Be'er HaGolah, Well 6

Колодец шестой — воды могучие. Поднимаются всё выше и выше, и усиливаются. Покрывают холмы и вершины гор. И стал потоком, прорывающимся и выходящим во все стороны. Величественный флот и торговые корабли. Широта пределов его — не перейти. И глубин его не достигнут чужие.

Шестая жалоба — в том, что говорят, будто от мудрецов была сокрыта человеческая мудрость, то есть науки, основанные на человеческом разуме. И не то чтобы это было от них сокрыто, но они говорили о них чрезвычайно странным образом. И если бы это было так, это указывало бы на недостаток знания и отдалённость от истины. И это противоположно тому, о чём предостерегали мудрецы, как сказано в главе Хавит (Шаббат 145б): «Скажи мудрости: ты сестра моя» (Мишлей 7:4) — если дело ясно тебе, как ясно, что сестра твоя запрещена тебе, скажи его; а если нет — не говори. Вот, они предостерегали, чтобы мудрец не говорил вещи неясные, тем более — чтобы не говорил вещи странные и далёкие, которые даже на вид кажутся странными. И толкование «скажи мудрости: ты сестра моя» — слово «сестра» (ахот) от корня «соединение» (ихуй). И Писание говорит, что мудрость должна быть полностью соединена с ним, то есть совершенно ясна и несомненна, и тогда это дело находится в его разуме и сознании в полном соединении. Но вещи сомнительные, и тем более далёкие, — у них нет соединения с ним. И вот смысл «скажи мудрости: ты сестра моя» — нет большего соединения, чем с сестрой, и потому очевиден её запрет, ибо запретные связи — это ближайшие родственники человека, и потому они запрещены. И сказано: если дело близко тебе, как сестра твоя — ибо эта запретная связь наиболее близка, потому что сестра его с ним как одна плоть совершенно. Но отец и сын, или дочь — в том, что один — отец, а другой — потомок, есть различие, и они не равны. Но брат и сестра равны, потому слово «брат» и «сестра» от корня «соединение». Поэтому, если дело ясно тебе и близко тебе, как сестра твоя, которая запрещена, — скажи мудрость; а если нет — не говори. Вот, они предостерегали, чтобы не говорить вещей неясных, тем более — вещей странных и далёких от разумения человека.

А науки, о которых говорят, что мудрецы высказывались о них странно, — это естественная наука и математическая наука. И уже было разъяснено тебе, что всё, что привело их к такому мнению о мудрецах, — это то, что они нашли в словах мудрецов указание причин для природных явлений, происходящих в мире, и показалось им, что эти причины далеки от того, чтобы быть естественными причинами, и потому они сказали о них, что те были далеки от этих наук. Но истина совсем не такова, ибо мудрецы не пришли говорить о естественной причине, поскольку естественная причина мала и незначительна — это подобает естествоиспытателям или врачам, но не мудрецам. Но они, благословенна их память, говорили о причине, которую обязывает природа. И отрицающий это отрицает веру и Тору, как было разъяснено выше — что Тора сказала о знаке радуги (Берешит 9:16): «и увижу её, чтобы вспомнить завет вечный». А естествоиспытатели дали радуге естественную причину, как известно из их слов. Но дело обстоит так: причина, которую дала Тора, — это и есть причина, ибо у каждой вещи есть естественная причина, обуславливающая её, а над этой естественной причиной есть причина Божественная, и она — причина причин, и об этом говорили мудрецы. Ибо для человека — для его формы и числа его органов — есть естественная причина, и несомненно, что у этого есть естественный деятель, и тем не менее у этой причины есть Божественная причина, и о причине причин сказано (Берешит 1:27): «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его». Поэтому те, кто думают о мудрецах, будто они, благословенна их память, хотели устранить естественную причину, и потому не приняли причину, которую дали мудрецы, — это ложь. Однако и причину причин, которую дали мудрецы, они не постигли и не поняли их слов, ибо были далеки от этого. Ибо они восприняли их слова в первичном понимании, не вникая в суть истины их слов, ибо слова мудрецов сокровенны и сокрыты, и потому говорили о них дерзко. И также в причинах, которые они дали в математической науке, эти объяснения — не ближайшая причина, а причина причин.