Group None

«Влеки меня за собою — побежим!» Притча: когда отец видит, что сын играет с мал��нькими де��ьми в пустяки — отец идёт и показывает себя сыну. И когда сын видит отца �� оставляет детские игры и бежит за отцом, и зовёт его: «Отец!» И когда отец видит, что сын бежит за ним — тогда ��дёт нарочно своей дорогой [удаляясь]. И тогда сын усиливает голос, крича: «Отец, отец!» — и бежит быстрее за ним, пока не настигает. И вот вначале, когда отец показал себя сыну — это ��ыло для того, чтобы сын увидел и оставил детские забавы, и побежал за ним. И от этого отец получает наслаждение: сын его мудр, и ничто не ценно в глазах его по сравнению с любовью к отцу. И когда видит, что сын оставил все детские забавы и бежит за ним — тогда скрывает лицо и идёт своей дорогой, чтобы ребёнок ещё боль��е возгнушался пустяками и усилил стремление к любви отца. И тогда умножится наслаждение у отца, и из этог�� потечёт великое милосердие, и также наслаждение для ребёнка. Выходит, что великое наслаждение, которое было у отца потом, из которого потекло наслаждение также сыну — не могло быть иначе как через сжатие (цимцум): отец сжал св��ю любовь и пошёл своей дорогой, и тогда сын тоже сжал — все детские забавы стали ничем перед любовью к отцу. И из этого возникло великое наслаждение, как сказано. Выходит: как действие отца, так и действие сына — всё через сжатие. И вот всё существующее в мире несомненно было в ��значальной мысли. И это существование было следующим образом: вначале поднялось в мысли — «Я буду царствовать». А затем, когда «взвесил меры», что «нет царя без народа» — сжа�� славу Свою, благословенную, чтобы миры могли вместить. Выходит, первая мысль — «Я буду царствовать» — была ради величия и великого наслаждения. И это не могло быть иначе как через сжатие. А потом, ныне, возвеличивается Имя Его, благословенного, через то, что мы сжимаем себя от детских забав. Ибо когда мы прилепляемся к нижним дела�� и к ��аслаждениям в��емени — все мы как ничто перед Ним. Но когда мы гнушаемся всех наслаждений времени ради любви к Всевышнему — тогда мы «умудряемся» и доставляем наслаждение, как б��, ��севышнему. И вот «машхени ахарейха наруца» (влеки меня за собою — побежим) — то есть пусть покажет сущность Свою нам, а потом «за Тобою побежим» — как было в изначальной мысли. И вдумайся.