אדר

(Представляется, что здесь уточняется: «Не сказано "неси", а "вознесёшь"». Хотя три приношения установлены мудрецами — и это аспект Устной Торы, — однако нет ничего, что не было бы намекнуто в Торе, даже то, что прилежный ученик в будущем обновит или установит, ибо всё было передано Моше на Синае. И «тиса» — аббревиатура слов «вот три приношения», и также «тиса эт рош» — аббревиатура «вот три приношения, которые отделяют, которые учили наши наставники».)

«И куда шло приношение казнохранилища? Покупали на него постоянные жертвы (тамидин) от всего Израиля — из шекелей, которые они отвешивали. Для чего? Чтобы все израильтяне были в них соучастниками».

(Представляется, что здесь уточняется, почему сказано «ли-фкудейѓем» (при исчислении их): ведь это заповедь на все поколения — каждый израильтянин даёт каждый год половину шекеля, даже когда их не пересчитывают. Однако, согласно тому, что мы написали в разделе 8 о стихе «И возьмёшь... и отдашь его на служение шатра собрания, и будет сынам Израиля в память» — смотри там: хотя это заповедь отдельного человека, а мы знаем, что «один — его дела не записываются в книгу памяти» (только в обычную книгу, как написали Тосафот), но заповедь общества записывается в книгу памяти. Различие — между обычной книгой и книгой памяти, ибо «зикарон» (память) от корня «захар» (мужское начало), которое порождает подобное. Так и книга памяти: когда в ней записана какая-либо заповедь — даже если человек вынужден и не может её исполнить, — книга памяти порождает, как будто человек исполнил заповедь сейчас на деле, как сказано выше.

Эта заповедь — заповедь каждого отдельного израильтянина. А заповедь отдельного человека записывается лишь в книгу, а не в книгу памяти. Получается, что когда мы не можем исполнить заповедь — например, в долгое время нашего изгнания — она не засчитывается нам как заповедь. Потому Всевышний сказал: «И возьмёшь... и отдашь его на служение шатра собрания» — тогда это становится заповедью общества, и потому «будет вам в память» — даже во время изгнания заповедь, исполненная во время Храма, порождает подобное.

Можно объяснить в этом же духе и намерение Псикты: «Для чего (берут постоянные жертвы из половины шекеля)? Чтобы все израильтяне были соучастниками в нём» — и чтобы это была заповедь общества, записываемая в книгу памяти, «в память пред Всевышним» навеки, даже когда мы лишены этой заповеди.)

И этим объясняется Писание: «Когда вознесёшь главу сынов Израиля ли-фкудейѓем» — то есть восполнить недостающее (от слова «пакад» — недоставать), даже в дни бедствий и скитаний («ли-фкудейѓем» от выражения «и не недоставало (нифкад) из них ни одного», «и недоставало (ва-йипакед) места Давида» — в значении «отсутствие, нехватка»). Тогда «и дадут ныне каждый выкуп за душу свою Всевышнему, и будет в память пред Всевышним навеки».