Group None

«Как яблоня среди деревьев лесных, так возлюбленный мой среди сыновей» (Шир а-Ширим 2:3). Объясняется на основании сказанного мудрецами, благословенной памяти: как у яблони плод предшествует листьям, так Израиль предварили «сделаем» перед «услышим». И вот, сказали мудрецы (Сукка 14а): «И лист его не увянет» (Теилим 1:3) — даже обыденная беседа мудрецов Торы требует изучения. И сказано в Сефер а-Зоар, что есть два вида мудрости. Первый — «и преимущество света из тьмы» (Коэлет 2:13), и это было качеством Итро, о котором сказали мудрецы, что он не оставил ни одного идолопоклонства, которому бы не служил, а затем пришёл из тьмы к свету мудрости и засвидетельствовал, сказав (Шмот 18:11): «Теперь я знаю, что велик Господь над всеми богами». И о Шломо, мир ему, сказано (Млахим I 5:10): «И был мудрее всех сынов Востока» — это тоже было отчасти от этой мудрости, то есть он стал мудрым благодаря тому, что сначала изучил мудрость сынов Востока и познал преимущество света высшей Мудрости из тьмы. Поэтому мудрость Шломо называется «нижняя мудрость», ибо она — женское начало (нуква), получающее мудрость от чего-то другого. И в этом различие между царём Шломо, мир ему, и Моше, учителем нашим, мир ему, — хотя буквы «Шломо» те же, что «ле-Моше», тем не менее Моше, учитель наш, постиг сразу высшую Мудрость — мудрость Божественности, в которой заключены все сотворённые, сформированные и созданные, ибо нет ничего в мирах, что создано не мудростью Божественности, ведь «всё Ты в мудрости сотворил» (Теилим 104:24). Получается, что те мудрецы Торы, которые постигли высшую Мудрость, — всё заключено в их мудрости. Поэтому даже «лист», который лишь охраняет плод и вторичен по отношению к плоду, требует изучения, ибо корень его — из мудрости Божественности. Но тот, кто сначала изучил прочие мудрости, — листья его, то есть обыденные беседы его, имеют корень во внешней мудрости, и нечему учиться из них. И вот что сказано: «Как яблоня среди деревьев лесных» — у которой плод предшествует листьям, то есть мудрость Божественности. Поэтому «в тени его я возжелала и села» — заниматься и пребывать в тени его и слышать от него даже беседу его, требующую изучения, и тем более плод его, который есть суть Торы, — «сладок он нёбу моему». И далее, по этому же принципу, стих завершает: «так возлюбленный мой среди сыновей» — то есть как я поступала с ним, так Возлюбленный мой поступает с сынами Израиля. И это «среди сыновей», о которых сказано «сыновья вы» (Дварим 14:1). Ибо есть два вида любви отца к сыну: первая — из-за того, что тот стал мудрее всех людей в Торе, мудрости и добрых делах, и когда отец видит дела других и его добрые дела, отец получает наслаждение и радость, как сказано (Мишлей 27:11): «Будь мудрым, сын мой, и порадуй...» — и ради этого любит его сильной и великой любовью. И есть другая любовь — естественная: отец любит его по сути, даже если не видит плохих дел других, которые хуже его, а только от великой любви и тоски по сыну надзирает за ним частным надзором и не отводит глаз от него, а ставит глаз свой на него, чтобы благодетельствовать ему и приближать его, как написано (Теилим 34:16): «Глаза Господа — к праведникам». И вот что сказано: «так возлюбленный мой среди сыновей» — они Израиль, Он ставит глаз Свой на меня и приближает меня к служению Ему, благословен Он. И Его любовь ко мне — не из-за того, что видит плохие дела других, худшие моих, а Он любит меня по сути, как отец, любящий сына по природе, и эта любовь не зависит ни от чего и не прекращается никогда. И это также «плод его предшествует листьям» — что Он не смотрит на листья, которые суть дела, а любит по природе, как сказано выше, и это главный плод. «До Авраама не было старости» — намёк на раскрытие высшей святой Бороды (Дикна), начало которой — от тиккуна Эль, и эта мера приписывается Аврааму, называемому «Хесед Аврааму», а также имя Эль есть Хесед, как написано (Теилим 52:3): «Милость Божия весь день».