Genesis

«И сказал: поклянись мне, и т.д.» — Что слово «мне» на первый взгляд избыточно. Однако он сказал ему: «Поклянись мне» — то есть: у меня, под бедром моим — именно тотчас, и не откладывай со времени на время. И даже тотчас — если ты захочешь поклясться своим обрезанием — я не хочу, а лишь «поклянись мне» — именно у меня. И намерение в том, что когда он поклянётся у него, тогда поклянётся по разумению отца, и не сможет отменить свою клятву никогда, — в отличие от того, когда поклянётся сам по себе, ибо назавтра сможет отменить свою клятву. И это была причина, по которой Авраам повелел Элиэзеру: «Положи руку свою под бедро моё», хотя Элиэзер, конечно, был обрезан, ибо был рабом Авраама, приобретением за серебро, как сказано в Писании (Берешит 17:23): «Всякого мужчину из людей дома Авраама, и обрезал плоть, и т.д.» — так почему же не повелел ему поклясться бедром самого Элиэзера? Всё для того, чтобы он был поклявшимся по разумению Авраама и не мог отменить клятву свою, подобно поклявшемуся самому по себе. И всем этим разъясняется также повторение слов, на которое мы обратили внимание выше: что сначала сказал ему «положи руку свою, и т.д.», а затем «сказал: поклянись мне» — и пойми. Однако с тем, что мы написали выше, это ещё более сладостно, ибо известно (Шулхан Арух, Йоре Деа, глава 258, параграф 20), что также поклявшийся по разумению ближнего — если это не ради блага, может отменить клятву свою. Но если ради блага он поклялся ему — конечно, не может отменить ни при каких обстоятельствах. И потому, когда он призвал его к величию и передал ему быть на его месте — нет большего блага, чем это, — и потому сказал ему после этого: «Поклянись мне» — именно «мне», у меня, по моему разумению, — и тогда никогда ты не сможешь нарушить [клятву] через отмену, раз она пришла через благо, которому нет равного.