Genesis

«И было, когда состарился Ицхак и т.д., и позвал Эсава, сына своего старшего и т.д.» — вся глава. Известен знаменитый вопрос, [обсуждаемый] у всех комментаторов: как мог Ицхак желать благословить Эсава-злодея и поставить его властителем над братом его Яаковом — человеком цельным, сидящим в шатрах, возлюбленным Господа? Однако, по моему мнению, дело совершенно ясно, и здесь нет даже тени вопроса. Ибо мы уже неоднократно разъясняли то, что представляется нашему скромному разумению, о любви Ицхака к Эсаву: хотя он видел, что Эсав — человек поля, гоняющийся за добычей, а Яаков — человек цельный, сидящий в шатрах Торы и молитвы, — тем не менее Ицхак знал, что главная причина рождения Эсава братом Яакова состоит в том, чтобы Эсав был человеком поля — пахал, сеял, готовил пищу для Яакова, сидящего в шатре Торы. И он полагал, что именно с таким намерением Эсав совершает все свои дела: постоянно охотится, чтобы приносить отцу и кормить его, и всё это — чтобы быть сопричастным заповеди, исполнять то, для чего он был создан. Сейчас он делает это для Ицхака, а потом будет делать то же для брата своего Яакова, чтобы Яаков мог заниматься Торой благодаря ему. Поэтому Писание говорит: «И любил Ицхак Эсава, ибо дичь в устах его» — и Таргум переводит: «ибо от охоты его ел». И Ицхак полагал, что тот делает это ради своего совершенства, для которого Бог сотворил его на земле. И даже если он ещё не вполне достиг совершенства, со временем достигнет, и Ицхак сделает всё возможное, чтобы вернуть его к этому добру — к достижению совершенства его исправления. Поэтому Ицхак в величии своей праведности и святости позвал Эсава благословить его, ибо тот нуждается в благословении в делах рук своих в этом мире, чтобы было ему на пропитание себе и пропитание брата его Яакова, — и в этом его совершенство. И вот, суть этого благословения — для Яакова, ибо он — главный, нуждающийся в этом благословении: иметь хлеб для еды и одежду для ношения, чтобы заниматься Торой. Но поскольку это осуществляется через Эсава, его брата, готовящего всё это, — потому его и позвал благословить во всём, что тот делает в делах этого мира, чтобы было ему чем кормить Яакова и его сыновей. Это подобно человеку, приносящему дар и подарок царю — разные яства и напитки: конечно, не принято передавать кушанье и питьё самому царю лично, а отдают начальнику пекарей или начальнику поваров и виночерпиев, чтобы через них оно было подано царю, хотя главный дар — самому царю. Так и здесь: Ицхак хотел передать благословение этого мира, необходимое Яакову, в руки Эсава, ибо тот — слуга ему, чтобы исполнять его работу. Однако праведник, несомненно, не сделает ничего, не посоветовавшись прежде с Шхиной, и тем более если он ещё сомневался в Эсаве — может быть, тот не достигнет совершенства и использует благословения, чтобы служить, упаси Бог, другому богу. Поэтому он решил в сердце своём спросить Господа: если Господь согласится с его благословением, тогда Эсав, несомненно, достоин и пригоден для этого; а если нет — то нет. И потому сказала Ривка: «Вот, я слышала, как отец твой говорил Эсаву, брату твоему и т.д. ... и благословлю тебя пред Господом перед смертью моей». И объясняет Раши: «пред Господом — с Его согласия, чтобы Он согласился через меня». Ибо Ривке было открыто духом святости, что Ицхак думает в сердце своём — не благословлять иначе как с согласия и воли Господа. А то, что он не сказал Эсаву прямо «и благословлю тебя пред Господом», — потому что опасался, что Эсав не захочет ждать согласия Господа и вовсе не пойдёт охотиться и приносить, а Ицхаку нужен был «один для песаха и один для хагиги» (праздничной жертвы), как говорят мудрецы (Пиркей де-рабби Элиэзер, гл. 32). Кроме того, Ицхак полагал, что, быть может, благодаря тому, что Эсав исполнит заповедь Господа, — ведь заповедь влечёт за собой заповедь, — он захочет быть слугой Яакову, и тогда Шхина согласится с его благословением. И Ицхак основывал свой расчёт на верном основании: если конечным итогом будет то, что Эсав станет служить Яакову, готовя ему хлеб и пищу, — несомненно, Господь согласится, дабы Яаков был благословлён через это. А если результат не будет таков, что Эсав готовит хлеб, — несомненно, Шхина не согласится на благословение и отойдёт от него, подобно тому, как случилось с Яаковом, когда он хотел благословить Менаше и Эфраима: Шхина отошла от него, и он сказал: «Кто эти, что не достойны благословения?» — как говорят мудрецы (выражение Раши там). И вот, если Шхина согласится на благословение, подобает благословить его первым, ибо он — «сын его старший», то есть родился первым, потому что клипа (скорлупа) предшествует плоду, и этот мир предшествует грядущему миру по времени, — и потому его благословение тоже должно быть первым. Кроме того, суть благословения — для Яакова, и хотя Яаков — его младший сын, тем не менее он возвысится над старшим, и суть благословения раба — для его господина, и «старший будет служить младшему». Потому подобает сначала его благословить, а затем благословить Яакова благословением грядущего мира — духовными благословениями от корней и ветвей святости, что на небесах.

Однако известно из Зоара (на нашу главу, 143а), что благословения должны были непременно прийти к Яакову именно обманом и хитростью, без ведома Ицхака, — чтобы земля вышла из-под проклятия змея, ибо в этом нет ничего лучше скрытности, дабы внешние силы не ополчились, если бы это произошло открыто, как разъясняется там подробно. Поэтому пришла Шхина и сообщила Ривке, чтобы Яаков пошёл и взял благословения хитростью, дабы всё совершилось должным образом. И к тому же, как мы писали выше о покупке первородства у Эсава, Яаков был вынужден взять на себя всю работу — чтобы самому исправлять и в аспекте действия (Асия): нести бремя работы на земле наряду с шатром Торы. И о нём сказано (Авот 2:2): «Хорошо сочетание изучения Торы с мирским занятием». Ибо Эсав избрал себе иной путь — прилепиться ко злу, а не к добру. Поэтому было необходимо, чтобы благословения достались Яакову и в благословении этого мира. И вот, когда Ицхак благословлял того, кого считал Эсавом, — Шхина была при нём, ибо благословение было для Яакова, и она не препятствовала ему, чтобы Яаков получил благословения хитростью. И не только Шхина была при нём, но и ангелы пришли с ним, и он внёс с собою аромат Ган Эдена, как говорят мудрецы (Берешит Раба 65:22), и как сказано в Писании: «Смотри, запах сына моего как запах поля, которое благословил Господь» (Берешит 27:27). И Ицхак подумал в сердце: вот, несомненно, Эсав достоин благословения, ибо он не делает ничего, кроме как трудится и служит брату своему Яакову, готовя ему хлеб и пищу в доме и в поле. Поэтому он благословил его благословением этого мира, чтобы было благословенно дело рук его, и сказал ему: «И даст тебе Бог от росы небесной и от тука земли, и обилие хлеба и т.д.» (Берешит 27:28).

Однако то, что он сказал ему: «Будь властелином над братьями своими» (Берешит 27:29), — на первый взгляд это проклятие для Яакова. Но мы уже писали, что главное намерение — благословение Яакова. И тем не менее Ицхак имел в виду и это лишь ко благу Яакова, а не в проклятие. Ибо Ицхак знал, что непременно наступят дни бедствия для Израиля, когда им придётся быть в порабощении у царств за свои грехи, ибо уже было сказано Аврааму при союзе между рассечёнными частями (Берешит 15:13): «Ибо пришельцем будет потомство твоё в земле не своей и т.д.» — и там содержится намёк на все четыре царства. И мудрецы спорят (Берешит Раба 44:21): одни говорят, что Авраам сам выбрал [порабощение] царствами, другие — что Святой, благословен Он, избрал царства. И из этого Ицхак знал, что сыновья Яакова неизбежно должны быть под властью царей народов мира на определённый срок. Поэтому сначала он благословил Эсава в делах рук его, — и это при условии, что Яаков будет исполнять волю Господа, Бога своего: тогда, несомненно, Эсав будет тем, кто готовит ему хлеб насущный, ибо «когда угодны Господу пути человека, и враги его примиряются с ним» (Мишлей 16:7), и тем более — брат его, который был создан, чтобы готовить ему хлеб. Однако, упаси Бог, когда Израиль не будет исполнять волю Творца и будет вынужден быть в изгнании, — тогда «ты будь властелином над братьями своими»: у тебя они будут в порабощении. Ибо Ицхак сказал в сердце своём: лучше ему попасть в руки брата, чем в руки чужого, как говорят мудрецы (Иерусалимский Талмуд, Таанит, гл. 4, алаха 5) на стих (Йешаяу 21:13): «Караваны Деданские и т.д.» — смотри там. И также по словам мудрецов (Берешит Раба там, 15) о союзе между рассечёнными частями: «Горлица — это Эдом». И там комментатор в «Матнот Кеуна» пишет, что горлица — символ кашерности, ибо Эсав — сын Ицхака, праотца нашего, но только он разбойник — смотри там. И ещё: по отношению к другим народам он сказал «да послужат тебе народы» (Берешит 27:29), а по отношению к братьям не сказал «да послужат тебе братья твои», а лишь «будь властелином над братьями своими», — ибо даже когда Израиль в изгнании, достаточно, если ты будешь властелином, что возвысишься, а они понизятся, — «и тот, кто ел хлеб мой, поднял на меня пяту» (Теилим 41:10): тот, кто был создан кормить меня хлебом и служить мне, — теперь пята его выше меня. Но ты не господин ему, чтобы порабощать его рабским трудом, причинять им зло и наносить им великие удары, ибо за всё это «приведёт тебя Бог на суд» (Коэлет 11:9). И таково было намерение Ицхака: благословить Эсава благословением этого мира, а Яакова — благословением грядущего мира и надлежащим исполнением заповедей.

И вот теперь, когда от Господа было устроено так, чтобы Яакову и Израилю были сказаны эти благословения — дабы земля вышла из-под проклятий змея, — Господь вложил порядок благословений в уста Ицхака, праотца нашего, в соответствии с тем, как тот намеревался дать благословение этого мира Эсаву, а внутренняя жизненная сила благословения достигнет главы праведника Яакова, получающего благословение. Об этом подробно писали комментаторы, каждый своим путём, и в особенности рав Моараран Шапира в своей книге «Мегале Амукот», где разъяснил каждое благословение по каждому из десяти верных качеств (сфирот), ибо «это против того создал Бог» — и на небесах, и на земле, и всё, что на небесах, имеет соответствие на земле — смотри там. Эсаву благословение относилось к этой материальной земле, от места его корня, а Яакову достигал корень жизненной силы благословения в тех же самых вещах, от места его корня, что на небесах. Поэтому, когда Ицхак услышал, что благословил Яакова, он сказал: «Благословен он будет» (Берешит 27:33). И объясняет там «Мегале Амукот», что он добавил и сказал: если так, то «благословен он будет» и в грядущем мире — смотри там. А по нашим словам скажем: относительно благословения, которое уже было произнесено, — не только то благословение этого мира, что вышло из моих уст, но и «благословен он будет» духовной жизненной силой и корнем этого самого благословения, что на небесах, — коль скоро это Яаков, и ему подобают благословения грядущего мира, несомненно. Таков корень объяснения этой главы в целом.

А теперь перейдём к подробному разъяснению порядка стихов, чтобы говорить «слово в надлежащем месте» (Мишлей 25:11). Писание говорит: «И позвал Эсава, сына своего старшего» — то есть причина, по которой он позвал Эсава первым, в том, что тот — «сын его старший», предшествующий Яакову по времени, как клипа (скорлупа) предшествует плоду, и этот мир — грядущему, как было сказано. Кроме того, он оказал ему этим почёт, как принято благословлять перед смертью старшего сына первым. Но в действительности благословение — Яакову, как было сказано.

«И сказал ему: сын мой! И сказал ему: вот я» (Берешит 27:1). На первый взгляд здесь есть излишество, ибо после того, как он уже позвал его, как написано: «И позвал Эсава и т.д.», — ему следовало лишь сказать: «Вот, я состарился, возьми орудия твои и т.д.» Однако Ицхак намеревался подготовить его, чтобы тот стал достоин принять благословения, — вывести его прежде из тьмы и зла, прилепившихся к нему. Поэтому он сначала сказал ему «сын мой» — с тем же намерением, с каким Давид, царь наш, мир ему, после смерти Авшалома (Шмуэль-бет 19:1) произнёс: «Сын мой Авшалом, сын мой, сын мой и т.д.» И сказали мудрецы (Сота 10б), что потому он сказал восемь раз «сын мой» — чтобы поднять его из семи отделений Геинома и ввести в Ган Эден. Стало быть, обращением «сын мой» он вывел его из тьмы и мрака смертного и насытил жаждущую душу, введя её в свет и радость. И этим, по-видимому, можно объяснить то, что сказано о Яакове, когда тот хотел благословить Менаше и Эфраима: он сначала спросил «кто эти?», и мудрецы сказали (выражение Раши там): «кто эти, что не достойны благословения?» — а затем сказал: «Подведи их ко мне, и я благословлю их» (Берешит 48:9). Что же изменило его намерение, чтобы благословить? Мудрецы сказали (Псикта Рабати, конец главы 3), что Йосеф молил о милости по этому поводу. Но на первый взгляд в Писании нет намёка на то, что Йосеф молился о них. Однако с учётом сказанного понятно: после того как Йосеф сказал ему: «Это сыновья мои, которых дал мне Бог» (Берешит 48:9), — коль скоро он произнёс слово «сыновья мои», он вывел их из тьмы и зла, прилепившихся к ним тогда, — из-за чего впоследствии вышли Яровам и Йеу, — и на тот миг это зло было от них удалено, поскольку он ввёл их под свою власть, сказав «сыновья мои», подобно тому, как Давид сказал «сын мой Авшалом». И потому «и сказал: подведи их ко мне, и я благословлю их» — ибо они тотчас стали достойны благословения, и дух святости почил на нём. И это то, что говорит здесь Писание. Ибо на первый взгляд трудно: откуда у Эсава-нечестивца нашёлся ответ «вот я», означающий смирение и рвение (Танхума, Ваера 22)? Откуда Эсав обрёл качество смирения после всех мерзостей, совершаемых им пред Господом каждый день? Однако Ицхак, позвав его для благословения, намеренно сказал ему «сын мой», чтобы вывести из тьмы и зла, прилепившихся к нему, и сделать достойным благословения, чтобы дух святости почил на нём. И тотчас это произвело впечатление в сердце Эсава, и он ответил «вот я» — со смирением и рвением, как человек добрый и благодетельный. И ещё более тонко можно сказать: когда Ицхак сказал ему «сын мой», он тем самым ввёл в него некую ступень и аспект озарения в тот миг, и Эсав достиг ступени, на которую указывает выражение «и сказал ему» — то есть эта ступень обращена «к нему», ибо от его (Ицхака) силы пришло это, и именно она отвечает «вот я» со смирением и рвением. И пойми это.