תורה 282

2. Также и в самом себе человек обязан найти [некую добрую точку]. Известно, что человек должен стараться быть всегда в Simcha и держаться очень далеко от уныния {как уже объяснялось в наших трудах несколько раз}.

Может быть, когда он начинает исследовать себя, он видит, что вовсе не имеет никакого добра и полон греха, и вследствие этого дурное начало хочет, не дай Б-г, столкнуть его в уныние и печаль. Несмотря на это, запрещено падать из-за этого. Напротив, он должен искать, пока не найдёт в себе хоть какую-то малость добра. Ведь как возможно, чтобы за всю свою жизнь он ни разу не сделал какой-либо заповеди или доброго дела? И даже если, начав рассматривать это доброе дело, он видит, что и оно полно изъянов и не содержит чистоты — то есть он видит, что заповедь или святое действие, которых он удостоился, само состоит из нечистых побуждений, посторонних мыслей и множества недостатков, — несмотря на это, как возможно, чтобы в этой заповеди или святом действии не было хотя бы малости добра? Ведь во всяком случае, несмотря на это, должна была быть какая-то добрая точка в заповеди или добром деле, которое он сделал.

Итак, человек должен разыскивать и искать, чтобы найти в себе хоть какую-то малость добра — дабы оживить себя и достичь радости, как объяснено выше. И, разыскивая до тех пор, пока не найдёт в себе оставшуюся малость добра, он по-настоящему переносится с чаши вины на чашу заслуги и может вернуться [к Б-гу] в раскаянии. Это — в аспекте: «Ещё немного — и нет нечестивого; посмотришь на место его — и нет его», как объяснено выше.

То есть: как было объяснено выше, что мы должны судить других в сторону заслуги — даже злодеев — и находить в них некую добрую точку, и тем самым переносить их с чаши вины на чашу заслуги, в аспекте «ещё немного… посмотришь…» — так же относится это и к самому себе. Человек должен судить себя в сторону заслуги и находить в себе некую оставшуюся добрую точку, чтобы дать себе силу не пасть совершенно, не дай Б-г. Напротив: он оживит себя и принесёт радость своей душе той малостью добра, которую он находит в себе, — то есть тем, что хотя бы однажды в своей жизни он удостоился сделать какую-либо заповедь или доброе дело.

Подобно этому, он должен продолжать искать, пока не найдёт в себе ещё одно доброе. И хотя и это доброе смешано с большой нечистотой, всё же он должен извлечь оттуда также какую‑то добрую точку. Поистине, он должен продолжать искать и собирать ещё добрые точки.

И именно через это создаются мелодии. Как объяснено в другом месте, аспект игры на музыкальном инструменте — это аспект собирания доброго Ruach/Руах из ruach/руаха мрака, подавленности; см. там. {Суть в том, что музыка святости чрезвычайно возвышенна, как известно. В сущности, музыка создаётся через отделение добра от зла; посредством отбора и собирания добрых точек из дурного создаются мелодии и песни. Хорошо изучи это там.}

Поэтому, не давая себе пасть, но оживляя себя поиском и стремлением, пока он не найдёт в себе какие‑то добрые точки, собирая и отделяя эти добрые точки от зла и нечистоты внутри него — через это создаются мелодии, как объяснено выше. Тогда он может молиться, петь и воздавать хвалу Богу.

Ибо известно, что когда человек впадает в уныние из‑за своей грубой телесности и злых дел, и видит, насколько он на самом деле далёк от святости, это обычно делает его совершенно неспособным молиться. Он вовсе не может раскрыть уст, из‑за величины подавленности, печали и тяжести, которые овладевают им, когда он видит, насколько он чрезвычайно далёк от Бога.

Однако, если он оживит себя посредством вышеупомянутого совета—

то есть, хотя он знает в себе, что совершил злые дела и многочисленные грехи, и что он чрезвычайно далёк от Бога, всё же он, тем не менее, ищет и стремится, пока не найдёт в себе какие‑то оставшиеся добрые точки, как объяснено выше, и через это приносит себе оживление и радость; ведь, несомненно, верно, что человеку следует всё более радоваться каждому доброму пункту, происходящему от святости Израиля, который он ещё находит в себе — тогда, когда он оживит себя и приведёт себя к радости через это, как объяснено выше, он тогда сможет молиться, петь и воздавать хвалу Богу.

Это аспект: «Буду петь Богу б’одеи (тем малым, что у меня ещё осталось)» (Теилим 146:2). Именно b’ODee — то есть посредством моего OD, которое я нахожу в себе, аспект: «И ещё немного — и нет нечестивого», как объяснено выше. Посредством этой точки я могу петь и воздавать хвалу Богу, как объяснено выше.

И это: «Буду петь» — именно «буду петь»; то есть песни и мелодии, которые создаются собиранием добрых точек, как объяснено выше.

{[Раббейну], да будет благословенна память о нём, предостерегал нас жить по этому учению, ибо это — великое основание для всякого, кто желает приблизиться к Богу и не потерять полностью свою вечную награду, Боже упаси. В большинстве случаев, когда люди далеки от Бога, главная причина этого — печаль и подавленность. Они впадают в подавленность, потому что видят у себя великий ущерб, который причинили своими поступками, каждый — сообразно тому, что он сам знает о страдании своего сердца и своей муке. Из‑за этого они унывают, и большинство из них совершенно отчаиваются в себе. В результате они молятся без всякой сосредоточенности и не делают даже того, что всё ещё в их силах.}

Так человек должен быть весьма мудр в этом деле. Ибо хотя все его подавленности — из‑за злых дел, которые он и вправду совершил, всё же то, что он пал в уныние, и что печаль и меланхолия нисходят на него из‑за этого, — не что иное, как дело Злого Начала, которое обескураживает его, чтобы победить его полностью, Боже упаси. Поэтому нужно быть очень решительным жить по этому учению: каждый раз искать и стремиться в себе к малой доле добра и добрым точкам и т. д., как объяснено выше. Через это он оживит себя и приведёт себя к радости, и всё ещё будет ждать помощи Бога. Он сможет молиться, и петь, и воздавать хвалу Богу, в аспекте: «Буду петь Богу тем малым, что у меня ещё осталось», как объяснено выше. И благодаря этому он удостоится по‑настоящему вернуться к Богу, как объяснено выше.}