Be'er HaGolah, Well 4

Первая глава трактата Авода Зара (3б): сказал рабби Йеуда от имени Рава: двенадцать часов имеет день. Первые три часа Святой, благословен Он, сидит и занимается Торой. Вторые — сидит и судит весь мир. Когда видит, что мир подлежит осуждению, встаёт с престола суда и садится на престол милосердия. Третьи — Святой, благословен Он, сидит и кормит весь мир, от рогов буйволов до яиц вшей. Четвёртые — Святой, благословен Он, сидит и играет с Левиафаном, как сказано (Теилим 104:26): «Левиафан этот, которого Ты создал, чтобы играть с ним». Конец цитаты. И на это весьма негодуют — на то, что сказано, что Святой, благословен Он, сидит и занимается Торой. И также на то, что сказано, что Он сидит и играет с Левиафаном, и эти вещи для них — предмет насмешки и шутки. Но это высказывание тоже свидетельствует об истинности их мудрости.

Знай, что есть мнения философов, утверждавших: «Оставил Господь землю» (Йехезкель 8:12), и Он удалён от нижних. И в этом высказывании мудрецы пришли разъяснить противоположное их мнению и намерению, что Он, благословен Он, не удалён от мира, и воля Его соединена с существующими. И вот что сказано: «Первые три часа Он сидит и занимается Торой», ибо Тора — это порядок существующих, как существующие должны вести себя, и весь порядок существования в целом заключён в Торе. И это весьма известно из слов мудрецов; в Мидраше (Берешит Раба 1:1) сказали: Святой, благословен Он, смотрел в Тору и создавал мир. И Тора говорит (Берешит 1:1): «В начале сотворил Бог», а «начало» — не что иное, как Тора, как сказано (Мишлей 8:22): «Господь приобрёл Меня — начало пути Своего». Конец цитаты. Вот, Тора — это порядок и закон существующих. И нет в этом сомнения, ибо в Торе разъяснено, как человеку следует вести себя в делах своих во всём своём поведении, и так же в Торе — порядок всех созданий, и об этом сказали (Авот 5:22): «Вращай её, ибо всё в ней». Однако то, что она есть порядок созданий, далеко от постижения человека — как это намекается в Торе, и это не разъяснено в Торе явно, а лишь в сокрытии и тайне. Ибо Тора излагает вещи такими, каковы они: сокрытое — сокрыто, а явное — разъяснено. Суть дела: Тора, которой Господь, благословен Он, занимается, — это порядок существующих, и Он, благословен Он, знает порядок существующих и не оставляет их порядок, так что они были бы полностью удалены от Него, и это «занимается Торой». Ибо Тора — не что иное, как закон и порядок существующих, который Он, благословен Он, знает, и у Господа, благословен Он, есть связь с порядком существующих.

И это ещё не полная связь с существующими, а лишь то, что Он знает их умопостигаемый порядок. А во вторые три часа связь с существующими усиливается тем, что Он судит существующих, подобно царю, судящему свой народ. Хотя это и не полная связь с ними, ибо судья воздействует на подсудимого, и это не полная связь. Тем не менее это некоторая связь с самими существующими, чего не было в первые три часа, когда у Него не было связи с самими существующими вовсе, а лишь знание порядка. В третьи три часа связь усиливается тем, что Он обращается к ним, чтобы кормить их. И это дополнительная связь, которой не было во вторые три часа, когда Он судил их. Ибо судья отделён от того, кого судит, а то, что Он кормит и питает существующих, то, что Он обращается к существующим, чтобы дать им поддержание, — это бо́льшая связь, чем прежняя. Однако в последние три часа Он играет с Левиафаном. Эта игра — полная связь воли, когда Его воля полностью соединяется с ними. Ибо нет связи более полной, чем то, что сказано, что Он играет с Левиафаном. И вот, связь всё усиливается и растёт, и это подобающе, как будет разъяснено. Итак, близость к существующим постоянно усиливается и возрастает.

Однако в Гмаре (Авода Зара 4а), согласно одному варианту, говорится: в первые три часа Он судит мир, а во вторые три часа Он занимается Торой. И это мнение считает, что то, что Он занимается Торой, то есть знает их порядок, — это бо́льшая близость к существующим, чем то, что Он судит существующих. Ибо судья, который судит, отделён от тяжущегося и воздействует на него. А то, что Он знает их порядок, — в этом знании Он соединяется с ними более. И потому там, согласно одному ответу, говорится: «переверни — во вторые три часа Он занимается Торой». И тем не менее в окончательном выводе говорится, как мы сказали вначале, что занятие Торой — прежде, ибо это лишь знание порядка, то есть Он знает их порядок.

И поскольку Он, благословен Он, соединяется с существующими соответственно их совершенству, ибо Господь, благословен Он, не соединяется с тем, что ущербно. И это сказали, благословенна их память, в Мидраше (Берешит Раба 13:3): «Вот порождения неба и земли при сотворении их, в день создания Господом Богом земли и неба» (Берешит 2:4) — Он упомянул полное Имя для полного мира, ибо у Господа, благословен Он, нет связи с ущербным. И каждый день Святой, благословен Он, обновляет деяние творения, потому каждый день считается отдельным творением. И потому в начале дня, когда ещё нет совершенства творения, здесь нет полной связи — вплоть до конца дня, когда оно завершено, и тогда Господь, благословен Он, играет с Левиафаном, что есть полная связь и полное соединение воли с Его миром, как будет разъяснено. Так следует объяснить, и это верное объяснение без сомнения.

Однако можно объяснить также, и это один путь с первым: то, что сказано «первые три часа Он сидит и занимается Торой», — Он рассматривает, каким подобает быть миру согласно Торе, которая есть порядок существования. А вторые три часа Он судит существующих, чтобы их существование соответствовало порядку, каким подобает, и так Он воздействует на них — и это суд. Итак, первые три часа — знание того, каким подобает быть порядку существования, а вторые три часа — Он воздействует на них и управляет ими согласно подобающему порядку существования. А в третьи три часа Он даёт им поддержание в пропитании — это продолжение их существования. А в последние три часа, после того как мир совершенен, у мира есть связь с Господом, благословен Он. Ибо когда Он, благословен Он, создавал Свой мир, сказали (Берешит Раба 1:1), что Он смотрел в Тору и создавал мир. А объяснение «смотрел в Тору» — как мы сказали: мир был создан согласно мудрости, каким подобает быть порядку существования, и это Тора. И это то же самое, что сказано «в первые три часа занимается Торой». И так же то, что сказано «и создал мир», — это те же вторые три часа, когда Он судит мир согласно подобающему порядку. При общем творении уместно творение, а при частном творении каждого дня уместен суд, ибо после того, как они уже сотворены, Он выправляет их существование, чтобы оно было прямым согласно подобающему порядку. И об этом сказали (Шабат 10а): всякий судья, сидящий один час в суде, как будто становится сотоварищем Святого, благословен Он, в деле творения. И как ты найдёшь, что в деянии творения упомянуто имя «Элоким», а это имя относится также к судье, и мы разъяснили это в своём месте. И потому то, что Он сидит и судит мир, — это соответствует самому творению. А в третьи три часа Он кормит существующих, как сказано после завершения деяния творения (Берешит 1:29): «Вот, Я дал вам всякую траву» и т.д., — и это пропитание существующих. А в последние три часа Он сидит и играет с Левиафаном — это воля с существующими, как написано после завершения деяния творения (Берешит 2:4): «В день создания Господом Богом» — Он упомянул полное Имя для полного мира (Берешит Раба 13:3), — это соединение полного Имени с полным миром. Итак, все эти четыре вещи в частном творении подобны общему творению. Ибо строящий дом: сначала он составляет план здания, каким ему подобает быть; затем воплощает его в действительность, чтобы построить; затем даёт ему устойчивость, укрепляет его гвоздями, чтобы у него было постоянство и здание не рухнуло, когда он перестанет строить, а было бы зданием устойчивым; и затем у него есть связь со своим домом. И потому сказано: в последние три часа Он играет с Левиафаном, ибо игра — это полное соединение и полная близость с тем, с кем играют. И всё это — для опровержения мнения философствующих, которые говорят, что Он, благословен Он, удалён от мира.

Однако то, что сказано, что Он играет именно с Левиафаном. Хотели этим сказать, что у Господа, благословен Он, есть предельное соединение с Его творениями, хотя, безусловно, Господь, благословен Он, не соединяется с существующими и Он отделён от них, но лишь воля Его соединяется с ними, и это суть игры, как будет разъяснено. И именно Левиафан, ибо это творение — не думай, что оно подобно прочим материальным творениям, ибо дело обстоит совсем не так. Но то, что сказано, что Он «играет с Левиафаном», означает полную связь воли с этим творением. А с прочими созданиями — соответственно ступени каждого — есть связь воли. Ибо это творение в особенности, среди всех прочих созданий, предназначено для воли. Ибо человек, хотя он и избранный среди нижних существующих, — поскольку «человек для труда рождён» (Ийов 5:7), и это следует из природы человека. Ибо даже если он совершенный праведник, праведник, в том что он праведник, не пребывает в благоволении и покое; напротив, у праведников — наоборот, и Святой, благословен Он, не являет им благоволение в этом мире. И поскольку Святой, благословен Он, не являет им благоволение, нельзя сказать, что Он, благословен Он, играет с праведниками, ибо Он не являет им этого. И нет творения, предназначенного для воли, кроме Левиафана. И для понимающих известно, что Левиафан по важности и достоинству своего творения, как рассказали о нём мудрецы, благословенна их память, — он более всего подобает для связи воли в особенности. И не нужно доказательств — само имя указывает на это: он назван «Левиафан», подобно (Мишлей 1:9) «ливьят хен (венок милости) они для головы твоей и ожерелья для шеи твоей» — от слова «левая» (сопровождение) и связь, ибо это творение предназначено для того, чтобы воля была направлена к нему.

А суть игры — не что иное, как связь и соединение с вещью, и ничего другого, и потому сказали, что Он, благословен Он, играет с Левиафаном. А у человека игра — это когда его воля полностью соединяется с одной вещью. Однако у человека воля соединяется лишь с вещами, которые ему приятны, а это вещи шутливые, как сказали наши учителя, благословенна их память: «Шутка — иное дело, ибо она привлекает разум более», что показывает: разум человека не соединяется ни с чем так, как с шутливостью, ибо поскольку это шутка, разум и воля соединяются с ней более всего. Ибо постижение умопостигаемых и тому подобное трудно для человека, и ни с чем воля его не соединяется, кроме как с шутливостью и игрой. Но суть игры сама по себе — это соединение воли с одной вещью, а не шутовство само по себе. И если бы игра сама по себе была позором, это было бы весьма удивительно. Но игра — не позор сама по себе, ведь написано (Теилим 126:2): «Тогда наполнятся уста наши смехом», и значит, смех — не позор сам по себе. Лишь потому что смех человека — о вещах пустых и суетных, ибо к этому влечётся разум и воля человека, и это — великий позор. Но смех и радость сами по себе — благо, ибо они указывают на совершенство. И вот что спрашивают (Шабат 30б): написано (Коэлет 2:2) «И о радости — что она делает?», и написано (см. Коэлет 8:15) «И восхвалил я радость». Нет противоречия: одно — о радости заповеди, другое — о радости, не связанной с заповедью. То есть радость — благо, когда радость подобает сама по себе и он радуется, тогда это благо. Но когда радость — о суете и пустоте, эта радость не подобает и она суетна. И так же в этом: поскольку видели, что смех человека — это смех суеты и пустоты, полагали, что таков смысл смеха, сказанного здесь. И подобает человеку наполнить уста смехом над этими людьми, не умеющими отличить святое от будничного. И не сказали, что Он радуется с Левиафаном, ибо радость — это не полная воля к той вещи, которой радуешься, как игра, которая есть полная воля к тому, с кем играешь, как написано (Теилим 126:2): «Тогда наполнятся уста наши смехом», и пойми эти слова.

И в Гмаре сказано (Авода Зара 3б): а с тех пор как Храм разрушен и нет игры пред Ним, что Он делает? Сидит и обучает Торе детей школы. И мы уже сказали тебе, что это — со стороны принимающих, ибо со стороны мира нет игры пред Ним. И сказано, что Он сидит и обучает Торе детей школы. То есть у Господа, благословен Он, есть особая связь с существующими — в том, что Он, благословен Он, выводит разум и знание людей в действительность. И это — связь с ними, подобно связи учителя с учеником, ибо учитель весьма желает и стремится изливать ученику, как сказали (Псахим 112а): больше, чем телёнок хочет сосать, корова хочет кормить. И это разъяснено в другом месте, что изливающий более стремится изливать, чем принимающий стремится принимать, и здесь не место для этого. И пойми, почему не сказали, что Он сидит и обучает Торе взрослых: ибо малый — принимающий, и нет в нём аспекта изливающего. Но взрослый может также быть изливающим для меньшего. А Он, благословен Он, желает именно принимающего, который есть полный принимающий. И это также полная связь: когда принимающий жаждет и стремится к изливающему, чтобы получить от него, а изливающий жаждет и стремится излить. И это тайна керувим: лицо большое и лицо малое, и написано (Шмот 25:20): «И лица их — друг к другу», а дети школы — это малое лицо. И вот что сказали в трактате Йома (54а), что поднимали завесу перед пришедшими на праздник и показывали им любовь, которую Он, благословен Он, питает к Израилю, — и всё это одно. И весь этот вопрос, на который они намекнули здесь, — что у Господа, благословен Он, есть волевая связь с миром. И всё это — для опровержения мнения философствующих, которые говорили: «Оставил Господь землю» (Йехезкель 8:12) по низости и ничтожности нижнего мира. А мудрецы, благословенна их память, пришли открыть своей мудростью, что дело обстоит не так, как те думают, и этого достаточно для понимающих и знающих.