Leviticus

«Повели Аарону» и т.д. «Вот закон всесожжения» и т.д. Наши мудрецы, благословенна их память, сказали (Менахот 110а): «Всякий, кто занимается Торой, — как будто принёс всесожжение». И нужно понять, почему не сказали: «всякий, кто изучает» и т.д., — ибо какое «занятие» здесь уместно? Однако мы уже написали в другом месте подробно, в нашем сочинении («Сидуро шель Шабат», часть 2, Друш 4, глава 2, маамар 5), в объяснении стиха (Берешит 21:4): «И обрезал Авраам Ицхака, сына своего, бен шмонат ямим (сына восьми дней)», — а не сказано «бен шмона ямим» (то есть на восьмой день). А именно: тот, кто любит Господа поистине всем сердцем своим, и душа его жаждет и тоскует доставить радость Ему, благословен Он, и прилепиться к Нему, благословен Он, и служить Ему, и повиноваться Ему во всём, что Он повелит ему, — тот исполняет всю Тору и заповеди в каждый миг. Ибо он поистине в сердце своём — как же страстно он жаждет и хочет исполнить заповедь сукки и этрога и все заповеди каждый день и каждый час, и нет никакого отказа с его стороны, — напротив, душа его тоскует и грустит, ожидая наступления установленного срока каждой заповеди, говоря: «Когда она придёт мне в руки, и я исполню её?» И это для него — затянувшееся ожидание, делающее сердце больным, пока не придёт её время. Подобно человеку, ожидающему большое богатство, которое должно прийти к нему в назначенный срок: хотя он знает наверняка, что эта сумма придёт к нему в установленное время, тем не менее каждый день для него как тяжёлая ноша — вечером говорит: «О, если бы утро!» — а утром говорит: «О, если бы вечер!» — чтобы дни промелькнули в одно мгновение, пока придёт его желанное и вожделенное — увидеть сокровище, уготованное для него. И тем более — взыскующие Господа, семя Авраама, любимца Его, которые ждут и тоскуют весь год, говоря: «О, если бы сегодня было пятнадцатое число седьмого месяца, чтобы исполнить заповеди Господа — сукку и лулав» — и тому подобное, со всеми заповедями.

И вот ты видишь на примере Авраама, отца нашего: Господь повелел ему вознести Ицхака, сына своего, во всесожжение на одной из гор и не указал ему никакого определённого времени для этого. И он мог бы немного задержаться, чтобы тем временем порадоваться с единственным сыном своим день или два. Однако от великой, мощной любви и могучей привязанности, горевшей в нём, — доставить радость Ему, исполнить Его повеление, — он встал рано утром, тотчас после Его слова, поутру, и оседлал осла своего, и взял нож, чтобы заколоть сына своего, подобно человеку, преследующему великое сокровище, и более того. А Бог наш, благословен Он и благословенно Его Имя, видящий сердце и знающий поистине сердце этого человека, что душа его весьма тосковала исполнить заповедь Творца тотчас, и задержка его — лишь оттого, что закон и срок даны им, чтобы не менять порядка их исполнения и не совершать их не в своё время, ибо установлен предел и срок для каждой заповеди, — конечно же, конечно, принято это пред Ним, как будто этот человек исполнил заповедь на деле тотчас, ибо с его стороны нет никакого препятствия. И в этом аспекте «мир милостью строится» (Теилим 89:3), и на этом стоят все высшие миры, зависящие от заповеди сукки и лулава, и мацы и тому подобного, — весь год, как мы подробно разъяснили там. И потому Авраам, отец наш, — Бог Всевышний, знавший его чистосердечие и помысел, что он, несомненно, желал и тосковал каждый миг обрезать сына своего, как повелел ему Бог, от великой его любви, и лишь с Небес его задержали, ибо ему было повелено обрезать его именно на восьмой день, — потому Писание вменило ему, как будто он обрезал его во все восемь дней целиком, ибо он, несомненно, не покоился и не утихал от тоски обрезать его, пока не пришёл тот день, которого он ждал, и совершил желаемое — исполнить заповедь Творца. И потому сказано так: «И обрезал... бен шмонат» — что указывает на все восемь дней вместе, а не «бен шмона» — что указывало бы лишь на восьмой день. И смотри там подробно.

И возможно, на это намекали наши мудрецы, благословенна их память, когда говорили (Мехильта, глава Итро): «"Помни" и "храни" были произнесены единым речением». Ибо «помни» (захор) — это «от первого дня к субботе» (от воскресенья), как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Бейца 16а). А «храни» (шамор) — это выражение ожидания: он хранит и ждет с томлением сердца своего, говоря: «Когда пройдут будние дни и наступит Суббота (Шабат), чтобы исполнить заповедь Творца моего и доставить Ему радость?» И тем самым вменяется ему, как будто он соблюдает Шабат уже сейчас, во все дни недели. И потому «помни» и «храни» были произнесены единым речением: ибо тем, что он поминает день субботний от первого дня недели и ожидает и предвкушает его, говоря: «Когда он придёт мне в руки, и я исполню его?» — Писание вменяет ему, как будто он соблюдает его уже сейчас. И получается, что они — поистине единое речение. И на это намекает псалмопевец в субботних песнопениях: «Хранящие день седьмой — "помни" и "храни" — чтобы утвердить их», — то есть тот, кто хранит и ждёт день седьмой в шесть дней, — ради того, чтобы «помни» и «храни» были утверждены и объединены в единое речение посредством этого, как сказано. И пойми.

И вот, относительно всего раздела Кодашим (Святынь), который не действует ныне, по многим нашим грехам, сказали наши мудрецы, благословенна их память (Санхедрин 51б): «Закон для времён Машиаха? Нет, но — изучай и получай награду» и т.д. И, по нашему разумению, они имели в виду не награду за изучение Торы как таковое, ибо ведь и во всех заповедях, исполняемых на деле в наше время, человек получает награду за изучение Торы само по себе, помимо того, что получает награду за исполнение заповедей. И доказательство — из сказанного (Пеа, начало главы 1): «А изучение Торы — равно всем им вместе». И также все согласились и сказали (Кидушин 40б): «Изучение выше деяния» и т.д. — значит, награда за изучение — отдельна от награды за деяние. И, конечно, в Торе, которую человек изучает не ради исполнения, — как, например, заповедь ограждения крыши и мезузы, если у него нет дома, и тому подобное, — конечно, упаси Боже, не будет урезана награда за Тору из-за этого. И так же в разделе Кодашим — конечно, никогда не приходило на сердце урезать награду за изучение Торы из-за того, что это не действует ныне, ибо награда за изучение — это иная награда, нежели награда за деяние. Однако сказали «изучай и получай награду» — об упомянутом аспекте, в духе взыскующих Господа, семени Авраама, любимца Его, которые взыскуют Господа всем сердцем и жаждут Его, говоря: «Когда я удостоюсь прилепиться к Нему, благословен Он, и доставить Ему радость?» — и душа их тоскует, жаждет и вожделеет исполнить все заповеди — все — в одно мгновение.

И, возможно, на это скажет Писание: «Взыскуйте Господа, когда Он обретается, призывайте Его, когда Он близок» (Йешаяу 55:6) и т.д. И это — нравоучение для сынов народа нашего, простого люда, что они не только не пребывают на той ступени, чтобы ожидать Господа для исполнения Его заповедей до их прихода, но даже когда наступают дни, в которые есть воля Господа исполнять заповеди, — они не взыскуют Его всем сердцем своим, чтобы исполнять их с любовью души, с привязанностью, с рвением и страстным стремлением, и следить, чтобы они совершались наилучшим, правильным, прекрасным, красивым и великолепным образом во славу Творца нашего, благословен Он и превознесён, — но с ленью и тяжестью. И потому сказано: по крайней мере «взыскуйте Господа, когда Он обретается» — если вы не взыскуете Его до того, как Он приходит к вам, то по крайней мере «когда Он обретается» — в то время, когда Он доступен вам, в дни, когда Он повелел совершать в них заповеди, — взыскуйте Его. И также «призывайте Его», по крайней мере, «когда Он близок» к вам, когда сияет свет Его в праздники и установленные времена, — а не прежде, как те, кто взыскует Его поистине.

И вернёмся к теме: потому сказали «изучай и получай награду», — то есть взыскуйте Его в сердце вашем, склоните сердце, чтобы оно желало поистине, с великой любовью, исполнить весь раздел Кодашим (Святынь) — приносить жертвоприношения и возлияния, каждый день по порядку. Если бы не предел, который установил Он, благословенно Его Имя, — не совершать их, кроме как в Доме Вечном (Храме) и через коэна (священника), чистого от всякой нечистоты, — и как бы верёвками повозки стало повеление Его, благословен Он, задерживающее нас, чтобы мы не приносили жертв. И это — с горечью сердца, ибо душа его тоскует и жаждет весьма совершить пред Ним жертвы наших обязанностей — постоянные жертвы по порядку их и дополнительные жертвы дня, и грехоочистительные, и повинные, и всесожжения и тому подобное. И при таком взыскании — «изучай и получай награду» тотчас, ибо здесь, несомненно, Святой, благословен Он, присоединяет добрый помысел к деянию. И прямо сказали (там же): «Задумал человек совершить заповедь и был принуждён обстоятельствами и не совершил — Писание вменяет ему, как будто совершил» и т.д. И нет принуждения большего, чем это — из-за повеления Царя царей, благословен Он. И потому тотчас получишь награду, как будто совершил её и принёс жертву тотчас. И это — помимо награды за изучение, и это совершенно иное.

И потому сказали наши мудрецы, благословенна их память: «Всякий, кто занимается (осек)» и т.д., а не «всякий, кто изучает (ломед)», ибо изучение — это иное дело. А именно: он занимается этим поистине, ибо ищет и взыскует в сердце своём всё, что касается совершения этого, и занят этим всем сердцем, чтобы совершить, ибо он жаждет этого, и лишь по великому принуждению он удержан — оттого, что мы изгнаны из земли нашей и место не позволяет этого. И в этом Святой, благословен Он, не лишает награды ни одно создание и даёт ему награду за всесожжение, грехоочистительную жертву и все жертвоприношения, ибо его желание и воля — исполнить всё, и лишь с Небес его задержали. И потому скажет Писание: «Вот закон всесожжения (ола)», — то есть иногда Тора занимает место всесожжения. Ибо «она — всесожжение, на кострище, на жертвеннике», — то есть место всесожжения — именно на жертвеннике и нигде более. И все места, которые вне его, и невозможно прийти к нему, — что будет с ними, если не «вот эта Тора — для всесожжения, и для хлебного приношения, и для грехоочистительной жертвы» и т.д.? И завершает Писание: «Всю ночь — до утра», — то есть и так же всю ночь, ибо изгнание уподоблено ночи, — и что будет делать Израиль всю ночь до утра, если не Торой, что в их устах и в сердце их, чтобы совершить? И тогда Святой, благословен Он, вменяет им, как будто они принесли все жертвоприношения в их сроки, в их времена, в их чередах.

Также скажет: «Повели Аарону и сыновьям его» и т.д. И, на первый взгляд, нужно понять, почему Святой, благословен Он, повелел передать это повеление его сыновьям. Ведь всем коэнам (священникам) до конца всех поколений адресован этот раздел, и достаточно было бы повеления одному Аарону, и из этого было бы слышно всем коэнам навеки. Зачем же повеление его сыновьям, которые были с ним при его жизни? Однако известно мудрым сердцем то, что разъяснено в Зоар а-Кадош (Корах 177б), что Аарон был «шушвина дэ-матронита» (дружка Царицы) и т.д. И суть дела, по нашему разумению, такова: ведь известно, что тайна жертвоприношений — объединить землю и всё, что наполняет её, с Богом Всевышним, благословен Он. Ибо все творения этой нижней земли включены в четыре общих вида: неживое (домем), растущее (цомеах), живое (хай) и говорящее (медабер). И в жертвоприношениях были эти четыре общих вида: Соль — по тайне неживого, и потому «при всякой жертве твоей приноси соль» (Ваикра 2:13). Хлебные приношения и возлияния — мука, масло и вино — по тайне растущего. Животное, приносимое в жертву, — по тайне живого. И хозяева или община при общественных жертвах — по тайне говорящего. И коэн (священник) своей чудесной мыслью объединял всё это с Богом Вечным — нижний мир с высшим миром, в аспекте «поцеловались земля и небо друг с другом», и это — тайна единения Святого, благословен Он, и Шхины Его, известная знающим путь истины. И потому он назывался «шушвина дэ-матронита» (дружка Царицы), ибо он подобен дружке, приводящему невесту в покои жениха, по тайне (Шир а-Ширим 1:4): «Привёл меня Царь в покои Свои», — по тайне совершенного единения, как известно. И тот, кто примет это к сердцу, — если есть у него хоть немного мозга в черепе, — что он делает, — облечётся трепетом и окутается страхом: дрожь, трепет, содрогание, ужас и страх охватят его во всех его членах и жилах, — быть дружкой при единении Царицы с Царём (и хотя, поистине, всё это притча, и «какое подобие вы уподобите Ему?» (Йешаяу 40:18), и, упаси Боже, нет наверху ни тела, ни телесности и т.д., — но всё же, если он входит в притчу под этим образом, — достаточно и более чем достаточно, чтобы трепетать приступать к этому в страхе и трепете). И множество аспектов за аспектами обнаруживается в этом: и это — аспект единения и восхождения, о котором мы говорим в дополнительной молитве святого Шабата: «Служители Его вопрошают друг друга: где место Славы Его? — чтобы восславить Его». Ибо когда происходит это чудесное единение, тогда слава Его наполняет мир, ибо и весь нижний мир наполняется славой Господа и восходит выше и выше, в лоно Отца своего, выше и выше, внезапно. И тогда высшие служители — ангелы — изумляются и вопрошают: «Где место Славы Его?» — поскольку внезапно она вознеслась на одну и две ступени (и смотри в словах нашего учителя Ари, благословенна его память, в намерениях дополнительной молитвы святого Шабата, и поймёшь. И представляется, что потому дополнительная жертва Шабата состояла из двух ягнят (квасим), ибо «кевеш» означает ступень и подъём, по которым восходят, в аспекте «кевеша» (пандуса), что был перед жертвенником. И в дополнительной молитве, где восхождение — на две ступени вместе, чего нет ни в каком другом восхождении, — потому жертва её — два ягнята. Пойми это). И вот, наши мудрецы, благословенна их память, сказали (Зоар, часть 1, 75а) на стих (Берешит 11:5): «И сошёл Господь посмотреть на город и на башню, которую строили сыны человеческие (бней а-адам)» — «что значит "сыны человеческие"? Сыны первого Адама» и т.д. И из этого видно, что человек, идущий по стопам ближнего своего и поступающий подобно ему, называется его сыном в этом отношении, ибо «сын — продолжение ноги отца своего» (Эдуйот 2:9). И тем более в отношении доброго и возвышенного пути: когда человек следует за добрым путём того, кто был до него, — несомненно, он будет назван его сыном по этому имени.

И потому Писание приходит побуждать Аарона и сыновей его — тех, кто идёт по его стопам, любящих мир и стремящихся к миру, водворяющих мир между людьми и между мужем и женой, и водворяющих мир в воинстве вышнем — приближая качества и объединяя Возлюбленных воедино, в любви и братстве. И сказано: «Повели Аарону» и т.д. — «нет слова 'цав' (повели) иначе как побуждение» — побуждать побуждённых, говоря: «Смотрите, каковы дела ваши в порядке жертвоприношений! Вот закон всесожжения: закон всесожжения в жертвоприношении пребывает в этом аспекте, именуемом по имени нижнего мира, который восходит и прилепляется к высшему миру». И коэн — он «шушвина дэ-матронита» (дружка Царицы) — подобно тому, кто украшает невесту и приводит её в дом мужа её. И как же необходимы для этого рвение, сила, разум, трепет, страх, радость и смирение! И тем более — предварительная чистота и святость, любовь и трепет и тому подобное. Выйди и учись от Надава и Авиу, о которых Моше Рабейну сказал, что они больше его самого и Аарона, как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Торат Коаним; Ваикра Раба 12:2). И за то, что хотели совершить это совершенное единение, будучи неженатыми, — были наказаны тяжким наказанием, ибо действовали через ущербное, как сказано в Зоар а-Кадош (Ваикра 5а). (И на это намекали наши мудрецы, благословенна их память (Санхедрин 106а): «Кто суёт руку между львом и львицей в час, когда они сходятся друг с другом?» И пойми. Однако мы — всё наше исправление лишь в том, чтобы украсить её для соединения и привести её в дом Царя. Но тотчас мы отступаем назад, чтобы не присутствовать при единении и соединении, как известно из тайны трёх шагов назад после молитвы Восемнадцати благословений. И всё это — притча, как упомянуто.) И завершает Писание: «Вот она — всесожжение» и т.д. — то есть иногда всесожжение пребывает в аспекте «она» (ивр. hи), что есть слово «айе» (где), — когда восходят две ступени вместе, и все ангелы вопрошают: «Где (айе) место Славы Его?» — и «камень, отвергнутый строителями, стал краеугольным» (Теилим 118:22). И тогда необходимо особое рвение, и святость, и благочестие, и страх, и трепет, чтобы «заркА» шёл «сегольтА» вверх. И этим побуждай Аарона и сыновей его, чтобы знали, что они делают и что они вызывают.

Однако ныне, по многим нашим грехам, мы изгнаны из земли нашей и удалены от почвы нашей, и не можем приносить жертвы в Доме Вечном (Храме). И не осталось нам ничего, кроме тел наших и «земли» нашей — трудиться тяжким трудом и совершать «служение в сердце», телом и плотью, сотворёнными из праха земного, силой молитвы, которая заменяет жертвоприношения, как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Брахот 26б). И трапеза человека уподоблена жертвоприношениям на жертвеннике, как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Менахот 97а). И потому — какой трепет, и страх, и ужас должны быть в сердце человека, когда он стоит в молитве и за этим столом, что пред Господом! Ибо он совершает этим упомянутое единение — мир с миром, нижний мир с высшим миром, и он — «шушвина дэ-матронита» (дружка Царицы) поистине, во всех упомянутых аспектах. И как он может легкомысленничать там во время этого чудесного единения?! Если ты — человек с душой, прими к сердцу упомянутые слова, чтобы побудить себя к единению, ради которого все миры были сотворены и существуют лишь через тебя! Облекись в ужас, опояшься трепетом, окутайся страхом и стыдом и покорностью — в мысли, речи и действии, в трепете и любви и великой радости. И тем самым будут все одежды твои белы, и елей на голове твоей не оскудеет (Коэлет 9:8). И удостоишься объединить Его великое и святое Имя и соединить себя самого со Скалой Миров, благословен Он. И это — цель всех надежд и конец всех радостей, как сказано.

Или скажет: «Повели Аарону» и т.д. Ибо наши мудрецы, благословенна их память, сказали (в Торат Коаним, приведено у Раши на этот стих): «Слово 'цав' (повели) означает не что иное, как побуждение. Сказал рабби Шимон: тем более нужно Писанию побуждать там, где есть убыток кармана (хесрон кис)» и т.д. И нужно понять, почему они не сказали то же самое о прочих случаях слова «цав» в Торе, как, например, «повели сынам Израиля» и тому подобное. И ещё: почему сказали в отрицательной форме — «слово 'цав' не что иное, как побуждение», — а следовало бы сказать: «'цав' — это побуждение». И ещё более удивительно сказанное рабби Шимоном: «Тем более нужно Писанию побуждать... там, где есть убыток кармана», — ибо разве мы имеем дело с невеждами, которые стали бы скупиться на служение Дому Бога нашего?! Тем более Аарон и его сыновья! Однако они пришли ограничить смысл. Ибо Ари, благословенна его память, написал (в намерении жертвы тамид) такими словами: «Цав в гематрии — Эль Адонай (Бог Господь), и это — в мире Асия (Действия), и нужно исправить Имя, которое клипот (скорлупы), пребывающие в Асия, суровы» и т.д. «И потому сказали (Санхедрин 56б): слово 'цав' означает не что иное, как идолопоклонство» и т.д. (конец цитаты). И смысл в том, чтобы покорить силой этого «цав» святости, гематрия которого — Эль Адонай, — «цав» клипы, гематрия которого — Аман (с добавлением коллеля), сделавший себя идолом, — приносить постоянную жертву, чтобы возносить тем самым очищенные искры святости из клипот и покорять их тем, что святость из них изымается. И, возможно, на это скажет Писание (Йешаяу 28:10): «Ибо цав к цав» и т.д., — подобно изречению наших мудрецов, благословенна их память (Кидушин 30б): «Я создал злое начало — Я создал Тору как лекарство» и т.д. — то есть: вот Я создал «цав» против «цав» — покорить идолопоклонство, именуемое «цав», — через «повели сынам Израиля». И так же во всех случаях «повели сынам Израиля», сказанных в Святых Писаниях, — всё для того, чтобы покорить этим «цав» клипот, именуемые «цав». Однако это — для сынов Израиля, которые не столь далеки от клипот мира Асия и близки к «цав», и им нужен «цав» святости, чтобы отдалиться от них и покорить их. Но не так с Аароном, святым Господа, аспектом коэна, мужа Хесед (Милости), далёкого от клипот на великое расстояние, ибо внешние силы вовсе не цепляются за аспект Хасадим (Милостей), и, напротив, света Хасадим — те, что изгоняют все клипот. И потому души, происходящие от корня Хасадим, — более чисты и прозрачны, как сказано в словах Ари, благословенна его память (в Ликутей Тора, Йехезкель). И в особенности — при жертве всесожжения, намекающей на Хасадим в Имени из 42 букв, как известно. И получается, что неуместно повелевать Аарону в смысле «цав к цав» — отдаляться от них и покорять их этим.

И потому сказали: «Слово 'цав' не что иное, как побуждение», — то есть «цав» здесь не таково, как прочие случаи «цав», которые являются предупреждением сынам Израиля — приблизиться к «цав» святости и покорить и отдалиться от «цав» клипы. А здесь оно приходит лишь побуждать его, как мы написали выше, по соседству, — предупредить его о том, что он — «шушвина дэ-матронита» (дружка Царицы) в этом деле, объединяя Возлюбленных в любви и братстве, и для этого необходимо великое побуждение — совершать всё наилучшим образом, как упомянуто там. И потому сказал рабби Шимон (а «стам рабби Шимон» — это рабби Шимон бар Йохай, источник для мужей Каббалы, который от дней своих трудился и взирал на упомянутое единение): «Тем более нужно Писанию побуждать там, где есть хесрон кис (убыток кармана)», — ибо «кис» (карман) вместе с коллелем равно гематрии АВАЯ-Адонай (Имён Господа) — аспекту этого совершенного единения. И, упаси Боже, если дело совершается не должным образом, во всех деталях его исполнения, — есть, упаси Боже, хесрон кис (ущерб «кис») — ущерб в этом единении, а нет ущерба во всём мире большего, чем этот, упаси Боже. (И открой глаза свои и смотри, что случилось с Надавом и Авиу из-за этого единения, которое не было совершено в полноте, как упомянуто выше.) И потому тем более нужно Писанию побуждать в этом Аарона и сыновей его — стоять на совершенстве совершенств, будучи дружкой Царицы, приводя её в покои Царя. И сказали наши мудрецы, благословенна их память (Йевамот 63а): «Поднимись на ступень и выбери дружку». И пойми.

А в простом смысле можно объяснить побуждение следующим образом. Ибо комментаторы Торы задались здесь вопросом о слове «лемор» (сказать) — кому сказать? Смотри их слова. И можно объяснить на основании изречения наших мудрецов, благословенна их память (Менахот 110а): «Всякий, кто занимается разделом о жертвоприношениях, — как будто принёс жертву» и т.д. И из этого видна великая значимость всесожжения: ведь даже произнесение этого раздела принимается благосклонно пред Ним, благословен Он, и в радость, подобно принесению жертвы в Доме Вечном (Храме), когда они вспоминают воспоминание о всесожжении. И тем более само принесение жертвы! И потому скажет Писание: «Повели Аарону и сыновьям его» — побудить побуждённых, — ибо ведь «лемор» (говоря): «Вот закон всесожжения», — то есть Я повелел сынам Израиля «говорить» (лемор) — «вот закон всесожжения», чтобы они произносили этот раздел предо Мной, и это будет засчитано как жертвоприношение, и принято и значимо предо Мной их произнесение этого. И тем более вы, приносящие жертвы, — насколько более это будет угодно предо Мной!

Далее разъяснится Писание. Ибо известно всякому разумному, что единство возможно лишь в мужском и женском начале, как сказано в Зоар а-Кадош (Бешалах 46а): нет дня без ночи, и оба вместе называются одним днём, как сказало Писание (Берешит 1:5): «И был вечер, и было утро — день один». И причина этого известна: ибо нет заповеди, ценной пред Всевышним, благословен Он, иначе как когда совершается единение и соединение между высшими качествами, дабы благословение могло пребывать на них, ибо благословение пребывает лишь на целом. И Святой, благословен Он, благословенно Его Имя, Желающий милости и Благой и Творящий благо, — желание Его весьма велико — облагодетельствовать Свой мир. Однако благословение пребывает лишь тогда, когда есть единение, ибо тогда это — целое, одно целое, а не половина. И потому это единение — весьма угодно и радостно пред Ним, ибо Он может благодаря этому облагодетельствовать Свой мир, который Он сотворил. И в этом можно дать объяснение тому, что наши учителя преподали в Мишне (Брахот 2а): «Воскурение жиров и частей — заповедь их всю ночь. И всё, что съедается в один день, — заповедь его всю ночь» и т.д. А на первый взгляд — это, упаси Боже, изменение порядка Творения, ибо повсюду день следует за ночью, а в святынях (кодашим) ночь следует за днём, так что закон ночи подобен закону предшествующего дня. Однако тайна жертвоприношений известна: это — в аспекте единения снизу вверх, начиная с души животного, и «тайна жертвоприношения — до Бесконечного (Эйн Соф)», как сказано в Зоар а-Кадош (Пкудей 260а). И через это совершается совершенное единение, и тогда нижняя ступень — Шхина нашей крепости — наполняется всеми видами благословений и потоков, обилием жизни и блага, в великой приятности и дивной сладости. И тогда, «издалека принося хлеб свой» (Мишлей 31:14), она «даёт пищу дому своему и долю служанкам своим» (Мишлей 31:15) — раздавая добычу от своего блага и благословения своим сынам — народу своему, Израилю, и людям дворца своего. И потому во время принесения жертвы и кропления крови, совершаемого днём, — она восходит и объединяется и получает благословения и потоки. А после этого, ночью, следующей за ним (и известно, что ночь — это её аспект), — она раздаёт от своего блага всем нижним мирам. И потому также тогда — воскурение жиров и частей, ибо через это наслаждаются все нижние, как сказано в Зоар а-Кадош. И потому они съедаются в один день и одну ночь, ибо ночь следует за днём в святынях, чтобы совершать подобно действию дня: как днём нисходит приятное изобилие и благословение к Общине Израиля, так ночью она раздаёт это изобилие всем нижним мирам. И наслаждающийся сиянием Шхины тогда — завершается день и ночь, становясь одним в единстве. И потому скажет Писание: «Повели Аарону» и т.д. — побуди его в этом и скажи ему: ведь «вот закон всесожжения — она всесожжение на кострище своём, на жертвеннике всю ночь», — что всю ночь, следующую за ним, она на костре жертвенника для воскурения частей и жиров. Чего нет нигде во всей Торе, чтобы ночь следовала за днём, — если не из-за её достоинства, что тотчас совершается единение через неё, и Община Израиля наполняется обилием света благословения и раздаёт нижним мирам ночью, следующей за ним. И все наслаждаются от неё, и жертва её именуется одним днём и одной ночью — чтобы намекнуть на это великое единение. И этим побуждай Аарона и сыновей его, чтобы душа их жаждала и вожделела совершать эти единения — единения истины — и исполнять волю Создателя в этом, в угоду и в радость.

Ещё намекнут эти стихи на изучающих святую Тору: чтобы все мы были знающими Его Имя и изучающими Тору ради неё самой (лишма), а не не-ради-неё. И сказали (Йома 72б): «Удостоился — становится для него снадобьем жизни; не удостоился — становится для него, упаси Боже, снадобьем смерти». И вот, в изучении Торы лишма (ради неё) известно, что есть в ней бесчисленные подробности, и порой человеку кажется, что он учит лишма, а на самом деле это не так. И наш учитель, рав р. Хаим Виталь, благословенна его память, обличил их в лицо и написал такими словами (во введении к святой книге Эц Хаим): «И вот, об этой группе сказали наши мудрецы, благословенна их память: "Всякий, кто изучает Тору не-лишма, — лучше бы ему не родиться, лучше бы перевернулась плацента его на лицо его и не вышел бы он на свет"». Однако эти люди показывают себя благочестивыми и людьми дела, говоря, что все их занятия Торой — лишма. Но мудрец-танна рабби Меир засвидетельствовал о них, что это не так, сказав обобщающим языком (Авот 6:1): «Всякий, кто учит Тору лишма, удостаивается многого. И не только это, но он называется другом, любимым, любящим Всевышний и т.д., радующим Всевышнего и т.д., и облекает его смирением и трепетом, и делает его годным быть праведником, благочестивым и т.д., и удаляет его от греха и приближает к заслуге и т.д., и пользуются от него советом и мудростью и т.д., и даёт ему царство и власть и т.д., и открывают ему тайны Торы, и становится он как источник усиливающийся и т.д., и он скромен и долготерпелив и т.д., вплоть до: и возвеличивает его и возвышает над всеми деяниями». И вот, все эти вещи выглядят лишь второстепенными по сравнению с великими вещами, совершаемыми через них, как сказано: «Удостаивается многого, и не только это, но...» и т.д. И кто из обладателей Торы нашего времени удостоился хотя бы малейшей подробности из них? (конец цитаты). И это, несомненно, явное доказательство, которому нет возражения, — что они вовсе не начали учить лишма. И уже известно сказанное нашими мудрецами, благословенна их память (там же): что Тора приобретается сорока восемью вещами. И кто из изучающих Тору в наше время обратил внимание, прежде чем приступить к учёбе, на эти сорок восемь вещей, чтобы они были поистине в его сердце, дабы благодаря этому приобрести Тору? Ибо без них Тора вовсе не приобретается, как сказано: «Сорока восемью вещами Тора приобретается», и из утверждения ты слышишь отрицание и т.д. И вот, подробности этих условий многочисленны, но даже малейшие из них — «умаление удовольствий, умаление бесед, умаление мирских дел» — и те не обнаруживаются в должной мере у изучающих Тору, ибо они, напротив, наслаждаются чем могут, ибо сердце их возгордилось оттого, что они занимаются Торой, и они выглядят как имеющие право на телесные удовольствия. И тем более в прочих вещах — как в трепете и страхе, в смирении, в радости и тому подобном — они ещё не коснулись их и малейшей частью. И как же они приобрели Тору в своей душе? И как им кажется, что они учат лишма?

А истина такова: в Торе лишма (ради неё самой) есть много аспектов — исследуйте в книгах богобоязненных и каббалистов и читайте в них. Однако наименьший аспект в ней — прилепляться к Господу посредством святой Торы. Ибо Тора — это Его воля, благословен Он: Он пожелал, чтобы мы совершали вещи, которыми Он освятил нас и повелел нам, и чтобы мы не совершали вещи, о которых мы предупреждены. И известно, что Он и Его воля, благословен Он, — едины, единственны и единственен (как написал Рамбам, благословенна его память, в главе 2, закон 10, Законов Основ Торы). И получается, что свет Его, благословен Он, сокрыт в Его святой Торе, и каждая буква святой Торы наполнена духовной жизненной силой от Его света, благословен Он, Который сжимает Себя и скрывается в Своей Торе, которая есть Его воля, благословен Он. И человек, произносящий её, — вот он прилепляет дыхание уст своих, которое есть его душа и дух его поистине (как сказало Писание (Шир а-Ширим 5:6): «Душа моя вышла, когда Он говорил»), — к Нему, благословен Он, сокрытому в Его Торе. И это — аспект поцелуев и прилепления духа к духу. (И нееврей, занимающийся Торой, заслуживает смерти, как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Санхедрин 59а), — потому что «обильны поцелуи врага» (Мишлей 27:6), и, как можно выразиться, Он не может вынести дыхания уст нееврея и его поцелуев, подобно тому, как деревенщина, который придёт и поцелует царя, — несомненно, заслуживает четырёх казней суда за это, как мы писали об этом в другом месте.) И от этого прилепления приходит радость Творцу нашему, благословен Он, когда Он видит, что мы отбрасываем прочь мирские дела и бежим прилепиться к Нему посредством святой Торы, ибо нет иного способа прилепиться к Нему, кроме как посредством Торы. И весь мир был сотворён лишь ради этого прилепления: Он «низверг с небес на землю великолепие Израиля» (Эйха 2:1) — источник наших святых душ, душу Бога свыше, которая пала с небес на землю, внутрь тела, — для того, чтобы мы вразумились истиной и избрали добро, и оставили землю и всё, что наполняет её, чтобы бежать и прилепиться к Нему. И это — суть служения, дабы через это достигла Его радость. И человек с чувствующим сердцем, у которого есть трепещущее сердце для служения Его Имени, благословен Он, и хоть немного мозга в черепе, — когда поймёт это, что он идёт и прилепляет себя к Господу, благословен Он, прилеплением чудесным — дух к духу, — несомненно, облечётся трепетом и окутается страхом и ужасом, и опояшется дрожью и содроганием, прежде чем откроет книгу, чтобы читать в ней. И тем более во время открытия, и тем более во время чтения и учения. И от этого он придёт к истинной любви, после того как удостоится прилепиться к Нему, благословен Он. И тогда всё совершается «в трепете и любви» — и это, несомненно, «воспаряет ввысь». И потому, несомненно, верно сказанное ими: «В трепете и страхе, в смирении, в радости», — ибо цель всех страхов и конец всех светов и радостей — когда мы удостаиваемся прилепиться к Нему, благословен Он. И от этого прилепления само собой покоряется сердце человека, и он стыдится пред Творцом своим, благословен Он, ибо это — первый признак: когда человек приближается к Творцу, падает на него ужас и страх, покорность и великий стыд пред величием Царя царей, благословен Он, к Которому он приблизился. И сердце его покоряется и сокрушается из-за этого даже пред каждым человеком, ибо он чувствует в душе своей свою ничтожность и скудость своего служения Ему, благословен Он, и ограниченность своего постижения.

И вот, известно, что истинного качества смирения (Анава) человек достигает лишь через приближение своё к Творцу. Потому о Моше Рабейну, мир ему, который был ближе к Святому, благословен Он, более всех творений земли, сказано (Бемидбар 12:3): «А муж Моше был весьма смирен» и т.д. И это разумно: ибо когда человек входит в чертог Царя, тотчас охватывают его страх и трепет, и стыд перед Ним постоянно, и сердце его сокрушено и подавлено более, чем у всех тех, кто вне чертога Царя. И смотри в нашем сочинении «Сидуро шель Шабат» (часть первая, Корень восьмой), где мы разъяснили этот аспект подробно. И потому сказали наши мудрецы, благословенна их память (Авода Зара 20б): «Смирение больше всех» (то есть больше всех достоинств, перечисленных там: воздержание, благочестие, чистота, дух святости — смирение больше всех), «ибо сказано (Йешаяу 61:1): "Ибо помазал Господь меня возвестить смиренным". Праведникам, благочестивым не сказано, а именно смиренным. Отсюда учишь, что смирение больше» и т.д. А на первый взгляд: ведь воздержание, благочестие, чистота и тому подобное — это преодоление вещей, к которым тело вожделеет и стремится, и это — великое служение безмерно. Не так со смирением, в котором, на первый взгляд, нет никакого труда. И почему же оно больше всех? Однако так оно и есть: ибо когда мы видим в ком-либо качество смирения, — несомненно, он ближе к Святому, благословен Он, более всех благочестивых, которые не смиренны подобно ему. Ибо аспект смирения приходит лишь через приближение к Святому, благословен Он, всем сердцем, и когда человек постоянно стоит во дворе Царя — потому возрастает в нём стыд, и покорность, и смирение постоянно. Однако тот, кто не трудился над этим качеством долгие дни, вовсе не знает его сущности, и ему кажется, что он смиреннее всех, а он ещё не коснулся и не затронул его, как мы подробно писали в других местах.

И вернёмся к теме: ради этого дал нам Святой, благословен Он, Свою Тору, которой Он услаждался каждый день (Берешит Раба 1:1), — чтобы прилепляться и приближаться к Нему через неё. И благодаря этому мы удостоимся качества покорности и смирения — с сокрушённым сердцем, в трепете и стыде, в любви и радости, как упомянуто в сорока восьми вещах, упомянутых: «В трепете и страхе, в смирении, в радости». И через смирение достигнет высших ступеней, выше которых нет, как сказано. И потому сказали наши мудрецы, благословенна их память (Сота 21б): «Тора сохраняется лишь в том, кто сделал себя как бы несуществующим» и т.д. И сказали, что Тора уподоблена воде, нисходящей с высокого места на низкое, — так и слова Торы нисходят с высокого места на низкое. И у них это поистине называется Тора, ибо она наставляет (мора) их путям Господа, благословен Он, — Его любви и Его трепету. И они не спешат выучить много, но то малое, что учат, связывают со своей душой и разумом, чтобы поступать так, как повелел им Господь, благословен Он, и поступают так постоянно. И все их действия, от малого до великого, — всё через Тору, которую они учат и вникают в слово мудрости, чтобы узнать ясность слова — сердцем и душой — чтобы исполнять по мере своих сил. Вот Тора, наставляющая, по какому пути обитает свет, и само собой она удаляет от греха, поскольку он не совершает ничего иначе как по Торе.

Однако тот, кто не изучает свою учёбу, по крайней мере, тем путём, что был разъяснён, и, упаси Боже, делает из неё топор, чтобы копать ею — извлекать из неё пользу собиранием учеников или чтобы стать равом и членом суда, дабы кормиться от этого и чтобы его почитали богатый и бедный; или ради того, чтобы иметь познания во всех книгах и учениях, чтобы не стыдиться перед товарищами и мочь вмешиваться среди людей в их учёбу или в их разговоры о словах Торы и не быть среди них невеждой; или учит просто, как заученную заповедь людей (Йешаяу 29:13); или даже более того — учит, чтобы знать её содержание и мудрость, но не ради служения Господу, благословен Он, — такой не удостаивается ничего, ибо она не совершена «в трепете и любви пред Господом его» и «не воспаряет ввысь» (Тикуней Зоар 25б). И не только это, но он и удаляется через неё от служения Ему, благословен Он. Ибо если он и не чувствует в себе, что стал надменным через это, — всё же невозможно, чтобы сердце его не возвеличивалось в нём хоть отчасти: сегодня чуть-чуть, а завтра — больше, думая: ведь я учил Тору, и я — учёный, и товарищ мой не равен мне по достоинству, — и говорит: «Буду, каким буду, но по крайней мере я учёный, а он — невежда (ам а-арец)», — как говорят эти глупцы и невежды, которые не вкусили страха Божия от роду. Вот — мало того, что он не приблизился к Нему, благословен Он, через Тору, в покорности и смирении, готовых для пребывания Божественного на человеке и прилепления Шхины, — но ещё и удалился, думая о своём достоинстве, и возвеличилось сердце его в нём. И Святой, благословен Он, говорит о нём: «Не могу Я и он обитать вместе» (Сота 5а), и «мерзость Господу всякий надменный сердцем» (Мишлей 16:5), как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Сота 5а). И потому сказали (Йома 72б): «Удостоился — становится для него снадобьем жизни; не удостоился...» и т.д. Ибо раз он удалился от Святого, благословен Он, упаси Боже, через Тору — нет снадобья смерти большего, чем это. И лучше бы ему не родиться. И тем более тот, кто учит ради греха — победить товарища своего и тому подобное, — лучше бы ему, чтобы перевернулась плацента его на лицо его.

А то, что сказали наши мудрецы, благословенна их память (Псахим 50б): «Пусть всегда изучает человек, даже не-лишма, ибо из не-лишма...» и т.д. — мы уже написали суть лишма хотя бы отчасти: и сколько святости, и чистоты, и воздержания от вожделения, и благочестия необходимо для этого! И тем более на более высоких и великих путях лишма. И потому тому, кто не может столь много учить лишма, дозволено учить упомянутым «не-лишма», то есть просто, исполняя повеление Творца, Который повелел ему положительной заповедью — учить Тору. И от этого он сможет понемногу прийти к учёбе лишма, ибо «свет, что в ней, возвращает к добру», как сказали наши мудрецы, благословенна их память (Эйха Раба, вступление 2). Но не так, чтобы он учил ради собственного удовольствия хоть сколько-нибудь, ибо учащий в своей гордыне, для своего вожделения, упаси Боже, — никогда не увидит яркого света в небесах, даже если будет учить весь день и всю ночь без перерыва. А по правде, мы видим воочию, что праведники нашего времени, которые учат мало из многого и совсем не считаются учёными, — большинство из них, если не все, удостоились всех достоинств, которые перечислил рабби Меир в Мишне, или по крайней мере большинства из них наверняка. Ибо то малое, что они учат, — они учат лишма, каждый по мере чистоты своего разума и страха Небес, что в нём. Потому и удостоились её достоинств.

И вот, о жертве всесожжения сказали наши мудрецы, благословенна их память (Танхума, на эту главу, 1-2): «Почему называется она ола (всесожжение)?» и т.д. — «Знай: если кто приносил грехоочистительную жертву — коэн (священник) получал от неё, но от всесожжения ни одно создание не вкушает ничего, а она вся восходит к Святому, благословен Он, Который есть Всевышний. Потому и называется ола (восходящая)» и т.д. — «Всякий, кто возвышает себя, — конец его идти в огне, ибо сказано: "Она — всесожжение на кострище"» и т.д. (конец цитаты). И на это намекнёт Писание: «Вот закон всесожжения (ола)», — то есть Тора, которую человек учит, должна быть подобна всесожжению, от которого ни одно создание не вкушает, а оно всё восходит к Святому, благословен Он. И так же в занятии Торой: человек должен возносить всё к Святому, благословен Он, и не должно быть в ней доли для человека вовсе, ибо ни одно создание не вкушает от неё, — лишь во славу Его, благословен Он, в любви и трепете, чтобы она «воспаряла ввысь» и была всесожжением, целиком восходящим к Святому, благословен Он. Однако «она — всесожжение (ола)» — тот, кто хочет возвыситься (леаалот) через Тору, чтобы называться «рабби» и побеждать товарища и т.д., или само собой — «она возвышает» (ола) — она поднимается в его сердце, и сердце его возвеличивается в нём через Тору, которую он выучил, — тогда «на кострище, на жертвеннике» — он заслуживает быть сожжённым в огне, как сказано. Ибо огонь Торы — «огонь пожирающий» (Дварим 4:24), и «выйдет огонь из Циона и пожрёт землю и урожай её» (Эйха 4:11). И, возможно, на это намекали наши мудрецы, благословенна их память, когда говорили (Менахот 110а): «Всякий, кто занимается разделом» и т.д. — «как будто принёс» и т.д. И мы уточнили выше: почему не сказали «всякий, кто изучает»? И по нашему пути скажет: «Всякий, кто занимается разделом» и т.д. — то есть кто занимается постоянно своей Торой, и заповедями, и молитвой, — и все они совершаются в чистоте святости, подобно разделу о всесожжении, от которого ни одно создание не вкушает, — тогда Писание вменяет ему, как будто он принёс всесожжение, ибо «послушание лучше жертвы» (Шмуэль I 15:22) и «лучше день во дворах Твоих, чем тысяча» (Теилим 84:11). И потому завершено: «Всю ночь до утра», — то есть а когда же главное время изучения Торы, о котором Я предупредил тебя? — Вот, «всю ночь» и т.д. — ибо изгнание уподоблено ночи, как известно. И сказали наши мудрецы, благословенна их память (Брахот 8а): «Со дня разрушения Храма нет у Святого, благословен Он, в Его мире ничего, кроме четырёх локтей Галахи (Закона)» — и это у тех, кто занимается лишма, как в разделе о всесожжении. И также они сказали (приведено в Туре, Йоре Деа, конец главы 246): «Человек не изучает большую часть своей мудрости иначе как ночью» и т.д. И потому — «всю ночь до утра». «И огонь жертвенника будет гореть на нём», — ибо известно, что огонь жертвенника был огнём свыше. И этот огонь будет гореть в нём, когда он занимается Торой огнём свыше, — чтобы он пылал в его сердце ради Всевышнего, во Имя Его, благословен Он, доставляя Ему радость. Но не, упаси Боже, чуждым огнём, огнём простого человека, чтобы пылало в его сердце собственное вожделение, упаси Боже. И потому скажет Писание: