Akeidat Yitzchak 87

И простой элемент (так его называли древние; смотри Рамбам в конце гл. 3 «Гилхот יסודי התורה», где он назвал его «голем»; это элемент, из которого, по их мнению, затем произошли четыре элемента) также состоит из Хомера и Цуры: верхняя часть получила Цуру огня, следующая — Цуру воздуха, третья — Цуру воды, а четвёртая — Цуру земли (смотри Рамбам там). И все различные виды, возникшие из них — неживое, растительное, живое, говорящее, — составлены из разных частей, и лишь пока они соединены и объединены, существует сущность, составленная из них; но при удалении единства и мира между ними она обратится в пустоту и исчезнет. Поэтому справедливо сказали исследователи, что всякое возникновение — это соединение и собирание, а разрушение — разъединение и распад.

[А то, что раввин, да будет благословен, написал «что уже постановили некоторые» и т. п., намекает на последователей мнения אפיקור (Апикор), который отрицал веру в обновление всех созданий мира согласно воле Всевышнего, и полагал лишь, что до сотворения в воздухе мира носились бесчисленные простые малые сущности, которые больше нельзя разделить, и только по случаю и совпадению они соединились вместе и стали разными творениями; а когда они разойдутся по случаю в конце дней — все творения снова обратятся в ничто и будут как будто не были. И на это раввин, да будет благословен, говорит: «что они не были правы в сущности тех частиц». Кроме того что истинные философы уже опровергли это испорченное мнение, они также сказали: как невозможно разумному человеку думать, что если по случайности пролить чернила или иные краски на бумагу, то на ней отпечатаются разные красивые рисунки, — так же невозможно вообразить, что лишь посредством случайного соединения и собирания этих [частиц] возникли разные виды творений, столь красивые, великолепные и устроенные все как следует для достижения своей цели и предназначения на земле (смотри об этом также слова раввина, да будет благословен, в Шаар 1 и мои разъяснения на листе 8а там).]

И на всё сказанное до сих пор намекает также стих «создающий свет» и т. п.: словом «свет» называется существование, когда оно вначале вышло из ничто в бытие, а отсутствие Цуры, ещё удерживаемое в нём, называется «тьмой». И, чтобы указать, что бытие всех творений разных видов произошло затем посредством того, что Всевышний соединил части элементов вместе и привёл также к тому, чтобы они согласовывались и сочетались, так что установил мир между ними, сказано «делающий мир». А о том, что Он вложил во все индивидуумы нижнего мира, что их части разъединятся, когда придёт их время, и они разрушатся, так что их виды существуют всегда, но индивидуумы изнашиваются, — сказано затем «и творящий зло». И мудрецы, благословенна их память, назвали Всевышнего, поддерживающего Свой мир посредством этого мира и единства, которое постоянно пребывает между всеми его частями, «Царь, Чьё — мир».

И если так обстоит дело со всеми существующими на земле, что мир и единство необходимы для их существования, то тем более — в человеческом виде, который избран из всех. Ибо, кроме того что телесные части каждого отдельного человека должны согласовываться и объединяться, чтобы он мог стоять и существовать на земле, также и его разумная Нефеш должна согласоваться с прочими Цурами Сехеля (Разума), из источника которых она тоже высечена, и к которым она вернётся после отделения от тела, чтобы быть связанной с ними узами вечной жизни. И также всякое собрание людей в человеческом обществе невозможно без согласия и единения между ними; поэтому и в каждом государстве должны быть законы и суды, которыми сохраняются мир и братство между всеми членами общества. И тем более — в израильском народе, этом избранном народе: нельзя достичь нравственного счастья, к которому направлено и желанно их объединение, при отсутствии мира и братства между ними (смотри обо всём этом в моих разъяснениях к Бемидбар 20 — содержание Шаар 74).

Также, если мы оставим в своих мыслях нашу землю и место нашего пребывания на земле и поднимем глаза к небесам, мы увидим также разумным взглядом, что мир необходим для существования всего воинства высот на высотах. Ибо не только в каждом из них соединены несколько факторов, например: его Хомер (который не из элементов творений низа, но из иной природы, поэтому древние назвали его «пятым телом», чтобы отличить от четырёх элементов), его шарообразное устройство, его Нефеш и его Сехель (Разум) (по мнению древних, считающих, что у них есть разумная Нефеш, или — по мнению раввина, да будет благословен, — природная тяга и стремление двигаться только определённым образом; смотри об этом мои разъяснения выше, в начале Шаар 2) — и между всеми этими факторами есть надлежащее отношение и согласие; так что если бы можно было предположить отмену этого согласия между ними, то отменилось бы и их существование в том виде, как оно сейчас. Поэтому можно сказать и об этом то, что сказано в стихе: «простёр руки свои на своих мирных, нарушил союз свой» и т. п., то есть: если бы Всевышний простёр руку, чтобы отменить мир между этими совершенными вместе факторами в небесных творениях, то Он нарушил бы и союз, который установил с законами существования неба и земли в день их сотворения.

И так — в каждом и каждом из звёзд небесных и этих созвездий относительно их сущности самой по себе; и тем более требуется, чтобы было отношение и согласие между всеми этими разными высшими творениями вместе: ведь по повелению их Творца они выше друг друга, и некоторые движутся почти в пределах другого, и все воздействуют друг на друга силой притяжения (смотри обо всём этом мои разъяснения к Шаар 2 и во введении к Шаар 31). Подобно тому, как мы находим также в словах мудрецов, благословенна их память: чтобы показать, что имя, да будет Он благословен, установило закон и союз, который не перейдут солнце и луна, — чтобы во все дни было одно отношение и сопричастность между ними, так что луна — тело мутное по своей сущности, и освещается всегда лишь лучами солнца, падающими на неё; и из‑за этого необходимо также, что пока сохраняется это отношение и согласие между ними, освещённая часть луны всегда должна быть обращена к солнцу, а неосвещённая — всегда к противоположной стороне. Поэтому сказали, например: «никогда не видело солнце ущерба луны» — ради путей мира (смотри об этом мои разъяснения выше: Шмот 42а).

Также в мире ангелов, хотя там не находится множественности, как она находится в мире сфер и творений нижнего мира, ибо они — простые и несложенные сущности, — всё же есть у них множественность в аспекте различия ступени их постижения: ведь каждый из отделённых Сехелей (Разумов) постигает себя и постигает свою причину. И поскольку отделённые Сехели (Разумы) находятся по ступеням постижения один выше другого, и нижний всегда обусловлен верхним, который над ним, следует отсюда, что в самых нижних Сехелях (Разумах), наиболее удалённых от Всевышнего, который есть их первая причина, множатся и предметы их постижения: ибо, кроме того что они постигают себя и свою близкую причину, они также постигают и знают, что у их причины есть другая причина, и у другой — ещё другая, пока в конце не достигнут Всевышнего, Который — первая причина всех. И поскольку даже у этих верхних Сехелей (Разумов) есть некоторая множественность, необходимо, чтобы и между ними было надлежащее отношение и согласие, если они будут всегда в совершенстве своего существования, как установили в молитве об этом: «все они любимы… и дают разрешение друг другу освящать своего Создателя» и т. п. И также в самом их постижении есть как бы множественность: они используют его в действии представления и оправдания (доказательства). Ибо сначала они представляют всякое постигаемое, а затем оправдывают его, то есть приводят на него доказательство, истинно ли оно или нет. Эти действия, которыми возрастает их постижение, названы, по мнению раввина, да будет благословен, устами пророка «крыльями». И поскольку их постижение Всевышнего троично — они знают и постигают, что Он, да будет Он благословен, выше ангелов, у которых есть начало по Цуре (Форме), и отличен от мира сфер, у которых есть также начало по Хомеру (Материи), и тем более от нижнего мира, в котором постоянно удерживается отсутствие, — поэтому пророк приписал им там шесть крыльев: по два на каждое постижение (смотри выше, Шаар 66).

И поскольку и между этими верхними существами есть как бы множественность в разных аспектах, нужно также, чтобы было между ними единство и согласие. И чтобы указать на всё это, то есть что спокойствие нужно быть между творениями верхнего, среднего и нижнего мира, мудрецы, благословенна их память, имели в виду, говоря: «любим мир: Святой, благословен Он, дал его Циону, как сказано: “просите мира Иерусалима”» и т. п. И намекнули этим, по мнению раввина, да будет благословен, на мир ангелов, который у мудрецов называется «Иерусалимом наверху», соответствующим «Иерусалиму внизу» (этим они хотели лишь указать, что высшее влияние нисходит оттуда в большей степени на это избранное место, которое избрал Г‑сподь, чтобы поселить там Своё имя, как [сказано] о всей земле Израиля: «глаза Г‑спода, Бога твоего, на ней» и т. п., и тем более — об Иерусалиме, городе святости). А говоря: «любим мир: дал его Святой, благословен Он, небесам», они намекнули на средний мир, место сфер и звёзд. А о нижнем мире, который — обиталище людей, обладающих разумной Нефеш, близких по ступени совершенства к ангелам высот, и жилище животных и прочих творений, стоящих низко по степени своего совершенства, весьма далёких от ступени достоинства высших, сказали: «любим мир: дал его Святой, благословен Он, близким и дальним, как сказано: “творящий плод уст”» и т. п. То есть: Всевышний, который создал человека со способностью речи посредством губ, являющихся телесными орудиями, так что этим он стал сущностью, соединённой из телесного тела и духовной Нефеш, — дал ему из‑за этого также качество мира в двойном аспекте. И это то, что сказано: «мир, мир дальнему и ближнему», то есть: согласие и единство между органами и частями его тела, которое по своей природе и сущности далеко от нравственного совершенства и духовного достоинства ангелов; и согласие и единство между силами и способностями его разумной Нефеш, близкой по достоинству к отделённым Сехелям (Разумам). И этим исцелит человек и от всех болезней своего тела, и от недостатков своей Нефеш; и это то, что сказано: «сказал Г‑сподь, и исцелю его». И вот таким совершенным человеком был Пинхас, в котором пребывал мир в двойном аспекте: ибо он ревновал о своём Боге в своей чистой Нефеш, и силой руки своего тела он отомстил творящим злодеяние, чтобы не прорвалась развратность и мерзость среди всего Израиля. Ведь Зимри и люди, которые были с ним, — поскольку их злая Нефеш продалась делать всякую мерзость, которую ненавидит Г‑сподь, и их телесное влечение проломило ограду и перешло границу нравственного закона, и они не дали узды и поводьев своей материальной страсти, — были лишены мира в теле и в Нефеш. И это то, что сказал Мидраш: «любим мир: дал его Святой, благословен Он, Пинхасу» и т. п. «Любим мир: не дал его Святой, благословен Он, злодеям, как сказано: “нет мира, сказал Г‑сподь, злодеям”». И удаление мира от них — самое великое для них наказание, ибо этим порвутся струны связи между ними и их Богом, и закроются источники доброго влияния, нисходящего на них сверху. Тогда как совершенным сынам Израиля, ходящим в цельности своего сердца, даст Г‑сподь истинный мир, и этим изольёт на них Свои благословения без меры, как сказали мудрецы, благословенна их память: «любим мир: просил Святой, благословен Он, благословить Израиль» и т. п. (и смотри обо всём этом также в моих разъяснениях выше, Шаар 74, Бемидбар, лист 20).

И потому, когда согрешил Израиль и нарушил союз этого мира, сказали мудрецы, благословенна их память, намёком и преувеличением, что все столпы мира и единства ослабли в системах верхних и нижних, и это то, что сказано: «плачет и заставляет плакать Святого, благословен Он; плачет и заставляет плакать солнце и луну», то есть: Всевышний уже не мог по суду Своей справедливости делать им добро, ниспосылая влияние и благословения небес сверх того, насколько желала Его Нефеш, ибо Он желает милости. «Плачет и заставляет плакать семьдесят народов», ибо и у них был отнят мир, потому что разрушением Иерусалима и Храма прекратилось Божественное влияние, выходившее оттуда на лицо всего [мира] (как ещё будет разъяснено ниже), и из‑за этого усилилась неверность среди людей: все совратились вместе, осквернились; и поэтому ослаб и союз мира в человеческом обществе вообще.

И согласно этому он разъясняет также Мидраш, с которого начал: что три пророка употребили в своём пророчестве слово «эйха», указывающее на преувеличение и на то, что нечто очень необычно и выходит из привычного. Ибо Моше, который был посредником между ними и Всевышним, и через него была дана Тора, вызывающая связь между верхними и нижними (смотри Шаар 44), видел израильский народ в его благополучии и сказал о великой многочисленности и преувеличении их временного и нравственного счастья: «Эйха понесу я один…» и т. п. Ибо из‑за того, что тогда, при исходе из Египта, все они были богобоязненны и шли прямо, они всегда приходили спрашивать его уст, чтобы он указал им путь, по которому пойти, и дело, которое сделать. И из‑за множества их богатства и имущества у них было также много судебных дел, приходивших к нему, так что он один не мог их нести. А Йешаяу видел их в легкомыслии и сказал, удивляясь их чудесному падению с прежнего достоинства: «Эйха стала блудницей…», то есть: как вдруг в их нравственном состоянии они повернулись от края к краю. А Йирмияу видел её в её обезображенности, когда она уже была наказана за свой грех и получила вдвое за все свои грехи; поэтому он спросил, удивляясь величине её бедствия и труда: «Эйха сидит одиноко…», то есть: и в отношении её временного и государственного благополучия она сильно отступила назад, подобно ступеням, на которые она пала в отношении своего нравственного состояния.

Ведь когда Божественное знание согласилось дать существование существующим [вещам] Своего мира, тогда уже постановила Его мудрость существование мира и его сохранение. Однако истинность этого закона свидетельствуют и объявляют все творения мира — от малейших до величайших. И это — свидетельство всех низших: оно известно, ведь сущность их существования — не что иное, как соединение многих факторов в одной сущности. Ибо даже первая общая материя, созданная первой, Разум находит в соединении факторов: это отсутствие с одной стороны и существование — с другой, до того что определили её как среднее между отсутствием и действительностью: сила принимать Цуры одну за другой. И уже так описало это пророчество в словах: «дающий уставшему силу» и т. д. (Йешаяу 40), как было разъяснено в начале третьих ворот. И тем более — существование простого элемента, в котором соединены две сущности: Хомер и Цура. И тем более — всё, что составлено из них, из минералов, растений и животных: ведь ясно, что соединение этих факторов и их стояние вместе в согласии мира, по должной мере и отношению, — это и есть корень их существования или их возникновения. До того что уже постановили некоторые, что возникновение и разрушение — лишь собирание сущностей и их разъединение; и хотя они не были правы в сущности тех сущностей, они были правы в корне постановления, то есть в том, что всякое возникновение — соединение и собирание, а разрушение — разъединение и распад.

Поэтому сказал Писание: «Так сказал Г‑сподь: созидающий свет и творящий тьму, делающий мир и творящий зло» (там, 45). Ибо как Он описал выход бытия из абсолютного ничто к свету, в созидании которого дал некоторое существование отсутствию, называемому тьмой, — то есть существование его представления в разуме людей, — так Он описал совершенные творения, которые затем вывел в действительность из него, как, например, в существовании Хомера и Цуры, или в соединении Цур всех элементов, как мы сказали, — как «делание мира». Ведь их существование — лишь их стояние на этом единстве и согласии. Поэтому мудрецы, благословенна их память, назвали Его «Царь, Чьё — мир», то есть Он изливает на Свои творения это единство и согласие, которыми они живут; и это не что иное, как возвращение множественности, имеющейся в них, к подобию единства, которое у Него, да будет Он возвышен. Ибо это — само содержание чести Его царства: возвращение всех вещей к простому единству, как сказано: «И будет Г‑сподь Царём над всей землёй; в тот день будет Г‑сподь один и имя Его одно» (Зхарья 14:9). Ибо царство и единство — одно дело для них; поэтому принятие единства в «Шма Исраэль» поднимается к смыслу царства, и это ясно. И это смысл «Царь, Чьё — мир», как мы сказали.

И поскольку в делании этого мира Он дал существование разложению и распаду, которые следуют по их пятам и от которых они ни в коем случае не могут избавиться, Он также сказал: «и творящий зло», ибо зло — это разрушение и разъединение, без сомнения.

И вот свидетельство всех этих существующих [вещей] известно; и тем более теперь, когда мы обратим внимание на вид говорящий, который был причиной и целью всех. Ибо кроме того, что его существование зависит от согласия всех упомянутых природных вещей, добавляется ещё согласие всех этих Цур с разумной Цурой, что — дело весьма удивительное; о их соединении мудрый Шломо составил многие разделы, и в особенности раздел «Эшет хаиль» (Мишлей 31:10), как мы разъяснили в Шаар 8 и в Шаар 22. Ещё требуется для существования согласие мира между одними людьми и другими, то есть политическое устройство между ними, ради чего потребовались суды и учения, как написал הרב המור' (Рав а-Море) в гл. 40 части 2; а мы написали о связи и должном отношении, которое должно быть найдено в целом этого избранного народа, достаточно в Шаар 74. И там объяснена причина [слов] Моше: «да не будет мира в твоих городах» и т. д.; смотри там. Итог: это свидетельство ясно в нашей цели.

А в среднем мире также наше свидетельство весьма верно, ибо в каждом и каждом из тех драгоценных сферических тел соединены несколько факторов, которые упомянул рав а-Море, да будет благословен, в гл. 10 части 2: его Хомер, его шарообразность, его Нефеш и его Сехель (Разум), ибо всё это соединилось, чтобы завершить причины его движения, кроме отделённого Сехеля (Разума), к которому он стремился. И ясно: их существование — лишь в соединении этих факторов и в том, что они находятся в своём отношении и в исправности их состояния; и если бы можно было представить, что мир и согласие между ними отменится, тотчас отменилось бы их существование. Как сказано: «простёр руки свои на своих мирных, нарушил союз свой» (Теилим 55:21). И не нужно говорить, что это видно явно в отношении их множественности и согласия их индивидуумов и их мира друг с другом — чтобы хранить их закон и их обычай, в том, что их Творец поставил одних над другими и одних внутри других, как увидела Его мудрость, да будет Он возвышен. И если представить, что их согласие в каком‑то отношении отменится, невозможно, чтобы они существовали.

И как сказали мудрецы, благословенна их память: сказал רבי יוחנן: «никогда не видело солнце ущерба луны; почему так? — ради путей мира», как сказано: «Владычество и страх у Него; делающий мир на высотах Своих» (Ийов 25:2) (Рош а-Шана 23а). И это высказывание весьма удивительно для нашей цели: ведь на самом деле невозможность и запрет, существующие в том, чтобы солнце увидело ущерб луны в какой бы то ни было стороне, — это и есть само содержание мира и согласия, обязательных для сохранения их существования. Ибо если бы солнце увидело ущерб луны, то солнце отменилось бы от своей природы и испортилось бы его свойство — освещать в сторону своего лица и чтобы не виделось перед ним ничего близкого.

И на это же мы находим также (в Мидрашe Дварим Рабба, парша 5): сказал רבי לוי: «нет ни одного из этих созвездий, которые ходят по небосводу, что видит то, что перед ним, — только то, что позади него; как человек, поднимающийся по лестнице, и лицо его — назад: чтобы каждое и каждое созвездие говорило: “я первый”». «Делающий мир на высотах Своих». Вот что они назвали «миром»: крайнюю правильность их порядка и точность их положения — до того что невозможно, чтобы произошло какое‑то искажение и смешение в каком‑либо действии из их действий.

Однако по обоим этим объяснениям из их слов по крайней мере следует, что созвездия всегда хранят стражу своей обязанности без изменения порядка, установленного им Всевышним. И я думал, что намерение было сообщить и сказать: у созвездия нет взгляда в своих оборотах — ни на то, что достойно этому, который перед ним получил от него по своим делам, ни на Божественную волю, которая над ним; ибо из этих двух вещей завершается надзор. Ведь у него нет взгляда в этом вообще, а оно — «как тот человек, который поднимается по лестнице, и лицо его назад»: он не видит ни перед собой, ни выше себя, а только то, что ниже него одного, — то действие, вверенное лишь ему одному, без взгляда на другого. И это истинное и подходящее объяснение. И близко сказать, что у него вообще нет разумного аспекта, а только то, что оно всегда движется таким образом в мудрости своего Творца, как я думаю, что это — мнение Торы, как мы написали в начале второго Шаар.

И во всяком случае это свидетельствует о сохранении прямоты и согласия порядка, который никогда не изменится у них между собой по их собственной причине, — и это то, что мы искали в их свидетельстве.

А высшие существующие, пребывающие первыми, хотя они — духовные простые сущности и у них не умножаются факторы так, как мы упомянули, — всё же они не свободны от множественности со стороны разных сторон, так что они не выходят из этого нашего постановления. Ведь уже разъяснено из написанного всеми исследователями, что не существует простого в предельной простоте, кроме Него одного, да будет Он возвышен, как мы сказали от имени «чести Его царства». Ибо отделённый Сехель (Разум) уже составлен в своём существовании из двух факторов: что он постигает в своей причине и в себе. И чем дальше они от своей первой причины, да будет возвышено Его имя, тем больше в них добавляется сложение разумных факторов, как написал рав а-Море в гл. 22 части 2. Также ясно, что у них есть видовая множественность в их числе, как мы писали о керувим в Шаар 48. Во всех этих вопросах требуется хранение отношения и согласия в их системах, чтобы они существовали в совершенстве своего существования всегда.

И как установили совершенные (в исправлениях молитв), описывая их дело и их положение, говоря: «создающий служителей, и служители Его все стоят на высоте мира и возвещают с трепетом вместе… все они любимы, все избраны… и все принимают на себя ярмо царства небесного друг от друга, и дают разрешение друг другу освящать своего Создателя в спокойствии духа». Видно, что для совершенства их высшей работы им нужно согласие и сохранение их отношения и положения с самими собой и одних в других — в пределе возможного. Также и в их постижении — в этом вопросе Кдуша — есть у них множественность и соединение факторов, как представление и доказательство, и также множественность представлений и доказательств, как упомянул (Йешаяу 6:2), говоря: «шесть крыльев, шесть крыльев у каждого: двумя закрывает лицо своё…» и т. д., как мы написали в разделе о коэнах, Шаар 66.

И вот: поскольку этот мир и согласие обязательны для частей всех этих существующих, у мудрецов, благословенна их память, нашлось, что они сказали о них и о примыкающих к ним:

Ибо, говоря «который Всевышний дал Циону», они имели в виду Иерусалим вышний, который постоянно в их устах и притчах, — что он над Иерусалимом нижним. И скажу, что велик и дорог мир, который Всевышний дал в действительности мира ангелов, ибо без него невозможно существовать ни в их индивидуальности, ни в их целостности, как мы сказали. И это то, что они разъяснили на основании двух стихов, которые привели как доказательство со стороны того, что они указывают: невозможно существовать этой реальности — этому городу, «венцу красоты», в полноте состояния их совершенства, иначе как когда «спокойны его любящие», а это — высшие существа, сидящие в нём; и это — мир, обязанный находиться в их личностях; также: «да будет мир в твоей крепости, спокойствие — в твоих дворцах» — это мир, посредничающий между их общностью, то есть «людьми войска», управляющими и поддерживающими дворцы и его дом.

А о среднем мире сказано: «любим мир, который Всевышний дал небесам». И вы верно увидели в словах «владычество и страх у Него» и т. д., что этим он упомянул дело их множественности и различия, при наличии у них двух различных сторон: одна — со стороны их Сехель (Разум), а другая — со стороны их Хомер (Материя). И о том, что со стороны их Сехель (Разум), сказано «владычество», ибо они изображают достоинство своей причины и Его возвышенность, благословен Он, и указывают Ему естественное владычество, обязанное быть у причины над следствием. Однако со стороны их Хомер (Материя) они ощущают в себе страх и трепет перед разрушением, уготованным всякому возникшему со стороны его материи; ибо с этой стороны посылается к ним изречение: «ибо небеса, как дым, рассолятся» (Йешаяху 51:6), «облеку небеса в мрак» и т. д. (там, 50) и тому подобное. И уже упомянул поэт эти две стороны, подобно этому, говоря: «Поднимитесь, врата, главы ваши… поднимитесь, врата, главы ваши, и поднимитесь…» (Теилим 24), как мы писали в первых вратах. И как бы то ни было: о согласии двух сторон и их соединении вместе в каждом и каждом их телесном шаре сказано: «Он делает мир в Своих высотах».

А о нижнем мире в целом сказали: «любим мир, который Всевышний дал дальнему и близкому», — и это высказывание в предельной точности, ибо, говоря «дальний и близкий», они имели в виду две их части, предельно различающиеся, то есть говорящего (медабер) и всё прочее из сущего. И известно: всё, что кроме говорящего, — «дальнее» в абсолютном смысле от совершенства, а говорящий один — «близкий». И сказано: и тот и другой имеют существование и устойчивость в реальности отношения и мира между ними, и не иначе. И поскольку говорящий уже включает в себе все ступени сущего, отчего и называется «малый мир», и он далёк со стороны своей первоматериальности, составленной и соединённой из всех [них], и близок со стороны своей Цура (Форма), — поэтому сказал пророк: «Творящий плод уст: мир, мир дальнему и близкому, сказал Г‑сподь, и Я исцелю его» (Йешаяху 57:19); ибо слова «творящий плод уст» равны словам «творящий живое говорящее в телесных орудиях», ибо для его существования потребовались два вида мира, ведь через них он будет существовать, и исцелит, исцелит от всех недостатков, которые будут им ощущаться, — и для всего, что с ним, и для всего.

И поскольку от совершенства этого близкого достигается крепость мира и согласия между ним и его Богом и укрепление, подобное Богу и Его образу, в мере, достаточной, чтобы властвовать и править всеми сущими — высшими и нижними, как разъяснено, — поэтому к этому высказыванию присоединили: «любим мир, который Всевышний дал Пинхасу в награду, как сказано: “Вот Я даю ему Мой союз мира”»; ибо из этого рода мира были все чудеса, которые произошли с Пинхасом в том деянии и во всём подобном ему, как мы писали там.

Однако Зимри и его сообщники, преступающие Тора и нарушающие Его союз — союз жизни и мира, — «нет мира, сказал Г‑сподь, им». Поэтому они завершили своё высказывание этим, то есть: дело похвальное — мир, что для злодеев не требуется иного наказания, кроме его удаления от них; ибо Он соберёт у них их мир — и злодеев уже нет; а если они есть, обрушатся на них все виды бедствий, обязанных прийти к ним за несоблюдение их отношения, которое с ними, — ибо потому нарушится мир, который у всех прочих с ними; и Он отвергнет Свой союз с ними, и разорвутся связи между ними и их Богом, и закроются окна Его небес, чтобы не ниспосылать им излияние Его Провидения; зло они примут от Него, а добро — нет.

Это то, что сказал пророк именем общины, когда пали на беды и были постигнуты таким образом; он сказал: «И отверг от мира Нефеш мою; забыл я добро» (Эйха 3:17). Он признал, что из-за того, что Израиль отверг добро мира и согласие отношения, которое должен был хранить и поддерживать между собой и своим Богом, удалился от них также мир и согласие между причинами и производными, которые — существа, приходящие к ним излиянием свыше; и «забыл добро»; и говорит: «Погибла вечность моя и надежда моя — на Г‑спода» (там), ибо при прекращении согласия земного суда прекратится также согласие небесного суда. И отныне — чего ещё я буду ждать от Г‑спода? ибо уже не будет ожидаться добро и излияние, достойное прийти от Него к прочим; так что из-за этого скажет даже, что и от ангелов, близких к Нему, Он нарушит их мир — ибо они не примут от Него излияние, которое должны принять, чтобы изливать на прочих; хотя ангелы не согрешили против своего мира. И это — удивительное, что упомянул Йешаяху: «Вот, их сильные закричали снаружи; ангелы мира горько плачут» (Йешаяху 33:7). Он сказал: даже союз мира, связанный с ангелами, развязан, и они получили лишение и недостаток во всех своих действиях, так что он приписал им горечь в плаче вместо того, чтобы быть в радости и наслаждении, когда мир в своём совершенстве.

И вот, поскольку человек и Израиль называются «адам», — он рождает радость и печаль во всём, подобно этим делам, — мудрецы наши усилили [слова], чтобы упомянуть отмену всех союзов по порядку систем, которые упомянули в сказанном высказывании или очень близком к нему. И это их слова (Эйха раббати 1): «О плачем заплачет ночью» (Эйха 1:2) — «плачет и заставляет плакать Всевышнего вместе с ней, как сказано: “И призвал Г‑сподь Бог в тот день — к плачу и к сетованию…”» (Йешаяху 22:12). Другое: «плачет и заставляет плакать солнце и луну и звёзды вместе с ними, как сказано: “Солнце и луна померкли, и звёзды собрали свой свет”» (Йоэль 2:10). Другое: «плачет и заставляет плакать семьдесят народов», — и это те семьдесят быков, которых приносили в праздник против семидесяти народов, чтобы йецер hа-ра не властвовал над ними. И теперь смотри, как они направили все эти высказывания одно напротив другого.

Воистину, в том, что сказано «плачет и заставляет плакать Всевышнего вместе с ней», можно разъяснить то, что сказали мудрецы наши в трактате Хагига (5:): «Сказал Рав Шмуэль бар Ойя от имени Рава: есть у Всевышнего место, где Он плачет, и “скрытия” — имя Его, как сказано: “И если не послушаете, в скрытиях заплачет Нефеш моя из‑за гордыни” (Ирмияhу 13:17). Что значит “из‑за гордыни”? — из‑за гордыни Израиля, которая отнята у них и дана идолопоклонникам. Раби Шмуэль бар Нахмани сказал: из‑за гордыни царства небес. А разве есть плач перед Кдоша брих hу (Кдоша брих hу — “Святой, благословен Он”)? ведь сказал Рав Папа: нет печали перед Местом, как сказано: “Слава и великолепие перед Ним; сила и радость — в Его месте” (Диврей hа-ямим I 16). Не трудно: это — во внешних домах, а это — во внутренних домах. И во внешних домах нет печали. Но ведь написано: “И призвал Г‑сподь Бог Цваот в тот день — к плачу и к сетованию, и к плеши…” — разрушение Дома отличается; ибо даже ангелы служения плакали, как сказано: “Вот, их сильные закричали снаружи; ангелы мира горько плачут” (Йешаяху 33:7), “и слезою прольётся и сойдёт око моё слезой, ибо уведено стадо Г‑спода” (Ирмияhу 13:17). Сказал раби Элазер: для чего эти три слезы? — одна о Первом Храме, и одна о Втором Храме, и одна об Израиле, изгнанном со своего места».

И вот, чтобы прийти к намерению владельцев этого высказывания, следует уточнить в нём несколько уточнений. Первое: что выглядит трудным и странным — приписывать Ему, благословенному, плач и тревогу в этой мере: если Тора и пророчество нуждались пользоваться Божественными эпитетами, которые не по закону, чтобы успокоить ухо простонародья, чтобы они почувствовали Его величие, Его Провидение и Его способность таким образом, как им ощущается, — не разрешено приписывать Ему, благословен Он, низкие и презренные эпитеты и отношения, указывающие на эти постыдные аффекты, как написал всё это Рав hа-Морэ в главе 45 и главе 46, часть I; и как не остереглись от этого мудрецы наши, и они «возмутили и огорчили дух Его святости» своими словами этими, которые мы упомянули, и подобными им? и не только это: они сказали «это — во внешних домах…» и т. д., — что кажется, будто подтверждают дело буквально.

Второе: почему Талмуд возразил из слов Рава Папы, а не противопоставил стихи друг другу. Третье: что он ответил ему «во внутренних домах…», ведь в явном виде сказано сначала: «есть у Всевышнего место… и “скрытия” — имя Его, где Он плачет», и всё же он возразил ему. Четвёртое: как он возразил «а во внешних домах нет печали», ведь он изначально считал, что вообще нет печали. Пятое: в чём трудность из «И призвал Г‑сподь Бог…», кто сказал, что этот стих написан о внешних домах. Шестое: что значит «даже ангелы служения плакали», ведь это подразумевает тем более Всевышнего, о Котором идёт речь. Седьмое: почему не сказал: «есть у Всевышнего место — “скрытия” имя Его», или подобное.

*Но видится и т. д. содержание его мнения таково: действительно, Морэ написал во многих своих главах, что мы не можем приписывать Б‑гу, благословен Он, сущностные обязывающие атрибуты, чтобы ими сообщать, что Он такое, поскольку кроме того, что мы ограничены разумом, чтобы постичь Его сущность и Его «каковость» по истине, — эти обязывающие атрибуты приписали бы Ему также множественность и изменение, от которых Он превыше и возвышен; и лишь отрицательные атрибуты мы можем приписывать Ему, чтобы сообщать ими, чем Он не является. И когда мы говорим, например, что Он «милосерден и благосклонен» и подобное, хотя на первый взгляд это обязывающие атрибуты, — наше намерение лишь удалить этим от Него противоположность, то есть жестокость и отсутствие милости.

Но при всём этом есть вид атрибутов действий, обязывающих, которые говорят о Нём только в отношении к другому, и они не приписывают Ему никакого изменения и множественности: ибо изменение этих Его действий не вызвано изменением Его сущности, благословен Он, — действующего, а только изменением воспринимающих Его действие. И это подобно солнцу, которое — сущность простая и не составная, и всегда остаётся в своей сущности, которая — освещать и согревать вещи вокруг него; и всё же производит на них разные и противоположные действия из‑за различия Хомер (Материя) вещей, на которые действует: например, оно растопляет воск, а наоборот — замораживает соль. Так действует и Б‑г, благословен Он, который — сущность добра и делающий добро всем; и всё же — доброе воздаяние делающим добро и злое наказание делающим зло, без того, чтобы это указывало, не дай Бог, на изменение и перемену в Его сущности, благословен Он, а только на изменение воспринимающих Его действие; ибо на самом деле, по устроению воспринимающих, которые — делающие зло, зло само по себе будет добром им и другим, ибо этим они исправят свой путь и не вернутся более к своей глупости.

И на это намекает также стих: «ибо солнце и щит — Г‑сподь», и стих: «как таяние воска…» — «погибнут злодеи пред Богом, а праведники возрадуются и возликуют» и т. д. И как не изменяется сущность столпа самого по себе, хотя он иногда оказывается слева человеку, когда человек стоит справа столпа, и справа — когда человек стоит слева столпа, ибо изменение положения — только в человеке, а не в столпе. И на это намекает также стих: «И сказал я: болезнь моя — это годы десницы Всевышнего». И в таком смысле сказано также: когда люди идут путём прямым, угодным в глазах Б‑га, так что Он может притянуть к ним лишь добро и милость по законам природы, согласным и подходящим друг другу, как того желает Его Нефеш, благословен Он, — говорят о Нём, что Он радуется, как стих: «Возрадуется Г‑сподь делами Своими», и стих: «сила и радость — в Его месте». Но когда всякая плоть портит свой путь на земле, так что мера Его добра сама по себе требует наказать их, мучить их и испытать, чтобы в конце сделать им добро, — говорят о Нём, например, что Он «печалится в сердце Своём» или «плачет и скорбит», без приписывания Ему этим, не дай Бог, изменения и «подмены», или аффектов печали и тоски.

И на это намекает стих: «в скрытиях заплачет Нефеш моя», и слова мудрецов: «это — во внутренних домах», то есть: только в тонком и скрытом рассмотрении, постижимом лишь истинным мудрецам, приписывается Ему печаль или плач, а не открыто и явно всем, как у людей, которые плачут и печалятся о своей беде, меняющей им судьбу от добра к злу.

Однако видимое их намерение, по моему мнению, — что они хотели обратить наше ухо на весьма важные вещи о Божественных атрибутах. Ибо если нам запрещены сущностные обязывающие атрибуты в отношении Б‑га, благословен Он, по причине или причинам, которые упомянул Рав hа-Морэ во многих главах первой части Морэ, и разрешены нам лишь общие отрицательные [атрибуты], — то есть вид атрибутов, который не обязывает Ему никакого изменения и множественности в Его сущности, благословен Он, при хорошем рассмотрении: это то, что сказано в присоединении к другому, ибо указывает на некое свойство в том другом, а не в Нём.

Подобно: солнце — простая сущность без всякого состава; и когда оно растапливает воск и замораживает соль, ясно, что это из‑за различия материй, а не из‑за его изменения, как написал Рав hа-Морэ (гл. 52, ч. I) подробнее. Так и в Нём, благословен Он: Он — простейший в предельной простоте, и Он — истинное добро, в котором нет никакой перемены и изменения; и вот, хороший человек получит от Него добро, а злой — получит от Него зло; ибо сущность добра — что злодей есть злодей и ему плохо, как сущность зла будет наоборот; и вот, всё — добро в рассмотрении само по себе, но из‑за их различия этот получает добро для себя, а тот — зло для себя.

И в этом самом примере выразился поэт: «Как разгоняется дым — так разгонишь; как тает воск от огня — погибнут злодеи пред Богом; а праведники возрадуются и возликуют пред Богом…» (Теилим 68). Ибо «солнце и щит — Г‑сподь Цваот», а злодей — как воск, который тает от Его искр. А праведник — как вещь, которая крепнет и существует благодаря ему; и потому не только не получат от Него зла, но будут радоваться и веселиться радостью пред Ним. И вот, этот «присоединённый» атрибут не обязывает Ему, да будет возвышен, ни множественности, ни изменения при различии и множественности получающих.

И уже уподобили мудрецы это человеку, стоящему у столпа — то справа, то слева, а столп не сдвинулся со своего места, как привёл мудрец во введении к третьему трактату «Элогийот». И также поэт намеревался на это, говоря: «И сказал я: болезнь моя — это годы десницы Всевышнего» (там, 77), то есть: если мы ощущаем изменение в нашем положении у Него, благословен Он: иногда мы стоим у Его правой стороны как любимые сыновья, а иногда — у левой как рабы, далёкие от своего господина, — сказал я, что это — болезнь моя, а не изменение в Нём и не в Его деснице, не дай Бог.

И уже разъяснились с этим стихи, стоящие рядом, в вратах 51. И на этой основе разъяснилось, что хотя уже установлено: нет никакого места представить и оценить, что пред Ним придёт какая‑либо печаль, тревога и плач каким бы то ни было образом, ибо Он — обязанный существованием (мехуйяв hа-мециют), свободный от таких недостатков и от всяких аффектов, возвышение без предела, — всё же, по Его особому отличию от всех «элоhим», то есть по тому, что Он — причина и первопричина всего, — необходимо, чтобы о Нём, благословен Он, говорили эти «присоединённые» атрибуты; и более того: приписываемые Ему радость и наслаждение, а также и их противоположности — в близких притчах.

Ибо пока от Него, благословен Он, тянутся завершённые блага и изливаются от Него известные действия к совершенству получающих их, то есть при наличии мира и согласия между классами нижними, вторыми и третьими, как мы сказали сначала, и как сказано: «И будет в тот день: отвечу, — сказал Г‑сподь, — отвечу небесам, и они ответят земле; и земля ответит хлебу, и вину, и елею; и они ответят Изреэлю» (hошеа 2:23–24), — тогда Его величие возвышается в глазах всех; ибо с увеличением блага увеличиваются получающие; и по мере их множества увеличится излияние, нисходящее от Него, да будет возвышен; и так прорывается; и так множится радость и наслаждение пред Ним, как сказано: «Возрадуется Г‑сподь делами Своими» (Теилим 104), «сила и радость — в Его месте» (Диврей hа-ямим I 16), и все подобные стихи. И уже установили и приняли исследователи, что Он, благословен Он, радуется и наслаждается предельной радостью и ликованием в Своей сущности, как следует из возвышенности постигающего и силы постигаемого, и сладости постижения, как разъяснено в 17‑м [месте] из того, что он сказал в 11‑м доводе в третьем трактате «Элогийот».

И это же самое — то, что сказали мудрецы наши о «прибавлении силы» и «её ослаблении» везде (Эйха раббати 1), как мы писали у «из‑за невозможности Г‑спода» (шаар 37) и в разделе о Мишкaне (шаар 48). И это же самое — что привыкли уста мудрецов говорить: «хадран алан, веhадран алах; зийух алан ве-зийан алах» и т. д. И то, что сказали, что Он «тоскует по делу рук Своих» (Шмот раба, парша 36), как упомянуто в конце шаара 49.

И подобное этому находится в Мидраше (Берешит раба, парша 30), в разделе «Тולדот Ноах»: «“Нах ходил с Элоhим” (Берешит 6:9). Раби Йоханан сказал: притча о пастухе, который стоит и смотрит на своё стадо, что перед ним. Реш Лакиш сказал: притча о нaси (князе), который сидит, и его старейшины перед ним. По мнению раби Йоханана — мы нуждаемся в его чести; по мнению раби Леви — он нуждается в нашей чести». И известно: смысл «нужды», на который он уподобил князя и его старейшин, — усилить его мощь делать великие и грозные дела, как у князя, совершающего удивительные дела по советам своих старейшин и мудрецов, которые перед ним. И о такой притче сказано: «ходи предо Мною» (там, 17), «Элоhим, пред Которым ходили отцы мои» (там, 48).

Но когда грех причинит ослабление силы, как мы сказали, — тогда в Нём, благословен Он, прежде покажется нам прекращение, ибо Он — высший источник; и отсюда необходимо прекращение радости и наслаждения, прилеплённых к постоянству добра и его существованию; и придут вместо них печаль и тревога. И это смысл «плачет и заставляет плакать Всевышнего вместе с ней», ибо печаль и плач в этих притчах — лишь отмена совершенных, доставляющих наслаждение действий.

И это же самое — их намерение в словах: «есть у Всевышнего место, где Он плачет, и “скрытия” — имя Его» (7): они хотят сказать, что хотя по истинному пути нет плача пред Ним, благословен Он, и никакой боли и тревоги, ибо Он самодостаточен и Ему ничего не недостаёт, из‑за чего Он мог бы гневаться или печалиться, — всё же есть «некое место», вызывающее, что у Него есть печаль и плач с какой‑то стороны, и «скрытия» — имя Его; не то, что место — в скрытиях, но он назвал «местом» область рассмотрения этого дела тонкой; то есть: это говорится в скрытом смысле и постигается тонким рассмотрением, — и там происходит упомянутое «присоединённое» изменение: от «делающего добро» к «не делающему добро», и от «влияющего» к «не влияющему» — в отношении получающих, как мы сказали.

И из‑за сокрытости образного выражения «“скрытия” — имя Его», что звучит как атрибут места, а не глубина темы, ему трудно было, и он сказал своё высказывание в порядке пояснения.

(2) Однако он возразил из слов Рава Папы, а не из стиха, по двум причинам. Первая: стихи не трудны друг другу, ибо говорим: «Тора говорит языком людей». Вторая: из‑за различия между высказыванием, утверждающим радость, и высказыванием, отрицающим печаль; а Рав Папа отрицает печаль полностью, говоря: «нет печали пред Местом», — то есть ни с какой стороны и ни в каком смысле.

И вот, тогда он разъяснил своё первоначальное намерение словами «“скрытия” — имя Его» и сказал: «это — во внутренних домах, а это — во внешних домах».

(3) И намерение: в истинном и явном рассмотрении нет печали пред Ним; но во внутреннем рассмотрении и тонком анализе уже есть скрытое место приписать Ему, благословен Он, כביכול (кевияколь — «как бы»). И поскольку из этого может быть понято, что Писание не приписывает этого отношения иначе как при собственном разъяснении — чтобы сказать, что это в скрытом смысле, — он вновь возразил: «а во внешних домах нет печали; но ведь написано: “И призвал Г‑сподь Бог…”».

(4) То есть: по Раву Папе — нет печали вообще, и этот стих не о Всевышнем говорит, а это слова пророка; следовательно, «Тора говорит языком людей». Но по твоему мнению, что стих — точен, и потому он настаивал разъяснить и сказать «в скрытиях», чтобы учить тому тонкому рассмотрению, —

(5) если так, то почему он не уточнил так же, когда сказал в предельной ясности: «И призвал Г‑сподь Бог Цваот в тот день — к плачу и к сетованию, и к плеши, и к опоясыванию вретищем», — ведь, несомненно, должен был разъяснить, что это говорится в скрытом смысле, а не иначе.

И отвечает: «разрушение Дома отличается, ибо даже ангелы мира плакали»; потому что дело Иерусалима и Бейт hа-Микдаша очень велико по отношению к общим сущностям, и оно имеет крепкую и сильную связь с высшими делами: ибо с заселением Иерусалима нижнего был заселён Иерусалим вышний. И так сказали мудрецы наши (Таанит 5:): «Сказал Всевышний: не войду в Иерусалим вышний, пока не войду в Иерусалим нижний, как сказано: “Внутри тебя — Святой, и не войду в город”» (hошеа 11:9).

*И это ясно и т. д., то есть: поскольку только из Циона вышла Тора, и слово Г‑спода — из Иерусалима, и Божественное излияние, нисходящее на него с небес высоты, — когда коhаним стояли там на своей службе, и левиты — на своём возвышении, и Израиль — на своём месте, чтобы все служили Г‑споду «плечом к плечу», — распространялось оттуда и по всей земле, пока не приходили тогда из всех народов вокруг поклониться Г‑споду Цваот на святой горе и в Иерусалиме (как рассказывается в книге Йосифона о римлянах, что и в его дни умножились герим, присоединяющиеся к израильскому народу, из всех окружающих их стран, которые пришли туда ради имени Г‑спода и присоединились к дому Яакова). А когда разрушен был Иерусалим и опустела святая столица — всё это прекратилось, ибо имя Г‑спода было осквернено среди народов при выходе Израиля в изгнание, когда говорили им: «народ Г‑спода это, и из Его земли они вышли»; поэтому велико, как море, и это разорение и этот перелом, который не только «низверг с небес на землю великолепие Израиля», но также убрал и прекратил духовное и нравственное счастье на долгое время у всех жителей мира (пока не изольётся на них дух свыше, чтобы все познали Г‑спода ясным и истинным знанием в конце дней), как сказали мудрецы наши: «всякий раз, когда Бейт hа-Микдаш не стоит, престол не цел» и т. д.; «и всякий раз, когда Израиль в изгнании, Шхина с ними в изгнании» и т. д.

Поэтому не удержалось и Писание приписать здесь, в порядке притчи, Всевышнему призывы к сетованию, плачу и плеши, даже в изгнании и на глазах у всех, — из‑за разрушения Иерусалима и опустошения Его дома; как сказали: «разрушение Бейт hа-Микдаша отличается».

И ясно: когда Иерусалим нижний был заселён, и Бейт hа-Микдаш был построен, и коhаним — на своей службе, и левиты — на своём возвышении, и Израиль — на своём месте, — все «каналы систем» были на своём порядке, и Божественное излияние нисходило от высшего источника через все каналы и наполняло Его славой всю землю, и имя Его возвеличивалось и освящалось в мире, и умножались в устах всех эти чудесные Божественные атрибуты; а при их уходе всё стало как глухо, и хвала Творца мира не упоминается в устах всякого творения, и умножилась заброшенность, и прекратилась всякая радость, и пришли тоска и стон.

И из‑за этого удивительного дела приписало Писание Всевышнему самому плач, сетование и плешь, и не позаботилось уточнить и сказать «в скрытиях», потому что изменение, приходящее в мир от упомянутых дел, — и скрыто, и явно; как сказали мудрецы наши (Танхума, парша «ки тэцэ»): «пока Бейт hа-Микдаш не стоит, престол не цел и имя не цел»; и сказали (Таанит 107:): «пока Израиль в изгнании, Шхина в изгнании, как сказано: “с ним Я в беде”» (Теилим 90).

(1) Поэтому и мудрецы наши не настаивали говорить об этом общем деле: «плачет и заставляет плакать Всевышнего вместе с ней», ибо «присоединённое изменение» очень ясно в этом деле.

(6) так что не нужно говорить: Он, благословен Он, — первопричина, к Которой отнесено прекращение излияния прежде всего от этих получающих; ибо даже «ангелы мира», которые — посредники, чтобы тянуть добро от Него, благословен Он, к тем, кто ниже их, — тоже плакали, ибо и того добра не получат от Бога и не изольют его на прочих.

И потому здесь он не заботился показывать скрытность дела, как при уничтожении мира в целом, где сказано: «и опечалился в сердце Своём» (Берешит 6), и не настаивал; и это то, что разъяснил раби Шмуэль бар Нахмани, говоря: «из‑за гордыни царства небес», то есть כביכול (кевияколь — «как бы») в самом царстве небес было унижение, достойное плача; и это ближе к делу, чем слова того, кто сказал: «из‑за гордыни Израиля, которая отнята у них…», хотя дела близки.

И раби Элазер завершил разъяснение дела в том, что сказал: «для чего эти три слезы? — одна о Первом Храме…», ибо «Первый Храм» здесь — в смысле стиха: «престол славы, высота от начала — место нашего святилища» (Ирмияhу 17:12), — и это святилище Г‑спода, которое Его руки утвердили в Иерусалиме вышнем, как мы сказали сначала. А «Второй Храм» — это Бейт hа-Микдаш нижний, разрушение которого потянуло за собой [разрушение] первого, а из разрушения обоих обязано было изгнание Израиля со своего места; и подобает проливать слёзы о всех троих.

Вот, разъяснились эти высказывания, которыми мы занимались; и все они сказаны по одной линии: ибо «плачет и заставляет плакать Всевышнего вместе с ней» — это собирание Его мира у того, кто называется «царь», «которому принадлежит мир»; и отсюда сказали «плачет и заставляет плакать ангелов служения вместе с ней» — и это соответствует миру, который Он дал Иерусалиму вышнему; а после — «плачет и заставляет плакать солнце и луну» — это удаление мира, который Он дал небесам; а затем — «плачет и заставляет плакать семьдесят народов» — это отмена мира, который Он дал дальнему и близкому. И всё это — потому что там не нашлись цельные, как Пинхас, чтобы им был дан союз мира; а нашлись делающие дело Зимри и подобное ему; и любим мир, которого Он не дал им, как сказано: «И отверг от мира Нефеш мою; забыл я добро» (Эйха 3:17), как упомянуто.

И подобие этому самому сказано там (Эйха раббати 1) в другом стиле:

Вот, что печаль поднимается и спускается по ступеням, и так, как мы сказали.

*И намерение и т. д., то есть: хотя мы сказали выше, что и между высшими сущими есть множественность со стороны их ступеней и способа их постижения, всё же различие этих разных сторон между ними — не таково, чтобы они противостояли друг другу; и если при всём этом требуется мир быть между ними, чтобы их существование было в предельной полноте, то тем более — у творений нижнего мира, которые составлены из четырёх элементов, в чьей природе есть противостояние друг другу, например огонь и вода; тем более потребуется согласие и единение между ними, если они соединяются и объединяются, чтобы быть одной сущностью. И это то, что сказал Бар Капара: «и если высшие…» и т. д.

И смысл: различие сторон, находящихся в них, и их множественность, как мы сказали, — не из рода противоположностей, которые есть в составных из элементов, чтобы часть из них восставала на часть и плавилась и разрушалась; и всё же благо их существования зависит от того, чтобы они были в мире. Тем более следует остерегаться мира, возложенного на низших, которые нуждаются в том роде [мира], — ибо в их мире будет «сукка мира» царства небес, высших и нижних, распростёрта над ними, и будет всё мир.

И вот, пред существованием этого мира не может не быть одного из трёх положений: либо он — в своей силе и мощи; либо его союзники слабы перед ним; либо Он уже нарушил с ними Свой союз. И нет сомнения, что все эти положения уже прошли над этим народом в разные времена, ибо всё сказано об этом и из‑за него.

Поэтому сказал раби Леви в том высказывании, которое мы упомянули сначала: «трое сказали словом “эйха”», потому что это слово — язык удивления и изумления о делах очень сильных — как к добру, так и к худшему; поэтому оно одинаково оправдано и для их спокойствия, и для их легкомыслия, и для их порчи.

И известно: Моше, господин наш, мир ему, — он из трёх, кто выделен говорить о её спокойствии больше всех прочих; ибо он согласовал этот мир и завершил сотрудничество и согласие между высшими и нижними, как разъясняется из того великого и грозного стояния, о котором сказано: «отныне спустятся высшие вниз, и поднимутся нижние вверх» (Шмот раба, парша 12). И Он, благословен Он, начал, как сказано: «И сошёл Г‑сподь на Синай» (Шмот 19:24), и с того времени: «и поднимешься ты и Аарон с тобою» (там), как там хорошо разъяснено.

И из союза того мира и его силы излилось излияние сытости благоволения, и они умножились и усилились чрезвычайно, чрезвычайно в двух видах успехов. И поэтому сказал им: «довольно вам сидеть на этой горе… Г‑сподь, Бог ваш, умножил вас, и вот вы сегодня… Как понесу я один ваш труд, и вашу ношу, и ваш спор…» (Дварим 1:12), ибо всё было к похвале, возвышению и удивительной чести, как ещё выяснится по порядку парши.

Однако Йешаяху — тот, кто начал дело их легкомыслия и обличал его сильно, как закричал о нём в начале своих слов, говоря: «Слушайте, небеса, и внимай, земля, ибо Г‑сподь говорил: сыновей Я вырастил и возвысил, а они восстали против Меня» (Йешаяху 1:2). И вот, хорошо его основание в переворачивании своих слов против слов Моше, учителя нашего, который сказал: «Внимайте, небеса, и буду говорить; и да услышит земля…», — и там, в парше «hа-азину», будет хорошо разъяснено, почему наоборот тому, к чему мы привыкли; и это верно и тайна: «Г‑сподь говорил и сказал: сыновей Я вырастил и возвысил», ибо со стороны союза мира и любви, упомянутых, они называются сыновьями у Места, и из любви, которой Он возлюбил их, вырастил и возвысил; и по этому восстание — гораздо более велико, как проклял мудрец об этом, говоря: «Глаз, смеющийся над отцом…» (Мишлей 30:17), как разъяснено в шааре 19.

И сказал: «Знает бык владельца своего…» — чтобы подтвердить, что сыновья — Его сыновья, восстающие и мятежные против Него, и что не согрешили без знания, ибо это невозможно по «Торат таама». Ибо даже бык знает владельца своего, и осёл — ясли хозяина своего; и как может быть, что Израиль не знает, и народ Мой, привычный «Мой народ», не разумеет? И уже упомянуто это у жертвоприношений, парша «Ваикра».

Поэтому он вынес по нему решительное, резкое высказывание, которое продолжил и сказал: «Увы, народ грешный…» (там). И намеревался упомянуть дело их легкомыслия в полноте, как он скажет.

*И это: какое бы собрание и т. д., то есть: большое собрание людей, вышедших из одного корня, и остающихся всегда сами по себе и не смешивающихся с другими, называется четырьмя именами: со стороны того, что они выделены от всех прочих своим языком и качествами, своими мнениями и обычаями, — называются «гой»; и со стороны их множества и объединения быть едиными друг с другом и всегда помогать каждый своему брату — называются «ам», производным от слова «им» («с»); и со стороны того, что они плодятся и размножаются постоянно, так что умирают только отдельные личности, но их собрание в целом остаётся всегда — называется «зера»; и со стороны того, что все они выходят из одного корня и ствола — называются «баним». Поэтому пророк сказал здесь о них: со стороны их качеств и свойств они — «гой хоте»; и со стороны их многочисленного собрания — «ам кавед авон», ибо по мере их множества так они согрешили перед Г‑сподом. И со стороны того, что они плодятся и размножаются на земле, — «зера мерaим», ибо в первом взгляде уже не ожидается от них, что родят сыновей праведных, идущих в простоте сердца, но сыновей лживых и увеличение людей грешных, не желающих слушать голос Г‑спода. И со стороны их происхождения из святого корня — «баним машхитим», портящие пути своих чистых и прямых отцов.

И поэтому в стихе о них также: «назору ахор» — то есть: вместо того, что сначала, до дарования Торы, назывались «бней Ноах», который был «цадик тамим», а потом — «бней Исраэль», приписанные к Яакову, их отцу, который был избранным из отцов, — теперь называются только «бней адам», чтобы указать: «как אדם они преступили союз», как стих о нём: «отец твой первый согрешил». И этим он идёт и разъясняет также остальные стихи hафтары (смотри внутри книги).

Ибо какое бы собрание народа ни было, оно будет называться разными именами по различию сторон: его назовут «гой» из‑за того, что он выделенный народ, как один из народов, как сказано: «И стал там гой» (Дварим 26:5) — «учит, что Израиль был там выделен» (Сифри, парша «Таво»). И из‑за того, что он многочислен, называется «ам», как сказано: «вот, народ сынов Израиля многочислен и силён от нас» (Шмот 1:9); «вот, народ вышел из Египта; вот, покрыл…» (Бемидбар 22:5). А по наличию у него продолжительности устойчивости и существования он называется «зера»: «И посею её Мне на земле» (hошеа 2:24–25), «зера Исраэль», как в этой стороне сказано о зерне: «вот вам семя» (Берешит 47:23). А чтобы указать на корень — они называются «баним»: «бней Моав», «бней Амон», «бней Эдом». И вот, он схватил, чтобы упомянуть их этими четырьмя именами, чтобы сказать, что они заменили все свои качества на позор.

И о замене первого дела он говорит: «увы, гой грешный» (Йешаяху 1:4), ибо они приготовлены из прочих народов быть «гой грешный» из всех. И о втором сказал: «ам, тяжёлый грехом», то есть: если это имя им по их множеству, то в самом деле — по мере их множества так они согрешили, быть «ам, тяжёлый грехом». И о третьем сказал: «зера злодеев», ибо всё, что будет посеяно из него, будет разрушено, в противоположность «всё — семя истины». И о четвёртом сказал: «сыновья-разрушители», ибо не исполнилось на них: «венец стариков — внуки» (Мишлей 17:6); но уже разрушили честь отца и осквернили его достоинство.

И конец слова: он перевернул намерение сказанного о них: «и поставить тебя выше всех гойим, которых Он сделал, к хвале, и к имени, и к славе, и чтобы быть тебе ам кадош…» (Дварим 26:19).

И вот, в завершении стиха он разъяснил весь смысл начала, ибо сказал: «оставили Г‑спода» — против того, что назывались «ам», ибо оставили своё особое отношение, чтобы называться «ам Г‑спода», и стали называться «ам, тяжёлый грехом», как сказано: «народ Г‑спода это, и из Его земли они вышли» (Йехезкель 36:20). И против того, что назывались «гой» и «зера», — что им быть «гой кадош» и «зера кадош», — сказал: «презрели Кдош Исраэль», чтобы не соотноситься с Его Кдуша, но стали называться «гой грешный» и «зера злодеев». А против того, что сказал «сыновья-разрушители», сказал: «назору ахор» — и это удивительное высказывание.

Ибо сначала все люди назывались «бней адам», а он был грешен, как сказано: «отец твой первый согрешил» (Йешаяху 43:27). Потом назывались «бней Ноах», который назван «цадик тамим» (Берешит 6:9). Потом выделился этот народ соотноситься с отцами — Авраhамом, Ицхаком и Яаковом. И уже утвердилось за ними имя «бней Исраэль», ибо он — третий отец, в семени которого не нашлось порока и примеси, и не отступили достоинства в их отношении, пока не назвались «сыновьями у Места»: «сын Мой первенец — Израиль» (Шмот 4:22), «сыновья вы Г‑споду, Богу вашему» (Дварим 14).

И вот, эти вернулись к тем самым достоинствам и «назору ахор», пока не осталось у них лишь первое отношение — к אדם; и этим была разрушена честь истинного Отца, благословенно Его Имя, как сказал поэт: «Я сказал: вы — элоhим, и сыновья Всевышнего все вы; однако как адам умрёте» (Теилим 82). И как сказали мудрецы наши (Берешит раба, парша 38): «которые построили сыновья адам» — «а разве сыновья ослов или коней? — но сыновья первобытного אדם». Поэтому назвал их «сыновья-разрушители».

Так и сыновей Моих Я ввёл в Эрец Исраэль, как сказано: “И привёл Я вас в землю Кармель…” (Ирмияhу 2); и Я заповедал им, как написано: “Заповедай сынам Израиля и скажи им…” (Бемидбар 28); и они преступили Мою заповедь, как сказано: “И весь Израиль преступил Твою Тору” (Даниэль 9); и Я судил их изгнаниями, как сказано: “Из Моего дома Я изгоню их” (hошеа 9); и Я судил их отсыланием, как сказано: “Отослать от лица Моего, и пусть выйдут” (Ирмияhу 15); и Я оплакивал о них “эйха”: “Как сидит одиноко…” (Эйха 1)».

Вот, что равенство того, что Он, да будет возвышен, сделал для них как подготовку к их совершенству, вводя их в землю, — тому, что Он сделал для Адам hа-ришон, помещая его в Ган Эден; и как сказано в другом месте: «ибо Г‑сподь, Бог твой, приводит тебя в землю добрую…» (Дварим 8) — «накрытый стол внутри сада», как сказано в парше о мане, шаар 41. И их заповеди — в корбанот и прочем — соответствуют Его заповеди не есть от Древа познания; и их преступление Его заповедей — его преступлению; и их наказание — его наказанию, как понятно из их слов, один к одному, пока они действительно не вернулись к корневому истоку, как мы сказали.

И вот, этим разъяснил корень легкомыслия этого народа, о котором он продолжил слово до того, что пришёл к ним в языке удивления и изумления и сказал: «Как стала блудницей — верная столица, полная суда; праведность ночевала в ней, а теперь…» (Йешаяху 1).

И вот, он упомянул в своём изумлении высказывание Моше, рабейну: когда она была в своём спокойствии из‑за многочисленного народа и успеха, он сказал: «Как понесу я один ваш труд… Дайте себе людей мудрых… и заповедаю я вашим судьям в то время, говоря: слушайте между братьями вашими и судите судом праведным… не узнавайте лиц в суде…» (Дварим 1). И уже было всё в самом правильном порядке, насколько возможно. А теперь всё наоборот; и это его слова: «праведность ночевала в ней, а теперь не ночует в ней, кроме как убийцы». И вот, словом «эйха» он включил своё изумление и изумление Моше, учителя его; и это очень красивый оборот.

И вот, Ирмияhу выделен упомянуть её порчу; он видел её своими глазами и основал о ней плач, в котором он начал три раза словом «эйха»: «Как сидит…», «Как помрачил…», «Как потускнело…»; видно, что он намеревался утроить это, чтобы включить высказывания Моше и Йешаяху, ибо достойно, чтобы их память поднялась перед ним. И он очень опечалился о них и продлил их оплакивание. И мы уже истолковали эту мегилу отдельно — пусть встанет над ней тот, кто пожелает.

А теперь, после того как это разъяснилось указанным образом, он перейдёт к словам этой парши, и найдёшь в ней:

*что эти трое и т. д., то есть: хотя Моше видел их теперь в их спокойствии, из‑за чего сказал о них «эйха понесу…», что указывает на их множественность и изобилие их успеха, из‑за чего умножается также «труд» управляющего ими — исправлять все их дела и поддерживать мир среди них постоянно, как мы сказали выше, — всё же он упомянул им также их легкомыслие, когда они отказались слушать голос Г‑спода и Его обещание, что земля очень хороша, и всё же сказали: «пошлём людей перед нами, и пусть разведают…». Также он упомянул им их порчу, то есть наказание, которое они этим навлекли на всех вышедших из Египта от двадцати лет и выше, — что было постановлено им умереть в пустыне, как сказал: «И разгневался [Он] и поклялся, говоря…». И этим он указал им также духом своего пророчества, что таков будет путь этого народа всегда по их природе и складу: когда они в мире — вознесётся их сердце и они забудут Г‑спода и согрешат Ему; тогда воспылает Его гнев на них и Он накажет их за их деяния; а в их тесноте они будут искать Бога, и Он снова будет им благосклонен и исцелит их. Ибо этих троих — то есть их спокойствие, их легкомыслие и их порчу — всех упомянул Моше, господин наш, рядом друг с другом в начале своих слов в Мишне Тора, ведь все его слова — истина и справедливость, и его Тора — совершенна и цельна, и нет в ней недостатка.

Однако трудности разъяснятся по нашему пути.

И после этого малого вступления он начал говорить явно и сказал: «И было в сороковой год...» — скажет: что в сороковой год, в первый день месяца, в одиннадцатый — это месяц Шват — Моше говорил сынам Израиля согласно всему, что ה׳ заповедал ему относительно них. И он ещё не говорил, а это — большинство заповедей, которые были обновлены для них в этой книге; и также он вернулся и повторил или разъяснил некоторые, которые нужно повторить, истолковать и ещё объяснить. Ещё намерение первых двух стихов он добавил разъяснить: «после того как он поразил Сихона...»; «за Иорданом, в земле Моава, начал Моше объяснять эту Тору, говоря». И отныне он начал говорить три вещи, о которых мы сказали.

Во‑первых: что это было основой его увещеваний во всём, что он будет говорить с ними, и сказал: «ה׳, наш Элоhим, говорил нам в Хорев, говоря: довольно вам сидеть у этой горы». Здесь он включил основу их благополучия: насколько много добра дому Израиля было там от их согласия и их соучастия с высшими, как мы упомянули вначале; как сказано в Мидраше (Сифри, гл. זו): великое удовольствие было вам — ваше пребывание у этой горы: вы приняли Тору; назначили над собой старейшин; назначили над собой начальников тысяч и начальников сотен; сделали себе Мишкан; сделали себе שולחן; сделали себе מנורה. И по этой причине: «повернитесь и отправляйтесь... и придите к горе Эмори... и ко всем его соседям...»; «смотри: Я дал вам землю... которую Я поклялся Авраhаму, Ицхаку и Яакову...» — ибо достойны вы, чтобы мир вёл себя с вами по обычаю любви и мира, по природе уцелевших, как мы писали.

И сказал им: «в то время: не могу я один нести вас. ה׳, ваш Элоhим, умножил вас, и вот вы сегодня как звёзды небесные по множеству». Скажет: уже достиг поток вашей удачи меры великой и огромной; и также вы были в том важном состоянии, в котором вы уподобились небесным системам — по чистоте и по порядку звёзд и созвездий, о чём мы писали в Шаар 31, на «взгляни же на небо и сосчитай звёзды... и сказал ему: так будет твоё потомство...» (Берешит 15:5–6).

И поскольку он говорил о чрезвычайности их удачи, сказал им: «ה׳, Элоhим ваших отцов, добавит вам как вы — тысячу раз...» — сказать, что он не смотрит с тесным глазом на их умножение и удачу. И вот начало стиха — о множестве, а конец — о качестве, то есть чтобы они были наделены изобилием — во множестве, и в возвышении, и в чести. А в Мидраше: «это притча...» и т. д. (Дварим раба, гл. 1, и Сифри). И намерение: не подобна бераха, пребывающая на многих, берахе, пребывающей на немногих; и это также верно.

И потому сказал: что из‑за потока их удачи — насколько из‑за их многочисленности, настолько и из‑за потока их благ — умножилось занятие и тягота; и чтобы исправить их устройство и усилить состояние их положения, сказал: «как понесу я один вашу тяготу, и вашу ношу, и ваши распри? Дайте себе людей мудрых и понимающих...» И вы ответили мне и сказали: «хорошо дело, которое ты сказал сделать», — ибо также вы признали поток вашей удачи: и по множеству вашему, и по изобилию ваших благ, и увидели, что правильно сделать так. *Ибо через это и т. д.; см. мои разъяснения выше, Бемидбар, лист 20. Ибо посредством этого укрепится и сохранится та нить, называемая «брит шалом», о которой мы сказали, — которая ставит общность в её правильное состояние, подобно тому как общая естественная сила хранит состояние здоровья тела в целом; как мы ещё писали в Шаар 74.

И вот тогда я принял совет Итро: «и взял я глав ваших колен...»; «и заповедал я вашим судям в то время, говоря...»; «не признавайте лиц...» Он сказал: что заслуга их послужила причиной, что дело получило поддержку и всё было сделано в правильном порядке — всё, как достойно сделать, — как разъяснено в разделе Итро, где эти стихи хорошо объяснены, Шаар 43. И это — цель мира и уверенности, о которых сказали наши мудрецы, благословенной памяти (Мидраш Эйха раба, гл. 1): что Моше видел его в её благополучии, до того что преувеличил и сказал о ней: «как понесу я один», как мы сказали.

Однако оттуда и далее он потянулся ко второму вопросу — а это то, что он видел её в её легкомыслии, когда они вышли с пути мира и прямоты, и сказал: «и отправились мы от Хорев и пошли во всю пустыню...»; и это то, на что он сначала намекнул: «одиннадцать дней от Хорев, по дороге Сеир...» и т. д. И он разъяснил их легкомыслие, говоря: «и сказал я вам: вы пришли к горе Эмори... смотри: дал ה׳, твой Элоhим, перед тобой землю; поднимись, овладей, как говорил ה׳, Элоhим твоих отцов, тебе; не бойся и не ужасайся». «И приблизились вы ко мне все и сказали: пошлём людей...» Ибо сразу после того, как они отправились от горы ה׳, сердце их отвернулось от Него, и сердце их не было верно с Ним, пока они не отказались идти за Ним и не доверились Его спасению, и захотели послать им разведчиков под предлогом: «пошлём людей перед нами, и пусть они разузнают нам землю и вернут нам слово о дороге, по которой мы поднимемся, и о городах, к которым придём». «И хорошо было в глазах моих дело — чтобы склонить ваш разум; и взял я из вас двенадцать человек...» Ибо так правильнее всего сделать, как объяснено в своём месте.

«И повернули они и поднялись... и взяли в руке своей из плода земли, и спустили к нам, и вернули нам слово, и сказали: хороша земля, которую ה׳, наш Элоhим, даёт нам. Но вы не захотели подняться, и воспротивились повелению ה׳, вашего Элоhима; и роптали в ваших шатрах: куда мы поднимаемся...» И вот тогда вы открыли ваше испорченное мнение и вашу дурную цель тем, что послали разведчиков, ибо это было лишь сопротивление и отказ от земли вожделенной. А причина того, что он сказал это им без упоминания слов злодейских разведчиков и их дурной клеветы, объяснена там, в своём месте — изложение оттуда.

«И сказал я вам: не ужасайтесь... ה׳, ваш Элоhим, Он идёт перед вами... и в пустыне, которую вы видели...» «И в этом деле вы не верите ה׳, вашему Элоhиму, который идёт перед вами в дороге, чтобы высмотреть вам место...» Вот: он схватил их за маловерие; а это само — сущность идолопоклонства, как сказали наши мудрецы, благословенной памяти (Шмот раба, гл. 24) о «назначим голову и вернёмся в Египет» (Бемидбар 14). И это действительно то же самое, за что порицал её Йешаяhу, когда увидел её в её легкомыслии, и сказал: «как стала блудницей» — ибо блуд есть название идолопоклонств в устах всех пророков. И это же упомянуто в истории о разведчиках: «и понесёте ваши блуждания (знутейхем) до тех пор, пока не истлеют ваши трупы в пустыне» (Бемидбар там), — ибо поистине они блудили, уходя от ה׳.

И вот, когда он завершил второй вопрос — о её легкомыслии — он перешёл к третьему: а это вопрос Йирмеяhу, который видел её в её порче, и сказал: «и услышал ה׳ голос ваших слов и разгневался и поклялся, говоря: если увидит кто‑нибудь...» «и на меня разгневался ה׳ из‑за вас...» «и ваших малышей, о которых вы сказали...» Скажет: услышал ה׳ ваш голос, что вы кричали перед Ним: «зачем ה׳ приводит нас в эту землю пасть от меча?» — и принял вашу молитву, чтобы вы не вошли туда; но поклялся в гневе и ярости, что это не будет иначе — так, что порча завершилась для вас. Ибо хотя вы раскаялись и сказали мне: «согрешили мы перед ה׳; мы поднимемся», — было слово ה׳: «не поднимайтесь и не воюйте, ибо Я не среди вас, и вы не будете поражены перед вашими врагами», как объяснено там. Вот: пресеклась нить хеседа и оборвался «брит шалом», который был у них от Него, пока не было вынесено о них уничтожение и окончательное решение. И не только о них, но и о великом страннике, который был их главой и их вождём — по тому пути, как мы сказали, что пресёкся поток от высших посредников; и это его слова: «и на меня разгневался ה׳ из‑за вас». И я говорил вам всё зло, которое было постановлено о вас, и что уже ослабла ваша сила; но вы не слушали и воспротивились повелению ה׳, и дерзнули и поднялись на гору. «И вышел Эмори, живущий на той горе, навстречу вам, и гнал вас, как делают пчёлы, и били вас в Сеир до Хормы» — сказать: когда Всевышний отошёл от них, то первоначальный житель той земли и немногочисленные с ним вышли за ними — не как путь воюющих, а «как делают пчёлы», и гнали их, и били их до Хормы.

И вот оттуда началась порча и установился плач, про который они сказали: «плачущий и заставляющий плакать других с ним» (Эйха раба, гл. 1), как мы сказали в начале. И это его слова: «и вы плакали перед ה׳, но ה׳ не услышал вашего голоса и не внял вам», — как Он услышал ваш первый голос; и там мы хорошо разъяснили причину. «И сидели вы в Кадеш многие дни» — печальные, отверженные и далёкие от цельности; и это то, что сказано там: «и подняла вся община свой голос... и плакал народ в ту ночь». И это подобие плача, который установил им Йирмеяhу, говоря: «как сидит одиноко...»; «плача плачет ночью», — и как сказано: «плачущий и заставляющий плакать Всевышнего с ним», и со всеми прочими группами, оставшимися там; ибо поистине оттуда установился плач для поколений (Сота 35). И возможно, что сказав «и сидели вы в Кадеш многие дни», он намекнул на постоянный плач, оставшийся у нас, когда мы в нашей порче, в продолжительности нашего изгнания; ибо это — плач для наших поколений за наши грехи.

Выходит, что Моше разложил перед ними эти три вопроса сначала; и как бы он указал этим, что по природе этих вопросов — прийти к народу по их природе и их смешению. Ибо когда они были некоторое время в удаче — «утолстели, разбогатели и нарушили закон», — и отсюда было им обязано в наказание, пока не вернутся и не сделают Тшува и не возвратятся к первому вопросу как вначале.

И потому он присоединил к этим своим словам: «и сказал ה׳ мне, говоря: довольно вам обходить эту гору; поверните себе на север; и народу заповедай, говоря: вы переходите...» Скажет: что когда они приняли свою порчу и наказание, уже вернулся гнев ה׳ от них, и Он захотел вернуть им их мир и их благо, и заповедал, чтобы они укрепились в своём пути идти по их дороге. Однако Его мудрость увидела, что они пойдут сперва к народам, про которых Его мудрость не постановила, чтобы они воевали с ними, как сказано о сыновьях Эсава: «и будут бояться вас, и берегитесь очень; не задирайте их...» Ибо возможно, что хотя они боялись их, ещё не завершился их грех, чтобы эти удостоились и победили их. И так же: «и сказал ה׳ мне: не притесняй Моава...» И так же сказано: «и приблизишься против сыновей Аммона — не тесни их...» И как глубоки мысли Всевышнего: уже и это было удивительной подготовкой — дать в их руку Сихона, царя Эмори, как упомянуто здесь явно: «встаньте, отправляйтесь и перейдите поток Арнон; смотри: Я дал в твою руку Сихона, царя Хешбона...» «с этого дня начну наводить страх твой и трепет твой...» И как бы эти уклонения туда были великой причиной его отдачи, как я упомянул там — в месте его войны.

Однако основа этих слов упоминается к завершению у «а Я ожесточу сердце Паро» — Шаар 36, и там разъяснена основа этого раздела и его порядок очень хорошо. И его повторение таким образом — великий знак, переданный в нашей руке, что мы вернёмся к Нему, благословен Он, путём мира и прямоты, чтобы у нас был конец и надежда, как сказано в Мидраше (Дварим раба, гл. Шофтим): также велик мир, ибо Святой, благословен Он, не возвещает Йерушалаим иначе как миром, как сказано: «возвещающий мир, возвещающий добро» (Йешаяhу 52). Ибо как она сказала в своей порче: «и отвергла от мира душа моя; забыл я добро» (Эйха 3), как разъяснено сначала, так скажет в её утешении: что «дать услышать мир» — это само и есть весть о добре.

И так же сказал (в Мидраше там): любим мир, ибо Святой, благословен Он, не утешает Йерушалаим иначе как миром, как сказано: «вот Я простираю к нему как реку мир» (Йешаяhу 66). Скажут: что мир, находящийся в нём, — причина мира, который тянется к нему со стороны достоинства, что согласие между ними будет совершенным, как сказано: «мир, мир — далёкому и близкому» (там 57).

И так же сказали в Мидраше (Дварим раба там): сказал Давид: «я стремился услышать беседу Святого, благословен Он, и услышал, что Он занят миром, как сказано: “услышу, что скажет Бог ה׳, ибо Он говорит мир...”» (Теhилим 85). И это — та же самая драшá, ибо он был занят и старался узнать основу, от которой зависит всякое благо Израиля и его спасение; и услышал и узнал, что всё зависит от вопроса мира; и как присоединил: «однако близко к боящимся Его — спасение Его...» (там).

И этим разъяснилось то, что сказали наши мудрецы, благословенной памяти, в том высказывании, которое мы упомянули выше (Дварим 4 там): «другое: любим мир — что Святой, благословен Он, хотел благословить Израиль и не нашёл сосуда, удерживающего (вмещающего), кроме мира, как сказано: “ה׳ даст силу народу Своему; ה׳ благословит народ Свой миром”» (Теhилим 29). Ибо все блага мира и его удачи включены в него — путём, который мы разъяснили.

И это — мера того, что мы хотели объяснить о его смысле в этой части: