Genesis

«И Господь благословил господина моего весьма» (Берешит 24:35). Мы написали в другом месте, а сейчас изложим кратко, в объяснении слов мудрецов (Берешит Раба 11:1) на стих: «И благословил Бог день седьмой» (Берешит 2:3) и т.д. Написано: «Благословение Господа — оно обогащает, и не прибавит печали к ней» (Мишлей 10:22). «Благословение Господа — оно обогащает» — это Шабат. «И не прибавит печали к ней» — это траур, и т.д. И это удивительно.

Это можно понять на основании написанного: «Господь дал и Господь взял, да будет имя Господа благословенно» (Иов 1:21). Нужно понять эти слова, ибо благословлять и благодарить Имя Господа подобает лишь словами истины. И если человек скажет, даже с великим смирением и покорностью, слова, которые не соответствуют истине, это не будет угодно пред очами Царя царей — Святого, благословен Он. Так вот, ещё можно понять, когда Господь даёт — нужно благословлять и благодарить Имя Его за благо. А если Он забрал благо, которое дал, тогда правильно, чтобы человек не роптал на это, ибо Он дал и Он забрал. Но как можно ещё и благодарить Его за то, что Он забрал благо, так чтобы это было по искренности сердца?

Это объяснится с помощью притчи, приведённой в изречении мудрецов (Ялкут, Тиса, ремез 398): об одном человеке, который взял у царя деньги в долг на определённый срок. Когда срок приблизился, царь узнал, что этому человеку нечем заплатить свой долг. А простить ему невозможно, ибо «царь правосудием утверждает землю» (Мишлей 29:4), и заседающие на суде царском не дают простить. Что делает царь в великой своей милости? Он сам приходит незадолго до срока к дому должника и подбрасывает туда всю сумму денег, причитающуюся от этого человека. А затем, спустя время, царь говорит: пойдёмте, взыщем с этого человека, который взял деньги в долг, чтобы он выполнил своё обязательство. И идёт он со своим судом, и забирают у того человека все деньги, найденные у него. Получается, что царь взыскал свой долг из своего, а не из имущества того человека. Но нужно поступить так перед судом. Так и Царь царей — Святой, благословен Он, истинный обладатель милости: когда Он видит человека, который должен Ему долг своих грехов и которому нечем заплатить, и «Милосердный не начинает с душ», — сначала Святой, благословен Он, в обилии Своих милостей наделяет его богатством и имуществом. Он один, Своей милостью, делает это. А затем приходит Он и суд Его и взыскивает долг с того человека. Получается, что это великая, дивная милость от Него, благословен Он, — Он даёт дар человеку, чтобы затем взыскать с него через это его долг, причитающийся от прежнего. И вот, известно изречение мудрецов (Берешит Раба 51:2): везде, где сказано «ва-Шем» (и Господь) — это Он и суд Его. Поэтому Иов сказал: «Господь (а-Шем) дал» — когда давал, давал Он Сам, в обилии Своих милостей, без суда. «И Господь (ва-Шем) взял» — когда забирает, Он не забирает один, а Он и суд Его, чтобы судьи знали, что долг этого человека уже взыскан. И за это, несомненно, «да будет имя Господа благословенно» — ибо нет большей милости, чем то, что Он даёт тайно, чтобы затем взыскать с него открыто — Он и суд Его.

Из этого следует, что благо, которое приходит от качества милости, может быть впоследствии забрано, ибо возможно, что оно было дано лишь для того, чтобы было из чего взыскать долг, по обилию милостей Божиих. Но благо, которое приходит от Бога (Элоким), то есть когда и Элоким — аспект Суда — согласен, что это благо будет дано тому человеку, ибо так ему полагается за его служение, как сказал Яаков: «если будет Бог (Элоким) со мной» (Берешит 28:20) — что также Элоким, аспект Суда, согласится благоволить мне. И это те самые «могучие сердцем, далёкие от праведности» (Йешаяу 46:12), о которых сказали мудрецы (Брахот 17б): весь мир питается милостыней (цдака), а они питаются силой (зроа), ибо питаются не только со стороны милости, но и со стороны суда, поскольку суд требует благоволить к ним. Вот, это благо никогда не будет забрано, и это благословение остаётся ему навеки и во веки веков, ибо оно дано и со стороны суда, и Судьи судей согласились на его благословение — кто заберёт его у него?

И вот, о святом Шабате сказано: «и благословил Бог (Элоким) день седьмой» (Берешит 2:3), то есть благословение Шабата — от Элоким. Тот, кто соблюдает его, будет благословлён от Элоким, именно — не только через милость. Поэтому сказали: «благословение Господа — оно обогащает» — это Шабат, то есть благословение Шабата. И несомненно, благословение Господа пребывает навеки — чтобы оставаться в своём богатстве и чтобы было ему постоянство. И это — в благословении Шабата, ибо о нём сказано: «и благословил Бог (Элоким) день седьмой». «И не прибавит печали к ней» — это траур, то есть чтобы благословлять благословение скорбящих, что может быть, что это благо будет забрано у него и будут благословлять над ним благословение скорбящих, как благословение Иова: «Господь дал и Господь взял, да будет имя Господа благословенно» (Иов 1:21). Ибо это благословение дано навеки и во веки веков, и не заменится, и не обменяется, ибо оно свято — от Элоким.

И вот, Писание сказало выше: «А Авраам стар» и т.д. «и Господь (ва-Шем) благословил Авраама во всём» (Берешит 24:1) и т.д., то есть «ва-Шем» — Он и суд Его — благословил его всеми благословениями. И это — истинное благословение, пребывающее навеки. И это то, что сказал Элиэзер, раб Авраама, Лавану и Бетуэлю: «И Господь (ва-Шем) благословил господина моего», то есть «ва-Шем» — Он и суд Его — благословил его. И потому будьте уверены, что это благословение останется ему навеки и во веки веков.

«Весьма» (меод). Слово «весьма» объяснится по тому, что мы написали в другом месте, в объяснении изречения мудрецов (см. Берешит Раба 9:7-8) на стих: «И вот, хорошо весьма» (Берешит 1:31). «Хорошо» — это доброе начало (йецер а-тов). «Весьма» — это злое начало (йецер а-ра), и т.д. «Хорошо» — это мера блага. «Весьма» — это мера страданий, и т.д. Суть этих слов — в тайне, разъяснённой в словах нашего учителя Ари, благословенна его память (в Ликутей Тора, Ликутей Йехезкель): души, происходящие из корня суровых Гвурот, когда они очищают и освящают себя надлежащим образом, — они выше по уровню, чем души, происходящие из корня Хасадим. И в будущем служение в Храме будет у левитов, которые являются корнем Гвуры, а не у коэна, который является корнем Хесед. Ибо сейчас, до исправления (тиккун), корни Хасадим выше, поскольку они дальше от внешних сил (клипот) и ближе к святости, и им легче служить Творцу. Не так с корнями Гвурот — внешние силы близки к ним, ибо питаются от них, и они ближе к греху. Поэтому сейчас они считаются малыми по уровню. Но в будущем, когда дух нечистоты будет удалён с земли и эти корни Гвурот очистятся и освятятся, тогда они будут на высшей ступени, и им — право первородства, и т.д., смотри там.

Из этого ты узнаешь и поймёшь, что все сильные вещи, происходящие из корня Гвурот, когда они выходят и очищаются от зла, прилепившегося к ним, и обращаются к добру, — тогда они хороши весьма, более, чем добро, которое изначально было добром. И в этом тайна изречения мудрецов (Санхедрин 99а): на месте, где стоят обладатели Тшувы, совершенные праведники не могут стоять, как сказано: «Мир, мир далёкому и ближнему» (Йешаяу 57:19). «Далёкому» — сначала, и потом — «ближнему». Ибо тот, кто был далёк и пребывал в аспекте зла и суровых Гвурот, а затем обратил себя к добру, — его ступень велика и могуча более, чем изначальное добро. Поэтому «далёкому» — сначала, и т.д., ибо ему — право первородства, поскольку Гвурот предшествовали Хасадим, как сказано там. Поэтому сказали мудрецы (Берешит Раба 66:4): праведники — начало их в страданиях, а конец их в благоденствии. Ибо благоденствие, приходящее после страданий, — когда страдания обращаются к добру и Гвура — к Хесед, — это добро сильнее и лучше весьма, более чем изначальное благоденствие.

И малая притча для этого — из аспекта любви в сердце человека. Тот, кто по природе своего рождения всегда любил Господа, благословен Он, ибо родился в добре, — не может так сильно укрепиться в своей любви — любви могучей, пылающей как огонь, — как тот, кто пребывал во зле долгие времена и сроки, а затем вспомнил о том, что делал, и раскаялся чрезвычайно, с сокрушённым и униженным сердцем, и начал бежать от зла, которое было в нём. Тогда усиливается пламя огня в его сердце — в любви могучей и великой, сильной, как искры пламени поистине, до того что он готов броситься головой и большей частью тела в огонь ради любви. И он идёт и совершает всевозможные самоумерщвления плоти — катание в снегу и в терниях, сидение среди муравьёв, окунание в ледяные воды под ледяным покровом снега. И всё это потому, что любовь его пылает как огонь, до того что для него ничего не значит ни тело, ни имущество, ни жена и дети — от горящей жизненности в его сердце. И даже среди двух видов обладателей Тшувы — любовь тех, кто происходит из корня Хасадим, не подобна любви тех, кто происходит из корня Гвурот. Ибо те, что из корня Гвурот, — их любовь сильна, любовь могучая, как искры пламени, и они выше любви корней Хасадим — как преимущество золота над серебром, как известно. И из этого самого ты узнаешь о преимуществе Гвурот, когда они очищены, над Хасадим — из ценности золота, происходящего из корня Гвурот, над серебром, происходящим из корня Хасадим. И через это ты будешь мудр и узнаешь, что во всех вещах в мире так, что зло, происходящее из Гвурот, когда обращается к добру, — тогда оно хорошо весьма, весьма. И, возможно, поэтому Ицхак, отец наш, назван в Зоаре (часть 3, 99б) «восхвалением праотцев» (тишбахта де-авоан), ибо, поскольку он был из корня Гвурот, обращённых к добру, он возвышался над всеми. И в этом тайна закона нашей святой Торы (Санхедрин 17а) в делах о смертной казни: если все члены Санхедрина единогласно признавали человека виновным, тогда тот человек выходил полностью оправданным. Не так если хотя бы один из них говорил «невиновен» — тогда он судился по большинству к осуждению. Ибо аспект «весь виновен» — это тайна чистых Гвурот, и он невиновен совершенно, и не будем распространяться. Поэтому сказали мудрецы: «хорошо» — это доброе начало и мера блага; «весьма» — это злое начало и мера страданий, и т.д. Ибо аспект зла, когда он затем обращается к добру, — тогда он «хорош весьма», более чем добро. И поэтому об Иове, после страданий, сказано: «И прибавил Господь всё, что было у Иова, вдвойне» (Иов 42:10). Ибо зло обратилось для него в «хорошо весьма».

Поэтому Элиэзер сказал им, что Авраам был благословлён «весьма» (меод) — в аспекте «хорошо весьма», что является добром, выше которого нет. Ибо и к нему благословение пришло после страданий, которые были у него в Ур-Касдим, и в голоде, и в прочих испытаниях. И помимо этого он благословлён в аспекте «меод», ибо он происходит от Тераха — корня зла, и обратился к добру, и он подобен очищенному золоту поистине, и нет добра выше этого. Поэтому он сказал «и возвеличился» (ва-игдаль), а не «и он велик» (ве-у гадоль), что было бы в настоящем времени, — но «возвеличился», то есть величие пришло после его отсутствия, в аспекте «начало их — страдания» и т.д. И потому величие его — до «весьма». «И дал ему овец и крупный скот» и т.д. (Берешит 24:35). И перечислил здесь восемь вещей, чтобы сказать ему, что он благословлён во всех семи качествах, которые суть семь дней строения, и ещё поднялся до восьмого, которое выше них, указывая на благословение, которое выше природы мира. И это благословение несомненно превосходит всё, безмерно и безгранично, и оно подобно будущему миру, как сказали мудрецы. И он объяснил ему это, чтобы сказать: хотя он ещё не завоевал землю и нет у него многих стран, тем не менее, раз он благословлён до такой степени, то всё и так его, ибо вся земля и то, что наполняет её, под его властью. И это тоже включено в благословение «весьма», о котором говорилось, ибо там — аспект «хорошо весьма». А «меод» — это «адам» (Берешит Раба 9:12), ибо этот аспект был у Адама до греха, для чего он и был создан — чтобы подняться выше природы мира и наслаждаться подобно будущему миру, ибо в этом — цель всего человека.