Akeidat Yitzchak 38

(И этим рав, благословенной памяти, опроверг мнение философов, называемых «медабрим», которые думают, что отношение Творца к Его творениям — как отношение души или разума к телу; и как разум и душа укрепляются, пока они соединены с ним на земле через тело и его наслаждения, так и Всевышний в некотором отношении, со стороны Себя, нуждается в существовании существующих.) И на это также намекает изречение мудрецов: «почему Он называется Царём славы? — потому что уделяет славу боящимся Его», то есть что вся цель Его действия, да будет Он благословен, не в том, чтобы добыть честь Себе, как у царей земли, а чтобы дать драгоценность и величие Своим творениям, когда они достигают нравственного и истинного совершенства.

И вот, весь мир разделяется на три разряда творений: верхний разряд включает ангелов, которые являются отделёнными разумами; нижний разряд включает земные творения внизу, из которых наиболее почтенен человек, обладатель Сехель (Разум) и понимания, подобный своей разумной и духовной Нефеш, когда идёт путём, желанным в глазах Господа,— одному из небесного воинства в высоте; а средний разряд включает сферы и звёзды с четырьмя основами, то есть всю вселенную целиком.

И она управляется Всевышним двумя способами: природным способом, который действует в большинстве и постоянно, и чудесным способом, выходящим за пределы природы, однако по воздаянию за дела людей — добрых и злых (как мы уже распространились об этом в прежних вратах); и этот чудесный способ действует лишь в редкие времена. И только в дни Царя Машиаха он вернётся через него и по его заслуге — этот способ чудесного управления — чтобы стать постоянным и природным, действующим во всякое время.

И чтобы не пришло на мысль людям, видящим иногда, что природные вещи меняются со своего устройства и обычного пути, думать, не дай Бог, будто законы природы действуют без порядков и лишь рука случая и совпадения управляет и ведёт их то так, то иначе, и что не Господь дал им закон и предел, чтобы они всегда соблюдали своё повеление,— поэтому Всевышний не даст совершать такие деяния, выходящие из границ природного обычая, то есть знамения и чудеса, иначе как через пророка и совершенного человека, на котором покоится дух Бога и пробуждается в его внутренности, чтобы все знали и поняли, что и природный порядок, и чудесное действие исходят лишь от Него одного, и рука случая и совпадения не властвует над ними. И из этого следует, что слава Господа откроется глазам всякого разумного — и когда мир ведётся своим природным порядком, и когда в нём совершаются деяния и действия, противоречащие законам природы и сокрушающие систему звёзд.

И на эту мысль указали наши мудрецы, сказав, что солнце сказало Йеhошуа: «а если я замолчу?» — то есть если я не иду и не движусь по своему природному обычаю, «кто скажет хвалу Месту», что вызывается лишь тем, что люди видят постоянное природное управление. «Сказал ему: замолчи ты, а я скажу песнь», то есть также через изменение природного обычая, совершаемое теперь мною, будет вызвано, что все разумные люди воспоют славу Всевышнего и Его хвалу на земле.

И чтобы укоренить эту драгоценную мысль в сердце Израиля, Всевышний повелел им установить Рош Ходеш Нисан, в котором были сделаны им эти знамения и чудеса, как главу всех месяцев года, чтобы они всегда знали: когда они пойдут прямым и верным путём, в земле Египта во время избавления, ими будет постоянно управлять Он, да будет Он благословен, таким чудесным образом.

И на это также намекает Мидраш, которым он начал: «с тех пор как Святой, благословен Он, избрал мир, установил в нём новомесячья и годы» — то есть в начале, когда Он управлял миром только природным путём, начало года было от Рош Ходеш Тишрей, как следует по природному закону, ибо тогда уже завершена вся работа полевых трудов прошедшего года, и тогда время сбора всего его урожая и плодов деревьев, и начинается работа следующего года; и следовательно, достойно, чтобы в первый день месяца Тишрей завершился прошедший год и начался следующий. «А когда избрал Яакова и его сыновей, установил в нём в Рош Ходеш искупления» — то есть когда избрал семя Яакова, чтобы управлять ими чудесным управлением, выходящим за пределы природы, установил Рош Ходеш Нисан как начало года, поскольку в нём начал показывать им Своё чудесное управление — через их избавление крепкой рукой и простёртой рукой из‑под тяжестей Египта.

Как порядок существования по обычной природе свидетельствует об истинности Его существования, да будет Он благословен, так и дело ломки и разрушения её природы иногда возвещает величие имени славы Его царства. Вот смысл этого положения и его необходимость разъяснится согласно сказанному: *«ибо вот и т. д.» — то есть философы, последовавшие за Аристо, признали, что Всевышний — причина всех существующих, но сказали, что они проистекают от Него по необходимости и неизбежности издавна и прежде; поэтому они верили в вечность мира (смотри об этом выше, врата 1). И чтобы показать эту мысль, они не хотели сказать, что отношение существующих к Всевышнему — как отношение тепла к огню и света к солнцу, прилеплённых и всегда связанных как обязательная причина со своим следствием, ибо не хотели унизить этим примером честь Всевышнего, который причина, и честь всех существующих, среди которых также отделённые разумы и люди, обладающие разумной Нефеш, — являющиеся Его следствиями,— уподобив их огню, свету и теплу, которые не относятся к знанию, а лишь мёртвые тела. Поэтому, чтобы возвеличить предмет, они взяли пример разума и постигаемого; их отношение друг к другу также как отношение причины к следствию, и они также соединены вместе в своём существовании: ибо без разумного разума нельзя помыслить постигаемого, ведь в чём же разум увидит своё действие.

А «медабрим», то есть философы, пришедшие после них, поднялись в своей вере на ступень выше: они верили в обновление мира, и потому называли Всевышнего «деятелем существования», а не «причиной существования», чтобы удалить этим со своего языка всякую мысль о вечности мира; ибо по вере в вечность мира Всевышнего можно назвать лишь причиной существования, а не его деятелем. (А Рамбам, благословенной памяти, хотя верил в обновление мира и всё же называл Его причиной, действительно оправдался в этом (см. «Море Невухим», ч. 1, гл. 69) и сказал, что назвал Его причиной для того, чтобы включить в это слово три причины (из четырёх, требуемых для бытия всякой вещи; см. врата 1), то есть действующую, форму и цель; ибо Всевышний — деятель мира, и Он — его форма, ибо через Его высшую Цура (Форма) всегда сохраняются также формы всех возникновений; и Он также цель мира, то есть что цель бытия всех сотворённых — лишь Его воля, да будет Он благословен, что возжелал их, чтобы были; «Он повелел — и встали».)

Однако и эти «медабрим» ошиблись в этом, думая, что Всевышний в некотором отношении нуждается в существовании Своих творений, что не так по мнению сынов Израиля — истинных верующих, как мы уже писали выше.

Ибо вот философы, которые издавна в силе своего исследования, признали и короновали Бога, да будет Он благословен, говоря, что Он — причина причин и первопричина первопричин, и всех производных; и что если вообразить Его устранение, невозможно вообразить им никакого общего существования; однако если вообразить их устранение и отсутствие, из‑за этого не отменится Его существование ни в какой стороне.

Но всё же они не приписали Ему, да будет Он благословен, никакого действительного существования, кроме того, что сделали все существования обязаными Его существованию и равными Ему: не как тепло от огня или свет от солнца, которые не относятся к знанию, а как разум и постигаемое. И поистине, согласно этим словам, они уже соединили причину и следствие в деле существования тем, что следствие обязано быть найденным вместе с причиной, как обязано быть найденным постигаемое вместе с разумом; и невозможно отделиться, ибо они — одно и то же.

И уже «медабрим» избегали этого имени, то есть «причина», чтобы из него не был понят этот смысл вечности, и называли Его, да будет Он благословен, «деятелем», как написал Рав‑Море в главе 68 (ч. 1), и там разъяснил, что причина того, что он назвал Его причиной, а не деятелем, не для указания на вечность, а чтобы включить в этом названии все три причины, как сказано во вратах 5.

Но мы входим в это не из‑за одной только точности имени, а из‑за сущности самих вопросов: ведь они поистине постановили в этом, что возвышенный Царь и сущие — пользуются одним венцом, то есть что Бог, да будет Он благословен, со стороны Себя нуждается в существовании всех сущих, чтобы быть Богом существующим, как они нуждаются в Его существовании, чтобы быть существующими,— как это выходит по примеру, если хорошо рассмотреть, что Его отношение к миру — как души или как разума, наслаждающегося телом.

А мы, с Торой Господа в сердце, питающиеся из груди её учений и наслаждающиеся сиянием её славы, знаем верно, что Он, да будет Он благословен, был прежде, чем возник мир, — бесконечной протяжённостью без границы и меры; и был существующим в совершенстве, довольным Самим Собой и Своим существованием без всякой нужды в каком бы то ни было сущем; и когда поднялось в Его абсолютной воле сотворить мир и вывести в существование все сущие, не было это, не дай Бог, по какой‑либо нужде для Него, ибо Он совершенен и достаточен Сам по Себе.

Но мудрость Его добровольно побудила Его дать существование небытию ради нужды тех существ и их пользы — и только это, как сказал мудрец: «всё сделал Господь ради него» (Мишлей 16) — то есть что Он не сделал ничего, кроме как чтобы дать существование этому производимому, ибо это — Его благость и Его совершенство. А если скажешь: а зло — как Он сделал его ради зла самого? — скажет: «и злодея — на день зла», ибо злодей пригоден и уместен для дня зла, и подобает, чтобы был сотворён день зла ради него.

Итог: не было сотворено ничего ради Его нужды, а только ради нужды самого сотворённого, чтобы оно существовало наиболее подобающим образом, какой возможен, и направилось к познанию своего Творца. И по этому способу возможно, что слово «ради него» вернётся к действующему самому.

И вот, Он, да будет Он благословен, в Своей великой мудрости увидел разделить Свои творения на три «мемшалот» (мемшалот — «области владычества/разряды»). Первое владычество — край высоты, и это мир отделённых разумов, которые — разум в действительности, стоящие перед Ним первыми. Третье владычество — другой край, и это низкий мир, в котором наиболее почтенное и возвышенное сущее — живое говорящeе, на которое изначально изливается Сехель (Разум) в потенции, а затем, с Божественной помощью и с направлением Торы, становится Сехель (Разум) в действительности и почти соучастно тому верхнему краю.

А второе владычество — средний мир, мир сфер вместе с четырьмя основами, прилеплёнными к ним и движущимися вслед за ними,— дано между двумя упомянутыми разумными владычествами, чтобы тянуться в своих действиях к ним, и чтобы нашлись у него, согласно этому, два уклада. Один — многий уклад, действующий через излияние, изливаемое от высших разумов; это — устойчивая и известная природа, как и влияющие на него устойчивы и неизменны. А второй уклад будет у них согласно этим совершенным человеческим разумам, которые обязаны меняться и изменяться, как они сами существуют меняющимися; и это — порядок бытия знамений и чудес, который рассказала Божественная Тора и который она установила как наказание и награду за свои заповеди; и он будет устрояться и его уклад будет через совершенных людей, прилепляющихся к Нему, да будет Он благословен, как мы разъяснили во вратах 15 и 31: ибо Бог в мере Своей милости сделал их главами и князьями над всеми сущими, чтобы властвовать над ними с честью божественности и господства, согласно тому, что подходит к нужде их управления и их пользе,— не для того, чтобы что‑либо из этого было для Его нужды и для нужды Его существования вообще.

И вот, толкователь агадот истолковал это высказывание в отношении возвышенности Его, да будет Он благословен, что Он не ревнует к другому, ибо все эти атрибуты управления — Ему, да будет Он благословен, принадлежат по сущности и изначально, и о другом о них говорят лишь по одному только совпадению имени; и какая тут ревность? И это — вещь достойная сама по себе; наши мудрецы, благословенной памяти, хотели её и в другом высказывании, где сказали (Танхума, паршат Кдошим): сказал им Святой, благословен Он, Израилю: «Я — не как царь из плоти и крови. У царя из плоти и крови нет позволения простолюдину называться его именем; а Святой, благословен Он — всяким любимым именем, которое было у Него, Израиль называется им. Он называется Элоким — и назвал их Элоким, как сказано (Теилим 82): “Я сказал: Элоким вы”. Он называется דוד (Давид), как сказано (там, в Шир hа-Ширим): “доди (мой возлюбленный) бел и румен”, — и назвал их дודים, как написано (там): “ешьте, друзья…” и т. д. Он называется хасид, как сказано (Йирмеяу 3:12): “ибо хасид Я, — слово h'”, — и назвал их хасидим, как сказано (Теилим 50:5): “соберите Мне хасидим Моих, заключивших Мой союз при жертве”. Он называется кадош — и назвал их кдошим, как сказано (Ваикра 19:2): “кдошим будете, ибо кадош Я”. Он называется хахам, как написано (Ийов 9:4): “мудр сердцем и крепок силой”, — и назвал их хахамим, как написано (Дварим 4:6): “и скажут: только народ мудрый и разумный — этот великий народ”».

Однако если они хотели этим, то в подобном высказывании им следовало сказать: «царь из плоти и крови — нет позволения простолюдину ездить на его коне», и так обо всём; или: «не сажает и не усаживает и не одевает» и т. д. Однако то, что видится — что они намеревались на возвышенное дело, на котором мы остановились: что управление этими существующими, которые в таком виде, — ради управляемых, а не ради Его существования вовсе, как мы сказали изначально; и что Он, да будет Он превознесён, в этом отделён от царей земли: ибо царь из плоти и крови — всякую честь, которую он делает другому, он делает лишь для своей нужды и чтобы восполнить посредством неё свои недостатки в делах царства. Как? Нужно ему вести войну — он назначает одного из своих рабов и делает его военачальником над всем войском. Нужно творить милостыню и суд — усаживает одного из своих мудрецов на престол суда. Нужно бить и усмирять мятежников и преступников — ставит одного надзирателя и жезл властвующих в его руке. Нужно выйти из царства — ставит заместителя, исполняющего его место.

И вот, когда он назначает каждого из них на его дело, тот назначенный, конечно, не пользуется величием царя; напротив — царь пользуется им и делает через него нужды самого себя, без чего не устоят ни он, ни его царство; а тот назначенный — лишь как топор в руке рубящего им. Знай: когда царство его не удержится в его руке — он снимет ему голову; и много тому доказательств.

Но когда Всевышний, да будет Он благословен, даёт власть управления каждому из совершенных в одном из упомянутых видов — это вовсе не ради Его самого и Его существования, а лишь ради их пользы, их совершенства и их славы. Потому, когда каждый из них пользуется от Него — он пользуется приёмами (תכסיסי) царства Высшего, как будто он царь сам по себе, כביכול (квиахоль: «как бы сказать») — партнёр Святого, благословен Он, пользующийся Его короной. Ибо Элияу, благословенной памяти, будучи совершенным сам по себе — по своей ревности, ревности истины, и ведя её войны, удостоился, что Святой, благословен Он, посадил его на Свой конь, чтобы уподобиться Высшему, «в вихре и буре путь Его»; и не только о восхождении сказали это, но и о том, что он властвовал над существующими, задерживая дождь все те годы и повелевая земле, как хотел, и низводя огонь с небес, и оживляя сына женщины из Царфата, и во всём, что сделал — силой той колесницы, на которую его посадили, в приёмах царства.

И уже вошло в уста всех мудрецов, что затем он был в степени ангела h', являющегося им в видении или в бодрствовании, как видение славы h'. И мы уже призывали его в наших молитвах: «быстро придёт к нам», подобно тому, как сказал Писание (Теилим 50:3): «придёт Элокейну и не умолкнет».

Также и муж Моше, человек Элоким, который вывел нас из земли Мицраим знамениями и чудесами, — воистину сделал его Всевышний надзирателем, чтобы усмирять и бить Паро, и дал Свой жезл в его руку, чтобы дать на него великолепие славы Элоким, как сказано (Шмот 4:20): «и посох Элоким в руке его», и сказано (там, 7): «смотри, Я дал тебя Элоким для Паро, а Аарон, брат твой, будет твоим пророком», как мы написали в своём месте; и как удивителен весьма смысл «что ты вопиешь ко Мне…» (там, 14) в отношении этого: то есть — что тебе просить у Меня? ты подними посох твой и протяни руку твою сам, и рассеките его, ибо дано разрешение, как будет завершено объяснение в своём месте.

И вот, Шломо, в его доброй стороне — что он хорошо попросил у h', — удостоился сидеть на престоле суда и сделался мудрым в этом деле, мудростью ангела Элоким, как сказано (Диврей hа-Ямим II 9): «и все цари земли искали лица Шломо, чтобы услышать его мудрость, которую дал Элоким в его сердце». И уже сказали (Шаббат 10а): «всякий, кто судит судом истины до истины его, становится партнёром Святого, благословен Он, в деле Творения» — партнёры буквально, пользующийся Его короной, как сказано в разъяснении «и сел Шломо на престоле h' царём».

И вот: все эти совершенные и подобные им — вся Тора их власти состоит в том, что она в их руке ради них самих и ради чести их степени, ибо их совершенство, в их печати, удостаивает их — не как обычай царей из плоти и крови. Однако когда власть и господство — в деле рабства и служения в их делах, что сказано? (там, 10): «горе Ашуру, жезлу Моего гнева… на народ лицемерный…» и «а он не так помышляет…» до конца раздела, как сказано: «и будет, когда совершит… неужели похвалится топор над рубящим им? неужели вознесётся пила над машущим ею? как если бы махал жезл теми, кто поднимает его; как если бы поднимал посох — не дерево».

Вот, орудие в руке действующего им — бывает в двух видах: или это мёртвое орудие, которым движет действующий, как топор и прочее из орудий ремесла; или это живое орудие, которое движет себя и своего движущего — как царский жезл и посох власти, что в руке одного из его рабов. Потому и сказал: неужели человек, который как топор в руке рубящего им, или как пила в руке машущего ею — которые мёртвые орудия — будет хвалиться, будто он машет собой, как жезл — живое орудие, которое не только само собой машет, но и теми, кто его поднимает. И для завершения разъяснения сказал: «как поднимал посох — не дерево»: ибо посох, со стороны того, что он посох, поднимает поднимающих его, а не со стороны того, что он дерево; и следовало ему знать, что он в Моей руке как дерево, а сила, которая в его руке, — это посох, и ему не следует хвалиться этим посохом, но посох будет хвалиться им.

Как бы то ни было, вот разъяснено это высказывание правильно согласно нашему намерению; и как бы ни было с их намерением, благословенной памяти, в нём — ясно во всех этих делах, что Всевышний, да будет Он благословен, дал порядки всех систем (סדרי המערכות) под стопы людей совершенных, чтобы властвовать над ними согласно тому, что подобает их совершенному управлению, ведущему согласно пригодности дел и её изменению.

Но поскольку уже может пробудиться от существования этих знамений в сердце людей דבר בליעל (давар блияаль: «беззаконная мысль») — сказать: раз эти существующие то так, то иначе находятся переменными и меняющимися в своём состоянии, то управляются по одному образу, то по его смене или противоположности, — то, стало быть, польза сохранения природы существования, указывающей на истинность существования Высшего Управляющего, уже прошла и ушла; и вот вернулось мнение Эпикуроса, говорящего «по случайности», и ослабла в нашей руке истинность существования Элоким; и вред от этих знамений стал больше похвалы.

Потому было от Него, да будет Он благословен, чтобы эти дела, выходящие из естественного рассуждения, были лишь по слову знаменитого пророка, предсказывающего то событие и раскрывающего его нужду и его великую цель согласно времени. Как прославилось дело знамений и чудес, которые были сделаны через учителя пророков, и оттуда и далее — во всех прочих. Ибо это очень отдаляет природу случайности, как мы написали в том первом Шааре.

Ибо тогда, когда дело таково, уже находятся два правильных и подходящих порядка согласно двум делам, имеющимся в существовании: один — простая природа, созданная мерой הדין (дин: «суда»), которая ведёт постоянно по своей природе, одной мерой для всех людей и времён; и второй, который находится мерой хесед — и это «мудрая природа», различающая между праведником и злодеем и между служащим Элоким и тем, кто Ему не служил; ибо о них обоих сказано (Теилим 108:5): «ибо велик над небесами хесед Твой, и до облаков истина Твоя», как мы написали истинность этого дела и его полноту в упомянутом Шааре 15.

И ясно, что нет никакого места в этих делах, чтобы вменить случайность где бы то ни было. Но как первый порядок указывает на истинность Его существования, да будет Он благословен, как мы сказали, так и второй, превосходящий, — именем «слава Его царства», то есть: что всё, что делается из предотвращений целиком и из возникающих от них событий постоянно, — не путём необходимости, как говорили говорящие о קדמות (кадмут: «предвечности»), так что уже было бы у Него и у Его существования в них нужда или некоторая нужда, как мы сказали; но что всё Он сотворил по Своей воле, и щедро простёр Свою мудрость лишь ради пользы существующих. И уже будет эта вторая похвала включать первое дело и быть больше него удивительным образом.

И ты видишь красоту этого их высказывания в их намерении — во всём, что мы сказали: ибо солнце говорит, что хвала Царя, указывающая на истинность Его существования, да будет Он благословен, прославится тем, что эти существующие ведут себя постоянно по одному устойчивому порядку без всякой перемены и изменения вовсе, так что перемена и изменение в нём введёт в заблуждение говорящих о случайности и отрицающих существование первопричины.

Однако Йеhошуа укрепился против него вторым делом, превосходящим его: что эта перемена и изменение сделаны через него публично и ради столь же удивительной нужды; и потому подобает солнцу умолкнуть от своей хвалы, а он скажет песнь, которая включит хвалу Царя и ещё «имя славы Его царства» — что все эти существующие сотворены Им, да будет Он превознесён, чтобы вести себя по порядку, подобающему и соответствующему совершенным управляющим.

И это дело ясно из намерения той песни, из которой он привёл доказательство. И в некоторых версиях написано (Ялкут там): «разве малый скажет великому: молчи? ведь я создан в четвёртый день, а ты — в шестой». Сказал ему: «разве свободный человек, у которого есть старый раб, не говорит ему: молчи? ведь ты создан только ради Авраhама, моего деда, как сказано (Берешит 14:19): “благословен Аврам у Эль Эльйон, приобретающего небеса и землю”; и не только это — ты поклонилось Йосефу, как написано (там, 37): “и вот солнце и луна кланяются мне”». Сказал ему: «а если я замолчу — кто скажет…»

Вот — слова удивительные… и возвышенное намерение, которое имели в виду мудрецы, благословенной памяти, также в том споре, о котором сказали (Хулин 7а), что был между Раби Пинхас бен Яир и рекой Гинай: ибо он сказал ему: «ты — сомнительно делаешь, а я — несомненно делаю», а тот сказал ему: «разделись; а если нет — я издам на тебя постановление…»; и придёт Шаар 40, с Б‑h.

И согласно этому скажет рав, благословенной памяти, здесь, что в начале Творения и обновления природного мира (когда тогда началось естественное управление Всевышнего) были упомянуты все они — чтобы показать, что все они находятся в природных вещах, созданных тогда. Ибо в высказывании «Берешит бара…» и т. д. включено высказывание «сущность», ибо тогда были созданы все сущности. А в высказывании «сделаем человека…», который — избраннейшее из творений и обладатель многих качеств, более дорогих, чем все, включено высказывание «качество». А в высказывании «и сотворил Элоким больших таниним» включено высказывание «количество», ибо они — наибольшие по телесной величине из всех созданий нижнего мира. А в высказывании «и отделил… между водами, которые под твердью» включается высказывание «где» — назначение особого места для обиталища созданных вод. Подобно тому, как включено высказывание соотнесённости и отношения между господином и его рабом в высказывании «и будут властвовать над рыбами моря…» и т. д. А высказывание «то, что действует» включено в сказанном «да произрастит земля траву…». А принятие творениями действия от другого, то есть высказывание «то, что действует на него», включено в высказывании «и благословил их Элоким». А высказывание «когда» и понятие времени включается в высказывании «и будут знамениями… для дней и лет», как и высказывание «положение» включено в высказывании «да соберутся воды в одно место», а высказывание «ему», то есть понятие обладания — в высказывании «вот Я дал вам всё…».

И мудрецы, благословенной памяти, хотели показать, что и в обновлении нравственного мира, которое началось в день, когда был воздвигнут Мишкан, в первый день месяца Нисан, и слава h' явилась на нём, и приблизилась община Израиля к Его служению, да будет Он благословен, — соединились все эти десять понятий вместе. Ибо был выбран для этого день: 1 Нисана, день сотворения Элоким земли и небес, и все сущности вышли в нём из небытия в бытие (по мнению говорящего: в Нисане был создан мир). И это то, что сказано: «первый для деяния Берешит» — указывающее на высказывание «сущность».

И он — первый для נשיאים (несиим: «князей/вождей»), то есть: он почтится этим, что в нём принёс жертву первый князь, наиболее почтенный в качестве своей степени. И это — из высказывания «качество». А в отношении «количества» — были запрещены бамот, и уменьшилось число и количество мест, где было разрешено приносить h'. А в отношении места и «где» он тоже почтился, ибо в нём начала Шхина сжимать Свою сущность и пребывать в Оhель Моэд среди сынов Израиля. А в отношении понятия соотнесённости — он почтился, ибо в нём начали коhаним служить в Кдуша (ибо понятие коhена, служащего, — понятие соотнесённое с Всевышним, Господином всего, кому он служит). А в понятии действия — он почтился, ибо в нём началась служба Мишкана. А в отношении принятия действия — ибо в нём получили Израиль благословение Всевышнего из уст Аарона и его сыновей. И так же он почтился в отношении понятия времени — ибо он первый из месяцев года. И в отношении положения — ибо в нём была заповедана шхита быть только на севере Азары, и там были постоянные гвозди, чтобы вставлять в них шеи зарезаемых, чтобы во время шхиты они были в положении, подходящем для шхиты. И в отношении обладания — ибо в нём дали хатат и ашам в подарок сынам Аарона, чтобы есть их, а шламим — их владельцам.

А в их словах: «первый для нисхождения огня» — это также из высказывания «сущность», ибо в нём обновилась эта небесная сущность — огонь божественный.

И намерение во всём этом — показать, что как в естественном управлении есть эти десять понятий, так они есть и в делах заповедей Торы, которые тогда были даны Израилю, когда Он начал вести их управлением чудесным и частным надзором.

И теперь, чтобы возвеличить и укрепить это удивительное дело, вот Он, да будет Он превознесён, увидел установить ему прочные «гвозди» тем, что дал этому народу установленное и особое время для начала этого превосходного порядка, сказав: «этот месяц вам — глава месяцев; первый он вам из месяцев года». Ибо всё намерение — чтобы у них был установленный знак, который будет началом для «микраэй кдеш», в память об исходе из Мицраим, который — глава всем знамениям и чудесам, совершаемым в том удивительном порядке; и это порядок, данный только им, чтобы они вели все свои дела вместо порядков Берешит, которыми мир в целом познаёт дело общего управления.

И как удивительны здесь слова мудрецов, благословенной памяти, в трактате Шаббат, глава «Раби Акива» (87а), и в Седер Олам, в том, что сказали: что этот упомянутый здесь день взял десять венцов напротив десяти речений, которыми создан мир. Сказали: «восьмой день מילואים (милуим: “посвящений”) — первым днём недели был, и первым Нисана был; и в тот день поставление Аарона и его сыновей, и омыли свои руки и ноги водами киора, и пересчитали внутренности и разложили их по порядку; в тот день начали князья приносить свои жертвы, как написано: “и было: приносящий в первый день”. Первый для деяния Берешит; первый для князей; первый — запретить бамот; первый — чтобы пребывала Шхина в Израиле; первый — для кеhуны; первый — для службы; первый — для благословения; первый — для месяца; первый — для северной шхиты; первый — для поедания кдошим; первый — для нисхождения огня, как сказано (Ваикра 9:24): “и вышел огонь от лица h'…”; в тот день приносили Израиль тамидим и мусафим. И о том дне сказано (Шир 5:1): “проснись, север… пусть едят друзья” — это Моше и Аарон; “пейте и опьяняйтесь, возлюбленные” — это Кнесет Исраэль».

И в его словах «первый для несиим» — укажет на обновление дела из категории «как» (האיך), ибо величие и власть и какой бы ни был атрибут — ясно, что это из категории «как». Подобно тому, как эта категория там была отмечена в речении (Берешит 1:26): «сделаем человека по образу Нашему, по подобию Нашему».

А запрет бамот — обновление из категории «сколько» (הכמה), в том, что запретил им возносить свои ола и свои жертвы в любом месте, и разрешил им только особое место; и вот — уменьшил многое; а это дело относится к категории «сколько», как среди речений творения это было выделено речением (там): «и сотворил Элоким больших таниним и всякую нефеш…», как выяснилась там его обязанность.

*И удивление и т. д., то есть: потому и соединили мудрецы, благословенной памяти, здесь категории «как» и «сколько» с категорией «сущность», поскольку эти находятся в теле самой сущности, которая обладает известными качеством и количеством, без того чтобы нам нужно было смотреть на другую сущность вне её; в отличие от семи остальных понятий: ибо, чтобы изобразить, например, в нашем размышлении понятие места, времени и положения, нужно изобразить в нашем разуме, кроме сущности, стоящей (המתקומם), также место, время и положение, в котором она стоит, и так же прочие. И удивительно, что поставили здесь эти два первыми, путём, как их упорядочили исследователи, — будучи они одной частью, и они вид, который не нуждается в изображении своей сущности в изображении чего-то вне него. А затем продолжили семь, которые — одна часть, требующая взгляда на нечто вне них, как у них это выяснилось.

А пребывание Шхины — из категории «где» (האנה), ибо это, не по распространённому пониманию, — перемещение Шхины сверху вниз; и это самое известное перемещение, которое в намеке дела Берешит — в отделении тверди между водами, что над твердью, и водами, что под твердью. А кеhуна — из категории «соотнесённое» (המצטרף), что есть дело служения; и не находится служащий, кроме как при наличии принимающего служение; и это упомянуто в деле Берешит в сказанном (там): «и будут властвовать над рыбами моря…».

А служба — это сама категория «то, что действует», упомянутая в речении (там): «да произрастит земля траву…». А благословение — не что иное, как категория «то, что действует на него», ибо благословляемый благословляется; и это дело из действий намекнуто в речении (там): «и сделал Элоким зверя земли», как там выяснено.

А их слова «первый для месяца» — известное обновление из категории «когда» (המתּי), упомянутой в сказанном «и будут знамениями…».

Северная шхита — ясно из дела «положения», как то, что мы говорим в конце Сукка (56б): «Билга — поскольку задерживает свою стражу, наказали её в её делении, и в её окне, и в её кольце». А дело кольца: у всех стражей были железные кольца, постоянно укреплённые там, в доме их шхиты, открытые с одной стороны, чтобы вставлять в них шеи зарезаемых, дабы они были в том положении, подходящем для шхиты без труда; и наказали стражу Билга, что закрыли её кольцо, чтобы не пользовались им. И вот, стало быть, северная шхита была делом, особым для категории «положение», упомянутой в речении «да соберутся воды» (Берешит там).

Поедание кдошим — это буквально категория «ему» (הלו), ибо это приобретения, которые дал им Всевышний, как написано (Бемидбар 5:10): «и человек — его святыни ему будут»; и это упомянуто в сказанном (Берешит там): «вот Я дал вам всякую зелень травы…», ибо это наиболее известная сторона этой категории, как мы написали там.

Однако нисхождение огня — это сама категория «сущность», ибо это духовный огонь, в котором не ощущают ничего из телесных материальных случайных свойств, а лишь одно сущностное обновление; и это упомянуто там в речении «да будет свет…».

И намерение во всём этом — сказать, что достаточно этих десяти «речений» Торы, чтобы вести мир тем особым управлением, предназначенным для обладателей Торы и хранящих её стражу, как десять речений Творения вели его согласно естественному делу.

И ради всего этого удивительного дела установлено (Мегила 29а) читать этот раздел каждый год публично в отдельном свитке в своё время — среди разделов, подобных ему по своему порядку, если не по своей пользе; ибо это — основа, на которой зависит различие между Израилем и עכ"ום (акум: «идолопоклонниками»).

И удивительно, что не сделал так, чтобы распространить и установить особый день как знак первого естественного порядка, то есть чтобы был Рош hа-Шана для сотворения мира, — но покрыл это и подавил память о нём, сказав (Ваикра 23:24): «в седьмой месяц, в первый день месяца, будет вам шабатон, память трубления, микра кдеш…». И это было потому, что этот знак включает первое естественное дело и ещё превосходное, особое, согласно методу Божественной Торы и по порядку её ведения, как мы сказали.

И это особое управление — то, что Божественная Тора отнесла к Нему, да будет Он благословен, в особенности во всех своих рассказах, чтобы рассказывать имя Его и показывать всю Его силу на всех Его делах — во всём, что упомянула из чудес и обещаний доныне, и во всём, что упомянет отныне и далее, в отмене той естественной силы и всех дел, требуемых ею и следующих из неё. И на это дело пришло это речение Писания, на котором мы остановились, и весь раздел целиком.

Сказал: «этот месяц вам — глава месяцев; первый он вам из месяцев года…», потому что уже стало им известно, что египтяне направляли свою службу к מזל טלה (мазаль Тле: «созвездие Овна»), которое — глава созвездий, и силою его они думали властвовать, и даже властвовать над другими; и не нужно говорить — над Израилем, которые были отданы и покорены под их рукой. Ибо отныне перевернётся для них их дело и сила их взора: тем, что этот месяц — месяц Нисан, когда созвездие Овна — заповедующий и царствующий по естественному порядку, — будет для них началом и главой их спасения и избавления их души; и он обратится во врага и теснителя для его рабов — египтян, служивших ему доныне. И это — что сказал: «этот месяц вам» — для вашей пользы и вашего наслаждения; и также «первый он вам» — для вашей помощи, ибо помощник ваш — ваш Элоким.

И ещё сказал: «говорите ко всей общине сынов Израиля, сказав: в десятый день этого месяца, пусть возьмут себе каждый агнца по дому отцов…». Ибо уже было им известно, что то созвездие, которое избрали себе, источало на них возвышение, почёт и крепость руки посредством почёта и возвышения, которые они сами оказывали тому скоту, который назывался его именем и был по его образу. И причина таких служений и прочих будет обсуждаться в деле тельца, Шаар 54.

Как бы то ни было, уже было известно среди их толпы, что касающийся одного из овец или из коз — как касающийся зрачка глаза их бога: один закон ему — смерть. Чтобы увидели и признали, что перевернётся дело как мгновение: чтобы несчастные йеhудим протянули свои руки к лучшему скоту, так сильно почитаемому их господами и близкому их богу; и народ презираемый и расхищаемый под работой своих рабов поднимет руку на стадо, которое избрали себе в боги, и возьмёт каждый своего агнца и у ножек своей кровати привяжет его на глазах у них (Келим 19, Мишна 2), и оставят его под стражей три дня, и нет в их руке силы спасти; придёт его день — и зарежет его перед ним, когда солнце в полдень, и голос его крови кричит на каждую дверь и на каждый косяк, и нет спасителя.

И чтобы всякий видящий признал: он будет съеден только жареным, чтобы не был проглочен; и разделит его на части — не будет сварен в воде, но раскрыто для всех народов, по его образу и его подобию: его голова на его ногах и на его внутренностях; и путём случайности и унижения выкопают над ним, чтобы съесть всю его плоть; и его кости будут грызть до того, чтобы не оставить от плоти ничего до света утра; а оставшееся — сожжением сожгут; и собаки дерзкой души не смогут лаять — и сколько унижения и гнева в глазах толп, привычных к тем делам.

И тем более — мудрецы их провидцев, углубляющиеся в своей мудрости, видящие в звёздах образ Овна как созвездие для них, думающие о нём, что он — первенство царства во всяком величии и почёте, и что он давал им силу делать то богатство доныне, — они первыми и по сути распознают и чувствуют всё его падение в десятый день этого месяца — начало его царства, ещё в его юности и треть его времени; а также — его шхиту и его поедание в день четырнадцатый, который — предел его силы, при великом светиле, стоящем вместе с ним в его области.

И также это: будучи он самец, цельный, בן שנה (бен шана: «годовалый»), и не найдено в нём никакого изъяна, чтобы скрыть лицо от него, — чтобы не потребовал его бог свыше спасти его от его беды. Ибо эти дела и подобные им из этого рода были направлены в писаниях, подходящих обеим этим группам, — до сказанного: «и ешьте его в поспешности; песах он для h'».

И после этого сказал: «и пройду по земле Египта в эту ночь», — сказать, что божества и первородные — один удар им, одно мгновение, и в полночь — чтобы показать глазам их провидцев и знающих времена, что не было часа, в который Он, да будет Он благословен, был бы слишком высок, чтобы делать по Своей воле. Ибо та половина ночи была силой и мощью созвездия Овна по мере дней его месяца согласно египетским годам; и чтобы тогда солнце было заходящим в пуп моря и сила его убралась от него, дабы не сказали, что из-за того, что великое светило там, в своём доме, добавилось также оно как его постоялец воевать с ним — победило его. Ведь солнце властвует только днём, как сказал явно (Берешит 1:16): «великое светило — для владычества днём, а малое светило — для владычества ночью, и звёзды». И так же в словах певца, мир ему (Теилим 136): намерение, что солнце одно властвует днём, пока оно над землёй; но луне и звёздам дана власть также и ночью.

И как сказали мудрецы, благословенной памяти (Хулин 60б): «иди и властвуй днём и ночью»; и сказали (Берешит Раба 6): «поскольку ты уменьшилась — умножь свои воинства». И это то, что он уточнил в Мишне Тора, сказав (Дварим 14): «ибо в месяце авив вывел тебя h' из Мицраим ночью», и как разъяснил там Онкелос: אנקלוס דעבד לך נסין בליליא (Анкелос: «который сделал тебе чудеса ночью») — во время, когда созвездие в пределе своей силы, и не ослабло никаким ослаблением от силы солнца, которое было с ним, и не от кого иного.

И это дело, которым хвалился Даниэль перед своим царём, сказав (Даниэль 6:23): אלהי שלח מלאכיה וסגר פום אריותא ולא חבלוני (Элаhи шлах мал'ахайhа у-сгар пум арьявата у-ла хавлуни: «мой Элоким послал Своего ангела и закрыл пасть львов, и они не повредили мне»). Ибо, поскольку можно было понять из слов царя, сказавшего ему (там): אלהך די אנת פלח לי' היכיל לשיזבותך (Элаhах ди ант палах лейh, hейхиль ле-шейзаватах: «твой Элоким, которому ты служишь, сможет ли Он спасти тебя?») и т. д., что он сомневался, может ли Он его спасти или нет, — он сказал ему: нет нужды Ему, да будет Он благословен, разрешиться Своей славой и Самим Собой в таких делах; но «мой Элоким послал Своего ангела», и в то время, когда они в силе и мощи, закрыл их уста и они не повредили мне — и это огромная мощь, больше, чем если бы он убил их какой-либо уловкой. И с этой стороны считается более сильным тот, кто спасает себя или своего товарища из рук преследователя, когда тот держит его крепкой рукой или одним из его членов, чем если бы он убил его без сомнения.

Потому и сказал царь Арама своим отрядам: «не воюйте ни с малым, ни с великим, а только с царём Израиля одним» (Мелахим I 22:31). Ибо в высокомерии сердца своего он видел, что это большая доблесть — убить царя, не уронив никого из его воинов. Но сердце царя — в руке h': к чему пожелает — склонит, ради заслуги Йеhошафата, который был там.

И вот, мудрецы, благословенной памяти, приписали все эти действия Ему, да будет Он превознесён, в крайней степени отнесения, сказав (Мехильта, Бо, гл. 7): «Я — и не ангел; Я — и не сераф…» и т. д. И их намерение — не то, что этот удар не будет через никакого посланника и ангела-губителя, ведь сказано: «и не даст губителю войти в ваши дома поражать», — а как когда говоришь, что царь в своей славе сам пойдёт в такую-то страну совершить какой-то суд, и не пошлёт туда министра, и судью, и казначея, и управителя: намерение в этом не то, что царь пойдёт один и что он сам убьёт осуждённого, а то, что он пойдёт он и его великие — его министры и его судьи, которые в царском дворце.

И возможно, что мудрецы, благословенной памяти, имели в виду в этих четырёх отрицаниях сказать, что этот удар не был через никакую естественную причину из четырёх особых, которыми человек поражается — по одному из четырёх его «кварталов». И это: что Нефеш всякой плоти стоит в нём как пламя, цепляющееся за фитиль посредством масла и сосуда, поддерживающих их; по пути, как сказал мудрец (Мишлей 20:27): «свеча h' — душа человека». Ибо природное тепло, которое из основы огня, — это пламя; и רוח (руах: «дух»), несущий его, — это фитиль; и коренная влажность, которая из основы воды, — это масло; и земная основа, которая — большая часть его строения, — это сосуд, несущий всё. И как уже может погаснуть свеча от ущерба в одном из них, как ясно, — так смерть человека, когда поражение коснётся одного из них: или в порче руаха, или в угасании тепла, или в высыхании влажности, или в разложении соединения, которое случится в плоти, или в иной порче.

И в словах «Я — и не ангел» он намекнёт на порчу руаха, как сказано (Теилим 104:4): «делает ангелов Своих — ветрами (рухот)». «Я — и не сераф» намекнёт на основу огня. «Я — и не посланник» — на основу воды, как сказано (Ийов 5:10): «и посылает воды по лицу улиц»; (Теилим 147:15): «посылает Своё слово на землю…», и рядом с ним: «даёт снег как шерсть». И вот не осталось только одного — и о нём сказано: «Я h', Я — и не другой», как сказано (Ваикра 14): «и другую пыль возьмёт». И всё это — чтобы усилить чудеса великого дела h', которое Он сделал против всех естественных причин. И если они имели в виду это — тем лучше; а если нет — будет это путём шутки.

«И будет кровь вам знаком на домах, где вы, и увижу кровь…». Невозможно, чтобы эта кровь была Ему, да будет Он благословен, как надежда второго на дом Рахав (Йеhошуа 2), но как сказали (Мехильта там): «вам — знаком, а не другим — знаком»: сказал, чтобы эта кровь была вам знаком союза в вашем сердце между Мною и между вами; и «увижу её в домах вашего пребывания», ибо Я пройду над вами и פסחתי (пасахти: «пощажу/пройду мимо») над вами, и не будет в вас поражения, когда Я поражу Мицраим; ибо различие мнений и верований будет выкупом между вами и между ними.

И по нужде этого удивительного дела, как мы разъяснили, сказал: «и будет день этот вам в память, и празднуйте его как праздник h'…». И заповедал делать дни Песах, сохраняя мацот от всех видов порчи — сеор, хамец и махмецет; и это — большое указание на то, что подобает человеку в самом себе. Ибо эти выражения уже раскрыли мудрецы, благословенной памяти, их указание на него, сказав (Брахот 17а): «сеор в тесте препятствует»; также и Писание говорит (Йешаяу 1:17): «утверждайте хамуц»; (Теилим 71:4): «от притеснителя и хамец» — намекнёт отдалить закваску дурных свойств, которые в питающей нефеш, и кислое мнений, которые в животной нефеш, и «закваску» поступков, которые в жизненной; и напротив этого постановил для них три карета: два — в первом Песах (Шмот 12) и один — во втором Песах (Бемидбар 9). Потому и подобает проверять в норах и щелях «свечой h' — душой человека, исследующей все комнаты чрева»; и как сказали (Псахим 2а): «в ночь на четырнадцатое проверяют хамец при свете свечи», ибо это время, когда начнёт дух h' его подталкивать по обычаю. И обязанность мацот докажет.

И конец дела: сказал «и храните этот день в ваши поколения — закон вечный; в первый…».

И возможно, что он называется «день великий», потому что это день для ה׳ Великого, как сказал пророк (Йирмия י׳): «велик Ты, ה׳, и велико Имя Твоё», — чтобы сказать: каково Его Имя, таков и Он. Не как цари и вельможи, которых восхваляют великими похвалами, а после, когда судят о них по лицу их, оказываются они ниже этих похвал; но Он, да будет Он возвышен, чем больше ты будешь искать похвалы Ему — найдёшь, что ты укорачиваешь. И в Мидраше (Танхума, парша Мишпатим): «Тебе, ה׳, величие и мощь и великолепие и т. д.» (Диврей ה-Ямим א׳ כ״ט). «Не мера Святого, благословен Он, как мера плоти и крови: мера плоти и крови — всякий раз, когда он обладатель силы, он не любит суда, но опирается на свою силу и убирает путь; но Святой, благословен Он, — не так: у Него есть сила вместе с мощью, и при всём этом Он любит суд, как написано (Теилим צ"ט): “и сила царя — суд любит”». Вот, объясняют наши мудрецы, благословенна их память, смысл этого высказывания — о Его желании поддерживать постановления и законы системы по природному порядку, насколько возможно, даже при умножении Его силы и мощи над ней. И хотя это толкование истинно, я всё же увидел, что их намерение — к тому, о чём мы были.

Ибо совершенные и превосходные среди созданий не найдут своего совершенства в абсолюте, и потому они не желают входить в весы суда, чтобы не оказаться недостаточными. Но Бог, благословен Он, Который в предельном совершенстве, — Он любит суд, и чтобы все мудрые привели величие и мощь и великолепие, которые у Него, да будет Он благословен, под пробу исследования, и признали и узнали, что Ему, да будет Он возвышен, одному подобает, как сказал пророк, мир ему (Йирмия там). И на Его силу и мощь руки мы полагаемся в будущем, как сказали (Ш"Р там): «и им в будущем будут избавлены», как сказано (Миха ז׳:ט״ו-ט״ז): «как в дни выхода твоего из земли Египта покажу ему чудеса». И притча также намеревается сделать праздник тем временам, когда вышли из тьмы к свету, из рабства к свободе и из порабощения к избавлению. А это — три выражения напротив трёх вещей, упомянутых выше у соблюдения заповедей, в каждой из которых приняли имя должного исправления, кроме того, что вышли из порабощения тел и их подчинения под тяготы Египта к свободе и независимости от них.

Вот, после того как мы объяснили в этих вратах смысл этой удивительной заповеди, которой Израиль был заповедан первой, и её удивительные пользы — если для утверждения в действительности знаков и чудес истинности Божественности согласно её природе, и если для устранения посредством установления их времён и порядка, вместе с упорядочением заповедей, особых Песаху, — где мы включили упоминание об ущербе знания при предоставлении случайности. И чтобы сообщить, что есть правильный и прямой порядок в этом руководстве, выходящем за пределы природного умозаключения, и причины, обязывающие и продолжающие его, — а это Тора-ческие Божественные заповеди; ибо потому это руководство было выделено для неё сильнейшим выделением.

Теперь приди, и я покажу тебе, как вслед за тем вытянулись в этой части, которую мы остановились объяснять, четыре отрывка, устроенные возле Песаха и его законов и его постановлений, — которыми намереваются устранить предоставление случайности у разрядов людей; ибо это — вещь, в которой многие распускаются, говоря о всяком деле: «может быть, случай это». И установить ответы и вопросы для каждого разряда и разряда по его силе, показывая ему причину, обязывающую чудесное: вот, оно — согласно правильной причине по его природе и близкой ему, ибо это — то, что оттолкнёт и устранит путаницу случайности, насколько возможно. И тогда правильно прояснится смысл их высказывания, благословенна их память (Мехильта, Бо, парша י"ח): «напротив четырёх сыновей говорила Тора и т. д.». И прежде чем мы придём к этому объяснению, упомянем сомнения, которые следует упомянуть сначала:

Б. Ибо все они пришли в форме вопроса и рассказа, также в языке единственного числа: «и расскажешь сыну твоему», «и будет, когда спросит тебя твой сын» и т. д. А в отрывке «Мишху» сказано языком множественного числа и «говорения»: «и будет, когда скажут вам ваши сыновья».

Г. Уже было слово ה׳ к Моше и Аарону в отрывке «Этот месяц вам» во всех законах Песаха, также в заповеди хагиги и заповеди мацы и запрете хамеца — не упало слово (не было упущено), как разъяснено. И вот, Моше, когда рассказал Израилю в отрывке «Мишху», не сказал им ничего, кроме: «и зарежьте песах, и возьмите пучок иссопа… и пройдёт ה׳, чтобы поразить Египет… и соблюдайте это дело… и будет, когда придёте в землю… и будет, когда скажут вам ваши сыновья… и скажете: жертва песах היא для ה׳, Который прошёл мимо домов сынов Израиля в Египте при поражении Египта, а наши дома спас; и склонился народ и поклонился; и пошли и сделали…». А из дела хагиги и мацот и всех вещей, примыкающих к ним, не упомянуто ничего.

Также в порядке рассказа надо знать: почему отнесли мудрецы, благословенна их память, вопрос «что это за служение вам» к нечестивцу и сказали, что он вывел себя из общего, — ведь мудрый сказал (Дварим ו׳): «что за свидетельства… которые заповедал ה׳, наш Бог, вам». И выражение «наш Бог» — не полный ответ, ведь возможно, что он признаёт Божественность, но не заповеди.

И ещё: что увидели они, что поменяли ответы и не ответили каждому тот ответ, который рядом с ним? Ибо ответ мудрого — (там) «рабами были мы у Фараона», а ответ нечестивцу — «и скажете: жертва песах…», и не только это, но им воспользовались в ответе «тому, кто не умеет спрашивать». И ещё: Тора не поставила в деле Песаха и праздника только два вопроса — вопрос нечестивца и «не умеющего спрашивать», ибо вопрос мудрого — лишь в Мишне Тора (Второзаконии) о Торе в целом, как сказано (там): «хранить будете заповеди ה׳, Бога вашего, и Его свидетельства, и Его законы, которые Он заповедал тебе», и рядом с этим: «когда спросит тебя твой сын завтра, говоря… и скажешь сыну твоему: рабами…». И также вопрос там — лишь относительно выкупа первенцев: «и проведёшь всякий перворождённый утробы… и будет, когда спросит тебя…». А вот они, благословенна их память, посчитали всех четверых относительно Песаха и его Галахот, как видно из порядка агады.

А впрочем, смысл связок, которые пришли в четырёх отрывках о тфилин, хорошо прояснится אצל «Тфили д’Мари алма» (тфили д-мари алма — «тфилин Владыки мира») во вратах צ"ח, с Божьей помощью. И после упоминания этих сомнений придём к объяснению:

Пример: если спросят тебя невежда и простак, почему был этот дворец (дабир), и ты ответишь ему: потому что его деревья и камни уже есть — удовлетворится его грубое понимание и подумает, что возможность его существования обязана существованию его материи. Но если убавится немного его простоты, не удержится он от вопроса: ведь много раз он видит деревья и камни, и всё же нет из них дабира. Тогда, если ты ответишь ему действующей причиной и скажешь: потому что такой-то мастер построил его — уже достаточно ему двух этих причин для обязательности его существования. Но если он был более сообразителен, и этим не устроится его разум, пока не сообщат ему нужду, приводящую действующего к его построению; и когда скажут ему, что цель его — для укрытия и тайника, — он уже умолкнет от вопроса. Но человек разумный не умолкнет и не успокоится, пока не станет на форму дома и его устройство — в целом и в частях, — пока из содержания не узнает, что цель — не быть ему лишь укрытием, но чтобы быть домом обители и местом святилища царя; и это — цель знания и его совершенство.

И вот, поскольку разряды людей — по этому числу, — мудро поступила Тора Бога, да будет Он возвышен, говорить о деле, которое мы сказали, — о причинах чудес и их порядке — вместе с четырьмя ступенями сыновей человека, о которых сказали наши мудрецы, благословенна их память: «напротив четырёх сыновей говорила Тора: один мудрый, и один нечестивец, и один простак, и один, который не умеет спрашивать». И к мудрому была выделена проверка формальной причины вместе с общностью прочих причин. А к нечестивцу — выделена целевая, при том что не избавлен он от материальной и действующей. А к простаку — действующая вместе с материальной. А к тому, кто не умеет спрашивать, — выделена одна материальная. И это — важное дело; истинность его прояснится в продолжении к четырём отрывкам, о которых он будет говорить во всех четырёх, возможно — согласно тому, что я скажу.

Ибо ясно, что казнь первенцев, упомянутая в отрывке «Ходеш», будучи завершением и концом тех знамений и чудес, — вложил в неё Бог, да будет Он возвышен, все достоинства трёх признаков, которые предшествовали, которыми выяснилась истинность Его существования, да будет Он возвышен, и Его провидения, и Его способности — в наиболее совершенном виде, насколько возможно, как мы хорошо объяснили во вратах ל"ו. И вот, согласно этому, упоминание этой удивительной казни вместе с взятием песаха, совершаемым ею, вместе с заповедью хагиги и соблюдением мацот и всем, что делается в них, — достаточно для достижения совершенства веры в те Божественные основы, а также в принятии Его служения и извлечении Его воли во всех делах; потому он включил эти два дела в отрывке «Ходеш» упомянутом: первое — до «и будет кровь знаком…», и второе — от «и будет этот день вам памятью», как ясно из их смысла, то есть: «в двух этих вы обручитесь со Мной сегодня».

И вот, после того как Моше был заповедан обо всём этом в том отрывке, — Он, да будет Он благословен, Своей Божественной мудростью разделил учение для народа так, чтобы достигла польза учащимся четырьмя способами, о которых мы сказали, в наиболее соответствующем виде, насколько возможно.

Ибо то, что достигает пользу в Божественных верованиях, что есть основа, — Он закрепил прежде всего в отрывке «Мишху» и выделил его для старейшин, как сказано: «и позвал Моше всех старейшин Израиля»; и потому он не упомянул там ничего, кроме резания песаха и окропления его кровью на притолоку и на косяки, и «и пройдёт י־י׳, и пройдёт мимо ה׳» — ибо это включает истинность Его существования и Его способность и Его провидение; и сделал это доказательством чудесным против нечестивцев, дерзких душой, оспаривающих эти основы.

И это то, что сказано там: «и будет, когда скажут вам ваши сыновья: что это за служение вам», ибо он не имел здесь в виду спрашивающих путём вопроса и исследования основ, но утверждающих слова в форме оспаривания и сомнения — ибо их много. Подобно тому, что сказано: «а если не из заботы — сделали мы это, говоря: завтра скажут ваши сыновья нашим сыновьям, говоря: что вам и ה׳, Богу Израиля, и границу дал ה׳…» (Йеошуа כ"ב). И это, без сомнения, язык оспаривания и сомнения. И отсюда сказали наши мудрецы, благословенна их память: «нечестивец — что он говорит? “что это за служение вам” и т. д.»; ибо увидели, что Писание выделило его из всех сыновей языком оспаривания и насмешки. И потому ясно, что его слова «что это за служение вам» — как если бы сказал: «что вам и этому служению», то есть: «какая выгода, что мы будем служить Богу?» — и это оспаривание цели. Поэтому Писание выделило его ответ и сказало: «и скажете: жертва песах היא для ה׳, Который прошёл мимо…» — ибо этим выяснилась у нас цель истинности Его существования, и Его способности, и Его провидения; и потому следует направлять к ней служения, чтобы эта вера всегда оставалась в сердцах людей, и это — весьма важная целевая причина.

Однако они, благословенна их память, увидели «притупить ему зубы» тем, что заменили этот стих и поставили его ответ: «ради этого сделал ה׳ мне при моём выходе из Египта…», — чтобы сказать: не нужно говорить лишь то, что мы там выучили о провидении — что Он, да будет Он благословен, отделяет и различает народ от народа, как сказано: «при поражении Египта, а наши дома спас», — но что Он отделяет и различает человека от человека из народа, чтобы дать человеку по его путям; так что из этого выяснится, что если бы он и его товарищи были там — не был бы избавлен ни один из них, но были бы поражены вместе с ними. И это — ответ Писания, лишь они заострили его остротой этого уточнения во втором стихе; во всяком случае, всё это — из дела цели.

И вот, после того как сказано «и пошли и сделали…» и упомянуто дело поступка в словах «и было в полночь», как разъяснено во вратах казней, — сказан другой отрывок: «и говорил ה׳ к Моше и к Аарону, говоря: это — хукат Песах». И по необходимости его смысла: хотя в начале упомянул только «хукат Песах», — ибо в нём включены его свидетельства, его законы и его постановления, как сказано в другом месте (Бемидбар ט׳:י״ד): «как хукат Песах и как его мишпат, так сделает». И песах в целом — свидетельство, как сказали (Псахим קט"ז:): «Песах, который мы едим, — по какой причине?» и т. д.

Также этот отрывок, кажется, включает их все: ибо запрет рабов и необрезанных указывает и свидетельствует, что то чудо и всякое подобное не было сделано, кроме как для сынов союза Авраама, отца нашего, и сыновей — его сыновей; и это то, что следует принять здесь без сомнения. А то, что сказано: «в одном доме будет съеден, не выноси из мяса наружу… и кости не ломайте в нём», — это из разряда законов, чьих причин не знают хорошо. А то, что сказано: «вся община Израиля сделает его; и если будет жить у тебя гер и сделает Песах для ה׳… один закон будет вам…» — это из разряда постановлений Божественной Торы, возложенных на них.

И следовало бы, согласно этому, присоединить сюда: «и будет, когда спросит тебя твой сын завтра, говоря: что за свидетельства и законы и постановления, которые заповедал ה׳, наш Бог, вам». Однако основа этого вопроса и его ответа более уместна по сути и прежде всего — в Торе в целом, которая включена в эти три вида; и всякий мудрый сердцем должен вглядеться, чтобы знать, что за природа этих частей у Торы в целом и какова их польза, и исследовать, будет ли в них повторение или излишек, или нет.

Ибо по первому размышлению кажется, что «свидетельства» и «законы» — одно дело у них, ведь польза, приходящая от обоих видов, — смирение делающего и подчинение их исполнению, в том, что он «повелён и делает» от Всевышнего, от Которого невозможно освободиться от исполнения Его воли; и как будто оба дела направлены свидетельствовать о Его существовании. И это было бы порочно со стороны прихода повторения в вещи, которая не нужна. И ещё труднее этого: что часть «постановлений» — поскольку она включает законы между человеком и братом его и между ним и его гером — это полный излишек, ибо это и всё, что потребуется для жизни гражданской, мог человеческий Сехель (Разум) изобрести и упорядочить, как действительно были у них изначально в нормах народов — народ и народ — в точности по их письму и языку. А условие совершенного — не убавить и не прибавить.

И вот, это — огромные вопросы со стороны формы заповедей и их сущности, уместные всякому разумному и мудрому человеку, как сказано: «мудрый — что он говорит? “что за свидетельства…”». И там пришёл ответ очень верный: «и скажешь сыну твоему: рабами были мы… и дал ה׳ знамения… и нас вывел оттуда… и заповедал нам ה׳… и будет это праведностью…». И смысл: он научил его пониманием их пользы и их различия, что дело не так, как подумал.

Но «часть свидетельств» — это знак того, что Он воздал нам всякую милость и великое добро; ибо это — то, что обязывает человека к Его служению, благословен Он, в крайней обязательности. И это то, что он сообщил ему словами: «рабами были мы у Фараона, и вывел нас ה׳, наш Бог…» — ибо тогда Он приобрёл нас в рабы, проданные пред Ним, ведь Он дал выкуп нашей Нефеш и нашу цену — знамения и чудеса великие и злые в Египте, на Фараоне и на всём доме его — на наших глазах; то есть мы не можем отрицать то, что видели в уплате нашей цены: «и нас вывел…». Вот, что у Него на нас сильное притязание принудить нас ко всем Его заповедям и служить Его служению, как сказано повсюду (Дварим ה׳:ט״ו): «и помни, что рабом был ты в земле Египта…». И так же сказал певец: «ана ה׳, ибо я раб Твой… Ты развязал мои узы» (Теилим קט"ז) — то есть: тем, что Ты развязал мои узы от врагов, властвующих надо мной, Ты приобрёл меня в раба навеки, сына рабыни, — ибо нет рабства сильнее этого. Конец слова: он сообщил ему, что это и есть смысл свидетельств.

А затем он перешёл к причине «законов» и сказал (Дварим ו׳): «и заповедал нам ה׳ делать эти законы — бояться ה׳, Бога нашего, на добро нам…». То есть он сообщил ему, что кроме той пользы, известной ему в них, есть польза удивительная: что во всех заповедях есть надежда на духовную и вечную награду сверх того, что они полезны для жизни временной. И потому все заповеди называются «хуким» (законами) — со стороны того, что пути их скрыты от нас, и мы не знаем, как достигается в них эта вечная польза. Ибо что мы не знаем, что оно такое, — как постигнем способ его достижения? И чтобы пробудить к этому, пришла особая часть «хуким», из которых вовсе не ощущается польза для жизни человека, как в запрете свинины и прочих пищ, и ношении смешанных тканей, и подобном, — чтобы мы знали по ним, что из этого вида есть во всех заповедях. И это ещё прояснится о красной корове — врата ע"ט, с Божьей помощью.

И это то, что он хорошо объяснил словами: «на добро нам все дни, чтобы сохранять нас в жизни, как этот день», — согласно тому, как истолковал это Наставник (Море) гл. נ"ז ч. ג; хотя у нас есть другое толкование, которое придёт в отрывке «Если по Моим законам» — врата ע", с Божьей помощью.

А о части «постановлений» он заповедал сообщить ему важное дело, которое должен знать всякий, кто обладает Торой Моше, учителя нашего, мир ему: что сверх того, что эти Божественные постановления включают справедливость и истинность более, чем все человеческие установления, есть в них сильная польза — то, что случается с занимающимися ими: сохранение Нефеш и последняя удача для жизни мира — как суд (по правилу) всех прочих заповедей, которые держатся за них, и изучают их, и принимают на себя, и получают награду. И это то, что разъяснил Давид, царь, словами (Теилим י״ט:י׳-י״א): «суды ה׳ — истина, оправданы вместе; желаннее золота и множества чистого, и слаще мёда и сот; также и раб Твой остерегается ими, в соблюдении их — след…». И это ясно; и в отрывке «И вот эти постановления» будет разъяснено это исследование о таком совершенстве, с Божьей помощью.

И это же — то, что включил он словами (Дварим там): «и будет праведность нам, если будем хранить делать все слова этой Торы пред ה׳, Богом нашим, как Он заповедал нам» — и причина ясна.

И следует знать, что часть, которую мудрый назвал в своём вопросе «мишпатим», — это то, что он сейчас назвал «мицвот», как назвал так вначале, когда сказал (там): «хранить будете заповеди ה׳, Бога вашего, и Его свидетельства, и Его законы», — о чём пришёл вопрос: «что за свидетельства, и законы, и постановления». Вот здесь — вопрос мудрого о всех частях Торы в целом, и содержание его ответа — о всех её частях. И уместно было бы, чтобы это было сделано в этом отрывке «Зот хукат Песах», о котором мы были, согласно тому, как мы объяснили его смысл; но он оставил частную заповедь, чтобы она была понята и истолкована из общего дела — и это верный путь в подобном.

И поскольку увидели мудрецы, благословенна их память, это важное дело, — они соединили две главы вместе и поставили частное ответом общего, чтобы показать, что и вопрос справедлив к нему, как будто нет в общем ничего, кроме того, что в частном. И потому сказали (в Мехильте там): «и ты также скажи ему: как в Галахот Песаха — не завершают…» — то есть: пусть скажет ему причины Песаха в его свидетельствах, его законах и его постановлениях, как они внутри этого отрывка, как мы объяснили; и всякий, кто вглядится в них и в их верную причину и не отменит их внешними причинами, — всё найдёт внутри них, пока не достигнет от этой частной заповеди того, что хотел от всех, ибо это — вещь, достойная быть приведённой сюда для пользы дел Песаха и его распространения. И вот, ясно, что этот вопрос и ответ — всё было со стороны формальной причины заповедей:

И вот из этого дела и из прочих заповедей праздника и мацот, которые он оставил у себя и не упомянул их сначала в отрывке «Мишху», как мы сказали, — сделал два других учения согласно нужде учащихся.

И вот, сначала положил учение против человека недостаточного, с которым не подобает говорить, кроме как о практических делах одних и о пользах, приходящих от них, пока живут в этой жизни их жизнь. И это то, что сказал этому: «и будет, когда приведёт тебя… и служи это служение…» — до всех тех заповедей, которые упомянуты. А после сказал: «и расскажешь сыну твоему в тот день, говоря: ради этого сделал ה׳ мне при моём выходе из Египта». То есть достаточно сообщить ему, что ради этих дел и подобных им, которые человек примет на себя делать, Он сделал нам чудеса и дивные при выходе нашем из Египта, и так будет делать всегда. И сказал: «и будут как знак… чтобы была Тора ה׳ в устах твоих», — намекая этим, что он не сможет прийти к ней с глубиной сердца. И потому сказали наши мудрецы, благословенна их память (в Мехильте там) о этом стихе: «а тот, кто не умеет спрашивать — ты открой ему, как сказано: и расскажешь сыну твоему…». И смысл: «не умеет спрашивать» — как сын мудрый, упомянутый, у которого ощущается нужда учения, — будь то он не спросит, будь то спросит и не сумеет направить свой вопрос как следует, — «ты открой ему». И смысл: достаточно ему, когда сообщим ему вход в вещи и их начало, сообщив о первом деле, пока он поймёт и поднимется к ступени, что сумеет спрашивать хорошо, и тогда сообщат ему вещи в совершенстве.

И как далеко они зашли, чтобы указать на истинность этого дела, тем, что уточнили (там, парша י"ז): «“ради этого” — не сказал я, אלא (эла — «только») в час, когда маца и марор положены пред тобой». Они строго следили, что не следует упоминать этому ничего, кроме вещей ощутимых, материальных, — то есть: сказать ему, что ради исполнения заповедей мацы и марора, как они лежат перед ним тогда, в час учения, — сделал мне при выходе… без усилия в их причинах и их смысле. И это учение, уместное этому, — как будто сказали о нём, что причина дела — его материя, как мы сказали вначале. И уже завершились этим два вида учения со стороны практической части — двум разрядам людей: мудрому, умеющему спрашивать, и тому, что напротив него — не умеющему спрашивать.

После этого сделал четвёртый отрывок из дела первенцев, который упомянул, по его известности, и сделал из него особое учение для человека, приходящего к исследованию в деле веры с намерением обратным нечестивцу, однако он приходит в простоте и прямоте Сехеля (Разума), не чтобы колоть, ибо известно, что путь учения для них различается. И сказал: «когда приведёт тебя… и проведёшь всякий первенец утробы… и всякий первенец осла… до: и всякого первенца человека среди сыновей твоих выкупай». То есть пусть ведут в этом деле освящение первенцев и их выкуп, потому что вспомнят в них казнь первенцев, которая была в Египте, ради которой была заповедь Песаха, — чтобы достигалась от этого воспоминания польза истинности Его существования, благословен Он, и что есть Бог для чистых сердцем. И это то, что он присоединил: «и будет, когда спросит тебя твой сын завтра, говоря: что это? — и скажешь ему: крепостью руки вывел нас ה׳ из Египта, из дома рабов, и было, когда ожесточил Фараон…». И это — тем, что он сообщил ему: что причина всего — сообщить, что есть Бог, совершающий спасения среди земли.

И высказывание мудрецов, благословенна их память (там, парша י"ח): «там — что он говорит? “что это?”» — подтверждает это толкование, без сомнения. Ибо «там» не противоположен мудрому, как подумали некоторые, но он — противоположность нечестивцу, как они привыкли называть (в трактате Бава Кама) «бык там» — того, кто не причиняет вреда; и как «а Яаков — человек там» (Берешит כ״ה:כ״ז); и сказал мудрый (Мишлей י״א:ג׳): «простота прямых утешит их, а кривизна изменников погубит их». И он выделил его ответ со стороны действующей причины, как мы сказали.

И уже завершатся этим два учения в деле веры — нечестивцу и простаку, ибо одно напротив другого были устроены эти два разряда в этих учениях. И уже разъяснены эти отрывки, давая верную и прямую причину их порядка. И всё вращается вокруг того, что мы сказали вначале: укрепить в нашем сердце веру в истинность существования Бога истины, что Его действия — поистине по Его воле, благословен Он, и оттолкнуть ошибку и предоставление случайности из всех Его действий — из всех разрядов людей по его силе, чтобы они распознали и узнали, насколько велика сила Торы в упорядочении тех дел больше, чем сила действующих причин, которые по прежней, известной природе. И это — мера того, чего мы хотели в этом разъяснении этой части: