Likutei Moharan, Part II 50:1

הַמַּחֲשָׁבָה בְּיַד הָאָדָם לְהַטּוֹתָהּ כִּרְצוֹנוֹ לְמָקוֹם שֶׁהוּא רוֹצֶה, וְכַמְבֹאָר בְּמָקוֹם אַחֵר, שֶׁאִי אֶפְשָׁר שֶׁיִּהְיוּ שְׁנֵי מַחֲשָׁבוֹת בְּיַחַד כְּלָל,

Thought is in a person’s control to direct to wherever he wishes. And, as explained elsewhere, it is utterly impossible for two thoughts to be simultaneous.

Мысль находится во власти человека — направить её куда он пожелает. И, как объяснено в другом месте, совершенно невозможно, чтобы две мысли были одновременно.

וַאֲפִלּוּ אִם לִפְעָמִים הוֹלֶכֶת מַחֲשַׁבְתּוֹ וּפוֹרַחַת וּמְשׁוֹטֶטֶת בִּדְבָרִים אֲחֵרִים וְזָרִים, הוּא בְּיַד הָאָדָם לַחֲזֹר וּלְהַטּוֹתָהּ בְּעַל־כָּרְחָהּ אֶל הַדֶּרֶךְ הַיָּשָׁר, לַחֲשֹׁב מַה שֶּׁרָאוּי.

Thus even if his mind occasionally flies off and wanders in other, foreign matters, a person has the power to direct it back, against its will, to the straight path, to think what is proper.

Так что даже если его разум порой улетает и блуждает в иных, посторонних вещах, у человека есть сила направить его обратно, против его воли, на прямой путь — думать то, что подобает.

וְהוּא מַמָּשׁ כְּמוֹ סוּס שֶׁפּוֹנֶה מִן הַדֶּרֶךְ וְסָר לְדֶרֶךְ אַחֵר, שֶׁתּוֹפְסִין אוֹתוֹ בְּאַפְסָר וְכַיּוֹצֵא, וּמַחֲזִירִין אוֹתוֹ בְּעַל־כָּרְחוֹ אֶל הַדֶּרֶךְ הַיָּשָׁר, כְּמוֹ־כֵן בְּמַחֲשָׁבָה מַמָּשׁ, שֶׁיְּכוֹלִין לְתָפְסָהּ בְּעַל־כָּרְחָהּ לְהָשִׁיבָהּ אֶל הַדֶּרֶךְ הָרָאוּי:

It is exactly like a horse that strays from the path and turns to another one. We grab hold of it by the reins or something similar, and bring it back, against its will, to the correct path. It is exactly the same with thought. It is possible to grab it against its will and bring it back to the proper path.

Это в точности как лошадь, которая сбивается с дороги и сворачивает на другую. Мы хватаем её за поводья или чем-то подобным и возвращаем её, против её воли, на верный путь. Точно так же и с мыслью: возможно схватить её против её воли и вернуть на надлежащий путь.

חלק ב — תורה 50

Display Settings

Bookmarks