Exodus

«И пришли мужчины вместе с женщинами» и т.д. Выражение «вместе с женщинами» (аль а-нашим) на первый взгляд непонятно, и см. у Раши, благословенна его память. Представляется, согласно тому, что написал Рамбам, благословенна его память (в конце Законов о запрещённом для жертвенника), после того как перечислил там девять видов масла, приносимого для Меноры и для хлебных приношений. И вот его слова: «Годится для Меноры лишь первый и четвёртый и т.д., но для хлебных приношений все годятся. И если все годятся для хлебных приношений, зачем они перечислены? Чтобы знать наилучшее, выше которого нет, и среднее, и низшее. Желающий приобрести себе заслугу пусть подавит злое начало своё, расширит руку свою и принесёт жертву свою из наилучшего и отборнейшего в том виде, из которого приносит. Ведь сказано в Торе: «И Эвель тоже принёс от первенцев стада своего и от тука их, и обратил Г-сподь внимание на Эвеля и на дар его» (Берешит 4:4). И тот же закон для всякой вещи, посвящённой доброму Б-гу, — чтобы была из красивого и хорошего. Если построил дом молитвы — пусть будет красивее дома его жилища. Накормил голодного — пусть накормит из лучшего и сладкого, что на столе его. Одел нагого — пусть оденет из красивейшего в одежде его. Посвятил нечто — пусть посвятит из лучшего в имуществе своём. И так сказано: «Весь тук — Г-споду» (Ваикра 3:16)», — конец его прекрасных слов.

И вот, известно, что самое сильное и крепкое из всех желаний и привязанностей человека — это любовь и влечение к жене его. Во-первых, потому что так установил Призывающий от начала — быть им обоим одной плотью, и они буквально одно тело; и может ли прийти на ум, что один член отделится частью от себя или возненавидит часть свою? И также это влечение — самое трудное из всех влечений мира, как написал отец мудрецов, святой наставник наш Рамбам, благословенна его память (глава 22 Законов о запрещённых связях, галаха 18). И если жена нехороша, тогда, упаси Б-же, она восстанет на мужа к всякому греху и всякому прегрешению и удержит его от многих заповедей, и невозможно ему отделиться от неё. В особенности в заповеди благотворительности — известно, как мужчина удерживает себя от этой заповеди из-за жены своей. И раздор в доме тяжелее всего на свете, и тем более если человек захочет взять утварь дома и отдать кому-либо — несомненно, это будет очень тяжело для него. И женщина скупа глазами, даже самая достойная из достойных. А сам по себе он, возможно, и дал бы, но не может из-за досады дочери. И тем более если человек захочет взять у жены своей украшения её — из серебра, золота, драгоценных камней и жемчугов — чтобы отдать их на пожертвование, — не знаю, хвалился ли этим кто-либо когда-либо, и тем более в народе Израиля в целом. Ибо помимо того, что она не отдаст их ему, он и сам не захочет лишить жену свою украшений, чтобы отдать их на благотворительность, тем более среди простого народа. И он обязан обеспечить ей украшения по законам Торы, и сказали мудрецы (Йевамот 62б): «Любящий жену свою как самого себя и почитающий её более себя — о нём Писание говорит: „Тогда воззовёшь, и Г-сподь ответит"» и т.д. (Йешаяу 58:9).

И здесь Писание свидетельствует, что поскольку закон Торы таков — что весь тук Г-споду, и человек обязан выбирать из отборнейшего во всём, что у него есть, чтобы принести в дом сокровищницы Г-спода, и даже дом молитвы должен быть красивее его жилища, — тем более когда услышали, что великий и грозный Б-г желает оставить все миры, верхние и нижние, и желает обитать возле них на нижней земле, в пустыне, в доме, который построят Ему, — из-за великой привязанности и любви, ибо любит их более всего. Вот, как вода отражает лицо — лицу, зажгло и воспламенило огонь святости, искры огня — пламя Г-спода, — любовь к Г-споду, чтобы приготовить Ему место обитания возле них. До того, что оставили всё, что у них — в доме и вне его, и совершенно не слушали голос жены, детей, тела и имущества, из всех желанных вещей мира, ибо пылало и томилось сердце их — любить Г-спода всей душой своей и всем достоянием своим, без какого-либо препятствия.

И поэтому «пришли мужчины вместе с женщинами». Толкование: то, что было на женщинах — украшения, принадлежащие им, — и не спросил и не говорил с ней, желает ли она этого или нет, ибо огонь пылал в нём от любви до такой степени, что он совершенно не прислушивался, скажет ли она что-либо или нет. И тотчас «каждый, чьё сердце побуждало его, принёс браслеты, серьги, перстни и подвески» — всё это вещи драгоценные из украшений женщины, любимые в глазах каждого. И всё это принесли потому, что это приношение Г-споду, которое должно быть из любимого и отборного. И тем более для предмета, в котором Г-сподь будет обитать, — несомненно, он должен быть достойным, наилучшим, любимым, красивым и прекрасным. И поэтому «каждый, кто совершал возношение золота, и каждый, кто возносил приношение серебра и меди». Толкование: хотя серебро не столь достойно, как золото, всё же, поскольку оно было необходимо для работы, он возносил приношение серебра, — то есть искал возвышенную и ценную вещь из серебра, всё для того, чтобы воздать честь, почёт и величие предмету, в котором будет обитать Г-сподь, и т.д. — до «всей работы, которую заповедал Г-сподь делать», ибо заповедал Г-сподь обитать в творении рук человеческих. И ради этой привязанности отдали всё, что нашлось у них, ибо это дело было чудом в глазах Израиля — что Г-сподь будет обитать возле них на земле. И увидев, что Г-сподь избрал их, принесли ради этого дар Г-споду с влечением души и с добрым сердцем, ибо это для Г-спода, величию Которого нет оценки. И также для них это считалось великим даром, великим подарком и великой милостью — то, что Он принимает от них такие вещи, чтобы обитать в них. И во время принесения думали в сердце своём с безмерной радостью, говоря: «Вот это — дар Г-споду». И воистину — благотворительность, и дар, и милость это для нас, по великому множеству милосердия Его, как сказано.

И поэтому пожертвование на Скинию было исправлением за изготовление тельца, как сказали мудрецы, благословенна их память (в Ялкут Пкудей, ремез 424). Ибо при изготовлении тельца, хотя, несомненно, влечение было велико и пылало в них безмерно от вожделения злого начала к идолопоклонству, — всё же они принесли лишь свои собственные серьги. А серьги жён своих не принесли, ибо те не хотели отдать, и оставили их им, и не взяли из рук их насильно, против их воли, — ибо влечение к жёнам было сильнее в их сердцах. А здесь, для пожертвования на Скинию, так пылала в их сердцах любовь к Г-споду, что они принесли то, что было на женщинах, и совершенно не спрашивали, желают ли те. И по всей вероятности, не могло не оказаться хотя бы у одного из Израиля, что жена его не захочет отдать украшения свои, — ибо в любом случае глаза её скупы, даже самая достойная из достойных. И кто нам больше Сары-праведницы, о которой мудрецы, благословенна их память, сказали (Бава Мециа 87а) то же. И тем не менее они совершенно не обращали внимания, а приносили браслеты, серьги и подвески — украшения жён своих, и отдали их для Скинии Г-спода. И поэтому Г-сподь принял благосклонно дело рук их, чтобы искупить грех их, и явилась слава Г-спода всему народу.

«И каждый, кто совершал возношение золота Г-споду». Толкование: он совершал возношение просто золота, и не измерял его, и не взвешивал, чтобы сказать: «Быть может, оно очень тяжело на весах», — ибо настолько делал это с любовью, как поступают великие жертвователи, которые не берут по счёту и по весу, а наполняют руку свою от благословения Г-спода. И когда он возносил возношение золота в руке своей — так и отдавал всё целиком Г-споду и не оставлял себе из него ничего.