Genesis

«И отослал Ицхак Яакова» и т.д. (Берешит 28:5). Он вернулся к теме: Ривка не хотела, чтобы Яаков ушёл как беглец без ведома отца. И вот, её замысел исполнился, и Ицхак отослал его по своей воле.

«Брата Ривки, матери Яакова и Эсава» (Берешит 28:5). Раши, благословенна его память, написал: «Не знаю, чему это нас учит». Однако можно сказать немного. На первый взгляд, возникает вопрос: почему отец не велел ему взять жену — дочь Ишмаэля, который был ему ближе, и ему не пришлось бы удаляться от него и работать на Лавана-арамеянина? Однако наши мудрецы сказали (Берешит Рабба 67:8) относительно хождения Эсава к Ишмаэлю — чтобы объединиться с ним: оба они стали бы оспаривать первородство. И потому Ицхак не хотел, чтобы Яаков шёл к Ишмаэлю, ибо и он знал, что Эсав затаил в сердце своём злобу из-за благословения и первородства, как тот вопил перед ним об этом. Чтобы Эсав не объединился с ним и оба не убили Яакова, когда тот будет в его доме. И потому повелел ему идти к Лавану. Однако и в отношении Лавана, возможно, есть подобное опасение: Эсав пойдёт к нему тоже и возьмёт его дочь, как говорили в народе: «Две дочери у Лавана» и т.д., как сказали наши мудрецы (Бава Батра 123а), и объединится с Лаваном, чтобы убить Яакова. Однако поскольку сам Лаван не заинтересован в этом, ибо у него во всяком случае нет доли наследства подобно Ишмаэлю, а также поскольку он — брат Ривки, и как правило, по природе, брат и сестра схожи. А о Ривке известно, что она любила Яакова, а не Эсава, и, следовательно, и Лаван не станет помогать в этом Эсаву. Это противоположно Ишмаэлю, который — брат Ицхака: даже если бы он не был заинтересован в деле вовсе, сердце его тянулось бы к Эсаву больше, в силу того, что Ицхак, отец наш, любил Эсава. И потому сказано: к Лавану и т.д., «брату Ривки, матери Яакова и Эсава» — то есть: потому он послал его к Лавану, а не к Ишмаэлю, поскольку тот — брат Ривки, матери Яакова и Эсава. То есть: у неё Яаков предшествует Эсаву, ибо Яакова она любила, а Эсава ненавидела. И он — её брат, и, несомненно, природа его немного склоняется к её природе, и он не станет помогать Эсаву в этом. А также — он вовсе не заинтересован в деле. Иное дело — Ишмаэль, брат Ицхака, у которого противоположность в обоих этих отношениях — не хотел посылать его к нему.

И ещё можно сказать в том же направлении: «матери Яакова и Эсава». То есть: поскольку Яаков и Эсав — от одной матери, не как Ишмаэль, который был от другой матери — от рабыни, — и потому вполне вероятно, что между ними дойдёт до большой распри из-за раздела наследства, подобно Каину и Авелю. Ибо Ишмаэля, который был сыном наложницы, Авраам отстранил при жизни и отдал всё, что у него, Ицхаку, а сыновьям наложниц дал дары. Иное дело — с Яаковом и Эсавом: невозможно поступить так, ибо не переводят наследство даже от сына негодного к сыну хорошему, как сказали наши мудрецы (Ктубот 53а). И если Яаков будет в доме Ишмаэля и дойдёт до распри с Эсавом из-за раздела наследства, Эсав объединится с Ишмаэлем — подобное к подобному — чтобы убить Яакова. Иное дело — если Яаков пойдёт к Лавану в другую страну: находясь там, не может быть распри из-за раздела. А когда он вернётся в Землю Израиля, Лавана не будет с ним, чтобы помогать Эсаву.

Или скажет: «матери Яакова и Эсава» — и достаточно Эсаву того, что он сын госпожи и брат Яакова. Не следует ему забирать ещё и первородство, и благословение, ибо всякий видящий их узнает, что Яаков достоин их по достоинству его чудесных дел, а не Эсав-злодей. И он не найдёт себе помощников убить Яакова из-за них. И достаточно ему последнего благословения, которое он получил от Ицхака, — за то, что он сын Ривки, брат Яакова. Иное дело — Ишмаэль, сын рабыни, который не получил никакого благословения от отца своего: несомненно, в сердце его великая обида из-за этого. И ты увидишь, что в конце дней собрались сыны Ишмаэля во времена Александра Македонского и потребовали у Израиля долю наследства первородства от их отца Ишмаэля, как сказали наши мудрецы (Санхедрин 91а). И он найдёт себе многих помощников, ибо им покажется, что закон на его стороне: ведь первенцу от нелюбимой жены надлежит быть признанным. И потому не хотел, чтобы он шёл к Ишмаэлю.