и боли, раны тела и его ушибы]. А земля — составлена из многих различных видов: из частей серы, извести, кремня и всех видов металлов. Потому сказали эти мудрецы, что не можем мы называть эти четыре «элементами», раз и они составны; а «элементом» называется то, что есть простая сущность, не разделяемая химическим искусством. Потому они перечислили в своих книгах 56 таких простых вещей, из которых, по их мнению, составлены все тела на земле (и см. в книгах мудрецов природы там — каждое из этих 56 простых).

Кроме ещё четырёх простых вещей, и это: свет, тепло, электричество и магнетизм, которые есть также в некоторых земных телах без того, чтобы они прибавляли вес вещам, внутри которых находятся, и называются поэтому на иностранном языке «невзвешиваемые элементы».

И причина нисхождения воды и частей земли вниз и подъёма воздуха и пламени огня вверх — по их мнению — в том, что каждой вещи дал Всевышний по её природе силу тяжести, чтобы по ней она притягивалась — мало или много, по величине или малости этой тяжести — к центру земли. Потому наиболее тяжёлые части земли и воды нисходят вниз; а воздух, более лёгкий, поднимается над ними; и пламя огня, самое лёгкое, возносится на крыльях воздуха и ветра вверх. Как лёгкое масло плавает сверху на лице воды, даже если было положено в сосуд сначала, а затем вода.

И теперь придём объяснить слова рава, благословенна память его, идущего по следам первых и опирающегося на слова свои выше во вратах 2 и на слова некоторых Мидрашим, которые привёл там, из которых кажется, что каждая сфера управляется посредством другого отделённого Разума (Сехель (Разум)) и другого ангела; и также каждая звезда из стоящих звёзд получает влияние от другого отделённого Разума — по степени той звезды. И содержание его мнения в этих вратах, согласно этому, таково:

Всевышний управляет миром и живущими в нём двумя способами. Первый — природное управление, то есть по силам природы, на которые действуют звёзды в своих путях сверху; и таким образом управляются все приходящие в мир, и по одному лишь этому управлению бывает: как случай праведника, так случай злодея. Ибо если, например, испортится иногда воздух дыхания из-за приближения одной из планет или хвостатой звезды к его пределу, и от этого родятся смертельные болезни, — то по одному лишь этому общему управлению будет: как праведнику, так и злодею; и всякий, чья природа более склонна вдыхать этот испорченный воздух и разрушать им жизненность своего тела, заболеет и умрёт, а всякий, чья природа не склонна к этому, спасётся от «мора во мраке идущего», и будет душа его ему добычей.

Но второй способ — управление провиденциальное (השגחיית), которым управляются лишь совершенные, удостаивающиеся его, и они — избранные из нашего святого народа, знающие и служащие Элоһим истины; и все их хорошие и дурные случаи будут лишь по делам их и по воздаянию рук их. Так что иногда они спасаются от зла, идя путём добрым и прямым, хотя природа их склонна пасть в яму сети времени по общему природному управлению — как стих: «падёт с боку твоего тысяча… к тебе не приблизится»; и как стих: «над разорением и голодом посмеёшься…» (Ийов 5). И наоборот: когда оставляют пути прямоты, чтобы идти за пустотою и стать пустыми, удержит Всевышний небеса, и не будет дождя, хотя пары поднимались, как прежде, над морями и реками и всеми озёрами воды, и по законам природы должно было бы им превратиться в дождь; и откроются окна небес, и не будет удержан дождь.

И поскольку эти два управления — одно напротив другого, то и причиняющие их будут подобны и согласованы одно с другим. Ибо главы и отцы этого избранного народа, которые учили сыновей своих после них хранить путь ה׳ и творить צדקה и суд на земле, чтобы тем быть управляемыми частным Б-жественным провидением, — подобны, в некотором отношении, высшим сферам и звёздам, управляемым отделёнными Разумами, то есть ангелами, движущими их.

И на основании этого говорит рав, благословенна память его, что Авраам, наш отец, мир ему, чьё всё старание и бег были всегда — удаляться от путей людей поколения своего (которые служили солнцу и луне и потому всегда обращались к востоку, как сказано о преступающих и бунтующих, обращающих к ה׳ затылок, а не лицо: «спины их к чертогу ה׳, а лица их к востоку») — и приближаться всё больше и больше к Всевышнему, чья Шхина на западе по словам мудрецов, благословенна память их, и потому сказано о нём: «кто поднял с востока…», — ибо он удалялся от дел мира, на которые восходит свет человеческого Разума (Сехель (Разум)), и приближался к Всевышнему, постижение истины Которого окутано мглою и скрыто от глаза всего живого (как стих: «ה׳ сказал пребывать во мгле» и стих: «положил тьму Своим покровом», которые, по моему мнению, указывают и на это, как указывает, по моему мнению, и их высказывание «Шхина на западе»), — подобен движению с востока на запад.

И он не удовлетворился тем, что сам познал Всевышнего и пошёл за Ним, но старался принудить и людей поколения своего двигаться с ним и приближаться к Всевышнему, чья Шхина славы на западе, и тем отменить их собственное движение, которое было лишь удаляться от Всевышнего и бежать только к телесным удовольствиям, и чтобы цель лица их была вперёд — служить солнцу и всему воинству небес.

И потому уподоблен также Авраам, наш отец, мир ему, суточной высшей сфере над всеми сферами, принуждающей их своим движением и сильным бегом каждый день с востока на запад вращаться с нею в этом движении. И также он причиняет тем, что по мере близости каждой сферы к нему, так вынуждена она замедляться и запаздывать в своём собственном движении, которое — с запада на восток, посредством движения с суточной сферой, которое — назад, с востока на запад (потому звезда Шабтай, ближайшая к суточной сфере, её движение — самое медленное; и также движение Цедек медленнее движения Маадим, Нога, Кохав и Луны, более удалённых от суточной сферы, как я уже показал тебе выше во введении к этим вратам [см. выше, врата 10, лист 45б, где я объяснил иной вкус, по мнению рава, благословенна память его, в замедлении движения высших сфер (кроме суточной) больше, чем движения более нижних сфер].).

И как посредством второго отделённого Разума, то есть ангела, чья степень ниже степени отделённого Разума, движущего суточную сферу, управляется вторая сфера, в которой 12 созвездий, то есть стоящие звёзды, закреплённые в ней и делящиеся соединением своим на 12 образов, называемых Тале, Шор и т. д., равных всех в степени их достоинства, — так вышли из чресл Ицхака и Яакова, избранника ה׳, 12 колен, равных в драгоценности их достоинства и совершенства. И на это намекают 11 звёзд во сне Йосефа, поклоняющиеся ему, который — двенадцатая звезда (а по мнению последних можем сказать, что они намекают на 12 планет вместе со звездой, открытой недавно, кроме земли).

И как завершилось строение мира и его природное управление семью планетами, знак которых по месту их стояния сверху вниз — שצ"ם חנכ"ל, то есть Шабтай, Цедек, Маадим, Хама, Нога, Кохав, Левана, — так завершилось основание нашего израильского народа, их учение и воспитание познавать Всевышнего и служить Ему всем сердцем, чтобы удостоиться управляться частным Б-жественным провидением, — также семью «столпами мира» этого нравственного строя: и это Яаков, Леви, Кеат, Амрам, отцы Моше и Аарона, Давид и Шломо; или Авраам, Ицхак и Яаков, Моше, Аарон, Давид и Шломо, которые излили от своей Б-жественной мудрости на весь народ вообще. А прочие пророки и мудрецы в каждом поколении, которые рассеивали мудрость и Б-жественное знание, но лишь в месте особом и ограниченном, близком к ним, подобны прочим стоящим звёздам, которые всегда стоят на одном месте, не ходя туда и сюда, чтобы изливать свой свет во всех местах, как стих: «и оправдывающие многих — как звёзды во веки веков».

И он добавил затем и сказал, что поскольку Авраам, наш отец, мир ему, подобен суточной высшей сфере над всеми, сказали мудрецы наши, благословенна память их, в мидраше, чтобы намекнуть на это: «поднял его Всевышний выше свода неба», то есть возвысил его над всеми сферами.

И как Всевышний называется по Своему природному управлению «Элоҳей небес», то есть движущий всё творение и всё существование как ездок, ведущий колесницу, потому Он называется также «Рохев Шамаим» или «Рохев Аравот», так называется Он также «Элоҳей Исраэля» по Своему управлению ими частным провидением.

И поскольку святые праотцы — главы этого народа, сказали мудрецы, благословенна память их: «праотцы — они, они — ноги колесницы». И на это намекает также Писание: «и увидели Элоҳей Исраэля, и под ногами Его… и как сущность небес к чистоте» — то есть этот избранный народ под ногами Его, как Его колесница в аспекте Его провиденциального управления, из-за чистоты их веры и чистоты их качеств (на что указывает слово «к чистоте»): «как дело кирпича сапфира (что является обозначением природы) и как сущность небес» — которые являются Его колесницей в аспекте Его природного управления.

И поскольку лишь при стоянии у горы Синай, когда праотцы наши познали Всевышнего и приняли на себя ярмо царства Его, обновилось для них это провиденциальное управление, им сказано лишь тогда: «да не будет у тебя иных богов пред Лицом Моим», то есть не думайте, что будете управляться также посредством отделённых Разумов, управляющих сферами, то есть природным управлением; но будете отныне управляться лишь Мной, провиденциальным управлением. Потому сказано лишь там: «и увидели Элоҳей Исраэля…», ибо лишь тогда постигли совершенные, что Он — «Элоҳей Исраэля», и они — Его колесница.

И затем добавил рав и сказал: как невозможно представить природное управление миром, если не будут все высшие существа в совершенстве, ибо все части творения — как кольца цепи, охваченные и связанные вместе, и при отсутствии одного из них исчезнет порядок и связь между ними, необходимые для достижения желаемой цели от них, — так также невозможно представить провиденциальное управление в крайнем желаемом совершенстве, если не будет число всех 12 колен в совершенстве и не будет недоставать одного из них.

Потому Яаков сильно огорчился, думая, что растерзан Йосеф в юности своей, не оставив после себя другого семени, и ещё прежде, чем приобрёл совершенство и Б-жественную мудрость посредством учения и воспитания; ибо теперь потерялась одна из 12 опор, на которых держится Дом Исраэля. И чтобы указать на это, сказали мудрецы, благословенна память их: «этот знак был дан ему: если не умрёт один из сыновей его при жизни его — не унаследует Геинном» (ибо пока он жив с ними, может наставлять всех идти путями Всевышнего, чтобы достигнуть желаемой цели, на которую направлен этот святой народ — познать истину и распространить её по всей земле). И из‑за величины этого огорчения сказали мудрецы, благословенна память их, что отошла от него также и пророческая способность, ибо она не пребывает на человеке иначе как из силы радости.

И этим будет объяснено также сомнение, которое пробудится в сердце всякого разумного из слов рава в прежних вратах: почему Яаков так огорчался о потере Йосефа после того, как обязанность истинных совершенных — переносить все случаи времени в спокойствии и покое? Ибо теперь известно нам, что он боялся потерять этим истинное совершенство — от него и от его семени — на все дни мира.

И на это намекают также слова мудрецов, благословенна память их: «не было дней добрых для Исраэля, как Йом Кипур и 15‑е ава»; ибо как в пост Йом Кипур, когда каждый человек Исраэля возвращается от греха своего к ה׳ и прощён ему, возвращаются души, отторгнутые от удела ה׳, к прежнему, чтобы приобрести истинное совершенство и быть все как прежде сынами избранного народа, который — «народ особый» для ה׳, — так и в 15 ава, который был праздником для ה׳ в Шило, когда дано было наследие спасения Биньямину и не стерлось от этого колено из Исраэля, как рассказано в Шофтим 21, — ушло великое зло отсутствия колена из Исраэля, из‑за которого плакала вся община плачем великим; и вернулось строение этого святого народа быть крепким и цельным и опираться на 12 драгоценных столпов, как прежде. И этот цельный Дом Исраэля без пролома стал снова пригодным достигнуть своего совершенства и своей задачи на земле — быть управляемым частным Б-жественным провидением во все дни мира.

Потому также все пророки предназначали будущую нравственную удачу Исраэля в конце дней — также лишь через их собирание вместе с четырёх концов земли, чтобы быть снова одним народом, как слово Писания и Его обещание: «и будут они одним в руке твоей».

И поскольку также нисхождение Яакова и всех его домашних в Мицраим к Йосефу было первым собиранием сыновей его и семейства его вместе после их разделения сначала продажей Йосефа и нисхождением Йеуды от братьев его, сказали мудрецы, благословенна память их, в мидраше, например, что даже если бы спустился Яаков в Мицраим связанным в оковах и цепях, было бы ему хорошо, поскольку через это достиг бы он своего желания и вожделения; лишь Всевышний, в Своей милости и жалости к нему, устроил ход дела, чтобы он спустился туда с великим почётом и достиг желаемой цели добрыми средствами, ибо поднят был рог Йосефа и поставлен он отцом фараону и владыкой всей земли Мицраим; на это намекает мидраш в своей притче о корове, тянущейся за своим сыном. И это то, что сказал ר׳ יהודה: «достоин был Яаков спуститься в Мицраим в цепях…», то есть и на это он был бы согласен.

— Согласно тому, что обязала Б-жественная мудрость, чтобы пропитание мира было завершено двумя управлениями: природным и провиденциальным, — по пути и причине, которые мы написали в третьих вратах.

И было дело природного управления: что упорядочивается от небесной системы (מערכה) посредством движений сфер — высших и нижних — и влияния сил от великих светил и от всего множества звёзд, как прославилось относительно их дел.

А провиденциальное управление — это то, что упорядочивается Б-жественной волей: добро и зло по делам людей.

И был этот порядок, который по делам, возвышен и весьма похвален по сравнению с первым порядком, — что не скрыто, — как описал их певец (Теилим 108), говоря: «ибо велик над небесами хесед Твой, и до облаков истина Твоя», — согласно тому Б-жественному делу, о котором мы писали во вратах 15.

И было ясно, что порядок тех дел был выделен для избранного народа, которому дана в наследие Б-жественная Тора, включающая истинность мнений и прямоту дел, пригодных извлечь ту Б-жественную волю, чтобы был он первым, и через него весь мир был бы пропитан этим видом похвального управления, которое по Его абсолютной воле, да будет Он возвышен.

Потому увидела Б-жественная мудрость, чтобы основание и строение этого избранного народа, который по сути и первоначально в этом возвышенном управлении, по своему устроению и облику уподоблялось и соотносилось с общим небесным строением и его формой — так, чтобы соотносилось в его частях и в целом с небесными телами, которые — столпы мира, его основания, его камеры, его верхние покои и его притворы, и с множествами их звёзд вместе с их великими светилами во всех их станах, в их воинствах, каждый при своём знамени, по их знакам, по их семействам, по дому отцов их.

И это было уместно и подобающе, чтобы два орудия управления участвовали одно с другим и согласовывались одно с другим — по примеру двух орудий, соотнесённых одним отношением в искусстве музыки, как мы хорошо написали это дело в главе о музыке во вратах 12.

Однако, что оно так — разъясняется из того, что он говорит:

И вот так же было ощутимо для наших глаз, видящих, что отец наш Авраам был первым для всего дома Израиля, препоясанным могуществами Первого Сущего, да превознесётся Имя Его, Который сказал ему вначале (Берешит 12): «Лех леха, из земли твоей и из родины твоей…», а в конце (там же 17): «Ходатай передо Мною и будь цельным». И он препоясал чресла свои, и увидел, и побежал к нему стремительным бегом — этим самым движением, более всех, кто был до него и после него; и ради этого намёка пришли слова пророчества о нём: «Кто пробудил с востока праведника, призвал его…» (Йешая 41). Как пришло его толкование у большинства толкователей и из Мидрашей наших мудрецов, да будет память их благословенна (Берешит раба, гл. 43), и отрывок, что рядом (Йешая там же), докажет: «А ты, Израиль, раб Мой, Яаков, которого Я избрал; семя Авраама, любящего Меня; которого Я поддержал от концов земли и из её знатных призвал тебя; и сказал тебе: ты — раб Мой; Я избрал тебя и не отверг тебя». הרי (итак) Писание явно отнесло его к обладателю этого движения; то есть: он сам пробуждается с востока прийти к западу великим и удивительным движением.

И смысл, на который нацелено это: что, как у каждого из небесных кругов с их звёздами были особые движения — каждый по своему времени, — однако общая сторона в них, что все они движутся своими движениями от стороны запада к востоку, в противоположность движению верхнего круга; так и тем же самым путём было ощутимо по различию движения отца нашего Авраама во всех его переходах и путях с его Б-гом — по сравнению с движениями всех тех поколений: ибо он бежит — и они бегут; он бежит своим мощным движением, идя и двигаясь, чтобы приблизиться к Б-гу и прилепиться к Нему всем своим сердцем, и всей своей Нефеш, и всем своим «очень» (всем могуществом), а они повернули к Нему затылок, а не лицо, и бегут, чтобы отдалиться от Него, всеми усилиями своей силы.

И известно, что это западное движение, приписываемое ему, свидетельствует об этом совершенным свидетельством, как сказали (Бава батра 25а): «Не делают кожевню иначе как к востоку от города». Раби Акива говорит: «В любую сторону он делает, кроме западной — не делает вовсе, потому что она постоянна». И мы заключаем: что значит «постоянна»? — постоянна в Шхина; ибо сказал рабби Йеошуа бен Леви: «Придите и будем держать благодарность нашим отцам, что сообщили нам место молитвы», как написано (Нехемия 9): «И воинство небес — Тебе поклоняются» [учит, что Шхина на западе]. И также рабби Абуhу сказал: Шхина на западе, ибо сказал рабби Абуhу: что (значит) «Орья»? — «Авирья». И объяснил Раши, да будет память праведника благословенна: «Орья» на персидском языке — запад.

И если уже Разум принуждает (согласиться) с говорящими там (Бава батра), что Шхина везде, и их доказательства — доказательства, всё же это, несомненно, — вещь (существенная) установить место для молитвы и удалиться от всякой полезной мысли, как сказал Рав Шешет своему служителю: «Ко всем направлениям поставь меня, кроме востока, потому что признают это מינֵי (миней — еретики)».

И итог: это — место установления молитвы для отца нашего Авраама, ибо он один был обращён к Й‑й, и лицо его — к Его Хейхалу; а о всех них верно то, что сказал Йехезкель (8) о преступниках сынов нашего народа: «Их спины — к Хейхалу Й‑й, а их лица — к востоку, и они кланяются востоку, солнцу». Как сказал Рав Шешет: «потому что признают это миней». И уже намекнул на часть этого рав hа-Море (Морэ Невухим), глава 46, часть 3, как увидишь там.

И не только это: но как известно о том верхнем круге, что он принуждает все круги, которые внутри него, и заставляет их завершать с ним это западное движение изо дня в день, так что посредством него, по мнению всех мудрецов, был вынужден каждый из них замедляться в своих собственных движениях — чем ближе, тем ближе — пока круг, который окружён, будучи ближе всех, почти что утратил своё собственное движение, а остальные поспешают согласно своей удалённости от него, как написал исследователь в книге «Небо и мир», — мы написали это в Шаар hа-шиши и обновили в нём грань; так было ощутимо это самое дело и от отца нашего Авраама, что он принудил всех בני דורו (сынов своего поколения) в целом двигаться его движением и ослабить мощь их первого движения — и много, и мало; как сказано (Берешит 12): «и Нефеш, которую сделали в Харане».

Однако близкие к нему, избранные — из выходцев его чресл — отменили то обратное движение совершенно и пошли за ним, как сказано (там же 18): «дабы он повелел своим сыновьям и своему дому после него, и будут хранить путь Й‑й…». А те, кто удалился от него согласно своей удалённости, — так у них и находился остаток первого движения.

И вот это почтенное уподобление находится также в божественной Тора и её свойствах, которые описал певец, говоря (Теhилим 103): «Он сообщает Свои пути Моше…». «Как далёк восток от запада — так удалил от нас наши преступления» (там же). Но по удивительному толкованию, которое мы объясним во всём псалме в целом, в Шаар 60, с Б‑жьей помощью.

И всё это — в общем высказывании: «Кто пробудил с востока праведника, призвал его к своей ноге», ибо он, мир ему, призывал поколения изначала, чтобы призвать всех именем Й‑й.

И вот как после этого — в бытии второго отделённого (Сехеля), и по его причине существует второй круг, в котором — опоясание пояса двенадцати мазалот, обходящих весь мир, и их личных звёзд, и воинств без числа; так от отца нашего Ицхака родился Яаков: он был отцом двенадцати колен, из которых построен дом Израиля, и отдельных (ветвей) каждого из них — многочисленных без счёта.

И так увидел בעל החלומות (бааль hа-халомот — обладатель снов): «солнце и луна и одиннадцать звёзд кланяются мне» (Берешит 37) — что намерение на 11 мазалот, которые были напротив 11 его братьев.

И как далеко зашли в Мидраше (Бемидбар раба 13), что об этом сказали: почему написано о приношении Нахшона (Бемидбар 7) «и его приношение — одна серебряная чаша»? Сказал рабби Брахия hа-Коhен: если придёт превозноситься над братьями и скажет: «я почтеннее вас, ибо я принёс первым», — они отвечают ему и говорят: «ты принёс последним, ведь написано: и его приношение — одна серебряная чаша…».

И это — удивительное намерение к тому, что мы написали, ибо в порядке мазалот так оно и есть по истине: нет у них «раньше» и «позже», ведь в их круговом обращении, в их восхождении и нисхождении, нет ни одного из них, который бы не пришёл после своего товарища; и не сказали, что Телец — голова, אלא בהנחה (эла бе-hанаhа — лишь в предположении/условном расположении).

И так же рабби Брахия имел намерение связать соотношение колен и их число — как если бы видели путь их обращения по порядку мазалот в их движении.

И как завершается небесное строение с кругами семи планет: три из них выше круга солнца и три ниже по пути «שצ"מ חנכ"ל»; так завершилось постановление и строение в этом народе через семь совершенных людей, отмеченных в этом народе после Яакова: Леви, Кеhат, Амрам, Моше и Аhарон, Давид и Шломо.

И вот Моше был средним между ними, как солнце — среднее среди планет; и как сказали (Бава батра 75а): «лицо Моше — как лицо солнца». И уже привыкли говорить: «Авраам, Ицхак и Яаков; Моше и Аhарон; Давид и Шломо», и истина выдержит всё по близости аспектов.

И уже были все мудрецы Израиля — их пророки, их руководители и их хасиды — все, каждый из них в своём поколении и в своё время, как одна из прочих звёзд, которые в круге мазалот: величие и сияние каждого из них по мере его возвышения и совершенства, как постоянные звёзды — одни от первого первенца и т. д.; то есть: руководство каждой из постоянных звёзд изливается по её ступени от другого отделённого Сехеля (Разума), и эти отделённые Сехели (Разумы) также различаются по своей ступени, пока первый из них в ступени своего постижения называется, например, «первенец», и после него — второй и третий, и так все: одни — от первого первенца, одни — от второго, одни — от третьего, עד סוף המדרגות (ад соф hа-мадрегот — до конца ступеней).

И как сказано (Даниэль 12): «И разумные засияют как сияние небосвода, а оправдывающие многих — как звёзды». И в итоге обо всех них сказал Моше, мир ему (Дварим 1): «и вот вы сегодня — как звёзды небесные, во множестве».

И вот поскольку величие царства среди прочих классов людей подобно большому светилу среди прочих звёзд, сказано о царстве Израиля, которое дому Давида (Теhилим 89): «его семя навеки будет, и его престол — как солнце предо Мною».

И теперь смотри: царь Шломо, в мудрости Й‑й, которая на нём, увидел полезным обеспечить содержание дома царства: один месяц — для колена, чтобы он обходил все колена за один год, как солнце обходит по всем двенадцати мазалот таким образом в то самое время. И потому начало слова Й‑й к нему (Мелахим I 3): «вот Я дал тебе сердце мудрое и понимающее, подобного тебе не было до тебя, и после тебя не встанет подобный тебе». И тотчас — суд двух женщин (там же). Он связал это дело с перечислением числа его начальников и распорядком их ноши. И сказал (там же 4): «И у Шломо — двенадцать поставленных над всем Израилем, и они обеспечивали царя и весь его дом: месяц в году будет на одном обеспечивать». И в этом самом отношении сказано о нём (Теhилим 89): «как луна — установится навеки». Ибо тем, что каждый из них обеспечивал месяц в его месяце, и оказалось, что он обошёл всех их за один месяц — как луна обходит все мазалот в это же самое время; только что то, что выпадает на каждого из них — два с половиной дня в каждом месяце — он оплачивает это разом тридцатью днями, и выходит, что царство — подобие двух светил.

И возможно, что это самое дело было намекнуто отцу нашему Аврааму «между рассечениями», когда сказано ему (Берешит 15:5): «взгляни, прошу, на небеса и пересчитай звёзды, если сможешь пересчитать их…». Почему он снова написал: «и сказал ему»? אלא (эла — но) он сообщил ему два дела: одно — что умножится его семя без числа; а о втором снова сказал ему: вглядись в это небесное состояние во всей его совокупности и подробностях, и вдумайся в него и в его образ — в его множествах, нуждах и воинствах. И знай же и увидь: ибо так будет твоё семя — в их подобии и образе, и великое соотношение будет между Мною и между ними, чего не будет ни у какого народа, кроме них.

И возможно, что намекнул ему там также порядок знамён и их стояние, которое должен был в будущем упорядочить по подобию верхней колесницы, где четыре лица, которые поставили свои знаки — знаки на них, как придёт его причина и смысл там, с Б‑жьей помощью.

Теперь смотри, как эти мудрецы включили всё, что мы сказали: ведь первый имел в виду, что показал ему порядки мазалот и содержание их положения — со всеми их воинствами и формами, и дело всех планет в их числах, по их правилу, עד דנהירן ליה שבילי דשמיא (ад днеhиран леh швилей де-шмайя — пока не осветились ему тропы небес), и сказал ему: так смотри и вглядись — ибо так будет твоё семя, заселённое и упорядоченное по этому содержанию и этому способу, пока будет среди них удивительное превосходство и возвышение над всеми прочими.

И в общем этого: что он обвёл его в городе Б-га, горе Его святости, по рынкам и улицам, и показал ему «пространства» Иерусалима вверху — его выходы и входы, и все его дела; и сказал ему: так будет твоё семя — строящее Иерусалим подобным ему внизу, в его устройстве и образце, как выяснилось всё это из образца Мишкана и его формы, вместе с порядком его служб и служителей, которые показал Й‑й Моше: что всё было по форме верхнего мира во всей его целости и частях, как прославилась его истинность из слов прежних и из Мидрашей мудрецов, да будет память их благословенна.

О строении святого города и Храма сказал Давид (Диврей hа-Ямим I 28): «всё — письмом от руки Й‑й на меня: Он вразумил (меня) все работы образца». И в видениях видения, которое показал пророку Йехезкелю (40) — об образце Дома и города в будущем.

И уже сказали (Таанит 5а): «Иерусалим внизу направлен напротив Иерусалима вверху», как сказано (Теhилим 122:3): «как город, соединённый ему вместе». Ибо воистину эти два строения направлены одно напротив другого и согласуются одно с другим — между к добру, между к худшему.

И это то, что сказал ему Рав Нахман Рав Ицхаку: «что (значит) ‘внутри тебя святой, и не войду в город’ (hОшеа 11:9)?» — сказал ему: так сказал рабби Йоханан: сказал Святой, благословен Он: «не войду в Иерусалим вверху, пока не войду в Иерусалим внизу».

И это само — что мы сказали сначала: о том, что верхнее руководство устроено волей Божественной над всеми человеческими деяниями без сомнения; что это дело — из особенности этого места, в наилучшем излиянии прежде всего, и распространении оттуда ко всему превосходному климату, а затем ко всем концам земли — певцы объяснили хорошо в псалме (Теhилим 48:2): «велик Й‑й и весьма прославлен в городе Б-га нашего, горе Его святости». Как это ясно при некотором рассмотрении: ибо на это он завершил и сказал: «обойдите Цион и окружите его, сосчитайте его башни; приложите сердце ваше к его валу…» — то есть: поскольку доныне дошла мера достоинства этого места, и свойства его строения, и содержание его заселения, — обходите его всегда и пересчитывайте его башни, и приложите сердце ваше к его валу, и разделите его дворцы; и пусть будет у вас видение всего — в мере, в числе и в измерении — в хранение, чтобы вы рассказали последнему поколению, сынам, которые родятся после разрушения, через многие дни: ибо этот Б-г — Б-г наш навек и навсегда; Он поведёт нас на века; и будет построен святой город на своём холме напротив Иерусалима, и дворец на своём уставе будет сидеть напротив дворца мира — из высоты, из начала.

И всё это — в общем слов рабби Йеошуа именем рабби Леви.

И сказал ему: «так будет твоё семя» — идущее в твоём пути, и следующее за твоей ногой, чтобы принять ярмо царства небесного полным сердцем и желающей Нефеш; что и есть смысл образа этого движения с востока на запад, как мы сказали.

И в целом этого есть также великий намёк на проворство движения всего семени Израиля — подниматься и являться три праздника в году пред лицо Владыки Й‑й. «Вот, это стоит за нашей стеной», за этой западной стеной: ибо все народы пойдут каждый именем своего бога, которые не помогут и не спасут, а мы — дорогой царя пойдём, по которой шёл отец наш Авраам: не уклонимся ни вправо, ни влево.

И об этом сказано в Писании: «как красивы шаги твои в сандалиях, дочь благородного» (Шир hа-Ширим 7). И сказали мудрецы, да будет память их благословенна (Хагига 3а): «как красивы ноги Израиля в час, когда поднимаются на праздник…». «Дочь благородного» — дочь отца нашего Авраама, как сказано (Теhилим 47): «благородные народов собрались — с Б-гом Авраама».

Итак, они имели в виду этим истинность его соотношения с этим кругом: ибо хотя уже двигались остальные отцы этим самым движением и передали его сыновьям, всё же он был первым движителем, который принудил к нему всех приходящих в мир.

И вот всё это — в общем «так будет твоё семя». И обо всём сказано (Берешит 15): «и поверил в Й‑й, и вменил это ему в צדקה (цдака — праведность)». Это присоединено к тому, что мы написали в его месте, Шаар 17: что все эти вещи на самом деле — лишь путь цдака и милости; и оттуда установилось это истинное дело в устах всех пророков — как мы упомянули некоторых из них.

И Йешая (66) сказал явно: «ибо как новые небеса и новая земля, которые Я делаю, стоят предо Мною, — слово Й‑й, — так будет стоять ваше семя и ваше имя». И Йирмия (31): «так сказал Й‑й, дающий солнце в свет днём, установления луны и звёзд — в свет ночью… если отступят эти установления от Меня, — слово Й‑й, — то и семя Израиля перестанет быть народом предо Мною во все дни». Все они скажут: как уподобятся им в их соотношении и положении, уподобятся также и в их вечности; и много, подобно этому, из стихов.

Вот выяснилось, что было из божественной мудрости построить дом Израиля по форме мира во всей его целости, чтобы быть как он, — по руководству, чтобы упорядочить через него все дела, совершающиеся под солнцем, способом более превосходным, чем он в первом природном порядке, как мы сказали; пока Его дело, да будет Он благословен, в том, что Он называется «Б-г Израиля» — в отношении личного волевого руководства, превосходного, — будет соответствовать Его делу в том, что Он называется «Б-г небес» по отношению к тому общему природному руководству; ибо потому сказали (Берешит раба, гл. 47): «отцы — они, они — ноги колесницы». И не только отцы — тело колесницы, ибо и их сыновья, и сыновья их сыновей, и всё их семя, идущее вслед за ними, — они воистину «вторая колесница» для Него, да будет Он благословен, без сомнения. И не только это: но даже — основная.

Ибо как завершается то природное руководство через дело первой колесницы, включающей отделённых движителей и все системы многочисленных небесных тел, движущихся посредством них, высота над высотой — до движения низких יסודות (йесодот — элементов) и всех составных тел из них; и все — силою «Едущего на небесах небес древности», с Б‑жьей помощью, движителя всех — силой безграничной, — ибо о ней сказано (Шмот 24): «а под Его ногами — как дело кирпича сапфира», без каф (буквы) уподобления, подобно «падут תחת רגלי» (под ноги мои) (Теhилим 18), «всё — תחת רגליו» (под Его ногами) (там же 8); ибо в могуществе Его силы и мощи Его возможности по высотам Его верховных высот Он ступает и движет всё, как написано (Теhилим 68): «проложите (путь) Едущему по степям — в Й‑я Имя Его; Едущему на небесах небес древности» (там же). И это равно сказанному: «а под Его ногами — небеса и небеса небес», чтобы принуждать их к их действиям, необходимым для блага мира в том общем руководстве.

Так и дело этой второй колесницы — чтобы завершаться через существование святых отцов, близких, приближающихся к Нему первыми, и после них — пророков, хасидов и мудрецов в счастливых поколениях, и всех «святых, что на земле»: они — אופני (офаней — колёса) Его колесниц, и круг Его небес, и воинства Его звёзд, на которых открылся «Б-г систем Израиля»; ибо через них Он приходит защитить Свой народ и спасти их от всех видов бедствий, возбуждаемых руководством первой колесницы — либо через её стояние, как бывает по большей части, либо через её отмену, как бывает во всём, что потребуется для отмены, כגון (кегон — например) рассечение моря Суф, и стояние солнца, и прочее.

И потому установили исправляющие наши молитвы как великий принцип — упоминание заслуги отцов, и пророков первых и последних, и прочих хасидов, в порядке «Рахмана» (Тикун 8 Рош-Ходеш) и прочих молитв и пиютов, что поистине подобно движению небес и небес небес и всего их воинства к работе природы, без сомнения.

Однако хотя существование этой второй колесницы обновилось со времени отцов, как сказано (Берешит 17): «и поднялся Б-г מעל (ме-аль — над/от) Авраама»; (там же 25): «и вот Й‑й стоит над ним»; (там же 35): «и поднялся над ним Б-г»; и прочее — нет сомнения, что цель её существования и её совершенство было в час Дарования Тора; ибо с тех пор и далее отменилось существование первого природного (порядка) и всё было повешено на существовании заповедей Тора и их отмене: ибо это то, что Он разъяснил им, сказав (Шмот 20): «Я — Й‑й, Б-г твой, Который вывел тебя…». Он указал им, что Он, превознесённый, со стороны того, что Он — Б-г систем Израиля, по пути, который мы сказали, «едет небеса» в их помощь; и пришёл в Мицраим, чтобы разрушить силу всех небесных систем, и в взгляде заслуги первых отцов и будущей заслуги, которая найдётся у них, когда «будут служить Б-гу на той горе» — и с тех пор и далее вывел их из рабства к свободе.

И потому: «да не будет у тебя других богов пред лицом Моим» (там же) — то есть: чтобы они не обращали внимания ни на какое руководство, кроме этого; и это — очень удивительное толкование, которое ещё выяснится в своём месте, с Б‑жьей помощью.

И вот поскольку совершенные из того избранного народа постигли в том святом стоянии смысл этой удивительной колесницы, которая обновилась или утвердилась для них там, как мы сказали, и постигли в ясности Его намерение, да будет Он благословен, в речении «Я — Й‑й, Б-г твой», по пути, который выяснился, — засвидетельствовало Писание (Шмот 24): «и увидели Б-га Израиля». Не сказал: что они увидели Й‑й, как сказал Йешая (6), и также не (сказал), что Он явился им или над ними, как обычно; но сказал, что увидели «Б-га Израиля» — то есть: постигли и узнали в замыслах своего Сехеля (Разума), из уделённого им там, — особое соотношение, которое есть у Него, превознесённого, с собранием общины Й‑й, собравшихся стоять там пред Ним, чтобы воцарить Его над собой в отношении руководства миром во всей его целости; до того, что Он, превознесённый, стоит над ними, а они — под Его ногами, чтобы руководить существованием посредством этой второй колесницы, — «как дело кирпича сапфира того», и это — гладкий небесный круг; и «как сущность всех небес — к чистоте». И указание ламеда в «לטוהר» (ле-тоhар — к чистоте) свидетельствует, что слово обращается к примеру и к тому, что из него выводится, — то есть: по причине чистоты, находящейся в людях этой колесницы, и её колёсах, и всех её круговращениях.

И итог: увидели, что эта колесница, на которой «едет» Б-г Израиля, — как дело высот и как сущность небес относительно существования: ибо когда в Йешуруне — Царь, и когда собираются главы народа по их знамёнам и знакам, и когда находятся вместе колена Израиля по их устройству — завершилось превосходное руководство, к которому было названо (Берешит 33) «Эль, Б-г Израиля».

И довольно этого для того, к чему мы стремились в этом удивительном рассуждении, а также того, что будет сказано в разделе о Мишкане — Шаар 48, и кроме этого.

Так и в этом же самом деле: невозможно мыслить, чтобы благо и совершенство были у всех частей и подробностей этого избранного народа — каждому по дару его руки — иначе как при том, что общие и главные вещи, которые суть их столпы и основания, их струны и колья, стоят на своём месте и сохраняют своё бытие, как, например, первые праотцы, и праведники, и благочестивые, которые — как само небо в чистоте для этого смысла; вместе с Торами заповедями, приходящими в Земле и в Храме, связывающими миры один с другим, когда там находятся коhаним в своём служении, и левиим на своём возвышении, и Исраэль в своём стоянии — напротив трёх всеобщих властей, включающих их.

Однако, когда двигаются косяки и содрогаются столбы, на которых дом стоит, — при отмене бытия первых праотцев и отмеченных людей, которые были углами строения и его основанием; и при разрушении положения какого-либо одного из этих главных предметов, о которых мы упомянули, — возможно ли существование их совершенства в их частях и подробностях? И кто Бог над их шатром? И тем более теперь — когда из них сначала падает одно из более сущностных и необходимых для совершенства их формы и их устройства: а именно — чтобы главы их колен и основное число их было по числу двенадцати созвездий, которое есть первичное число, высеченное и отмеченное в поясе восьмого небесного круга, который есть основа мира и величайший из его оснований, о которых мы говорили, — как этот знак приходит в предании, в словах: «пупок твой — чаша луны; да не недостанет смешения» (Шир hа-Ширим 7). Это указывает, что образ дома Исраэля и устроение его положения должны быть по подобию этого круга, в котором высечены эти созвездия, — так, чтобы не недоставало ни одного из них; ибо этим они будут достойны и приготовлены принять Божественное влияние со стороны Его надзора во всём, что Он сделает им.

И это ясно из устройства хошена — по числу его камней, их особым свойствам и их виду, и по устроению их положения по их закону в рядах: ибо по мнению всех мудрецов всё приходит точно направленным и упорядоченным по соотношению созвездий и их природ, и по числу имён сынов Исраэля по их коленам — чтобы согласовать верхнее и нижнее вместе и связать их соединения как одно; «и наполни его наполнением камня: четыре ряда камня: ряд… и ряд второй… и ряд третий… и ряд четвёртый…» (Шмот 28). И сказано (там же): «и камни будут на имена сынов Исраэля — двенадцать по именам их; резьба печати — каждый по имени своему будут — на двенадцать колен». И ещё сказано (там же): «и понесёт Аhарон имена сынов Исраэля на хошене суда на сердце своём, когда будет входить в святилище, — на память перед hа-Шем постоянно»; чтобы указать, что то, что они на этом точно направленном числе напротив воинств высоты, — великая причина нисхождения на них пророческого влияния и прилепления к ним того превосходного надзора во всех их нуждах.

Ведь видишь в удивительном деле Элияhу, да будет благословенна его память, сказано (Млахим I 18): «и взял Элияhу двенадцать камней по числу колен сынов Яакова, к которому было слово hа-Шем, сказав: Исраэль будет имя твоё». Это указывает, что имя «Исраэль» по-настоящему применимо лишь ради того, чтобы колена, входящие под него, были по тому числу, по которому называется «Бог Исраэля». И это — причина великого трепета, которым затрепетал весь Исраэль в истории с пилагеш в Гивъа, как сказано (Шофтим 21): «и пришёл народ в Бейт-Эль, и сидели там до вечера перед Богом, и подняли голос свой, и плакали великим плачем; и сказали: почему, hа-Шем, Бог Исраэля, случилось это в Исраэле — чтобы сегодня отсутствовало от Исраэля одно колено?» Они упоминали там имя «Исраэль» много раз, потому что при отсутствии колена отсутствует это имя, указывающее на целое. Поэтому они теснились и стояли против херема, чтобы дать ему наследие спасённой части и остатка, как сказано (там же): «наследие спасённой части Биньямину, и да не изгладится колено из Исраэля…». И сказали: «вот праздник hа-Шем в Шило…». И сказали мудрецы, да будет благословенна их память (Таанит 26а): «не было у Исраэля таких добрых дней, как 15 ава и Йом hа-Киппурим». И это потому, что как тот великий и святой пост и порядок его служений и искуплений был великим и необходимым столпом, чтобы вернуть оттолкнутые и разрушенные Нефешот из их положения к их первому состоянию и поставить их на их место, и без него невозможно существование — по необходимости дурности их состава; как сказано (Теhилим 130): «если беззакония будешь хранить, Йа — Господь, кто устоит?» — так и тот день, в который дали остаток спасённой части Биньямину, был днём вести, чтобы вернуть сынов этого народа, который почти разрушился и был снесён со своего положения, к совершенству устроения его положения — чтобы называлось над ним имя «Исраэль» совершенным, как вначале.

И теперь так же станет понятна причина великой скорби нашего отца Яакова все дни, когда он был отторгнут — отторгнут от него, и дело его великого траура, который случался с ним чрезмерно, и он отказался утешиться: всё это в начале дела было очень тяжело в глазах всякого обладателя Сехель (Разум), и как бы удивительно: отсутствует один из людей, и тем более — когда он отец одиннадцати детей кроме него. Ведь Авраhам, наш отец, протянул руку заколоть своего единственного сына; и кто тот человек, который не оправдает его — «имя Небес» на зло, как он благословляет на добро? И не только это, но кажется, будто он согрешил «деревьями» (погрешностью), из-за чего на него сошла Руах hа-Кодеш (Святой дух) на всё то время, пока он не услышал, что он жив, — «и ожил дух Яакова», как в его таргуме. И ещё труднее этого то, что кажется, будто во всём этом согласилась Высшая мысль: чтобы он видел — будто Он сидит и ожидает этого дня вести, чтобы показать ему, и не сказал ему, и не упрекнул его сначала.

Но по пути, который мы сказали: при отсутствии колена из его колен, траур тяжёл ему, горек, горче смерти; душа отказывается утешиться, ибо он увидел, что при отмене одного из них поколеблется всё строение.

*«Ибо недостаток одного из этого числа и т. д.» — то есть: вот есть два вида чисел. Первый — основное число, как один, два, три и т. п., которые указывают только на количество и число перечисляемых вещей без отношения между ними; и если недостаёт один из них, уменьшается лишь общее число, не производя впечатления на оставшихся так, чтобы изменить их имена. Например, если взять один из десяти яблок, останутся девять — и каждое остаётся со своим прежним именем. А второй — порядковое число, когда считают вещи, имеющие некоторое отношение друг к другу, как: первый день месяца, второй, третий и т. д.; и если недостаёт один из них, меняется имя тех, что после него. Например, если вообразим отсутствие третьего, тогда следующий за ним день уже не будет называться «четвёртым», а будет называться «третьим», ибо нет «четвёртого» без предшествующего «третьего». Поэтому рав говорит, что двенадцать колен относятся друг к другу как порядковое число, так что при отсутствии одного из них это производит впечатление и на других — лишить их совершенства, приобретаемого только всеми вместе, когда они — целое число; как при отсутствии одного из счёта десяти не удаются и не становятся пригодными все для всякого дела Кдуша, требующего десяти.

— Ибо недостаток одного из этого числа, которое было у него, не был как недостаток одного количественного из какого-нибудь случайного числа, который не ощущается в оставшихся, но как отсутствие одного из относительного или оценочного числа; ибо при отсутствии одного из него отсутствует то отношение из его целого, как бывает в полном числе, части которого равны целому, или кратные которого сохраняют его образ, и подобное. Или как отсутствие одного из счёта десяти для всякого дела Кдуша: один, который падает в подобные счёты, — падает форма всего числа. Поэтому он думал, что уже потеряна форма того почтенного числа в его сыновьях; и и ему, и им не будут [даны] те удивительные соотношения, о которых мы говорили, с общностью мира и его формой; и также добро и совершенство, которые тянутся к нему от них, они не получат. Поэтому он сказал: «ибо сойду к сыну моему, скорбя, в Шеоль». И это то, что сказали мудрецы, да будет благословенна их память (Танхума, Ваигаш): «этот знак был передан в его руке: если не умрёт один из его сыновей при его жизни — он не унаследует Геhином». И это смысл «и оплакивал его отец его» (Берешит 37) — то есть плакал о самом себе. Как: «и похоронил его» (Дварим 34), «приведёт его» (Бемидбар 6). И остальное.

И поэтому — то, что от него ушло пророчество: ибо он считался как мёртвый все двадцать два года, когда Йосеф был у него в статусе мёртвого. Как сказали мудрецы, да будет благословенна их память (Шаббат 30а): «пророчество не пребывает ни из лености, ни из печали…». И смысл: как леность — естественный недостаток, препятствующий стремлению к совершенству, так печаль препятствует его желанию искать [совершенство], и оно отсутствует у него, пока его Нефеш не улучшится и не пробудится к поиску — как было дело с Элиша (Млахим II 3). И так было здесь: когда певец играл перед ним, чтобы сказать: «ещё Йосеф жив», — и это было «время находки» всех камней его расчёта, — тотчас ушла печаль, ибо он понял: он не сойдёт к сыну в трауре — в Геhином, как сказано: «умру я на этот раз после того, как увидел…» — как в его таргуме; поэтому сразу «и был дух Яакова, их отца».

И нет сомнения, что ради этой необходимости все пророки единогласно предсказали: чтобы вернуть пленение этого избранного народа к его основанию и вернуть души пророчества к телам его людей и оживить Руах hа-Кодеш в их среде, — hа-Шем снова прострёт руку, чтобы вернуть основания строения к их прежней силе и собрать их отверженных, — не останется ни один.

Владыка пророков сказал (Дварим 30): «и возвратит hа-Шем, Бог твой, твоё пленение… если будет твой отверженный на краю небес — оттуда соберёт тебя… и приведёт тебя hа-Шем, Бог твой… и обрежет hа-Шем, Бог твой…» — до: «ибо возвратится hа-Шем радоваться о тебе к добру, как радовался о твоих отцах…». Йешаяhу (27): «и вы будете собраны один по одному, сыны Исраэля; и будет в тот день: затрубят в великий шофар…». Ирмеяhу (3): «возвратитесь, сыновья отступники, — слово hа-Шем, — ибо Я овладел вами; и возьму вас одного из города и двух из семьи, и приведу вас в Цийон. И дам вам пастырей по сердцу Моему, и будут пасти вас знанием и пониманием. И будет, когда умножитесь и расплодитесь в земле в те дни, — слово hа-Шем, — не скажут больше: „ковчег союза hа-Шем“, и не поднимется на сердце… В то время назовут Йерушалаим престолом hа-Шем, и соберутся к нему все народы во имя hа-Шем, к Йерушалаиму, и не пойдут более за упрямством своего злого сердца».

То есть: когда Он соберёт их полным собранием, о котором говорил, и когда будут там пастыри знания и понимания, они приобретут меру совершенства — большую и могучую — так что не будут делать более, как делали доныне. Ибо во все дни их успеха они обращались за упрямством своего сердца: они бежали — каждый к своему дому, к своему винограднику, к своему полю и к прочим делам, и бросали за спину заповеди hа-Шем, Его установления и Его Торы. И лучшие из них, когда дух сходил на них, говорили: «союз hа-Шем», — и поднималась на их сердце крупица добра; и упоминали её время от времени, или «вверяли» её от срока к сроку, — и всё же не делали более ничего из того, что сказали, или что поднялось на их сердце, или из того, что вспомнили и назначили сделать, ибо «вся их милость — как утреннее облако и как ранняя роса, уходящая».

Но в те дни и в то время будет говорение, и вспоминание, и «назначение» — постоянным, соединённым с совершенным деланием; не будут они отделяться от них, чтобы обратиться за упрямством их злого сердца. И «не скажут больше: ковчег союза hа-Шем» — и не будут его вспоминать и «назначать» так, чтобы не делалось ничего из того, что они вспомнят и назначат, и что поднимется на их сердце; ибо как назовут они устами своими Йерушалаим — который есть престол hа-Шем и место ковчега союза, — так вынесут это в действие, пока соберутся к нему все народы во имя hа-Шем, и не пойдут более за упрямством своего злого сердца.

В итоге: все пророки единогласно пророчествовали о необходимости возвращения колен и их единиц к их месту — и это то, к чему мы стремились; только разъяснение протянулось до этого стиха, в котором запутались все толкователи, да будет благословенна их память, — и он очень верен.

И вот, Йехезкель (37) очень расширился, чтобы показать это важное дело — и в особенности в этом колене, о котором мы говорим, как сказал: «а ты, сын человека, возьми себе одно дерево и напиши на нём: „для Йеhуды и для сынов Исраэля, товарищей его“. И возьми одно дерево и напиши на нём: „для Йосефа, дерево Эфраима, и весь дом Исраэля, товарищи его“. И приблизь их одно к другому — к одному дереву, и будут в твоей руке едиными». И когда скажут тебе… — вся глава.

И теперь смотри: чтобы показать силу Божественного надзора и крайнее попечение, которое у Него — вернуть отверженных Исраэля по направлению их числа, так чтобы не оттолкнуть от них ни одного отверженного, — он уподобил эти две семьи, по имени которых названы два дома царств Исраэля, в вопросе собирания всех их людей к ним так, чтобы не остался среди народов остаток, — двум товарищам, ведущим торговлю в кредит, которые делят одно дерево на двое: входит отсюда и выходит оттуда так, что невозможно, чтобы оно совпало с какой-либо из половин, кроме той самой половины. И они совмещают их вместе, и прорезают на месте их соединения насечки по числу, какое захотят, и берёт этот одну, и этот одну, и делают так все дни, пока продолжается их торговля между ними; и в конце сверки их счёта возвращаются и совмещают их, и то, что окажется прорезанным на обеих, — истинно и прочно. Подобно этому он повелел (там же) взять одно дерево и написать на нём: «для Йеhуды и для сынов Исраэля, присоединяющихся к нему», то есть: это то, что будет у него. И взять одно дерево и написать на нём: «для Йосефа, дерево Эфраима, и весь дом Исраэля, товарищи его», ибо оно останется у него тоже. И приблизить их одно к другому — к одному дереву, пока они совпадут вместе, чтобы быть едиными в его руке; то есть: смотри, это одно.

И когда спросят: что это у тебя? — ответит: так сказал Господь Бог: «вот Я беру дерево Йосефа, которое в руке Эфраима, и колена Исраэля, товарищей его» — то есть то, на котором высечены все колена, присоединяющиеся к нему, и все их люди один к одному — «и положу их на него: дерево Йеhуды», на котором высечены его колена и его люди также; «и сделаю их одним деревом, и будут одно в руке Моей», чтобы укрепить [их] вместе. И как бы проясняет про каждое из этих деревьев, что это оно: «и говори им: так сказал Господь Бог: вот Я беру сынов Исраэля из среды народов, куда они пошли… и сделаю их одним народом… и один царь будет всем им, и не будут более двумя народами, и не разделятся более на два царства».

Вот выяснилось, что конец спасений будет в их начале — то есть посредством собирания рассеянных и возвращения отверженных; ибо только так это возможно, и не иначе.

И поскольку наш отец Яаков восполнял свой недостаток своим спуском в Египет, чтобы встретить своего отверженного с радостью и добрым сердцем, — сказали мудрецы, да будет благословенна их память, в том высказывании, которое мы упомянули сначала: «достоин был Яаков сойти в Египет в железных цепях…». И смысл: при взгляде на эти огромные пользы, которые — на данный час и в отношении ожидаемых в будущем совершенств, как мы сказали, — вот если бы не сошло вслед за ним его достоинство, а спустили бы его туда в узах бедности и железных цепях, — то это ему хорошо. Но Всевышний оказал ему милость: спустил его туда по более подходящим причинам и по поворотам шагов сыновей — его сыновей — в их продаже Йосефу-египтянину и в их спуске вслед за ним, как сказано: «в раба продан Йосеф», и «Он призвал голод на землю…», и для чего всё это? «и пришёл Исраэль в Египет…».

И отнёс этот спуск и его необходимость к Яакову больше, чем к прочим праотцам, потому что на него это сошло самому, и потому что он — отец, близкий к собранию общины сыновей, у которых не нашлось порочности в потомстве; и на него было возложено привести их к общей полноте совершенства. И сказал р. Пинхас: притча о корове и т. д. Ибо как цель владельца коровы, в её величии, — привести её к её бойне, ибо это цель её существования у её Создателя; как сказано (Брахот 17а): «конец животного — к закланию», ибо это конец его пригодности; как сказали (Хулин 9а): «заколото — стоит в презумпции кашерности» и т. п. И при всём этом, из-за краткости её понимания и ощущения, она не тянется туда по его воле, пока не тянут перед ней её телёнка — и она бежит за ним. Так и Отец сыновей, благословенно Имя Его: Он сделал нас, и Ему мы; мы — Его народ и овцы Его пастбища. И первоначальная цель со дня, когда Бог сотворил человека, — привести нас к тому почтенному и страшному стоянию — горе Синай. Но они не тянулись прийти туда, ибо человеку нелегко войти под иго Торы и заповеди, пока Он не потянул их посредством этого почтенного сына в Египет, где они получат природные силы и материальные вожделения (Хомер) — второе сокрушение, и там приготовятся принять два совершенства, как сказано (Шмот 3): «когда выведешь народ из Египта — будете служить Богу…». Поэтому сказано: «узами человека потяну их, верёвками любви», ибо хотя вначале причины их спуска казались им болями и схватками роженицы, в конце потянулись «верёвками любви»: ибо всё было из любви hа-Шем к ним — и чтобы сохранить союз, и милость, и клятву, которой Он поклялся Авраhаму, любящему Его, между рассечёнными.

И также потому, что первые причины — полосатая одежда, и ненависть их к нему, и прочие — все были «узами человека», тонкими и слабыми, в которых нет силы потянуть корову к её бойне. Однако Он, да будет Он благословен, сделал их — что власть обстоятельств сделала действие верёвками толстыми, которые не разорвутся, пока мысль не выйдет к делу, как сказано: «и теперь не вы послали меня сюда, но Бог; и поставил меня отцом Фараону…», как мы хорошо написали об этом в воротах 28.

И это — мера того, что мы хотели в этой части, рассказывающей о радостях существования этого сына и возвращении пророчества его отцу через него, и завершении рассказа тем, что тянется к этому — из дел спуска туда и их поселения в земле Гошен, и того, что та земля благословилась их присутствием там — всех, братьев, вместе. Однако сначала упомянем вопросы:

2) В его словах: «довольно, ещё Йосеф, сын мой, жив» — ведь это не удивительно из-за того, что он ещё жив, разве лишь удивление было от множества дней.

3) В том, что Онкелос изменил его смысл в своём таргуме: «я сойду с тобою» — «אנא אחות עמך» (ана ахут иммах: «я сойду с тобою») — без местоименного указания, как его обычай; и уже говорили об этом мудрецы мира (Морэ Невухим, ч. 1, гл. 27), и к ним мы добавим.

4) Его выражение: «и увиделся ему и пал на шею его» — ибо не выяснен хорошо его смысл; и Рамбан, да будет благословенна его память, затруднился в нём. И почему сказал: «умру я на этот раз после того, как увидел лицо твоё», — ведь тогда ему следовало бы выбрать жизнь.

5) В его словах: «чтобы жили вы в земле Гошен, ибо мерзость для Египта…» — разве из-за того, что для Египта мерзость всякий пастух овец, выберут им лучшее в своей земле для проживания?

6) Что хотел Яаков в своих словах: «дни лет моего пребывания — малы и злы» — ведь следовало сказать: «дни лет моей жизни»; каков смысл относить число дней к «пребыванию»?

7) В сказанном египтянами Йосефу на втором году: «не скроем от господина нашего, что если кончилось серебро и скот… у господина моего — не осталось…» — ведь на самом деле не падает подозрение лжи и сокрытия так, как они сказали, что не осталось у них ничего.

8) Его выражение: «и хлеба нет во всей земле…» — зачем разделил Писание этот рассказ на два? Следовало завершить рассказ о Египте, когда начал: «и голодала вся земля Египта…».

9) Слова Йосефа: «вот, я купил вас сегодня и землю вашу для Фараона…» — которые кажутся словами лишними, не приносящими пользы, только чтобы их пристыдить. И ещё: как так, что они столь быстро дошли до этого, что уже в начале второго года голода кончилось серебро и скот, и не осталось кроме тел их и земли их — как доказали мудрецы, да будет благословенна их память (Берешит Раба, гл. 89) из простого смысла стиха, говорящего: «и вёл их хлебом за весь их скот в тот год; и кончился тот год; и пришли к нему на второй год». А если как Рамбан, да будет благословенна его память, что объяснил: что сказано это о шестом и седьмом [годах] — тогда, выходит, благословение Яакова им вовсе не помогло. И также невозможно, чтобы за пищу одного года они сказали: «купи нас и землю нашу за хлеб, и будем мы и земля наша рабами Фараону; и дай семя…». И он также сказал: «вот, я купил вас…» — чтобы означало, что он купил их путём прямым, не путём насилия; как сказали они устами своими: «ты оживил нас, нашли мы милость», — видно, что он сделал им милость Бога и истину.

10) Почему упомянуто здесь всё это — дело закона пятой части и перевода народа в города, и закона коhаним от Фараона, — ведь всё это подобает записать в книгах египетских порядков, а не в Божественной Торе.

«И оцепенело сердце его, ибо не поверил им» (1): вот, они, упомянув ему Йосефа — сына его, любимца его, в котором он отчаялся уже давно, — пробудили его вздох, и перевернулось сердце его внутри него; ибо обновилась его печаль, пока он не ослаб очень от скорби, — «ибо не поверил им», что он жив: ибо зло он принимает, а добру не верит. Однако когда они говорили ему все слова Йосефа, которые он говорил им, и тем более — если он передал им признаки, по словам мудрецов, да будет благословенна их память (Берешит Раба, гл. 94), и когда он увидел повозки — ибо понял, что они выходят только по слову царства, — был вынужден поверить им; и ожил его дух, и он укрепился, и возвратился к своему состоянию: ибо по виду его глаз и по слышанию его ушей он услышал добрую весть и возрадовался великой радостью, и исчезли печаль и вздох.

«И сказал Исраэль: довольно, ещё Йосеф, сын мой, жив…» (2): потому что они сказали ему: «ещё Йосеф жив, и он властвует…». И нет сомнения, что они подробно рассказывали о его владычестве и множестве его почёта, как он повелел им: «и расскажете отцу моему весь мой почёт в Египте…». И его ответ им был: «довольно — хорошо мне в том, что вы сказали: ещё Йосеф, сын мой, жив; пойду и увижу его прежде, чем умру», — не заботясь обо всём том почёте, который вы видели.

Однако Раши, да будет благословенна его память, исправил оборот речи иначе и написал: «довольно мне ещё радости и веселья, раз Йосеф, сын мой, жив», — отделив слово «довольно» от следующего — по причине, которую мы написали в вопросах.

«И поехал Исраэль, и всё, что у него…»: не мог сдержаться, ибо любил его любовью души, и поспешил сделать это. Однако он боялся за себя по двум причинам: первая — как бы не утонули его сыновья там среди египтян и не укоренились там, и не вернулись более в землю своей собственности. Вторая — о своём погребении, которое он вырыл себе. И чтобы пролился на него дух свыше, он склонился к Беэр-Шеве — месту установления молитвы праотцев, — и принёс жертвы Богу отца своего Ицхака, ибо «страх Ицхака» был для него от меры Его Бога: он боялся; пока не открылся ему в ночных видениях и сказал: «Яаков, Яаков…». И сказал: «Я — Бог, Бог отца твоего, которого ты боишься; не бойся спуститься в Египет и не страшись этих дел, о которых ты скорбел. И о первом Я обещаю тебе: сделаю тебя там великим народом», — то есть народом отдельным и отделённым сам по себе, и не смешается чужой среди них, как истолковали мудрецы, да будет благословенна их память (Сифри, Ки Таво): «и был там народом великим» (Дварим 26) — учит, что Исраэль были там отмеченными.

«А о втором: Я сойду с тобою в Египет, и Я подниму тебя также, поднятием»: обещает ему, что он не подвергнется опасности в пути и удостоится увидеть любимого сына, а затем Моше поднимет его и приведёт; и он умрёт в мире и ляжет на ложе своё с отцами своими; и также Йосеф поднимется с ним, и там положит руку свою на его глаза — при возвращении его костей в дом покоя его.

*«Однако, в том, что перевёл…» — его намерение таково: ибо по мнению Рамбама в Морэ Невухим, ч. 1, гл. 27, Онкелос хотел отдалить только надзор от Всевышнего, и потому всегда добавлял слово в своём таргуме и говорил: то «икра d-Ашем», то «мемра d-Ашем», то «шхинта d-Ашем». И только здесь, поскольку выражение «я сойду с тобою» — лишь рассказ о том, что было сказано ему во сне, — не заботился перевести без местоименного указания: «ана ахут иммах», или потому, что относится здесь только к ангелу, а не к Всевышнему. На это возразил Рамбан, да будет благословенна его память, из выражения «и вот, hа-Шем стоит над ним», сказанного также в рассказе ночного видения, и при всём этом Онкелос перевёл: «והא יקרא דה' מעתד עלוהי» (ве-hа йекар д-Ашем меатад алаhи: «и вот, слава hа-Шем стоит над ним»), и ещё другие возражения. Поэтому рав, да будет благословенна его память, сказал, что Онкелос имел в виду многие стороны: иногда — удаление телесности, иногда — удаление действий, которые не подобает приписать Всевышнему Самому, иногда — как путь почёта, то есть как не принято по этикету говорить: «царь или министр сделал это», но говорят: «почёт или величие царя или министра сделало это»; так же не подобает переводить народным языком выражение «hа-Шем стоит над ним» буквально, אלא «икра hа-Шем» и т. п.; и так он сделал также во многих иных местах. Но как невозможно по пути скромности, чтобы царь говорил о себе: «мой почёт» или «моя слава сделает/пойдёт так-то и так-то», — так не мог он перевести здесь «йекари йехут иммах» («моя слава сойдёт с тобою»). А стих «ради Моего почёта» в устах Всевышнего истолкуется в своём месте иначе. А «להאותות הענין» — то есть ограничить и выделить дело, от языка «и вы обозначите себе границу к востоку» (Бемидбар 34). Поэтому он перевёл стих «hа-Шем, Бог твой, проходит перед тобою» — «הוא עבר קדמך» (hу авар кадмах: «Он проходит перед тобою»), чтобы указать на частный надзор Всевышнего: что Он Сам, и Его почёт, проходит перед ними — без посредничества посланника или ангела.

— Однако в том, что Онкелос перевёл «ана ахут иммах» без всякого указания, уже известно, что написал о нём Рав-Морэ (Морэ Невухим), гл. 27, ч. 1: потому что это рассказ о том, что представилось ему в видениях сна, а не рассказ о том, что было показано ему наяву и в полной пророческой степени, — он не остерёгся приписать Ему движение, как его обычай; или потому, что это ангел. И также мы видели возражения Рамбана, да будет благословенна его память, на него, которых много по первому доводу. Но сильнейшее среди них — то, что в сне о лестнице Онкелос изменил и сказал: «והא יקרא דיי' מעתד עלוהי» (ве-hа йекар дайй меатад алаhи: «и вот, слава hа-Шем стоит над ним») (Берешит 28). И также что он перевёл «hа-Шем, Бог твой, проходит перед тобою» (Дварим 9), что несомненно — на них нет правильного ответа по мнению Рав-Морэ, кроме того, что он возразил сам себе в гл. 48, ч. 1, относительно перевода «увидь», где очевидны слова Рамбана.

И мне кажется в этом так: Онкелос не повесил себя во всех этих выражениях на один колышек, но имел в виду многие, различающиеся стороны: есть — для удаления телесности; есть — для удаления действий; есть — как путь почёта; есть — для обозначения дела и его выделения; и в каждом из них он меняется в зависимости от сторон, которые подходят по разъяснению, как выяснится всё это из различий, находящихся у него, которые упомянул Рамбан, да будет благословенна его память, в своих объяснениях, — вот:

Когда Писание приписывает Ему, да будет Он благословен, то есть Самому — что-либо из вещей, как «пришёл», «явился», «встал», «поднялся» и подобное, — он переводит «икра d-Ашем»: «יקרא דיי' מעתד עלוהי» (йекар дайй меатад алаhи: «слава hа-Шем стоит над ним»), «ויתגלי לכון יקרא דיי'» (ве-йитгли леhон йекар дайй: «и откроется вам слава hа-Шем») (Ваикра 9), «ויסתלק יקרא דיי'» (ве-йисталек йекар дайй: «и удалилась слава hа-Шем») (Берешит 17), «ויראו את אלהי ישראל» (Шмот 24) — «וחזו ית יקר אלהא דישראל» (ве-хазу йат йекар элаhа д-Исраэль: «и увидели славу Бога Исраэля»), и так во всех. Ибо это — обозначение Его Самого, да будет Он благословен, путём почёта, как принято во всех языках в речи с великими: «да будет известно твоему почёту», «твоему величию», «твоему возвышению» — всё по тому, кто этот князь или великий. Подобно тому, как сказал стих: «и слава hа-Шем наполнила», «и пребывёт слава hа-Шем», «и явилась слава hа-Шем».

И это обозначение не найдёшь нигде в виде: «והא יקרי בסעדך» (ве-hа йекари бе-саадках: «и вот, моя слава в твоей помощи») (Берешит 28) или «יקרי יחות עמך» (йекари йехут иммах: «моя слава сойдёт с тобою») (Берешит 46) и подобное, ибо это не подобает по пути нравственности. А стих (Шмот 33) «когда пройдёт Моя слава» — это иной смысл, добавочный к тому, что сказано: «покажи мне, пожалуйста, Твою славу», — не то, чтобы он сказал посредством обозначения, как выяснится в своём месте, с Божьей помощью.

Но когда дело идёт о надзоре от Него, да будет Он благословен, — он обозначает в своём таргуме «мемра d-Ашем» и выделил это для него: ибо «словом» надзирает надзирающий за надзираемым, как сказал Давид: «и я повелю о тебе…». И сказано: «словом hа-Шем небеса сделаны, и духом уст Его — всё их воинство». Поэтому он перевёл «к голосу hа-Шем, Бога твоего» (Шмот 15) как «למימרא דיי'» (ле-мемра дайй: «к слову hа-Шем»), и «к пред словом hа-Шем» (Шмот 19) — «לקדמות מימרא דיי'» (ле-кדамут мемра дайй: «к предшествию слова hа-Шем»), ибо навстречу Его повелению и слову они вышли.

Отсюда он сказал: «והא מימרי בסעדך» (ве-hа мемри бе-саадках: «и вот, Моё слово в твоей помощи») (Берешит 28), «אם יהא מימרא דיי' בסעדי» (им йеhе мемра дайй бе-саади: «если будет слово hа-Шем в моей помощи») (там же), «מימרא דיי' בסעדיה דיוסף» (мемра дайй бе-саадей де-Йосеф: «слово hа-Шем в помощи Йосефа») (Берешит 39). Поэтому он перевёл (Шмот 16): «ואתרעם עמא על מימרא דיי'» (ве-итраам ама ал мемра дайй: «и возроптал народ на слово hа-Шем»), ибо на Его руководство они возроптали, как сказано (Дварим 1): «ובפתגמא הדין ליתכון מהמנין במימרא דיי' אלהכון» (у-ве-питгама hадейн литхун меhемнин бе-мемра дайй элаhахон: «и в этом слове вы не поверили слову hа-Шем, Бога вашего»).

И отсюда сказано (Берешит 31): «מימרא דיי' סהיד» (мемра дайй сахид: «слово hа-Шем — свидетель»), то есть Его надзор и Его рассмотрение в нём будет верным свидетелем между ними — дать человеку по его делу. И также «между Моим словом и вами» (Шмот 31) — «между Моим надзором и вами». И также «подтвердил мне словом hа-Шем» (Берешит 21) — то есть пусть поклянётся ему тем надзором, находящимся с ним, ибо слово hа-Шем было драгоценно для него.

Но когда он имеет в виду постоянство этих дел и их продолжение в особенности — он обозначает именем «Шхина», как в деле: «и сделайте Мне святилище, и Я буду пребывать среди них» (Шмот 25). И как сказал Йонатан бен Узиэль (Йехезкель 3): «בריך יקרא דיי' מאתר בית שכינתי'» (брих йекар дайй ме-атар бейт шхинтай: «благословенна слава hа-Шем с места дома Моей Шхины»). Поэтому он перевёл: «есть ли hа-Шем среди нас?» (Шмот 17) — «הא אית שכינתא דיי' שריא ביננא» (hа-ит шхинта дайй шарья бейнанна: «есть ли Шхина hа-Шем, пребывающая среди нас»). «Лицо Моё пойдёт» (Шмот 33) — «שכנתי יהך» (шхинти йеhах: «Моя Шхина пойдёт»). «Если нет Твоего лица идущего» — «אם לית שכנתך» (им лит шхинтах: «если нет Твоей Шхины»). «Пусть пойдёт hа-Шем» (Шмот 34) — «יהך כען שכינתא דיי'» (йеhах кеан шхинта дайй: «пусть теперь пойдёт Шхина hа-Шем»). Ибо намерение во всех них — продолжение дела, не на час. Поэтому он перевёл: «ты не можешь видеть лицо Моей Шхины» (Шмот 33), и «и провёл hа-Шем Свою Шхину пред лицом его» (Шмот 34), ибо о самом том вопросе, который они обсуждали до сих пор — о продолжении того света влияния на него — он говорил.

И подобное этому было в его переводе «hа-Шем, Бог твой, проходит перед тобою», ибо намерение там о надзоре и помощи в особенности; и следовало бы сказать «мемра d-Ашем», но чтобы не обозначать переход к речи, как прежде. И также он не сказал «икра d-Ашем», ибо это обозначение говорится лишь когда намерение — к Его сущности; поэтому он оставил его в его форме. Однако он сказал: «Он проходит перед тобою — слово Его поест» — обозначить надзор, направленный туда. Как сказал в другом месте (Дварим 1): «hа-Шем, Бог ваш, идущий перед вами — слово Его будет сражаться за вас». И смотри: он не сказал ни «икра», ни «мемра», ни «шхинта». И из того же дела сказал (Шмот 4): «ана эhе им пухах» (я буду с твоими устами). И я думаю, что таким и подобным образом верно во всех этих делах — без нужды в философии и без вещей скрытых и запечатанных.

«И встал Яаков из Беэр-Шевы…»: оттуда поднял он сердце своё и ноги свои идти в спокойствии и уверенности от того, чего страшился сперва.

«И понесли сыновья Исраэля… и всё семя его с ним… и Йеhуду послал…»: он поступил с сыном своим, царствующим, по обычаю почёта — послать к нему «господина братьев».

«И запряг Йосеф… и увиделся ему, и пал на шею его» (4): возможно, поскольку Яаков уже был в Гошене, в доме, который освободили перед ним и приготовили ему, — сказано, что когда Йосеф пришёл к нему, он опередил и вышел из своей комнаты показаться ему, и пал на его шею и плакал. Или сказать, что как только Йосеф увиделся ему, он пал на его шею и плакал — сообщить, что у него не было к нему никакого отчуждения, как было у его братьев. Или сказать, что он увидел его великое достоинство, о котором ему сообщили, — в том, что увидел его одетым в льняные одежды и едущим на коне, на котором ездил царь, и со всем царским церемониалом; поэтому его ответ был: «умру я на этот раз после того, как увидел лицо твоё, что ты ещё жив» (4), то есть: я не считаю всё это по сравнению с твоей Нефеш. Как он сказал сначала: «довольно, ещё Йосеф, сын мой, жив». А смысл «умру я на этот раз» уже выяснен.

«И сказал Йосеф братьям своим… и люди — пастухи овец… и будет: когда позовёт… и скажете…» (5): он выбрал им хорошее и прямое и возненавидел власть. Нет сомнения, что если бы захотел, он назначил бы их начальниками тысяч и сотен над царством; но хотел, чтобы они сказали: что они — пастухи овец с юности, и они, и их отцы, так что эта работа держится у них издавна и они не могут сдвинуться с неё. Это — чтобы отдалить их от проживания там, в Египте, ибо «мерзость для Египта…». И следствие этого — что они поселятся в земле Гошен; и это — намерение Раши, да будет благословенна его память: «и если вы не сведущи в ином ремесле — он отдалит вас от себя, и вы поселитесь в земле Гошен». Он сказал, что он имеет в виду от египтян — отдаление по сути, а поселение в земле Гошен — как следствие.

И возможно, что выражение «мерзость для Египта всякий пастух овец» подобно «вот, мы принесём в жертву мерзость Египта» (Шмот 8), «мерзость сынов Аммона» (Млахим II 23) и им подобным; и смысл — что они будут у них в статусе богов, и окажут им большой почёт, поселят их в лучшей земле. И по их пути мы учим путь нравственности: Йосеф вложил в их уста вещь, чтобы царь дал им, — а не набрался смелости дать им её без его разрешения, и даже просить её сам от себя, хотя это не было для него большим делом; тем более — для прочих людей и в больших и удивительных делах.

«И сказал Фараон…»: когда Фараон увидел величие его смирения и доброй нравственности, ответил ему словом по его почёту и сказал: раз отец твой и братья твои пришли к тебе, ибо знают тебя как князя и великого предо мною, — и ты тоже покажи им руку твою великую и сильную: земля Египта вся перед тобою; в лучшей земле посели отца твоего и братьев твоих — пусть поселятся в земле Гошен, как просили. И если ты знаешь, и есть среди них люди силы, — поставь их начальниками скота над моими начальниками, над скотом, сидящими в той земле. И это свидетельствует, что они возвышали и почитали всякого пастуха овец.

«И привёл Йосеф… и сказал Фараон… „дни лет моего пребывания…“» (6): поскольку он спросил его о числе дней лет его жизни — не по обычаю, и видно, что чтобы укрепить его в чрезмерной старости он спросил так, — он ответил, что поскольку не было его жизни поселением в одном месте, но во многих сменяющихся местах, где он был пришельцем — немного здесь, немного там, — поэтому дни его соединены из малых многих, которыми не насытится человек, будучи в таком положении. А поскольку это были дни странствий и передвижений — они были злы; и это причина, что на него пришла старость не в своё время.

«И благословил Яаков… и хлеба нет во всей земле…» (8): Писание разделило этот рассказ, чтобы присоединить его здесь — сообщить, что глаз hа-Шем на боящихся Его, чтобы оживлять их; и грабежу и голоду Он смеётся в земле их пребывания. И не только это, но и жители продаются — они и их земля — у них на глазах, и нет открывающего рот.

И более подходящее и согласное с разумом и стихами: в первые два года голода, о которых сказал Йосеф, по причине, которую мы написали о нём в воротах 29, Египет собрал все деньги земель из-за чрезмерной дороговизны, пока не иссякли караваны; и «голодала вся земля Египта»; и тогда Йосефу нужно было кормить их из руки Фараона — это то, что слышал Яаков, как мы объяснили. А пока деньги находились в Египте, всё, что было из дела Йосефа и братьев его, относилось к началу этих пяти лет, в которые нет ни пахоты, ни жатвы. На это относится сказанное: «вот, и хлеба нет во всей земле, ибо голод тяжёл очень; и истощилась земля Египта…». «И собрал Йосеф… и кончилось серебро из земли… и пришли все египтяне к Йосефу, говоря: дай нам хлеба… ибо нет серебра». И сказал Йосеф: «дайте ваш скот». Поскольку дороговизна была чрезвычайно велика, они поспешили вывести все деньги, которые собрали из остальных земель, чтобы купить пищу для своей Нефеш. И после того как иссякло — и не было им пищи, и не было скоту — совет Йосефа им был очень хорош: устраниться от содержания своего скота и прокормиться им самим. Это и есть: «и вёл их хлебом за весь их скот в тот год», ибо по милосердию своему он вёл их — дать им остаток в земле.

«И кончился тот год… и пришли к нему на второй год… и сказали: не скроем от господина моего…» (7): Писание свидетельствует, что, чувствуя его любовь и сострадание к ним, — что и они были дороги его Нефеш, и их принимали с приветливым лицом, — они уже сами от себя предложили и не скрыли от него способы уплаты за пищу, которую он обязан был дать им, как псу и как ворону. Это и есть: «не скроем от господина моего, что ещё есть у нас», — ибо если иссякло серебро и скот у господина моего, и не осталось кроме тел наших и земли нашей, — то есть у нас есть довод просить даром, говоря: «зачем нам умереть пред твоими глазами — и мы, и земля наша?» — мы не позволим себе этого; и не скроем от тебя: у нас ещё есть чем заплатить — чтобы ты купил нас и нашу землю за хлеб, и будем мы и наша земля рабами Фараону, и дай семя… И будем на нашей земле как рабы только; и это мы выбираем вместо смерти нас самих и запустения земли. И хотя он не скрывал от него этого дела, было бы ему мудро не начинать с ними, пока они сами не скажут.

«И купил Йосеф… и сказал Йосеф: вот, я купил вас…» (9): он сказал: после того как я купил вас и вашу землю для Фараона по вашему компромиссу — вот земля его, и работающие на ней — его рабы; и нет у раба в работе господина своего, кроме хлеба, который он ест. Но я не сделаю вам так; напротив: вот вам семя… И будет при урожаях: дадите пятую часть Фараону, а четыре части будут вам — в семя поля, которое каждый год будет приходить в годы пахоты и жатвы, и в пищу вам, и тем, что в домах ваших, и в пищу вашим детям. И вот, этим вы почти как хозяева домов; и дадите только двойной маасер, который дают все земледельцы, чтобы принести в сокровищницу их богов.

И несомненно, что в этот компромисс входит всё время, пока не было пахоты и жатвы: ибо с этого момента они продали свои тела и землю, будучи питаемы из царской казны. Поэтому они сказали: «ты оживил нас, нашли мы милость в глазах господина моего» — то есть: ты оживил нас этим обещанием; нашли мы милость — что ты сделаешь так, и будем рабами Фараону, как ты сказал.

И вот, завершились эти условия в начале второго года из пяти лет, то есть это — четвёртый год голода в общем счёте; а с этого года и далее возможно, что hа-Шем вспомнил землю благословением нашего отца Яакова: Нил поднялся у его ноги и орошил землю или часть её так, что они вынесли достаточно для своего пропитания и чтобы оживить коня и мула.

«И установил их Йосеф законом… только коhаним одних…» (10): упомянул стих то, что они видели своими глазами и к чему привыкли все дни их пребывания там: что весь этот народ терпит изгнание и переселение из одного города в другой во всех пределах Египта и принимает на себя ярмо закона пятой части из всего, что произведут из своей земли; и согласны они, чтобы коhаним вся их земля была свободна в их руках без царского ярма и ярма пути земли; и не только это, но и чтобы они ели из царской доли — чтобы было это великим уроком и упрёком этому народу, как придёт из его дела: что приведёт их Всевышний унаследовать жилища не свои и труд народов.

И будет в урожаях: не дадут они кроме маасера, который будет дан коhаним-левиим взамен их служения; и потому не будет дано им удела и наследия в земле. И теперь нет ни одного обладателя Сехель (Разум), у которого будет дурной глаз на даяние — и ничего, кроме этого; ибо не погибла земля, кроме того, что не кладут это на сердце. И пророк (Малахи 3) сказал: «принесите весь маасер… и испытайте Меня в этом…».

«И поселился Исраэль… и плодились и размножались очень»: это то, что расскажет затем в начале книги (Шмот 1): «и сыны Исраэля плодились…», как придёт.

И это — то, к чему мы стремились в разъяснении этого рассказа: