Gur Aryeh on Bereishit 36

«Она — Йеудит». И хотя выше написано (26:34) «Йеудит, дочь Беэри», — Эсав также менял имя её отца, ибо «Ана» был известен как мамзер, поэтому Эсав говорил, что она «дочь Беэри» (там). Так же он говорил, что она из потомства Хета, ибо хивеи — самые низкие из всех, поскольку они прокляты, подобно змею (хивви созвучно «хивья» — змей), ведь потомство Хама проклято (выше 9:25), а хивеи — тем более. И нечестивец сказал, что она из потомства хеттов.

«Что пришёл Цивон» и т.д. Тогда «дочь Аны» — так люди полагали, что она дочь Аны, а на самом деле она дочь Цивона. Нельзя сказать, что Ана — женщина по имени Ана и её отец Цивон, ведь мы не находим, чтобы дочь возводилась к матери без причины. Как выше (34:1) «и вышла Дина, дочь Леи» — и мы спрашиваем (Раши там): разве она дочь Леи, а не дочь Яакова? — и толкуем, как [объяснено] выше. Но возводить к матери без причины — и когда мы даже не знаем, кто мать, — не встречается нигде, ведь нигде во всём Писании не упоминается «Ана» как женщина, чтобы можно было сказать «дочь Аны» — что так звали её мать. Нельзя также сказать наоборот — что Ана пришёл к жене Цивона и она была на самом деле дочерью Аны, а люди полагали, что она дочь Цивона. Ведь мы находим далее, что Цивон согрешил, придя к своей матери, поскольку Ана упоминается как брат Цивона: написано (ср. стих 20) «и вот сыновья Сеира: Цивон и Ана», а также мы находим, что Ана — сын Цивона, как написано (ср. стих 24) «и вот сыновья Цивона: Айя и Ана». Значит, Цивон пришёл к своей матери, и люди полагали, что Ана — брат Цивона, сын Сеира, а на самом деле он был его сыном (Бава Батра 115б). Раз Цивон согрешил [так], он мог согрешить и с женой Аны, своей невестки, и родилась Оголивама. Нельзя сказать, что на самом деле согрешил не Цивон, а Ана, пришедший к жене Цивона, своего брата, а Цивон не согрешил, и далее скажем, что напротив — Сеир согрешил, придя к жене сына своего Цивона и родив Ану, а люди полагали, что тот сын Цивона, а на самом деле он сын Сеира. И тогда Цивон вообще не согрешил. Тем не менее правильнее возложить все прегрешения на Цивона, чтобы Сеир и Ана были без греха и все прегрешения были у Цивона — одно прегрешение, — чем говорить, что согрешили и Сеир, и Ана. Так объяснил Раам. Но его объяснение неверно, и затруднения нет. Ведь, безусловно, нельзя сказать, что Ана пришёл к жене Цивона. Ведь раз Писание возводит её к Ане как к настоящему отцу, как может оно возводить её к Цивону, который вовсе не её отец, — лишь потому что люди так полагали? Понятно наоборот: сначала Писание возводит её как «дочь Аны» — как было общеизвестно, а затем возводит к истинному происхождению. Так же далее можно сказать: Цивон пришёл к своей матери, а не говорить, что Сеир пришёл к невестке и родил Ану, — ибо логичнее сказать, что сначала Писание возводит Ану так, как полагали люди — что он сын Сеира (стих 20), а затем сообщает, что он сын Цивона по правде (стих 24). Если спросишь: может быть, смысл «дочь Аны, дочь Цивона» в том, что Оголивама названа «дочерью Цивона», то есть деда по отцу, как написано (Шмот 2:18) «и пришли они к Реуэлю, отцу их» [хотя он был дедом]? Это не затруднение: [тогда] следовало бы написать «дочь Аны, сына Цивона», и мы бы знали, что Оголивама — дочь его сына. Зачем возводить её к деду без необходимости? А Рашбам возразил в главе «Еш Нохалин» (Бава Батра 115б): откуда мы знаем, что Цивон пришёл к своей матери? Может быть, когда написано (стих 20) «вот сыновья Сеира: Цивон и Ана», Ана — это внук, а назван сыном Сеира, ведь «внуки подобны сыновьям» (Йевамот 62б)? Рашбам ответил: не следовало бы перечислять его вместе с Цивоном. Мне же представляется, что там, где [Писание] возводит потомков к их родителям, неуместно говорить «внуки подобны сыновьям», ведь это не истинное происхождение — правильнее возводить к отцу.