חלק ב — תורה 34
1 · Часть II — Тора 34
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
וַיִּחַדְּ יִתְרוֹ עַל כָּל הַטּוֹבָה (שמות י״ח:ט׳).
“Va’yichad Yitro (And Yitro exulted) over all the good”
«Ва-йихад Итро (И возликовал Итро) обо всём добре»
כִּי אֵצֶל סְתַּם בְּנֵי־אָדָם אֵין הַשִּׂמְחָה שֶׁל כָּל הַטּוֹבוֹת בְּיַחַד, כִּי יֵשׁ חִלּוּקִים רַבִּים בְּעִנְיַן הַשִּׂמְחָה. לְמָשָׁל כְּשֶׁבָּאִין עַל חֲתֻנָּה, יֵשׁ מִי שֶׁשָּׂמֵחַ מִן הָאֲכִילָה שֶׁאוֹכֵל, דָּגִים וּבָשָׂר וְכַיּוֹצֵא, וְיֵשׁ אֶחָד, שֶׁשָּׂמֵחַ מִן הַכְּלֵי־זֶמֶר, וְיֵשׁ שֶׁשָּׂמֵחַ מִדְּבָרִים אֲחֵרִים כַּיּוֹצֵא בָּהֶם, וְיֵשׁ שֶׁשָּׂמֵחַ מִן הַחֲתֻנָּה עַצְמָהּ, כְּגוֹן הַמְחֻתָּנִים, שֶׁאֵינָן מַשְׁגִּיחִים עַל אֲכִילָה וּשְׁתִיָּה, רַק שְׂמֵחִים מִן הַחֲתֻנָּה עַצְמָהּ, וְכַיּוֹצֵא שְׁאָר חִלּוּקִים.
The average person does not rejoice in all the types of good at once. There are very many distinctions in the matter of joy. For example, when attending a wedding, one person rejoices in the food he eats—fish, meat and the like—another rejoices in the music, and another rejoices in some other such thing. Others rejoice in the wedding itself, such as the in-laws, who do not focus on the food and drink, but are happy about the wedding itself. And there are other such distinctions.
Обычный человек не радуется всем видам добра сразу. Есть очень много различий в вопросе радости. Например, приходя на свадьбу, один радуется еде, которую ест — рыбе, мясу и тому подобному, другой радуется музыке, а иной радуется чему-то ещё подобному. Другие радуются самой свадьбе, как, например, сваты, которые не сосредоточиваются на еде и питье, но радуются самой свадьбе. И есть иные подобные различия.
אֲבָל אֵין אָדָם שֶׁיִּהְיֶה שָׂמֵחַ מִכָּל הַשְּׂמָחוֹת בְּיַחַד. וַאֲפִלּוּ מִי שֶׁשָּׂמֵחַ מִכָּל הַדְּבָרִים הַנַּ"ל, אַף־עַל־פִּי־כֵן אֵין הַשִּׂמְחָה מִכָּל הַדְּבָרִים בְּיַחַד, רַק מִכָּל אֶחָד בִּפְנֵי עַצְמוֹ בָּזֶה אַחַר זֶה. גַּם יֵשׁ אֶחָד, שֶׁאֵין לוֹ שׁוּם שִׂמְחָה כְּלָל, לֹא מִן הָאֲכִילָה וּשְׁתִיָּה וְלֹא מִשְּׁאָר דְּבָרִים, וְאַדְּרַבָּא, יֵשׁ לוֹ קִנְאָה וָצַעַר, שֶׁמְּקַנֵּא עַל הַשִּׁדּוּךְ, עַל שֶׁזֶּה נִשְׁתַּדֵּךְ בָּזֶה.
However, no person rejoices in all the types of joy simultaneously. Even someone who rejoices in all the aforementioned things, does not rejoice in them all together but in each thing separately, one after the other. And there is even an individual who has no joy whatsoever, not from the food or drink or any of the other things. On the contrary, he feels envy and pain, because he is jealous of the match, that this one made a match with that one.
Однако ни один человек не радуется всем видам радости одновременно. Даже тот, кто радуется всем вышеупомянутым вещам, не радуется ими всеми вместе, но каждой вещью отдельно, одна за другой. А бывает и такой человек, у которого нет никакой радости вовсе — ни от еды, ни от питья, ни от каких-либо иных вещей. Напротив, он ощущает зависть и боль, ибо завидует шидуху — что этот заключил шидух с той.
אֲבָל שְׁלֵמוּת וְגַדְלוּת הַשִּׂמְחָה הִוא, מִי שֶׁזּוֹכֶה לִשְׂמֹחַ מִכָּל הַטּוֹבוֹת בְּיַחַד. וְזֶה אִי אֶפְשָׁר כִּי־אִם כְּשֶׁמִּסְתַּכֵּל לְמַעְלָה עַל כָּל הַטּוֹבָה, דְּהַיְנוּ עַל הַשֹּׁרֶשׁ, שֶׁמִּשָּׁם נִמְשָׁכִין כָּל הַטּוֹבוֹת. וְשָׁם בְּהַשֹּׁרֶשׁ הַכֹּל אֶחָד, וַאֲזַי שִׂמְחָתוֹ מִכָּל הַטּוֹבוֹת בְּיַחַד,
However, the perfection and magnitude of the joy is when a person merits rejoicing in all the good things at once. And this is only possible when he directs his attention above, “over all the good”—i.e., to the root from which all the good is drawn. There, at the root, everything is one, and so he rejoices in all the types of good simultaneously.
Однако совершенство и величие радости — когда человек удостаивается радоваться всем благим вещам разом. И это возможно лишь тогда, когда он направляет своё внимание наверх, «над всем благом», то есть — к корню, из которого истекает всё благо. Там, в корне, всё — одно; и потому он радуется всем видам блага одновременно.
וְאָז הַשִּׂמְחָה גְּדוֹלָה מְאֹד, וּמְאִירָה בְּאוֹר גָּדוֹל מְאֹד. כִּי עַל־יְדֵי הַכְּלָלִיוּת שֶׁנִּכְלָל שִׂמְחָה בַּחֲבֶרְתָּהּ, נִגְדָּל בְּיוֹתֵר אוֹר הַשְּׂמָחוֹת.
Then, the joy is very great and radiates with a very great light. This is because the intermingling of one joy with its companion increases the magnitude of their light.
Тогда радость бывает весьма велика и сияет очень великим светом. Ибо смешение одной радости с её товарищем умножает величие их света.
וְכֵן כָּל מַה שֶּׁנִּכְלָלִין יוֹתֵר רִבּוּי הַשְּׂמָחוֹת זֶה בָּזֶה, נִגְדָּל וְנִתּוֹסֵף אוֹר הַשִּׂמְחָה בְּיוֹתֵר וְיוֹתֵר, כִּי נִגְדָּל וְנִתּוֹסֵף הָאוֹר מְאֹד, עַל־יְדֵי הִתְנוֹצְצוּת שֶׁמִּתְנוֹצֵץ מִשִּׂמְחָה לַחֲבֶרְתָּהּ. וְכָל מַה שֶּׁיֵּשׁ יוֹתֵר שְׂמָחוֹת שֶׁנִּכְלָלִין בְּיַחַד, נִתּוֹסֵף בְּיוֹתֵר וְיוֹתֵר אוֹר הַהִתְנוֹצְצוֹת. וְעַל־כֵּן כְּשֶׁנִּכְלָל הַשִּׂמְחָה שֶׁל כָּל הַטּוֹבוֹת בְּיַחַד, אֲזַי אוֹר הַשִּׂמְחָה גָּדוֹל מְאֹד עַל־יְדֵי רִבּוּי הַהִתְנוֹצְצוּת מִזֶּה לָזֶה וּמִזֶּה לָזֶה כַּנַּ"ל.
And the more that the numerous types of joy intermingle, the brighter and brighter the light of the joy grows and the more and more it increases. For the light of the joy grows brighter and increases as a result of each joy shining into its companion. And the more the types of joy that intermingle, the brighter the light shines. Therefore, when the joy in all the good things are merged together, the light of the joy is then very bright on account of the shining from this one to that one, and from that one to this one.
И чем более многочисленные виды радости смешиваются, тем ярче и ярче становится свет радости и тем больше и больше он возрастает. Ибо свет радости светлеет и увеличивается от того, что каждая радость светит в свою товарищицу. И чем больше видов радости смешиваются, тем ярче сияет свет. Поэтому, когда радость обо всех благих вещах сливается воедино, свет радости тогда весьма ярок — из‑за сияния от этой к той и от той к этой.
וְזֶהוּ: וַיִּחַדְּ יִתְרוֹ עַל כָּל הַטּוֹבָה – שֶׁהָיָה שָׂמֵחַ מִכָּל הַטּוֹבוֹת בְּיַחַד. וְזֶהוּ: עַל כָּל הַטּוֹבָה, כִּי הָיָה מִסְתַּכֵּל לְמַעְלָה עַל כָּל הַטּוֹבָה, הַיְנוּ עַל הַשֹּׁרֶשׁ, שֶׁשָּׁם הַכֹּל אֶחָד, וְשָׁם נִכְלָלִין כָּל הַשְּׂמָחוֹת יַחַד, וְעַל־כֵּן הָיָה שָׂמֵחַ עַל כָּל הַטּוֹבוֹת בְּיַחַד כַּנַּ"ל:
This is the meaning of “va’YiChaD Yitro (And Yitro exulted) over all the good.” His joy was from all the good things b’YaChaD (together). And this is “over all the good.” He directed his attention up above, over all the good—i.e., to the root, where everything is one and where all the types of joy are united. He was therefore joyous over all the good things together.
Таков смысл сказанного: «ва’ЙиХаД Итро (И Итро возликовал) обо всём благе». Его радость была от всех благих вещей б’ЯХаД (вместе). И это — «обо всём благе». Он направил своё внимание вверх, над всем благом — то есть к корню, где всё одно и где соединены все виды радости. Поэтому он радовался обо всех благих вещах вместе.