Gur Aryeh on Bereishit 11

«И почему Писание предварило» и т.д. Рамбан, благословенной памяти, возразил: ведь путь Писания таков — рассказывать о жизни отца и о рождении сына, и о его смерти, а затем упоминать дела сына. И относительно самого Ноаха упомянута его смерть (выше 9:29), хотя Ноах не умер, пока Аврааму не исполнилось 58 лет. И так же относительно Ицхака — рассказана смерть Ицхака (далее 35:29), а затем начинается повествование о сыне, хотя после этого он жил ещё долго. И удивительно, почему Рамбан не заметил различия между ними. Ибо есть между ними разница: когда [Писание] рассказывает о событиях отца, оно присоединяет к ним и смерть, ибо смерть отца тоже относится к рассказу об отце, и для полноты повествования нужно сообщить все его события и то, что за ними последовало. Поэтому оно рассказывает все дела отца и затем начинает также и о сыне — и это совершенный порядок: Писание говорит — вот повествование об отце, а вот повествование о сыне. Но мы не находим, чтобы Писание пришло рассказать что-либо о Терахе вообще. Оно лишь сообщило его потомство — как от него произошло потомство, но не пришло рассказать историю Тераха. И вся глава целиком пришла не для того, чтобы сообщить о делах Тераха, а лишь для повествования об Аврааме — «и взял Терах Аврама» и т.д. (см. стих 31), и ради Авраама это написано. А раз ради Авраама написано и речь вовсе не идёт о Терахе — чтобы здесь было уместно, что Писание завершает его историю, ведь Терах не настолько важен, чтобы рассказывать о нём, — мы не можем сказать, что «и умер Терах в Харане» является завершением рассказа о Терахе, который начался [выше]. И также нельзя сказать, что Писание упоминает потомство отца и смерть отца, а затем начинает о сыне, как выше в недельном разделе Берешит (глава 5 целиком), где упоминается смерть отца, а затем начинается рассказ о сыне. Там — другое дело, ибо раз [Писание] пришло рассказать о двух поколениях одно за другим, оно завершает рассказ о поколении, которое умерло, а затем начинает рассказ о поколении сына. Но здесь мы не находим от Ноаха до этого места, чтобы упоминалась смерть отца — чтобы сказать, что это часть рассказа о его поколении. Значит, неизбежно это вовсе не «завершение» — чтобы сказать, что раз это лишь завершение, Писание обычно завершает рассказ о поколении и предваряет его. Ведь у других так не обнаруживается. Значит, неизбежно смерть Тераха — не из рассказа о поколениях для записи лет их жизни, как это обычно в Писании, а [Писание] пришло рассказать о смерти Тераха [с определённой целью]. И доказательство тому: здесь написано «и умер Терах в Харане» — то есть не завершил своего намерения, ибо хотел идти в землю Кенаанскую (стих 31). Поэтому рассказ о смерти Тераха — не из числа повествований о том, сколько лет прожил Терах. И теперь тебе разъяснена причина [толкования] наших мудрецов, благословенной памяти (Берешит Рабба 39:7), по его сути, без сомнения. Ибо всюду, где [Писание] рассказывает о смерти отца прежде, а затем начинает повествование о сыне при жизни отца, — это потому, что пришло рассказать о делах отца, что произошло с отцом. Поэтому не считается нарушением порядка, что упоминается то, что произошло с ним через много лет, ведь раз речь идёт об отце — завершается рассказ об отце. И таково дело с Ицхаком, чья смерть упоминается прежде (далее 35:29), а затем начинается рассказ о сыне — для повествования о потомстве, как оно следовало одно за другим. И это не нарушение порядка, ибо [Писание] в порядке: сообщает тебе об отце, до какого времени он дожил и умер, а затем о сыне. Пойми эту разницу. Однако то, что [Раши] написал «чтобы дело не было всем известно», трудно — неужели Тора дана глупцам, которые не подсчитают годы поколений? Ведь Терах был жив, когда Авраам вышел из Харана. Но в Берешит Рабба (39:7) не сказано «чтобы не было известно всем», а там сказано так: «Сказал рабби Ицхак: если считать по числам, ему [Тераху] оставалось ещё шестьдесят пять лет. Но прежде всего ты толкуешь, что нечестивые при жизни называются мёртвыми. Ибо Авраам боялся и говорил: выйду — и будут через меня осквернять Имя Небес, и скажут: оставил отца в старости и ушёл. Сказал ему Святой, благословен Он: тебя Я освобождаю от [обязанности] почитания отца и матери, и никого другого Я не освобождаю. И более того — Я предваряю его смерть твоему выходу». Конец цитаты. А то, что сказано, что Он предварил его смерть, чтобы не сказали, что он оставил отца в старости, — ведь есть полный стих «и сказал Господь Авраму: иди себе» (далее 12:1), что Он повелел ему идти из дома отца? Но тем не менее Аврааму было позором, что он не исполнял заповедь почитания отца, хотя и был освобождён от неё. Ведь женщины тоже освобождены от многих заповедей, и несомненно, что в этом нет для них похвалы, а лишь позор, как будет разъяснено далее в разделе Беhаалотха относительно стиха (Бемидбар 9:2) «и совершат сыны Израилевы Песах». И есть здесь удивительная вещь, на которую намекнули наши мудрецы, благословенной памяти, сказав, что Писание предваряет смерть Тераха, чтобы сказать, что он не оставил отца и ушёл. И это удивительная вещь — сказать, что здесь нет [обязанности] почитания отца. Ибо почитание отца применимо, когда сын связан и относится к своему отцу. А здесь Авраам не был связан с Терахом так, как сын относится к своему отцу. Авраам был началом [нового]. Поэтому Писание предваряет смерть Тераха, чтобы сказать, что дела Авраама не связаны с его отцом Терахом вовсе. Терах со всей его жизнью и уходом — предшествует Аврааму. Поэтому нужно было предварить его смерть делам Авраама, чтобы сказать тебе, что они не связаны друг с другом. И это то, что сказано: «тебя Я освобождаю, и никого другого Я не освобождаю». Объяснение: «тебя» — у которого нет связи с отцом, и никто другой в мире не освобождён. «И более того — Я предваряю» — объяснение: прежде этого упоминается смерть Тераха, чтобы сообщить, что мало того, что Авраам не относится к своему отцу и не обязан почитать его, но более того — когда [Писание] упоминает дела Авраама, оно прежде упоминает смерть отца. И это доказательство, что дело Авраама соединяется со смертью Тераха. Ибо Святой, благословен Он, извлёк Авраама из Тераха, и все поколения от Ноаха до Авраама были сотворены лишь для того, чтобы произвести Авраама, который является основой строения мира. Поэтому Святой, благословен Он, освободил Авраама от почитания отца и матери, ибо у него нет отношения к отцу вовсе, поскольку он — иное творение. И не то чтобы у него не было родства с отцом, а когда [Писание] хочет упомянуть дела Авраама, оно сначала упоминает его смерть. И это потому, что дело Авраама не связано с первыми поколениями, ибо первые были хаосом [тоу], а он — начало строения. И когда приходит свет, удаляется тьма. Поэтому перед ним уместна смерть Тераха. И потому не было позором для Авраама оставить отца. Поэтому Святой, благословен Он, сказал ему: мало того, что Я освобождаю тебя от почитания отца — потому что у тебя нет родства с отцом, — но дело «иди себе из земли твоей» соединяется со смертью Тераха, как упомянуто выше. Поэтому нет тебе позора, если ты оставишь отца. И нет пустого в словах мудрецов, а если пусто — то это от нас (Иерусалимский Талмуд, Пеа 1:1).

«Нечестивые при жизни называются мёртвыми». Это удивительная вещь из слов мудрецов (Берешит Рабба 39:7). Ибо жизнь — это нечто, не имеющее перерыва вовсе, подобно «воде живой» (Бемидбар 19:17) — воде, которая не иссякает (по Йешаяу 58:11) и течёт без перерыва. А поскольку у нечестивого есть смерть в конце, он называется мёртвым, ибо его жизнь имеет перерыв, а значит, это не жизнь. А праведники даже в смерти своей называются живыми (Брахот, конец 18а), ибо даже в смерти их жизнь не прекращается, поскольку они готовы вернуться к жизни при воскресении. И эта тема весьма обширна. А почему нужно было сказать это и недостаточно было причин, [приведённых] выше (буква 19) — что у Авраама нет родства и связи с отцом Терахом, ибо свет есть удаление тьмы, — и зачем говорить, что «нечестивые при жизни называются мёртвыми»? Это не трудность. Ибо иначе было бы трудно: ведь Терах ещё жив, и как можно сказать, что дела Авраама связаны не с Терахом, а с его смертью? Ведь Терах ещё жил, и Писание рассказывает тебе о делах Авраама. И какой толк в том, что перед этим написана его смерть? Но когда мы говорим, что «нечестивые даже при жизни называются мёртвыми» — и вся [их жизнь] подобна затянувшейся смерти, — тогда понятно, почему прежде упомянута его смерть. Ведь в конечном счёте [Писание] намекнуло тебе, что выход Авраама в землю Кенаанскую — когда Авраам обрёл начало своей ступени — относится и соединяется со смертью Тераха. Однако то, что Раши объяснил — что для того предварил, чтобы не было известно всем, что Терах был жив, — это не из слов наших мудрецов, благословенной памяти, и в этом не было необходимости. А [следует понимать] лишь так, как мы сказали выше.

«Нечестивые при жизни называются мёртвыми» и т.д. Хотя Терах совершил раскаяние [тшуву] (возражение Рамбана), как объяснил Раши относительно «и ты придёшь к отцам своим с миром» (далее 15:15), представляется, что ему было прощено лишь со смертью, а при жизни он назывался мёртвым. Смерть же искупает его, ибо всякая смерть искупает. А Рамбан объяснил, что в конце дней своих он совершил раскаяние.