Guide for the Perplexed, Part 1

Способы телесного описания в Писании — принцип: Тора говорит языком людей4. Ты знаешь их общее изречение, охватывающее все виды толкований (не по простому смыслу), относящихся к этой области, — это их слова: «Тора говорит языком בני אדם (бней адам)» (Бавли Брахот 31а и др.). Смысл сказанного таков: всё, что вообще способны בני אדם понять и уловить в первом представлении, — то и приписано ה', да будет Он возвышен. Поэтому Он описан атрибутами, указывающими на телесность, чтобы указать, что Он, да будет Он возвышен, существует. Ибо толпа не постигает в первом рассмотрении существование иначе как тела; а то, что не тело и не находится в теле, — не существует в их представлении.

Описания, воспринимаемые как отрицательные и как положительные5. И также всё, что является совершенством у нас, было приписано Ему, да будет Он возвышен, чтобы указать, что Он совершенен всеми способами совершенства и что у Него нет никакого недостатка. Поэтому всё, что толпа постигает как недостаток или отсутствие, не приписывается Ему. По этой причине Он не описывается ни едой, ни питьём, ни сном, ни болезнью, ни грабежом, ни подобным этому. А всё, что толпа думает, будто это совершенство, — Ему приписывается, хотя это совершенство лишь относительно нас; относительно же Него, да будет Он возвышен, всё то, что мы считаем совершенствами, есть предел недостатка. Но если бы они воображали, что у Него, да будет Он возвышен, отсутствует это человеческое «совершенство», то в их мнении это было бы недостатком у Него.

Описания движения в сравнении с описаниями еды и питья6. Ты знаешь, что движение — одно из совершенств живого существа и необходимо ему для его совершенства. Ибо так же, как оно нуждается в еде и питье, чтобы заменить то, что растворилось, так оно нуждается в движении, чтобы устремляться к подходящему ему и убегать от неподходящего ему. И нет различия между тем, описать ли Его, да будет Он возвышен, как «едящего и пьющего» или описать как «движущегося». Но по языку людей, то есть по массовому воображению, в их мнении еда и питьё — недостаток у ה', а движение — не недостаток у Него, хотя то, что делает движение необходимым, есть не что иное, как нужда.7 Уже доказано (Аристотель, «Физика» VI, 4; VIII, 5), что всякое движущееся — без сомнения обладает протяжённостью (физическим размером), подлежащей делению. И ещё будет доказано (II, 1–2), что Он, да будет Он возвышен, не обладает протяжённостью, и потому у Него нет движения. И нельзя описывать Его также как «покоящегося», потому что «покоящимся» описывают лишь того, чьё свойство — двигаться. Поэтому все те термины, которые указывают на все виды движений живых существ, были применены к Нему тем способом, о котором мы сказали, подобно тому как Он описывается «жизнью», поскольку движение — акциденция, присущая живому существу. И нет сомнения, что с устранением телесности устраняются все эти (описания), то есть: спустился и поднялся, пошёл и встал, стоял и обошёл, сел и обитал, вышел и пришёл, прошёл — и всё подобное этому.

Созревание и освобождение от мира телесных понятий8. Не нужно было бы распространяться об этом, если бы не то, к чему приучено мнение толпы. Поэтому следует разъяснить это тем, кто взял на себя человеческое совершенство, и снять посредством небольшого разъяснения те ложные воображения, которые начались у них в годы юности, как мы и сделали.