Gur Aryeh on Bereishit 37

«После того как рассказал» и т.д. Ведь уже сказано «и рассказал его братьям своим» (стих 9), значит, он дважды рассказал братьям. Если спросишь: зачем ему нужно было рассказывать братьям после того, как уже рассказал им вначале? Можно ответить, что всё намерение Йосефа было в том, чтобы братья истолковали ему сон в форме удивления, как они сделали в первый раз: «неужели ты будешь царствовать над нами, неужели будешь властвовать над нами?» и т.д. (стих 8). В первый раз они полагали, что в сне нет ничего реального и он подобен всем ложным снам, и толковали его: «неужели будешь царствовать?» и т.д. Когда же приснилось второй раз, они полагали, что этот сон истинен, раз он явился дважды, и потому не хотели толковать его и молчали, не отвечая ему ничего. Потому при первом сне сказано «и возненавидели его» (ср. стих 8), а при втором сказано (стих 11) «и позавидовали ему братья его» — они завидовали ему из-за величия и власти, на которые указывает сон. Когда Йосеф увидел, что они не хотят толковать, он рассказал сон отцу в присутствии братьев. Намерение было в том, чтобы Яаков истолковал сон и включил братьев, сказав «неужели придём» в форме укора. Так и сделал Яаков, сказав «неужели придём я и мать твоя» и т.д. Намерение Яакова было истолковать сон так, чтобы он исполнился для всех них, и Яаков как бы был посланцем, говорящим за всех, ибо сыновья не говорят в присутствии отца. Поэтому при этом сне добавлено «и за слова его» — потому что они завидовали ему из-за снов и также из-за его слов, которыми он хвалился перед ними, что будет царствовать, как объяснил Рамбан (стих 8). Но выше ненависть была лишь из-за его слов — что он хвалился перед ними, что будет царствовать, — потому они сказали (стих 8) «неужели будешь царствовать» и т.д. По толкованию же Раши затруднительно выражение «за слова его» в смысле «за донос» (стих 8): почему в первый раз не упомянуто, а лишь «и ещё более возненавидели его»? Можно ответить по мнению Раши: в первый раз написано «и ещё более возненавидели его», и из слова «ещё» (стих 5) ясно подразумевается [ненависть] из-за доноса, ибо «ещё более ненавидеть» означает [в дополнение к прежней ненависти]. А здесь «ещё более ненавидеть» могло бы пониматься как добавление к первому сну, а не из-за доноса, поэтому написано «за слова его» — то есть за донос, который он вынес.

«Поскольку он навлекал ненависть». Не [следует понимать], что он не считал сон истинным, ведь написано (стих 11) «а отец его хранил это дело».

«Ведь мать твоя [уже умерла]» и т.д. Ведь иначе — в чём было удивление, когда он сказал «неужели придём» и т.д.? Что же касается слов братьев «неужели ты будешь царствовать» и т.д. (стих 8) — Онкелос перевёл: «неужели ты думаешь царствовать» и т.д. Смысл: раз ты рассказываешь этот сон, ты думаешь царствовать, — и в этом было их удивление. Но Яаков, сказавший «неужели придём» и т.д., — какое удивление в этом [без указания на невозможность из-за смерти матери]?

«А он не знал» и т.д. Нельзя сказать, что [Яаков] прекрасно знал, что это относится к Бильhе, а говоря «неужели придём я и мать твоя поклониться», хотел лишь вывести из сердец сыновей [ненависть]. Ведь тогда ему следовало бы опасаться, что и они узнают, что это относится к Бильhе, — и тогда ненависть стала бы ещё больше, ибо они стали бы теперь считать сон более истинным. Ведь из слов Яакова следует: если бы мать была жива, он считал бы сон истинным. И, возможно, они знали бы, что это относится к Бильhе, — и тогда считали бы сон истинным. Значит, он не знал, что это относится к Бильhе. Что же касается принципа «нет сна без пустых вещей», Яаков не опасался, что сыновья тоже узнают об этом и ненависть усилится, ибо «нет сна без пустых вещей» — это учение, полученное по традиции, и для этого нужна учёба. Яаков знал это лишь потому, что учился у Шема и Эвера. Откуда сыновья узнают это, если их не учили? Яаков знал, что они этому не учились, ибо Йосефу он передал основу своей мудрости (Раши, стих 3).

«И Яаков намеревался» и т.д. Нельзя сказать, что Яаков не знал, что «нет сна без пустых вещей», ведь это предмет учения, и несомненно, Яаков знал это. Хотя выше [сказано, что] он не знал, что «это относится к Бильhе», — это не предмет учения, а толкование сна, и не нужно говорить, что Яаков толковал сны. Он был мудрецом и пророком.