Genesis

«И сказала Ривка и т.д.: опротивела мне жизнь моя из-за дочерей Хета и т.д.» (Берешит 27:46). Ибо Ривка не хотела говорить Ицхаку, что Эсав замышляет убить Яакова, потому что Эсав не произнёс этого вслух, а лишь помышлял в сердце. И Ривке было открыто это духом святости, а Ицхаку — нет. Поэтому было бы своего рода унижением для Ицхака, если бы Ривка сказала ему нечто, открытое ей духом святости, а не ему. (А причина, по которой это не было открыто Ицхаку духом святости, в том, что он любил Эсава, и с небес не хотели огорчать его, сообщая, что тот подозревается в кровопролитии.) Кроме того, Ривка не хотела, чтобы Яаков бежал без ведома отца. Во-первых, чтобы это не было неприятно отцу и Яаков не нарушил заповедь почитания отца, обманывая его. Во-вторых, тогда у Эсава был бы повод преследовать Яакова, чтобы убить, — он мог бы сказать, что преследует его, чтобы вернуть к отцу, а потом сказал бы отцу, что Яаков напал на него в дороге и пытался убить его. К тому же даже сейчас, когда Яаков шёл по повелению отца, Эсав послал Элифаза вдогонку, чтобы убить его, — тем более если бы он бежал от отца. Или Эсав убил бы его и сказал: «Растерзан, растерзан зверем», — раз у него был бы повод преследовать.

Поэтому Ривка поступила мудро и не упомянула Ицхаку ничего о замысле Эсава убить Яакова, а начала говорить с ним о другом — жаловаться на жён Эсава. И сказала: «Опротивела мне жизнь моя из-за дочерей Хета. Если Яаков возьмёт и т.д.» (Берешит 27:46), — как это принято у жены, обсуждающей с мужем будущее детей: какую жену ему найти, и позаботиться, чтобы он женился на достойной. И она не сказала прямо, как нечто само собой разумеющееся, что Яаков непременно должен идти к Лавану взять оттуда жену, а не из проклятых дочерей Кнаана, — ибо опасалась, что Ицхак скажет: Яаков не подобен мне — я был «жертвой совершенной» и должен был отдалиться от дочерей необрезанных, искать жену из своей семьи, а Яакову нет нужды искать столь далеко. Кроме того, Ицхак — корень Гвуры (суровости), аспект «левой стороны святости» — должен был полностью отдалиться от стороны Ситра Ахра, тогда как Яаков не принадлежал к аспекту Гвуры, как известно, и как мы писали об этом в другом месте. Поэтому она начала речь с другого — сказать: «Опротивела мне жизнь моя и т.д.», то есть: жизнь моя — совсем не жизнь из-за них. Хотя и я родом из дурного места, и отец мой, и люди моего города — все были дурными, — жизнь моя не опротивела мне так, как из-за этих. А «если Яаков возьмёт жену из дочерей Хета, подобных этим, — зачем мне жизнь?» (Берешит 27:46). И повторила: «подобных этим, из дочерей земли», — ибо опасалась, что Ицхак скажет: может быть, не все здешние женщины дурны, как жёны Эсава. Потому сказала: «подобных этим, из дочерей земли». И сказали мудрецы (Берешит Раба 67:11), что она хлопнула себя по голове и сказала: «подобных этим!» — то есть все дочери земли одинаково дурны, нет среди них хорошей. И Ицхак понял её слова, ибо она говорила правильно, и её намерение — чтобы Яаков пошёл к Лавану взять его дочерей, ибо уже говорили люди: две дочери у Лавана и два сына у Ривки и т.д., как сказали мудрецы (Бава Батра 123а). Поэтому —