Genesis

«И назвал Бог свет днём». Мы уже писали об этом стихе подробно в нашей книге «Сидуро шель Шабат» (Второй корень, ветвь 2), а здесь изложим кратко. Ибо сказали наши мудрецы, благословенна их память (Хагига 12а): «Свет, который сотворил Святой, благословен Он, в первый день, — человек созерцал и видел от края мира до края его. Когда увидел, что мир недостоин этого света, — встал и сокрыл его для праведников в будущем мире». Вот, этот свет служил лишь один день. И вот, в обычае мира давать людям дополнительные имена (прозвища), дабы можно было узнать того человека по его приметам. Ибо много людей можно найти с одним и тем же именем, и чем же узнать, о каком человеке идёт речь? А когда дают ему дополнительное имя, присущее только ему, — этим он становится узнаваем, что речь идёт именно о нём. И мы находим в Гемаре (там же, 5б), что того ученика называли «бар бей рав де-хад йома» (ученик одного дня) — то есть давали ему прозвище, дабы узнавать его по его приметам — «ученик одного дня». И подобно этому, этот великий свет, которым человек созерцал и т.д., — Святой, благословен Он, отметил его похвалой, назвав тот свет «днём» (йом), то есть свет, который служил лишь один день. И он есть «свет одного дня» (ор йом эхад). И вот — «и назвал Бог свет днём», то есть назвал этот свет «днём», дабы отметить его приметой, что он служил лишь один день.

И возможно, таков смысл стиха (Шмот 14:30): «И спас Господь в тот день (ба-йом а-у)». Ибо все явные чудеса и удивительные знамения, видимые глазами всех, совершались посредством этого света, как разъяснено в Зоар а-Кадош (Эмор 88а) — смотри там. И рассечение моря, которое было явным и удивительным чудом, несомненно происходило от этого сокрытого света, «посредством которого Имя Святого, благословен Он, становится известным от края мира до края его». И вот — «и спас Господь в тот день (ба-йом а-у)», то есть великое спасение произошло посредством света того самого дня — того, который Святой, благословен Он, назвал «днём» по причине, которая была разъяснена.

«И был вечер, и было утро — день один». На первый взгляд, это противоречит сказанному ранее: «И назвал Бог свет днём, а тьму назвал ночью», а здесь Он сделал из тьмы свет, назвав вечер днём. И представляется объяснить это, предварив толкованием высказывания наших мудрецов, благословенна их память (Берешит Раба 2:5): «Рабби Авау сказал: от начала сотворения мира Святой, благословен Он, предвидел деяния праведников и деяния нечестивцев» и т.д. «'И земля была тоу и воу' — это деяния нечестивцев. 'И сказал Бог: да будет свет' — это деяния праведников. Но я не знаю, в каких из них Он желает — в деяниях тех или в деяниях этих. Когда же написано: 'И увидел Бог свет, что он хорош' — следовательно, в деяниях праведников Он желает и не желает в деяниях нечестивцев». И это удивительно для всякого, кто видит: неужели может прийти на ум, что Святой, благословен Он, желает деяний нечестивца, что пришлось сказать: «не желает в деяниях нечестивцев»? И неужели для этого нужно было творить мир, чтобы, упаси Боже, они восставали против Него и нарушали Его волю? Это поразительно!

И мы уже разъясняли это высказывание в нашем труде «Сидуро шель Шабат» (Шестой корень, ветвь 1 и во второй части, путь 3, глава 1). И здесь мы разъясним его на основании сказанного нашими мудрецами, благословенна их память (Авот 5:1): «Десятью речениями был сотворён мир. И к чему это [Писание] учит? Ведь одним речением он мог быть сотворён! Но дабы воздать доброй наградой праведникам, которые поддерживают мир, сотворённый десятью речениями, и взыскать с нечестивцев, которые губят мир, сотворённый десятью речениями». И вот, их слова «дабы воздать доброй наградой праведникам» — несомненно верны и правильны, ибо Он желает милости, и главная цель сотворения мира состояла в том, чтобы облагодетельствовать Свои творения, и Он сотворил его намеренно десятью речениями, дабы умножить их награду вдесятеро. Однако «взыскать с нечестивцев» — на первый взгляд, не подобает говорить подобное о Владыке истинной милости, что Он сотворил мир ради того десятью речениями, чтобы бить нечестивцев в десять раз сильнее. Также необходимо понять слова Писания (Йешаяу 45:7): «Творящий свет и создающий тьму, устанавливающий мир и создающий зло; Я, Господь, делаю всё это». На первый взгляд, удивительно, что Святой, благословен Он, прославляет Себя сотворением тьмы и зла. И известно высказывание наших мудрецов, благословенна их память (Берешит Раба 3:6): «Сказал рабби Элазар: никогда Святой, благословен Он, не сочетает Своё Имя с дурным, а лишь с добрым: 'И назвал Бог (Элоким) свет днём, а тьму назвал ночью' — не написано 'назвал Бог (Элоким) ночью', но 'назвал ночью'» и т.д. А здесь прямо сказано: «Я, Господь, делаю всё это».

И мы скажем об этом четырьмя способами, дабы разъяснить, как сотворение тьмы и зла было путём истинного добра и истинной милости от Творца мира, благословен Он. Первый способ таков: всё сотворение тьмы и зла подобно тому, как человек пугает своего сына розгой, которая в его руке, дабы сын исполнял его волю. И если сын исполняет его волю, удар розги не обрушивается на него. И всё то, что отец берёт розгу и показывает её, дабы устрашить его, — намерение его никоим образом не в том, чтобы бить его розгой, но намерение его, напротив, — чтобы не было нужды бить его: пусть сын увидит розгу в его руке и исполнит волю отца, и убоится нарушить его волю, и не будет нужды возлагать на него «жезл нечестия» (Теилим 125:3). И получается, что изначальное изготовление розги и то, что он показывает её сыну, — всё это полная милость (хесед) без какой-либо примеси суда, ибо всё это он делает, дабы не наказывать сына. Точно так же — воля Творца нашего, благословен Он и благословенно Имя Его, в том, что Он сотворил меру суда (мидат а-дин) и зло в мире, — дабы трепетали пред Ним. И так пусть поступают, чтобы от этой меры вовсе не пришлось к ним прибегать. И об этом сказано в Писании (Коелет 3:14): «И Бог (Элоким) сделал, дабы трепетали пред Ним» — то есть для этого Он сделал и сотворил Элоким (меру суда) и тьму в мире — лишь для того, чтобы трепетали пред Ним, то есть чтобы трепетали перед судом прежде, чем он обрушится на них, и исполняли Его волю благодаря этому, и служили Ему в трепете и страхе, дабы получить всё добро от Него. Ибо «Он желает милости» (Миха 7:18) — желание Его лишь в милости, а не в суде вовсе, и Он не сотворил в мире меру суда, дабы наказывать ею, — упаси Боже говорить подобное, — но лишь дабы через это снизошло всё добро и благословение на главу Израиля.

Второй [способ]: согласно тому, что разъяснено в Зоар а-Кадош (Ваикра 47а), и вот его слова: «Приди и узри тайну сего: не сияет мудрость высшая и не озаряется иначе, как благодаря глупости, пробуждающейся со стороны другой (ситра ахра). И если бы не это свечение, не была бы видна польза мудрости. Именно благодаря глупости мудрость сияет ещё более» и т.д. «И так же внизу: если бы не было глупости в мире, не было бы мудрости в мире. Именно это [имел в виду] рав Амнуна Саба: когда товарищи учились у него тайнам мудрости, он располагал перед ними главы о глупых делах, дабы приходила польза мудрости через них, ибо это украшение мудрости и слава мудрости» и т.д. «'Как превосходство света над тьмой' (Коелет 2:13) — польза света приходит лишь из тьмы. И украшение белого — чем оно является? Чёрным. Если бы не чёрное, не было бы узнаваемо белое, и благодаря чёрному белое возвышается и почитается. Сказал рабби Ицхак: притча о сладком и горьком. Не узнает человек вкуса сладкого, пока не попробует горького. Кто делает это сладкое [сладким]? — Скажешь: это горькое» и т.д.

И об этом сказано в Сефер Йецира (глава 6): «Добро испытывает зло, и зло испытывает добро». И «мавхин» (испытывает) означает «укрепляет», как сказано (Йешаяу 32:14): «офель у-вохан» (башня и укрепление). Так зло укрепляет добро, ибо если бы не было зла в мире, чем бы было узнаваемо качество добра? И если бы не было в мире тьмы вовсе, чем бы было узнаваемо благо света в мире? И не узнаётся превосходство света иначе, как из тьмы, ибо «не узнает человек вкуса сладкого, пока не попробует горького. Кто делает сладкое [сладким]? — Скажешь: горькое». Поэтому «отделил Бог свет от тьмы» и установил этому его пределы днём, а тому — его пределы ночью. На первый взгляд, чего бы недоставало Писанию, если бы Святой, благословен Он, сказал «да будет свет», и так и сделалось — «и стал свет», — чтобы этот свет пребывал постоянно в мире, освещая землю и живущих на ней, и зачем Он оставил ещё тьму в мире? Но «польза света приходит лишь из тьмы», и когда нет тьмы вовсе, благо света ни в чём не узнаваемо, как сказано. И получается, что лишь для этой цели сотворил Святой, благословен Он, зло и тьму в мире — дабы было сначала тьма, а затем свет, дабы было узнаваемо благо света и добра.

Третий [способ]: согласно тому, что сказали наши мудрецы, благословенна их память (Берешит Раба 9:8), на стих «и вот — хорошо весьма (тов меод)»: «тов» (хорошо) — это мера добра, «меод» (весьма) — это мера страданий (мидат а-йисурин)». Чтобы понять, как мера страданий — это «хорошо весьма», скажем так: известно, что главная цель сотворения мира состояла в том, чтобы облагодетельствовать Его творения. И хотя ещё до творения души были высечены из-под Престола Славы и питались сиянием Шхины, и, таким образом, и там Он делал им великое добро, — однако это не совершенное благодеяние, ибо «тот, кто ест не своё, стыдится смотреть в лицо [дающему]», и это называется «хлеб стыда» (наама де-кисуфа) (Иерусалимский Талмуд, Орла, глава 1, закон 3). Поэтому Он сотворил мир, дабы человек трудился совершенным служением, за которое подобает дать ему добрую и обильную награду, превосходящее великое добро, сокрытое за его труд, — и тогда благодеяние будет совершенным, не путём «хлеба стыда», как известно из слов Ари, благословенна его память.

Однако есть ещё один аспект благодеяния, больший, чем этот. Ибо вот этот аспект: когда человек будет совершенным праведником с юности и не согрешит вовсе и будет делать добро, — тогда его душа вернётся в мире, очищенная, как при входе, так и при выходе, на то место, откуда она была взята, и там будет питаться сиянием Шхины, как прежде или даже более. Только это не будет «хлебом стыда», ибо это — плата за её труд, и ей воздаётся полной наградой.

Однако порой его душа вознесётся ещё более, с возвышением и силой, ввысь, гораздо выше, чем она была до прихода в мир, по пути сказанного нашими мудрецами, благословенна их память (Санхедрин 99а): «На месте, где стоят обладатели тшувы (покаяния), совершенные праведники не могут стоять». И причина такова: когда человек грешит, он падает со своей ступени сообразно тяжести своего греха, и порой попадает под власть клипот и ситра ахра, как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Авода Зара 5а): «Всякий, кто совершает одно преступление, — оно обвивает его и ведёт его ко дню суда. Рабби Элиэзер говорит: оно привязано к нему, как собака» и т.д. И когда он удостаивается затем вернуться в тшуве пред Творцом своим, он поднимается из-под их власти с великой силой и становится подобен птице, вырвавшейся из сети ловца. Тогда, в миг избавления из сети, она взлетает с великой силой ввысь и парит, поднимаясь до самого сердца небес от великой радости и усилия, что спаслась из ловушки.

И так же человек: когда он обращает свой разум и сердце на то, что оказался под властью зла и ситра ахра, лицо его наполняется стыдом и позором пред Царём царей царей — Святым, благословен Он, — и не осмеливается поднести пищу ко рту своему, и тело его наполняется ужасом, дрожью и великим трепетом. Ибо двойное зло он совершил: оставил Царя мира и стал искать грязные нечистоты, которые человеку не подобает нести. И когда сердце его содрогнётся от этого в совершенстве, тотчас возгорится в нём огонь — вернуться и покаяться, вновь войти под власть Творца своего и укрыться в тени крыл Шхины. И тогда, от великого стыда, он убегает до самого сердца небес и тотчас отдаёт душу свою Господу в совершенстве любви и трепета, и связывает и прилепляет себя к Царю Славы узами крепкими и мощными, которые не поколеблются вовеки.

Поэтому сказали наши мудрецы, благословенна их память (Йома 86а): «Велика тшува, ибо она достигает Престола Славы». Ибо от великого стремления бежать из-под власти ситра ахра он вырывает сердце своё и все свои желания с великой силой и крепкой рукой и отдаёт их все любви к истинному Богу. И он взлетает любовью своего сердца, любовью мощной и удивительной, безмерной и бесценной, изо всех сил и всей своей мочи. И тотчас принимает на себя страдания и умерщвление плоти, и посты, или усердное постоянное учение, и Двекут (прилепление) к Божественному в молитве и добрых делах. И силой совершенной искренности его сердца, ибо его душа жаждет связаться со Скалой Израиля, — она поднимается и достигает Престола Славы Его, благословенно Имя Его. Ибо «мир, мир далёкому и близкому» (Йешаяу 57:19) — «далёкому» сначала, а затем «близкому», как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Брахот 34б). Ибо мало того, что он извлекает свою душу из-под власти клипот, — он также извлекает из их уст другие святые искры, которые были погружены в те самые клипот, в которых он был затоплен. И при его выходе из-под их власти с ним поднимается и «колесница, и всадники — стан весьма великий» из святых искр, которые были в них, ибо «нашёл вид свой вид, и пробудился», и все святые искры прилепляются и присоединяются к нему, дабы подняться с ним в лоно Отца их.

И известно, что приближение далёких, которые удалились от света лица Его, благословен Он, — весьма ценно и возвышенно в Его глазах. Поэтому обладатель тшувы называется любимым, желанным, близким и другом, и он совершает заповеди, и их принимают с удовольствием и радостью, и более того — к ним стремятся, как сказано у Рамбама (глава 7 законов тшувы, закон 6). «И на месте, где стоят обладатели тшувы, совершенные праведники не могут стоять». И всё это потому, что он взлетает с великой силой, пламенем огня, к Всевышнему Богу, обладателю неба и земли, и достигает Престола Славы Его. И посредством него поднимаются многие и многие из святых искр, которые были внутри клипот, в которые он был погружён прежде. И Святой, благословен Он, даёт ему мир первому, а затем — близкому. И это аспект «сзади и спереди Ты объемлешь меня» (Теилим 139:5) — посредством аспекта «сзади» (ахор), когда он удалился от лица Его, благословен Он, он поднимается и достигает «дней древних» (йемей кедем) — высочайших высот.

Вот перед тобой третий аспект блага от зла в мире: посредством него душа возвышается с ещё большим превосходством и силой, чем до нисхождения в этот мир, — благодаря тому, что она взлетает с великой силой ввысь, как сказано, а также благодаря страданиям, которые он принял на себя за свои грехи.

И узри, что сказали наши мудрецы, благословенна их память (Брахот 5а): «Три добрых дара дал Святой, благословен Он, Израилю, и все они были даны лишь через страдания: Тора, Земля Израиля и мир грядущий (олам а-ба). Тора — откуда?..» и т.д. «...Мир грядущий — откуда? Ибо написано (Мишлей 6:23): 'И путь жизни — наставление поучением'». И Раши объясняет: жизнь мира грядущего обретает человек через наставление поучением. Вот перед тобой: страдания, которые суть из аспекта зла, на самом деле являются великим благом — дать ему жизнь в день, который весь долог. И сколь верны слова их (Берешит Раба 9:8): «'Хорошо весьма' — это мера страданий», ибо посредством неё человек наследует мир грядущий. Все страдания этого мира не стоят даже одного часа душевного покоя в мире грядущем. Но Господь — Он добр и творит добро всем, давая Своему народу в наследие благо мира грядущего за страдания мира этого.

Четвёртый аспект блага от зла в мире — следующим образом. Ибо известно, что нет радости, удовольствия и наслаждения в мире, среди всех вожделений мира сего, или сладости и приятности дружества мира грядущего — таких, как когда удостаивается человек, живущий на земле, чтобы Имя Небес освятилось через него (кидуш а-Шем). И человек из Израиля, который вкусил желание и страсть эту в своей душе и удостоился удивительной ступени, чтобы Имя Святого, благословен Он, освятилось через него на земле, — несомненно, все двести сорок восемь органов его и триста шестьдесят пять жил его, и дух его, и душа его, что внутри него, — все они будут благодарить, восхвалять, прославлять и превозносить со всей мощью и силой, изо всех сил и возможностей, сколько могут вместить, во множестве благодарений и хвалений Царю Славы, за то, что Он удостоил его этой ступени — чтобы через него стало известно, возвеличилось и прославилось великое Имя Его в мире. И всё сердце его, и сущность его, и всё, что в нём, наполнится радостью, наслаждением и удовольствием бесконечным, ибо нет ничего в мире более великого, чем это.

И в этом вся возвышенность святых Праотцев — что через них стало известно и освятилось великое Имя Его в мире, который Он сотворил. Как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Берешит Раба 59:8), на стих (Берешит 24:3): «И заклинаю тебя Господом, Богом небес и Богом земли». Сказал рабби Пинхас: пока я не сделал Его известным творениям — Он «Бог небес»; когда же я сделал Его известным творениям — и «Бог земли». И вот, сказали наши мудрецы, благословенна их память (Мехильта, приводится у Раши, Бешалах, на стих «и прославлюсь через Паро»), и вот их слова: «Когда Святой, благословен Он, взыскивает с нечестивцев, Имя Его возвеличивается и прославляется, и так говорится» и т.д. «...'Познан Господь — суд вершит' (Теилим 9:17)». И ещё сказали (Шмот Раба 7:4) в таких словах: «Подобно тому, как хвала Святому, благословен Он, возносится из Ган Эдена из уст праведников, так же возносится из Геинома из уст нечестивцев» и т.д. «Что они говорят? — Справедливо Ты нас судил» и т.д.

Вот перед тобой четыре аспекта в сотворении суда, тьмы и зла в мире — и все они суть истинные милости (хасадим) в полном смысле. Поэтому верно их высказывание (Авот 5:1): «Взыскать с нечестивцев» — ибо это конечное благо для них: либо они удостоятся через это жизни мира грядущего, либо через это освятится Его Имя, и, несомненно, их награда не будет умалена. И помимо этого, нет большего блага, чем это, как сказано. И вот, сказали наши мудрецы, благословенна их память (приводится у Раши на Эйха), на стих (Эйха 3:38): «Из уст Всевышнего не исходят бедствия и благо». Сказал рабби Йоханан: со дня, когда Святой, благословен Он, сказал «смотри, Я положил пред вами сегодня жизнь и добро» и т.д. — не исходят из уст Его ни зло, ни добро; но зло приходит само к делающим зло, а добро — к делающим добро.

И из этого мы придём к разъяснению упомянутого выше высказывания: «от начала сотворения мира предвидел Святой, благословен Он, деяния праведников» и т.д. Ибо сказали наши мудрецы, благословенна их память (Ялкут Теилим 104): «Сказал рабби Ханина: мир не был достоин пользоваться кедрами. И зачем они были сотворены? — Ради Храма (Бейт а-Микдаш). Как написано (Теилим 104:16): 'Насытятся деревья Господа, кедры Леванона'» и т.д. И так же всякое благо, приходящее в мир, — главным образом оно приходит ради добра, которое есть в мире и которое достойно его, а попутно им пользуется весь мир. И наоборот: когда зло, упаси Боже, приходит в мир, — главным образом оно приходит для делающих зло, но порой через них достигает и праведников, ибо поступок нечестивцев — ибо встреча с ним пагубна, и нужно остерегаться его, дабы не показываться наружу, как известно из слов Зоар а-Кадош. Поэтому они сказали: «от начала сотворения» и т.д. То есть мы видим из этих стихов, что, несомненно, Святой, благословен Он, предвидел в начале творения деяния тех и других. Ибо «земля была тоу и воу — это деяния нечестивцев». То есть для чего было сотворение тьмы и зла в мире? Разве Господь желает, упаси Боже, затемнить глаза творений или причинить им зло? Ведь «Он желает милости» и Он Владыка истинной милости! Но, несомненно, «это деяния нечестивцев» — поскольку Он предвидел, что будут дурные деяния в мире через то, что свобода выбора дана в руки человека, для этого было сотворение тьмы и зла, и всё это по милости доброго и совершенного Бога, как мы разъяснили четырьмя различными способами, приведёнными выше. «И сказал Бог: да будет свет — это деяния праведников». То есть Он сотворил свет лишь потому, что предвидел деяния праведников и пожелал осветить их от Своего блага. И попутно — «свеча для одного — свеча для ста», и пользуется им весь мир.

И об этом сказано в Писании (Мишлей 10:25): «А праведник — основа мира». Ибо все блага, поддерживающие существование мира, — то, что «утвердится вселенная, не поколеблется» (Теилим 93:1), и то, что освещает землю и живущих на ней, и все блага, совершаемые для мира в целом каждый день, как сказано, «и в благости Своей обновляет каждый день постоянно деяние Берешит» — всё это ради праведников, которые в нём, а попутно наслаждается этим весь мир. И вот — «Воссиял во тьме свет для прямых» (Теилим 112:4), то есть то, что во тьме воссиял свет, — всё ради прямых, которые будут в мире. И вот — «Свет посеян для праведника» (Теилим 97:11): свет посеян лишь для праведников, и через них наслаждается весь мир. Но великий свет, сотворённый в первый день, — поскольку человек созерцал и видел от края мира до края его, — мир не был достоин пользоваться им даже попутно благодаря праведникам, ибо свет его был слишком велик. Поэтому Он сокрыл его для праведников в будущем мире, когда в мире будут лишь праведники, и им подобает пользоваться им.

И далее сказано: «Но я не знаю, в каких из них Он желает». Поскольку и зло, достигающее делающих зло, — великое благо для них, подобно добру для праведников, и хвала Его возносится от деяний нечестивцев так же, как от праведников, — можно было бы сказать, что и в этих Господь желает, и это тоже входит в понятие «облагодетельствовать Свои творения» — то, что Он благодетельствует им через зло. «Когда же написано: 'И увидел Бог свет, что он хорош' — следовательно, в деяниях праведников Он желает и не желает в деяниях нечестивцев». Ибо «да не будет у Бога нечестия» (Ийов 34:10), то есть упаси Боже сказать, что Он желает нечестия народа, дабы делать им добро через зло — не в этом желание Господа, ибо «ни от жала твоего, ни от мёда твоего». Главное желание Господа в сотворении тьмы и зла состояло лишь в том, чтобы через них было узнаваемо благо света и добра, достигающего праведников, в аспекте «превосходство света над тьмой» (Коелет 2:13), ибо «польза света приходит лишь из тьмы», и «зло испытывает (укрепляет) добро», как прекрасно изложено в словах Зоар а-Кадош, приведённых выше.

Поэтому Святой, благословен Он, прославил Себя аспектом тьмы и зла и сказал (Йешаяу 45:7): «Творящий свет и создающий тьму, устанавливающий мир и создающий зло; Я, Господь, делаю всё это». Ибо если бы не было тьмы, человек не знал бы вовсе, что свет — это благо для мира, ибо «не узнает человек вкуса сладкого, пока не попробует горького», как сказано. Но это — лишь когда Он упоминает тьму вместе со светом; тогда Он сочетает Своё Имя с обоими вместе, ибо вместе они составляют истинное благо. Но не так, когда тьма упоминается отдельно — тогда Он не сочетает Своё Имя с ней, ибо сама по себе она есть аспект зла, только она «испытывает» (выявляет) добро. И не подобает Владыке истинной милости сочетать Своё Имя с дурным, и пойми. Поэтому Писание сказало:

«И был вечер, и было утро — день один». Смысл: хотя Бог отделил свет от тьмы и установил этому его пределы днём, а тому — его пределы ночью, тем не менее из обоих вместе составился один целый день. И день без ночи, хотя он весь — свет, не обладает совершенством, ибо ему недостаёт ночи, и нет в нём цельности и полноты. Лишь когда он вместе с ночью, ибо «украшение белого — что это? Чёрное. Если бы не чёрное, не было бы узнаваемо белое, и благодаря чёрному белое возвышается и почитается», как сказано в Зоар а-Кадош (Ваикра 47а), приведённом выше. И верно, что «назвал Бог свет днём», но не «днём одним», то есть не целым днём. День не называется целым иначе как вместе с ночью. И сама ночь обрела своё имя — называться «днём», когда она вместе со светом «дня». Ибо оба они вместе — это и есть день и истинное благо, как сказано. И поскольку тьма для нечестивцев в основе своей построена на стороне истинной милости и является полным благом для них, подобно благу для праведников, и хвала Святому, благословен Он, возносится от неё так же, как от деяний праведников, — на неё тоже распространяется имя «день», чтобы называться «днём одним» вместе со светом, поскольку в основе своей она является светом на том месте, где она находится.

Но добрый Царь, творящий добро, не желает ни зла его, ни блага его (от зла), ибо «Он желает милости» — полной милости без какой-либо примеси чего-то иного: благо для Небес и благо для творений, без каких-либо страданий этого мира и мира грядущего. Лишь иногда совершенным праведникам — «кого любит Господь, того наставляет» (Мишлей 3:12), дабы вознести их души высоко-высоко. Ибо «Господь испытывает праведного» (Теилим 11:5), и Он «испытывает сердца и утробы» (Теилим 7:10). Когда Всевышний Бог, благословен Он, знает, что этот праведник принимает их с совершенной любовью поистине, поскольку он ясно знает, что это великое и могучее благо от Царя миров, благословен Он и благословенно Имя Его, дабы удостоить его и облагодетельствовать его в конце. И все страдания этого мира — ничто и пустота в его глазах перед волей Творца его, Царя царей царей — Святого, благословен Он, — Который посылает ему эти страдания. И всё сердце его и сущность его полны радости и удовольствия, великой силы и веселья, тем, что он видит в этом любовь Святого, благословен Он, к нему, Который наставляет его без какого-либо греха, лишь чтобы вознести его на десять ступеней ввысь, выше и выше. И он хвалит, восхваляет и прославляет Царя Славы, Который обращает Свой Промысел и внимание к нему с великой любовью. Вот, для него это поистине благо и свет, и «ночь как день светит перед ним, как тьма — так и свет» (Теилим 139:12). И в этом — «Господь пожелал поразить его болезнью» (Йешаяу 53:10) — Господь пожелал этого, потому что для него это поистине свет, в любви, радости и душевном покое.

Но всякие страдания, приходящие за грех малый или великий, — хотя они суть великое благо на стороне милости и истины, — Господь не желает этого. Притча гласит: говорят пчеле: «ни жала твоего, ни мёда твоего». И также когда [страдания] приходят за грех, невозможно представить, чтобы человек принимал их с полной любовью и радостью, ибо он говорит в сердце своём: я сам навлёк на себя это, и лучше бы я не грешил и не получил бы этих страданий. И как только они для него — не как свет в буквальном смысле, это не называется полной милостью (хесед) со всех сторон, а «Господь желает милости».

Поэтому сказали наши мудрецы, благословенна их память (Брахот 5б): «Рабби Хия бар Аба заболел. Пришёл к нему рабби Йоханан. Сказал ему: дороги ли тебе страдания? Сказал ему: ни они, ни их награда. Сказал ему: дай мне руку. Дал ему руку, и тот поднял его». Ибо он спросил его, дороги ли ему страдания — принимает ли он их с расположением и любовью, как сам свет в буквальном смысле. И тот ответил: ни они, ни их награда, ибо они вызывали отмену изучения Торы, как объясняет Маарша там. И настолько сильна была в его сердце любовь и страсть к Торе, что он не желал даже награды мира грядущего, то есть вознесения его души ввысь для наслаждения сиянием Шхины посредством этих страданий, ибо его душа жаждала Господа — размышлять над Торой Его день и ночь лишь ради Имени Господа поистине, дабы доставить Ему удовольствие. И он отказывался от награды и наслаждения мира грядущего ради этого, ибо его душа жаждала Господа — доставить Ему удовольствие всей мощью и силой.

Поэтому он сказал ему: «Дай мне руку». Тот дал ему руку, и он поднял его. Ибо известно, что соединение двух рук одной с другой означает соединение десяти Сфирот блима, упомянутых в Сефер Йецира, дабы объединить и соединить их крепкой и мощной связью друг с другом, и они возносятся и связываются со своим Эманатором, Творцом, Создателем, и Тем, Кто также создал их, и становятся поистине единым, как мы подробно изложили в нашей книге «Сидуро шель Шабат» (Второй корень, ветвь 2). И там — это простые, совершенные милости (хасадим) со всех сторон. И как только он привлёк к нему эти милости, тотчас тот исцелился. Поскольку тот не принимал их с любовью из-за отмены изучения Торы, и как только они в сердце человека — не как сам свет и благо, они не называются совершенной милостью (хесед) со всех сторон. А когда привлёк к нему совершенные милости — исцелился, ибо «Господь желает милости», всё как сказано.

И согласно нашим словам, вот что скажет Писание: «И был вечер, и было утро — день один». Ибо после того как был сотворён свет, который есть деяния праведников, и для них вечер и утро оба равны в подлинном равенстве, и тьма — свет в их глазах, и вечер и утро — поистине один день, — и всё это, дабы возвестить, что «Он — Един, и нет единственности, подобной Его единственности». И нет в тьме ничего, кроме света Святого, благословен Он, оживляющего её, и из обоих узнаётся единство Святого, благословен Он, как мы подробно изложили в шестом способе из наших толкований стихов Берешит.