Exodus

«И при возжигании Аароном светильников между» и т.д. Вот, наставник наш, Ари, благословенна его память (в «Ликутей Тора», на эту главу), написал здесь, что начальные буквы «эт а-нерот бейн а-арбаим» составляют «аава» (любовь) и т.д. — смотри там, по его пути в тайнах Бога нашего, благословенно Его Имя. Однако и в тайне служения сердцем воистину намёк здесь на слово «аава» (любовь) — согласно тому, что мы написали в другом месте на стих: «При возжигании тобой светильников — к лицевой стороне Меноры будут светить семь светильников». Ибо известно изречение мудрецов (Танхума, приведено в Ялкут, ремез 378) на этот стих: «Не потому, что Мне нужен свет, а для того, чтобы светить тебе» и т.д. Ибо вот, известно, что всё влияние, получаемое нами из высшего мира, — не иначе как через пробуждение снизу, сообразно мере пробуждения, поднимающегося снизу, через исполнение заповедей в мысли, речи и действии, с любовью, трепетом и радостью. Ибо если человек исполняет заповедь как заученную заповедь людей, подобно истукану, не вкладывая сердце вовсе: зачем он делает и что он делает, — а лишь потому, что привык так с юности и видел от отца своего и от знакомых своих, и идёт и делает подобно делам их без сердечного участия, и мысль его связана и прикована тогда к делам его и занятиям его из сует пустых, в которых нет никакого толку, — то вот, эта заповедь остаётся бездушной, без жизненной силы. И она — «как выкидыш, не видевший солнца» (Теилим 58:9), и остаётся внизу, на земле, и не воспаряет ввысь. Ибо «всякая заповедь, которая не совершена в трепете и любви к Господину её, не воспаряет ввысь», как сказано в «Тикуней Зоар» (Тикун 10, 25б). И мы уже говорили об этом выше, поищи там — и будет тебе приятно.

Однако когда человек зажигает в сердце своём огонь заповеди, памятуя, сколь и сколь удостоен он заслугой, которой нет предела, — совершить одну из заповедей Господа Бога его. Ведь сколь и сколь тысяч тысяч, десятков тысяч десятков тысяч миров и разрядов серафимов и ангелов, и святых хайот уповают и ожидают, и ждут: быть может, достанется им какое-либо посланничество от Царя миров, благословен Он и благословенно Имя Его. А Святой, благословен Он, оставляет всех их, ибо Он желает заповедей, совершаемых с земли и всего воинства её, дабы приблизить землю и обитателей её к Себе, одарить их сиянием благословений Своих и излить на них благо Своё, и это — не на небесах вверху. И если человек представит себе в душе своей, что великий Царь, благословен Он и благословенно Имя Его, славное и грозное, стоит над ним и видит дела его, и повелевает ему, говоря: сын мой, сделай для Меня эту вещь, и Я буду наслаждаться ею и получу отраду, — вот, как лев зарычит и как молодой лев подаст голос свой, голосом совсем не человеческим, говоря: пойду и сделаю, как повелел мне Господь Бог мой, предавая тело своё, и душу свою, и дух свой, и высшую душу свою! И не удержат его и не остановят его дождь и снег с небес, и не послушает он голоса певцов и певиц, и не удержат его ничто из того, что в доме или вне его — ни жена, ни дети, ни имущество, — и он не почувствует вовсе, что он в теле, от великой любви и вожделения, и приятного стремления, и дорогой привязанности к заповедям Господа Бога его — доставлять Ему отраду. И тем более когда он вспомнит, сколько миров он строит заповедями своими, сколько единений и сочетаний, и украшений Шхины, и единение светов Бога нашего, благословенно Его Имя, на небесах — они же Сфирот святые — единятся через заповеди его, совершаемые с любовью! Тогда несомненно запылает любовь его без предела буквально к любви Господа Бога его, и само собой падёт на него трепет и страх, когда он вспомнит великое и грозное деяние, которое он совершает сейчас на небесах небес, и сколько миров без числа стоят и ожидают, и истомятся глаза их увидеть деяние этой заповеди, которую он совершает, а он стоит среди всех них и единит их, и связывает их с Твердыней миров, благословен Он, вызывая высшие света и изобилие, и благословения для них. Несомненно, дрожь и трепет охватят его, и в ликовании и радости от того, что он удостоился сделать такое (и смотри в словах наших выше, там, где мы расширили рассуждение об этом немного иным путём, и всё — истина).

И потому, когда он зажигает в сердце своём жизненную силу и свет — любить Господа при исполнении заповедей Его и трепетать пред Ним, — так и Святой, благословен Он, зажигает навстречу ему высшие света, верхние мохин, чтобы излить на этого человека и прибавить ему света к светам и мохин к мохин без предела. И потому написал Ари, благословенна его память (в каванот Криат Шма), что слово «ве-аавта» (и возлюби) в числовом значении равно двум разам «ор» (свет). Ибо после того, как человек исполнит повелительную заповедь Криат Шма, которая есть дело самоотречения его ради Господа, Бога истины, в любви и вожделении, и дивном стремлении прилепиться к Оживляющему жизнь, благословен Он, — и он жаждет и желает всей страстью души своей к Богу выскочить и выйти из этого мутного тела и прилепиться к Источнику жизни, к светам Бога нашего, благословенно Его Имя, — только «против воли твоей ты жив» и т.д. (Авот, конец главы 4). И навстречу этому свету несомненно Святой, благословен Он, пробуждает навстречу ему высший свет — сколько этот человек сможет вместить в своей душе. И тогда эти света — свет, поднимающийся от человека наверх, и свет, нисходящий от Божества Его, благословенно Его Имя, вниз, — единятся полным и истинным единением и становятся одним, числовое значение которого — «аава» (любовь), как известно. Ибо всякий аспект любви намекает на связывание двух вещей в истинном слиянии воедино, числовое значение «аава». И потому два света намекаются в одном слове «ве-аавта», которое равно двум разам «ор» (свет), — указать на то, что два света единятся воедино в аспекте истинной любви. И потому Писание говорит там: «При возжигании тобой (бе-аалотха) светильников» — это выражение восхождения, ибо нужно зажигать, пока пламя не поднимется само собой, по толкованию Раши. То есть при зажигании светильников пламя Господне должно подниматься само собой, искрами огня, из сердца великого коэна, зажигающего светильники, — от великой приятности, нежности, привязанности и вожделения заповеди; он сам запылает в огне пламени, пожирающем вокруг, в любви к Создателю своему при исполнении заповедей Его. И тогда «к лицевой стороне Меноры будут светить семь светильников» — то есть навстречу лицевой стороне Меноры, которую внизу зажёг Аарон, будут светить навстречу ему семь верхних светильников, известных, — а это семь дней Созидания, которые суть совокупность всего мира, и через них управляются все миры изобилием светов и благословений Бога нашего, благословенно Его Имя. Ибо когда они светят, тогда нисходит изобилие на все миры, верхние и нижние, как известно. И потому Писание говорит здесь: «И при возжигании Аароном светильников между вечерами» — и отметило начальными буквами «аава» (любовь), чтобы засвидетельствовать об Аароне, святом Господа, что столь зажигал он, всё более и более, пламенем огня сердца своего, пробуждая любовь и привязанность в совершенстве деяния, в единении ради Имени Господа, — пока не вызвал своими деяниями, что высший свет пробудился навстречу ему в любви и привязанности могучей, и оба они единились в любви: свет его, который он вознёс, с высшим светом, — пока они не стали одним. И это указывает на то, что он совершил заповедь воистину, в истинности её.

И сказало Писание: «эт а-нерот» (светильники), ибо слово «эт» на первый взгляд излишне — достаточно было бы сказать: «и при возжигании Аароном нерот (светильников)», что тоже составляло бы начальные буквы «аава» (любовь). Это — чтобы включить в это также все прочие заповеди Торы, на которые намекает «эт» (ибо «эт» указывает на двадцать две буквы Торы, от алеф до тав, как известно). Ибо во всех заповедях, если человек хранит свечу Святого, благословен Он, что в сердце его, зажигая её и поднимая пламя при исполнении одной из заповедей Господа, — ведь все сыны Израиля предрасположены любить Господа, ибо душа их — часть Бога свыше. И душа называется свечой, как написано (Мишлей 20:27): «Свеча Господа — душа человека», ибо она горит и воспламеняется к Господу, чтобы вернуться в лоно Отца своего, как прежде. Только человек должен зажечь её и поднять пламя само собой. Ибо вот, если поставить ящик, полный целых незажжённых свечей, в доме, — будет в этом доме тьма и мрак, хотя стоит в нём множество свечей. А если возьмёт одну свечу и зажжёт её — осветит весь дом. Так и душа, называемая свечой: поскольку она помещена в мутное тело, — она подобна погасшей, и человек должен зажечь её и разжечь в ней свет. И также все заповеди называются свечами, по слову Писания (Мишлей 6:23): «Ибо свеча — заповедь» и т.д. Но человек должен зажечь их, чтобы они поднялись к Господу Богу их пламенем, восходящим из сердца человека. И если человек хранит свечу Святого, благословен Он, чтобы исполнять все заповеди свечой Господа — душой человека, и свечой заповеди, — тогда будет светить навстречу ему свет яркий в небесах, и свет, что внизу, единится и сливается со светом, что наверху, и делается аспектом «ве-аавта» — два раза «ор» (свет), в аспекте любви — воедино.

И потому Моше, учитель наш, в Торе своей поставил тотчас после первого стиха «Шма Исраэль» — «ве-аавта» (и возлюби) и т.д. — и не прервал единениями «Барух Шем Квод Малхуто ле-олам ва-эд» (Благословенно Имя славы Царствования Его вовеки). Чтобы указать, что тотчас, когда человек удостоится принять на себя иго Царствования Небесного в этой заповеди, в истинном единстве, единя себя со всеми своими органами ради Господа — не двигая ни одним из органов своих: ни языком и речью, и даже мыслью, и тем более действием — ни для чего, кроме заповедей Господа или дела, относящегося к Его служению, и ничего иного, — с любовью и радостью, — тогда тотчас придёт свет свыше навстречу ему, чтобы единиться с его светом, и сделается аспектом «ве-аавта» — двух этих «светов». И это было именно для Моше, для которого «трепет — малое дело» (Берахот 33б), и само собой, и любовь тоже, ибо трепет и любовь — «два друга, которые не разлучаются», и тот, кто достигает аспекта совершенного чистого трепета, — несомненно обретает там и аспект любви, как известно. И потому он поставил тотчас после «Шма Исраэль» — «ве-аавта», ибо тотчас свет свыше — навстречу ему. Однако Яаков, отец наш, в поколении своём — для которых это не было малым делом, и тем более это было до дарования Торы и ещё не было тогда полного единения наверху ни разу, как известно, — они нуждались в пробуждении любви также от аспекта единения «Барух Шем Квод Малхуто ле-олам ва-эд», которое есть аспект единения Дочери Царя, которая «ощутила запах горшка» — благой аромат от аспекта единения «Шма Исраэль» — и желала насладиться также от этого полного единения. Потому Яаков ввёл его рядом с единением, чтобы и она была в сообществе с ним, в соучастии светов вместе. И потому мы произносим его шёпотом: поскольку Моше уже не произносил его после дарования нашей Торы, а мы воистину нуждаемся в этом, — потому произносим шёпотом, чтобы перерыв от заповеди единения Криат Шма до «ве-аавта» не был столь заметен.