Gur Aryeh on Bereishit 23

Поскольку Раши затруднялся: откуда нам выводить сравнение? Может быть, «шана» «шана» пришло для разделения (возражение Рамбана) — столетняя не как двадцатилетняя: столетняя в грехе, а двадцатилетняя без греха; двадцатилетняя без красоты, а семилетняя в красоте. Он ответил: «годы жизни Сары» — «все они равны к добру». И тогда сравнение приходит сравнить все вместе: «столетняя как двадцатилетняя в отношении греха и т.д.». Нельзя сказать наоборот — сравнить к худшему — двадцатилетняя как столетняя в грехе, ведь двадцатилетняя не подлежит наказанию (Шаббат 89б) и не имеет греха, потому нужно сравнивать к лучшему. А если бы было написано только «годы жизни Сары» без «шана» «шана» — мы бы сказали, что все равны к добру, но не знали бы, в чём добро: может быть, в богатстве или ином благе. Но теперь, когда написано «шана» «шана», мы выводим «столетняя как двадцатилетняя в отношении греха», как сказано выше. Таковы слова Ра''ама вкратце, и далее мы ответим на его слова.

И если спросишь: понятно в отношении небесных наказаний, но в отношении наказаний земного суда, который наказывает с тринадцати лет, — откуда нам, что она не грешила? Это не затруднение, ведь небесные наказания — за лёгкие грехи, как написано (ср. Коѓелет 11:9) «и знай, что за всё это приведёт тебя Бог на суд», «будь то доброе, будь то злое» (там же 12:14). И толковали в первой главе Хагига (5а), что даже за лёгкое дело человек бывает наказан иногда, как сказано там. А раз она не грешила по небесному суду — тем более по людскому суду, который за тяжкие грехи, — не грешила.

И если спросишь: у Авраама Раши объяснил далее (25:7) «столетний как семидесятилетний в грехе, и семидесятилетний как пятилетний в грехе» — откуда выводить сравнение? Может, «шана» «шана» пришло для разделения, а не для сравнения? Ведь там не написано «годы жизни Авраама»! Можно ответить: там написано (там же) «и вот дни лет жизни Авраама, которые он прожил», а следовало написать лишь «и вот дни Авраама». Значит, «годы жизни» пришло для сравнения. И так мы толкуем у Авраама: «столетний как семидесятилетний в грехе и семидесятилетний как пятилетний в грехе». А почему не сравнивается столетний с пятилетним, без «шана» при семидесяти? Потому что если бы «шана» было при ста и семидесяти и «шана» при пяти — не было бы никакого излишества, ведь и в других местах «шана» написано дважды. Кроме того, можно было бы подумать, что когда он стал совсем старым, он был без греха потому, что раскаялся. Потому нас учат: «столетний как семидесятилетний» — это были его основные годы, и он не грешил.

Теперь объясняется, почему у Ишмаэля тоже написано «шана» «шана»: там, безусловно, нельзя толковать как у Авраама. Следует сказать, что «шана» «шана» у Ишмаэля толкуется для разделения: там нет никакого излишества для сравнения, ибо написано (далее 25:17) «вот годы жизни Ишмаэля». И толкуется: столетний не как тридцатилетний, и тридцатилетний не как семилетний. Семилетний был совсем без греха, тридцатилетний грешил и вышел на дурной путь, а столетний вернулся к раскаянию.

И если спросишь: раз мы выводим «столетняя как двадцатилетняя в грехе» — откуда нам, что она не грешила после ста? Представляется, что после ста злое начало прекращается, и безусловно после ста она не грешила, и тем более если до ста не грешила — после ста тем более. Кроме того, мудрецы сказали (Йома 38б): раз большая часть лет человека прошла без греха — ему гарантировано, что больше не согрешит.

И если спросишь: пусть толкуем — столетняя как двадцатилетняя и двадцатилетняя как семилетняя в красоте, и вовсе не толкуем в отношении греха! Следует сказать: ведь когда ей было девяносто, написано (выше 18:12) «после увядания моего была мне нежность» — значит, столетняя не была как семилетняя.

И если спросишь: ведь до дарования Торы наказание не наступало до ста лет, как написал Раши в разделе Берешит (5:32)! Представляется, что наказание смертью — иное дело, и там речь о смертной казни, как сказано в стихе (ср. Йешаяѓу 65:20) «ибо грешник столетний умрёт». А здесь речь обо всех наказаниях, кроме смерти, ибо и до дарования Торы небесный суд наказывал, но не смертью.

Теперь не затрудняет тебя возражение Рамбана на Раши, что «шана» «шана» подразумевает разделение, а не сравнение. И то, что у Ишмаэля тоже написано «шана» «шана» и нельзя толковать так — ведь то, что толкуется в Берешит Рабба (58:1) «столетняя как двадцатилетняя», выводится из излишества «годы жизни Сары». А у Авраама, по мнению Рамбана, так не толкуют. Однако в нашем Берешит Рабба (62:1) толкуют и у Авраама, как у Сары. А возражение от Ишмаэля уже объяснено выше. И теперь всё разрешается.

Однако все рассуждения Ра''ама — слова, которые разум не принимает. Ведь не нужно было говорить «столетняя как двадцатилетняя» — достаточно: столетняя как семилетняя в грехе, и двадцатилетняя как семилетняя в красоте. Всё можно было бы сравнить с семилетней, и это более логично, ведь семилетняя безусловно не грешила — ни по небесному, ни по людскому суду.

Но вот объяснение, которым всё разрешается без затруднений. Безусловно, обычай Писания — писать «шана» «шана» при каждом числе. Но то, что мудрецы истолковали «столетняя как двадцатилетняя» — потому что в стихе написано «и было лет жизни Сары сто и т.д.». Раз Писание пришло сообщить все годы жизни Сары — не следовало их разделять и говорить «сто лет и двадцать лет и семь лет». Ведь во всех других местах Писание разделяет, потому что говорит: сначала он прожил столько-то лет, а потом столько-то. Но здесь, где написано «и было лет жизни Сары» — подразумевается, что Писание сообщает все её годы жизни, и не следовало их разделять и писать при каждом числе «шана», ведь именно годы разделены, но не жизнь. Следовало бы объединить всё вместе и сказать «сто двадцать семь лет».

Так же у Авраама, где написано (далее 25:7) «и вот дни лет жизни Авраама, которые он прожил и т.д.»: то, что написано «вот дни лет», — как если бы написано «жизнь Авраама», ведь Писание говорит «дни лет», а дни не разделены, только годы. Или же: ведь написано «которые он прожил», и раз Писание пришло сообщить его жизнь — все его годы вместе — не следовало их разделять, а написать «и вот дни лет жизни Авраама, которые он прожил: сто семьдесят пять». Но у Ишмаэля, где сказано «вот годы жизни Ишмаэля» (там же 25:17) — Писание стремится сообщить его годы, и правильно написано «сто лет и тридцать лет и семь лет», ведь так были его годы: сначала он прожил сто лет, потом тридцать, — годы разделены. Но у Авраама и Сары Писание не упоминает их годы как таковые: у Сары написано «жизнь Сары», у Авраама — «вот дни лет жизни Авраама, которые он прожил». Значит, не следовало разделять их, а разделение пришло для толкования — каждое число само по себе.

И вот смысл: все двадцать лет, которые она прожила, составляют одно целое — хотя обычно человек меняется, они были одним целым, и не было в ней изменения за все эти двадцать лет. Так же «столетняя как двадцатилетняя» — потому «шана» написано при ста, чтобы сказать, что они составляют одно целое. И тогда сказанное «столетняя как двадцатилетняя и двадцатилетняя как семилетняя» — не значит, что выводится из сравнения, ибо это не следует из излишества «шана» «шана». А поскольку Писание говорит, что эти сто лет — одно целое, и эти двадцать — одно целое, необходимо объяснить: целое двадцать, добавленное к семи, — едино, и не было в нём разделения, ибо двадцатилетняя как семилетняя в красоте. И столетняя — то, что это целое добавлено к двадцати, — тоже едино, ибо столетняя как двадцатилетняя в отношении греха. И каждое целое едино и нераздельно. Этим снимаются возражения Рамбана, и объяснение Раши верно.

И так сказано в Берешит Рабба (58:1): «Знает Господь дни непорочных» (Теѓилим 37:18) — «как они непорочны, так и годы их непорочны: двадцатилетняя как семилетняя в красоте, столетняя как двадцатилетняя в грехе»; конец цитаты. И смысл Берешит Рабба как наши слова: их годы непорочны и нет в них разделения. И это выводится из излишества «шана» «шана» — чтобы сделать каждое число единым целым. А раз это единое целое — оно лишь говорит, что всё объединено как одно, и каждое число охватывает всё как одно. И это ясные слова без сомнения.