Gevurot Hashem

И убирают стол, чтобы ребёнок удивился (Псахим 115б): почему убирают стол, ведь следовало бы есть, раз мы уже возлегли? И ему ответят, что нам нужно рассказать об исходе из Египта перед едой. Ныне не принято убирать стол, и вместо этого убирают блюдо с мацой.

И наливают второй бокал, и начинают «Чем отличается», и перечисляют все отличия, которые мы совершаем в эту ночь (Псахим 116а). Некоторые задаются вопросом, что нигде не находим ответа на изречение «Чем отличается». Из-за этого давали далёкие от истины объяснения. Но всё это не представляет затруднения, ибо ответ содержится в конце сказанного, когда отвечает о пасхальной жертве, маце и мароре, когда доходит до того места. А «Рабами мы были» — это начало рассказа. И на то, что мы возлежим, отвечает: «В каждом поколении человек обязан видеть себя так, как будто он сам вышел из Египта» и т.д., и поскольку он должен видеть себя вышедшим из Египта, следует возлежать, чтобы выглядело, что он свободный человек. И на всё даётся подобающий ответ.

Однако во всём этом нет нужды, и нет затруднения. Ибо изречение «Чем отличается» — это вопрос учёного мудреца, как сказано в главе «Канун Песаха» (Псахим 116а): если его сын мудр, тот спрашивает; если нет — жена спрашивает и т.д. Даже два учёных мудреца спрашивают друг друга «Чем отличается» и т.д. Выходит, что «Чем отличается» — вопрос учёного мудреца. И таков смысл: «Чем отличается эта ночь» и т.д. — поедание мацы, безусловно, указывает на свободу, и он, будучи учёным мудрецом, знает это. Так же марор указывает на порабощение, возлежание — на свободу, и все прочие вещи, упомянутые в «Чем отличается». Но он спрашивает, какое отношение это имеет к нам: что произошло с нами, что мы совершаем знаки свободы и порабощения, и в каком месте это было? И отвечает: «Рабами мы были у фараона» и т.д. И тогда ответ следует по порядку, и это главное.

И не упомянуты четыре бокала, ибо не упоминается то, что является установлением мудрецов, как четыре бокала, которые полностью являются установлением мудрецов. Но маца и марор — не установление мудрецов. Хотя упоминается «все мы возлежим», что тоже установлено мудрецами, — поскольку возлежание относится к маце, которая из Торы (Шмот 12:18), ведь маца требует возлежания (Псахим 108а), — правомерно спрашивать об этом. Так же и два обмакивания: хотя первое обмакивание — от мудрецов, и харосет при втором обмакивании тоже от мудрецов, — спрашивает о них, ибо смысл таков: в эту ночь два обмакивания, и в одном из них есть марор, который из Торы. Хотя харосет сам по себе от мудрецов, поскольку харосет — для марора, который из Торы, правомерно спрашивать «Чем отличается». Но четыре бокала, которые полностью от мудрецов и в них нет ничего из Торы, — о них не спрашивает. Кроме того, и в другие ночи человек пьёт, и нет в этом отличия — то, что пьёт четыре бокала.

Во всех наших версиях текста написано: «Во все остальные ночи мы не обязаны обмакивать даже один раз, а в эту ночь — дважды». Рашбам (Псахим 116а) и Тур (Орах Хаим, гл. 473) исправили, что не следует читать «мы не обязаны обмакивать», а «мы не обмакиваем» и т.д. — на основании возражения рава Сафры (Псахим 116а): «Разве это обязанность для малых детей?» И отвечает: «Значит, так следует говорить: во все остальные ночи мы не обмакиваем ни одного раза, а в эту ночь — дважды». И на основании этого исправили наши версии.

Можно обосновать нашу версию текста: когда первое обмакивание совершается в марор, как прямо сказано в мишне (Псахим 114а), — на это возражают «разве это обязанность для малых детей», ведь марором перед трапезой он уже исполнил обязанность, и второе обмакивание служит лишь для привлечения внимания детей, так как он уже исполнил заповедь марора. Но поскольку в Гемаре заключается (Псахим 114б), что заповедь — искать другие овощи для первого обмакивания, и выходит, что у него есть другие овощи, то верно, что каждое обмакивание является заповедью: первое обмакивание, как мы сказали выше, — чтобы было заметно, что второе обмакивание совершается ради заповеди. Хотя мы придерживаемся правила, что заповеди не требуют намерения, тем не менее нужно, чтобы было заметно, что марор подаётся ради заповеди. Поэтому первое обмакивание — заповедь, и второе обмакивание для марора — несомненно заповедь. Но когда первое обмакивание в марор, он уже исполнил обязанность при первом обмакивании, и нельзя сказать, что второе обмакивание — чтобы было заметно, что это ради заповеди, ведь заповедь уже исполнена. Тогда оно служит лишь знаком для детей, чтобы увидели множество обмакиваний и спрашивали, а это, безусловно, вовсе не заповедь. Мы уже доказали выше из сказанного в Гемаре (Псахим 114б) «а если скажешь: пусть сообщит о других овощах» и т.д., что толкование таково: понятно, когда мы говорим, что заповеди требуют намерения — потому нужно первое обмакивание, и недостаточно одного второго, чтобы второе обмакивание было заметно как совершаемое ради заповеди, как разъяснено выше. Тогда, когда первое обмакивание в другие овощи, оба обмакивания — заповедь: первое — чтобы доказать, что второе совершается ради заповеди, а второе — суть заповеди. Согласно этому толкованию, наша версия верна и нет в ней ошибки. Однако, чтобы версия была единой — и когда есть другие овощи, и когда нет, — следует говорить «мы не обмакиваем», и таково мнение Тура.

Мы уже сказали выше, почему начинают «Чем отличается эта ночь» и т.д., а не начинают прямо с исхода из Египта, говоря «Рабами мы были у фараона в Египте» без вопроса «Чем отличается». Ибо знание приобретается от чувственно воспринимаемого к умопостигаемому, и заповеди подобны лестнице для восхождения к совершенному знанию. Потому следует начинать с чувственно воспринимаемого — «Чем отличается».

И также «Рабами мы были у фараона в Египте, и вывел нас» и т.д. Учили в мишне «Канун Песаха» (Псахим 116а): начинают с позора и заканчивают хвалой, и толкуют весь раздел «Арамеец-скиталец отец мой» (Дварим 26:5-8). И сказано в Гемаре (там же): что означает «позор»? Рав говорит: «Изначально наши отцы были идолопоклонниками». Рава говорит: «Рабами мы были» и т.д.

Объяснение таково: нельзя начинать сразу с хвалы, не рассказав прежде о позоре, ибо тогда казалось бы, что исход произошёл случайно, что просто так случилось это благо для Израиля и действующий не намеревался совершить это действие. Ибо есть два вида действующих: один — действующий случайно, другой — действующий по сути. Действующий случайно — например, дом горит, и приходит дождь и тушит пожар. Дождь совершает тушение, но действует случайно, без намерения тушить, и дождь никак не связан с пожаром. Второй — действующий по сути и намеренно, например, кто видит, что его дом горит, и тушит его — это действующий по сути, поскольку его первоначальное намерение, то есть тушение, вызвано пожаром. Поэтому, если бы рассказывалось о благе для Израиля без упоминания позора, можно было бы подумать, что избавление пришло случайно. Потому начинают с позора и говорят, что ради позора, постигшего Израиль, Святой, благословен Он, совершил то, что совершил, и действие было вызвано позором. Это действующий по сути, который намеренно совершил своё действие ради позора, постигшего Израиль, чтобы спасти их от позора. Потому связал свои слова с позором: Святой, благословен Он, увидел позор и вывел нас из Египта — не как дождь, который тушит, не будучи связан с пожаром и гибелью дома, и тушит.

Когда ты ещё глубже поймёшь, ты узнаешь, что хвала, которой предшествует позор, — ещё большая хвала. Как ты видишь, дню предшествует ночь, и это потому, что совершенство не обнаруживается в начале в этом мире. Когда сущее достигает некоего совершенства, невозможно, чтобы оно обладало этим достоинством с самого начала, поскольку это высшая Божественная ступень, и воспринимающий не достоин великого Божественного достоинства с самого начала. Поэтому Божественному достоинству предшествует позор, и в конце восходят к Божественному достоинству, ибо так подобает Божественному достоинству — из-за несовершенства воспринимающего оно не обнаруживается в нём поначалу. Это связано с природой этого мира, в котором достоинство не обнаруживается в начале, а начало его — в низости, и он возвышается в конце. Этот мир не был достоин принять такое достоинство, чтобы свет был в его начале, ибо свет — это достоинство бытия, потому ему предшествует ночь. Поэтому ты также обнаружишь, что этот мир пребывал в своей низости от начала сотворения, подобно ночи, пока не пришёл праотец Авраам, который подобен дню, ибо Авраам был как свет дня. Это то, что сказали мудрецы, благословенна их память (Авода Зара 9а): две тысячи лет — хаос, то есть бытие неизбежно должно быть хаотичным вначале, следуя природе этого мира, начало которого — хаос, и в его начале нет высшего достоинства. Потому это указывает на Божественное достоинство: у них сначала был позор, а затем Святой, благословен Он, возвысил их к Божественной ступени. Таков порядок мира, как мы сказали.

Причина их разногласия в следующем. По мнению Рава, «изначально наши отцы были идолопоклонниками» — это позор, ибо это позор, связанный с душой, ведь, безусловно, не тело воспринимает ущербность идолопоклонства, а душа. Рав считал позор души большим позором, ибо позор, связанный с душой, ведёт к гибели, поскольку душа, уклонившаяся от того, что подобает душе, в конце концов пойдёт к гибели, как написано (Ваикра 23:30): «И истреблю ту душу» и т.д. Поскольку это приводит к полному уничтожению, это следует считать большим позором. А Рава считает, что позор, связанный с телом, больше, ибо его позор — позор видимый и наличествующий сейчас, и потому «рабами мы были» — главный позор. Также позор более присущ телу, поскольку тело материально и позор к нему прилепляется. Но душа — хотя позор души в конце приводит к уничтожению, это не такой вид позора, как позор тела, которому позор свойственен, поскольку оно — тело низменное по своей природе. И это известно.

Некоторые объясняют, что по мнению Рава «изначально наши отцы были идолопоклонниками» — это позор, существовавший до прихода праотца Авраама, а затем Святой, благословен Он, приблизил Авраама к Своему служению, и следует упомянуть начало позора. Но Рава считает, что позор, о котором говорит мишна (Псахим 116а) «начинает с позора и заканчивает хвалой», — это позор сыновей, и достаточно рассказать о позоре, выпавшем на долю сыновей, а именно «рабами мы были у фараона», и это начало позора сыновей. Нет нужды начинать с позора до прихода Авраама, а лишь с позора, который был у сыновей. Но первое объяснение — основное, когда поймёшь суть вещей.

И безусловно, Святой, благословен Он, совершил для Израиля оба спасения: спас их от позора души и от позора тела. Изначально они были идолопоклонниками, и у них был позор души, а затем Он спас их также от позора тела. Спор касается лишь того, что является большим позором, и то, что является большим позором, подобает быть началом. Мы придерживаемся мнения Равы, и потому начинаем «Рабами мы были» и т.д. Но и Рава согласен, что у нас был позор души, и потому после этого рассказывают «Изначально наши отцы были идолопоклонниками» и т.д. Можно также сказать, что даже по мнению Рава, хотя основной позор — «изначально наши отцы были идолопоклонниками» и т.д., следует начинать с «Рабами мы были у фараона в Египте», ибо подобает сначала рассказать о благе, совершённом Святым, благословен Он, для Израиля, ради чего и подобает рассказывать об исходе из Египта. Все слова до «изначально наши отцы были идолопоклонниками», где начинается рассказ о позоре, являются вступлением к тому, почему мы обязаны рассказывать об исходе из Египта. Выходит, что эта Агада и по мнению Рава, и по мнению Равы полностью следует порядку.

«И вывел нас Господь рукою крепкою и мышцею простёртою» (Дварим 26:8). Эти два выражения — «рукою крепкою и мышцею простёртою» — следует объяснить так: когда Святой, благословен Он, поражал их, это было «рукою крепкою», то есть великой силой. «И мышцею простёртою» — Его мышца была простёрта над ними, то есть удар длился некоторое время, ибо каждая казнь имела продолжительность. Этими двумя средствами Святой, благословен Он, вывел Израиль: посредством великого удара и посредством продолжительности удара. Ибо фараон, когда казнь прекращалась, возвращался к греху, и потому невозможно было вывести их иначе как посредством удара и его продолжительности, и тогда он давал им разрешение уйти. И даже при казни первенцев, которая произошла в один миг — в полночь — у неё была продолжительность, и благодаря продолжительности казни вышел Израиль. В мидраше (Ялкут Шимони, ч. 1, ремез 208): «Встаньте, выйдите из среды народа моего» (Шмот 12:31). Сказали ему: разве мы воры, чтобы выходить ночью? Утром мы выйдем. Сказал им: все египтяне умирают, как сказано (там же, стих 33): «Ибо говорили: все мы мертвы». Сказали ему: ты хочешь прекратить казнь — скажи: «Вот вы свободны, вот вы рабы Святого, благословен Он». И начал фараон говорить: прежде вы были рабами фараона, но теперь вы рабы Святого, благословен Он. Конец цитаты. Вот видно, что благодаря продолжению казни вышел Израиль из Египта. И каждая казнь имела продолжительность, и обоими средствами Святой, благословен Он, вывел Израиль из Египта. И это «мышцею простёртою» — Его мышца была простёрта над ним, подобно тому кто бьёт другого, а рука простёрта над ним, чтобы тот вернулся, а если не вернётся — ударит его снова.

Кроме того, знай, что Израиль заслуживал быть рабами в Египте, и фараон заслуживал быть царём, порабощающим Израиль. Когда Святой, благословен Он, пожелал вывести Израиль из Египта, этому противостояли рабство, подобающее Израилю, и царство фараона. Это то, что сказано «рабами мы были» — это против рабства Израиля. А против того, что фараон был царём, порабощавшим их, сказано «у фараона в Египте». И об этом сказано: «И вывел нас Господь оттуда рукою крепкою» — чтобы устранить рабство, ибо против того, что они были порабощены и погружены в рабство, Святому, благословен Он, потребовалось вывести их рукою крепкою. А против того, что фараон был царём над ними силою своей руки, Он выводил их мышцею простёртою. Ибо способ того, кто приходит воспрепятствовать чему-либо, — простереть руку над ним, и это «мышцею простёртою». Подобие этому: камень, погружённый в землю, и сильный человек не желает позволить забрать его оттуда, — забирающий простирает руку над ним ударами, чтобы тот не препятствовал. Это объяснение верно, если вдуматься. Эти две вещи упомянуты в двух стихах (Дварим 4:34): «Или пытался ли Бог прийти и взять Себе народ из среды народа» и т.д., и в стихе (там же, стих 20): «И вывел вас из горнила железного», как подробно разъяснено выше. Есть ещё одно объяснение, и далее (начало гл. 56) у слов «рукою крепкою — это мор», «мышцею простёртою — это меч» будет разъяснено дополнительно.

Кроме того, знай, что всякое действие совершается с силой, когда действующий обладает силой и действует ею. Когда сильный человек бьёт с силой, удар этот велик, ибо бьющий обладает силой и бьёт с силой. Это и означает «рукою крепкою» — бьющий в Египте обладал силой, ибо рука Его крепка. А соответственно тому, что Он бил с силой, сказано «мышцею простёртою» — Его мышца была простёрта для удара, ибо то, что Он простирал мышцу над ними, указывает, что Он действовал мышцею, и силою выводил их. Это и означает Писание (Дварим 4:37): «И вывел тебя Господь Сам, великою силою Своею». Смысл в том, что Господь, благословен Он, вывел их Сам, то есть лично, а не через другого, ибо если бы через другого — это не было бы «Сам». И поскольку Святой, благословен Он, вывел их Сам, а Он обладает силой, из этого мы знаем, что не было недостатка из-за отсутствия силы. И со стороны самого действия не было недостатка, ибо выведение совершалось великою силою Его. И то, что сказано «великою силою Его» — это простёртая мышца Святого, благословен Он. И это верно, если вдуматься в это объяснение.

И после этого сказано: «И если бы Святой, благословен Он, не вывел наших отцов» и т.д. Смысл не таков, как объясняли некоторые: если бы Святой, благословен Он, не вывел наших отцов из Египта, мы, наши дети и дети наших детей были бы порабощены до конца всех поколений. Ведь возможно, что даже если бы отцы не вышли, дети могли бы выйти с помощью Святого, благословен Он. Почему же, если Он не вывел наших отцов, «мы и наши дети и дети наших детей» и т.д.? Но смысл таков: не говори, что хотя выведение было совершено Святым, благословен Он, оно могло бы быть совершено и через другого в будущих поколениях. Это не так: если бы Святой, благословен Он, не совершил этого — не вывел их из Египта, — не говори, что выведение было бы возможно через кого-то другого в каком-либо поколении. Нет — «мы и наши дети и дети наших детей» были бы порабощены. А то, что не сказано, что если бы Святой, благословен Он, не вывел отцов, то отцы и их дети были бы порабощены, — это не нужно говорить, ибо раз Святой, благословен Он, Сам выводил их, значит, если бы выведение было возможно через другого, Он не выводил бы их Сам. Значит, и в будущих поколениях выведение было невозможно иначе как через Святого, благословен Он. Таков смысл: если бы Святой, благословен Он, не вывел наших отцов из Египта Сам, мы были бы порабощены навечно, ибо и в будущих поколениях исход был невозможен через кого-либо другого. И не говори, что даже если бы Святой, благословен Он, Сам не вывел Израиль, дети могли бы выйти сами или через другого — это не так.

То, что они не могли выйти иначе как через Святого, благословен Он, — это глубокая вещь. Это подобно сказанному мудрецами, благословенна их память, в первой главе трактата Таанит (2а): три ключа не были переданы посланнику — ключ от родов, от дождей и от воскрешения мёртвых. И там приводятся стихи для каждого из них, что Святой, благословен Он, — Тот, Кто отпирает. Причина в этих трёх вещах в том, что всё, что находится в потенции и выходит в действительность, — его выход в действительность возможен только через Святого, благословен Он, Который один пребывает в совершенной действительности. Это потому, что Он, благословен Он, отделён от материи, ведь вся суть материи — потенциальность, и всё, что содержит материальную примесь, не может быть в совершенной действительности. Поэтому Он, благословен Он, полностью отделён от материи и один пребывает в совершенной действительности. Не так ангелы, ибо хотя они не телесны, у них всё же есть отношение и близость к телесному, и потому они не пребывают в совершенной действительности, то есть их ступень не достигает предельного совершенства, ибо сущее, которое несовершенно и не достигло предела, не пребывает в действительности, ибо бытие пребывает в действительности, когда уже совершенно и ни в чём не нуждается. Потому вещи, которые целиком представляют собой выход в совершенную действительность, возможны только через Господа, благословен Он, Который пребывает в совершенной действительности.

Поскольку эти три вещи — дождь, роды, воскрешение — не находятся в действительности и выходят в действительность, как доказывается из Писания, ибо написано о дожде (Дварим 28:12): «Откроет Господь тебе добрую сокровищницу Свою». О родах: «И отверз Господь утробу её». О воскрешении (Йехезкель 37:13): «Когда открою Я гробы ваши» — это указывает, что все они суть вещи, выходящие в действительность после того, как не были в действительности. Эти вещи выходят из потенции в действительность, и выводящий — лишь Тот, Кто полностью пребывает в действительности, а это Господь, благословен Он, пребывающий в совершенной действительности. А если Господь, благословен Он, обновляет действия, которых не было прежде, и кажется, будто Его действия вышли из потенции в действительность, — это потому, что недостаток был со стороны воспринимающего, а когда воспринимающий подготовлен, нет нужды в выведении в действительность. И нет в бытии ничего, что являлось бы выходом в действительность подобно этому: роды — это появление в мире человеческого существа, воскрешение — выход в действительность к жизни после смерти, и дождь — пропитание мира, от которого зависит жизнь человека. Потому именно для них Писание использует выражение «открытие», ибо эти вещи считаются выходом в действительность. Но произрастание деревьев и прочие возникновения не являются полным возникновением, и поскольку они не являются полным возникновением, они не пребывают в совершенной действительности, ибо то, что не завершено, не считается бытием, пребывающим в действительности, как было разъяснено. И это известно.

И подобает, чтобы совершенство этого мира, то есть то, что пребывает в действительности, исходило от Господа, благословен Он, Который пребывает в совершенной действительности и выводит всё в действительность. Поэтому рождение человека, принадлежащего нижнему миру, — через Господа, благословен Он. Дождь небесный — от среднего мира, ведь он называется (Дварим 11:11) «дождь небесный». А воскрешение — это излияние жизненной силы от высшего мира, и подобает, чтобы оно было через Господа, благословен Он. Все эти три вещи этот мир получает, каждую — от особого мира. Поэтому каждая имеет своё собственное «отпирание», то есть выход в действительность, и он — через Господа, благословен Он, пребывающего в совершенной действительности.

В Земле Израиля говорили: также ключ от пропитания (Таанит 2б). Это ещё более глубокая мудрость: подобно тому как необходим выход в действительность в этих трёх вещах, получаемых этим миром, так необходим выход в действительность для того, что поддерживает мир, — а именно пропитания, являющегося его основой. Потому сказали, что это также четвёртый ключ. Здесь лишь намёк на малое. Суть же дела — вещь ещё более сокровенная. Ключ от пропитания можно также понять из того, что будет разъяснено (далее, гл. 65) у Великого Халлеля, с помощью Господа, благословен Он.

Поскольку исход из Египта — выведение их из дома рабства, чтобы стать Ему народом избранным, — является великим возникновением и несомненно совершенством мира, как было разъяснено, что Израиль — совершенство мира, — выход этой вещи в действительность совершается через Господа, благословен Он, выводящего всё в действительность, и этот ключ не передан никому для выведения в действительность, кроме Него, благословен Он. Для этого нужны очень обширные рассуждения. Общий принцип: эти вещи были в потенции и вышли в действительность; выводящий их — Тот, Кто пребывает в действительности и не содержит никакой потенциальности. Когда Израиль был в Египте и Святой, благословен Он, вывел их в действительность — выйти из-под власти египтян, — они были подобны рождающемуся младенцу, как мы весьма подробно об этом говорили. Израиль выходил и считался вновь родившимся народом, обновлённым ныне, и потому их исход был возможен только через Святого, благословен Он.

И это то, что сказано: «Если бы Святой, благословен Он, не вывел наших отцов из Египта, мы и наши дети и дети наших детей были бы порабощены фараону». Ибо для этого выведения необходим выход в действительность через Того, Кто всегда пребывает в действительности. Но в отношении других изгнаний дело обстоит иначе, ибо даже если бы не вышли из Вавилона, Израиль и прежде не был бытием в потенции. Это относится только к пребыванию в Египте, когда они ещё не были народом, а там выросли, расплодились и размножились, подобно зародышу, формирующемуся во чреве матери, и ещё не вышли в действительность. Потому их исход считается полным выходом в действительность. Об этом и сказано: «Если бы Святой, благословен Он, не вывел наших отцов» и т.д. — то есть потому мы обязаны прославлять и рассказывать о чудесах, совершённых Святым, благословен Он, для наших отцов. Эти вещи весьма глубоки.

Кроме того, знай и пойми, что исход из Египта невозможен иначе как через Святого, благословен Он. Ибо действующие специфичны — не всякая вещь происходит от чего угодно. Как видно в мироздании: человек рождает человека, бык — быка, и все действующие специфичны. И поскольку мы обнаружили, что это действие — выведение — предназначено Ему, благословен Он, невозможно, чтобы это действие совершалось через другого. Ведь тогда для одного действия были бы два действующих, и действующие и воспринимающие действие не были бы специфичны, а это невозможно, как мы сказали выше. Действие соответствует сущности действующего, и это видно во всех природных явлениях. Действие подобно и соответствует действующему: когда от огня исходит действие, исходит сухость, соответствующая сущности огня, который сух. Так же влажность — от воды; действие всегда соответствует действующему, и это общепризнано среди исследователей. И если скажешь, что их избавление могло быть через одного из ангелов, — тогда действие не было бы специфичным. Ведь если бы исход был возможен через ангела, то действие исхода соответствовало бы и Господу, благословен Он, и ангелу, а мы не находим, чтобы одна вещь соответствовала двум действующим — одному великому и одному малому. Если действие предназначено великому действующему, малый действующий не может совершить его.

Всё это намекнули мудрецы наши, благословенна их память, в Берешит Раба, раздел Ваера (50:2): «Один ангел не исполняет двух поручений, и два ангела не исполняют одного поручения». Объяснение таково: если бы один ангел исполнял два различных поручения, то ангел соответствовал бы двум различным вещам, а если он соответствует одной вещи, то не соответствует другой. Так же «два ангела не исполняют одного поручения»: если поручение соответствует этому ангелу, невозможно, чтобы оно соответствовало другому ангелу, который отличен и отделён от него. Общий принцип: действующий должен соответствовать действию, а действие — ему, как мы сказали, и это весьма глубокая вещь в отношении специфичности действующих. Это и означает сказанное: «Если бы не вывел Святой, благословен Он, наших отцов из Египта, мы и наши дети и дети наших детей были бы порабощены фараону в Египте». Возможно, ты спросишь: каковы уровень и ступень этого выведения, что оно невозможно иначе как через Самого Господа, благословен Он, и не может быть приписано никакому другому действующему? Это уже было разъяснено выше: всякий выход в действительность — через Самого Господа, благословен Он, как мы подробно изложили, и это весьма ясные вещи.

Кроме того, исход соотносится с Господом, благословен Он. Когда Господь, благословен Он, вывел Израиль из Египта, Он вывел не только тех, кто был тогда в Египте, а все поколения, как мы говорим в конце Агады: «Не только наших отцов Он избавил, но и нас избавил вместе с ними». Смысл в том, что когда Святой, благословен Он, устранил власть Египта над Израилем, это устранение было не только для того поколения — иначе исход был бы только для того поколения, — а исход распространился и на потомков. Подобие этому: человек жил в городе, и пришёл к нему мудрец и сказал: выйди из города, ибо я знаю, что война придёт на него. Тот человек пошёл в другой город, спасся, родил там сыновей и внуков. Нельзя сказать, что мудрец спас того человека и его потомство вместе, — он спас человека, и это спасение распространилось на его потомство. Но в Египте было иначе: Святой, благословен Он, обратил Свой взор не на то поколение, а на весь Израиль — прежних и будущих — и их вывел.

И это подобает именно Святому, благословен Он, ибо Он, благословен Он, объемлет всё, и весь Израиль целиком — это Тот, кого Он вывел, согласно ступени Господа, благословен Он, объемлющей все поколения. Если бы выведение было через ангела, то хотя они и вышли бы, — поскольку ангел не объемлет всего, — исход был бы лишь для отцов, хотя и распространился бы на детей. И если спросишь: какая разница, было ли намерение направлено на отцов и дети были избавлены случайно, или намерение было направлено на отцов и детей вместе? — разница велика: если намерение было лишь на отцов, дети могли бы вернуться в рабство; но теперь, когда намерение было на отцов и все поколения, — невозможно. Потому и сказано: «Не только наших отцов Он избавил, но и нас избавил вместе с ними». Это потому, что Он, благословен Он, объемля все поколения, действует в вещах постоянных и всеобъемлющих, а не в вещах, существующих лишь временно и являющихся лишь частностями. И несомненно, что это невозможно через ангела или какую-либо иную силу, кроме Господа, благословен Он, и это неизбежно. Далее (гл. 55) у слов «Я, а не ангел» будет разъяснено, что исход был возможен только через Господа, благословен Он.

«И даже если все мы мудрецы». Упомянуты четыре качества, ибо знание приобретается четырьмя путями. Первый — первичные умопостигаемые, как знание человека о том, что две противоположности не могут соединиться в одной вещи в одно время, и что целое больше части, и всё, что является первичным разумом, — это называется «мудрость». Второй — вторичные умопостигаемые, когда человек знает одно и выводит другое из одного, — это называется «понимание», как сказали (Хагига 14а): кто такой «понимающий»? Тот, кто выводит одно из другого, — это вторичные умопостигаемые. Третий вид знания — то, что человек приобретает через опыт, когда многократно пробовал: когда делал такое-то — происходило так, когда ел такую-то траву — она его согревала, когда ел другую — охлаждала. Это называется человек опытный, который приобрёл знание силой опыта. Это свойственно старцам, которые благодаря своей старости приобрели и постигли вещи, ибо для опыта нужно много времени, пока постигнешь силой опыта. Это настолько известно, что не нуждается в объяснении. Потому человек опытный — это старец. И есть знание, приобретаемое из предания, полученного от достоверного человека, на которого он полагается в этом знании. Это приобретается через Тору, ибо он верит словам Моше, учителя нашего, который назван «верным» Святого, благословен Он. Хотя есть ещё знание, приобретаемое из чувственного восприятия, когда он видит, что огонь обжигает, — это знание не имеет достоинства, ибо оно низшее из всех, и даже животное видит. Но ступени, обладающие достоинством человека, — это четыре ступени, в которых есть достоинство. Потому и сказано: «И даже если все мы мудрецы» и т.д. — упомянуты четыре качества: мудрецы, разумные, старцы, знающие Тору, — соответственно четырём ступеням, на которых приобретается знание.

Кроме того, знай, что упомянуты четыре качества, соответствующие четырём ступеням знания. Когда человек постигает сущее, это называется «мудростью». Но поскольку это постижение опирается на материальные вещи, из которых приобретается знание, это знание не является чистым и полностью отвлечённым от материи, ибо оно опирается на материальные вещи — существующее телесное. Но вторичные умопостигаемые, поскольку человек приобретает их из первичных умопостигаемых, более чисты от материи, ибо при их постижении не опираются на внешние материальные вещи. Тем не менее и они не полностью отвлечены и чисты, поскольку опираются на первичные умопостигаемые, приобретённые из материальных вещей, существующих вовне. Но когда человек достигает старости, когда телесные силы иссякают и разрушаются, тогда в разуме обновляется способность постигать вещи, связанные с отделёнными разумами и первопричиной, — вещи, совершенно не опирающиеся на материю. Это свойственно именно дням старости, ибо когда телесные силы иссякают и разрушаются, тогда обновляется у него разум для постижения вещей полностью умопостигаемых.

Это то, что сказали в трактате Авот (4:20): «Учащийся у молодых чему подобен? Тому, кто ест незрелый виноград и пьёт вино из давильни. А учащийся у старцев чему подобен? Тому, кто ест зрелый виноград и пьёт выдержанное вино». Смысл в том, что мудрость молодых погружена в материю, потому он подобен тому, кто ест незрелый виноград, в котором вкус не созрел, и вкус винограда ещё погружён в материю виноградины. И подобно тому, кто пьёт молодое вино, ещё смешанное с осадком, — так и мудрость молодых: их мудрость не отделена от тела, а погружена в тело. Но учащийся у старцев — поскольку их мудрость отделена — подобен тому, кто ест зрелый виноград: благодаря тому что виноград созрел, вкус отделился от тела виноградины. И выдержанное вино уже отделилось от осадка и стало чистым и прозрачным — так мудрость старцев отделена и чиста от мути тела. Потому сказали «даже если все мы старцы» — в отношении разума человека в конце его дней. И как сказали мудрецы (Киним 3:6): учёный мудрец, чем больше стареет, тем больше прибавляется его мудрость и т.д.

А сверх этих трёх вещей есть ступень ещё более важная — знание Торы, которая дана из уст Господа, благословен Он, через Его пророка, и она более отделена от всех постижений в мире. Ибо несомненно, что даруемый разум — поскольку этот разум связан с человеком и является его приобретением — не достигает постижения вещей, обладающих полной простотой и совершенно далёких от всего материального, и человек, пребывающий в материи, не мог бы постичь их. Но Тора, которая от Господа, — «речения Господа — речения чистые, очищенные семикратно» от всякой материи.

Выходит, что постижений — четыре: мудрость, то есть просто разум, — соответственно сказано «даже если все мы мудрецы»; приобретённый разум, который приобретается из первичного разума и является более простым, — соответственно сказано «все мы разумные», как сказали (Хагига 14а): «разумный» — тот, кто выводит одно из другого; далее, исследователями именуется «даруемый разум», нисходящий на человека в старости, когда телесные силы ослабевают, и он более отделён и прост, — соответственно сказано «даже если все мы старцы»; и соответственно четвёртому сказано «все мы знаем Тору», которая превыше всего, ибо она от Господа, дающего Тору и мудрость. Так следует объяснить согласно нашей версии текста.

Однако основная версия текста, как я нашёл, — «даже если все мы мудрецы, даже если все мы разумные, даже если все мы знаем Тору», и не читается «даже если все мы старцы». И эта версия, несомненно, истинна. Упомянуты три качества, соответствующие трём вещам, сказанным в Писании о Бецалеле (Шмот 31:3): «И наполню его мудростью, разумом и знанием». Мудрость — постижение существующих вещей, и это мудрец. Выведение одного из другого — это называется разумом, как известно. А знание — это когда человек знает истину вещей, каждую в её определении, и это называется знанием. Потому сказано здесь «даже если все мы знаем Тору», ибо Тора называется (Малахи 2:6) «Торой истины», обучающей нас знанию истины сущего. И это объяснение верно.

Если спросишь: раз он мудрец и разумен, зачем ему рассказывать? — нет в этом затруднения, ибо нужно рассказать об этом, как сказано в Писании (Дварим 16:3): «Чтобы ты помнил день твоего выхода». Потому, даже если все мы мудрецы, все мы разумные, — заповедь нам рассказывать об исходе из Египта.