Netivot Olam, Netiv Ha'Avodah

Из завершённости этой Аводы: чтобы он признавал и знал, что Он, благословенный, — его Причина, а «следствие» принимает от «причины», до того что его душа держится за Причину — за Всевышнего, благословенного; и от Него, благословенного, — его жизнь и всё, в чём он нуждается. Поэтому сказали в первой главе Брахот (там, 10б): сказал р. Йоси бар Ханина от имени р. Элиэзера бен Яакова: пусть человек не стоит на высоком месте и молится, как сказано: «Из глубин воззвал я к Тебе, Господи», и написано: «Тфила бедняка, когда он обессилеет…». И хотя этот стих сказан о глубине сердца, то есть: чтобы он унизил своё мнение и свою мысль перед Всевышним, — не о глубине места; всё же невозможно, чтобы это не касалось и стороны [места], потому что когда у человека есть высота места, у него есть и высота мнения. Как, например, если человек сидит на стуле, у него есть немного возвышения; и даже если это малость — всё же здесь есть возвышение. И даже если у него нет возвышения мнения, всё же человеку нужно быть в униженности перед Всевышним; поэтому пусть не стоит на высоком месте и молится. Потому что Тфила — это когда человек — «следствие», а Всевышний — «причина»; а «причина» имеет превосходство и высоту, а «следствие» — под «причиной». Поэтому здесь вовсе неуместна никакая высота. И потому он ещё приводит доказательство из «Тфила бедняка…», потому что бедняк — низок и принимает; и неуместно для принимающего от другого возвышение, ведь он принимает от того, кто над ним.

И сказал р. Йоси бар Ханина от имени р. Элиэзера бен Яакова (там): молящийся должен направить свои ноги, как сказано: «и ноги их — нога прямая». Можно объяснить, что это высказывание установили после первого высказывания: потому что прежде сказал — чтобы человек признал, что он «следствие» по отношению к Всевышнему и человек принимает от Него, благословенного; поэтому он должен унизить себя, как всякий, кто принимает от другого. Теперь же пришёл сказать ещё об этом: так же как пусть не стоит на высоком месте и молится — это, чтобы признал о себе, что у него вовсе нет ничего от самого себя. И можно подумать: хотя он и принимает, у него есть также что-то и от самого себя; но человек должен признать, что у него нет ничего от самого себя вообще. Поэтому сказал: должен направить свои ноги; потому что выравнивание ног показывает этот смысл: что человек сам по себе словно не может совершить никакого действия. Ведь начало всего — ноги, которые ведут его туда, куда его желание, чтобы сделать то, что он хочет. Поэтому написали также, что человеку следует положить руки, как связанные, на сердце, так что невозможно ему сделать какое-либо действие; и теперь всё связано: и ноги, которыми он идёт к месту, где хочет сделать что-то, и руки, которые — орудия, которыми он делает что-либо. Поэтому он выравнивает ноги, а руки связаны на сердце — и теперь человек признаёт, что у него нет ничего от самого себя, а всё — со стороны его Причины, да будет благословен, и ничего — от самого себя. Таким путём написали комментаторы, что нужно направить ноги, — что это полное указание на то, что у человека нет силы вообще, даже начать движение, чтобы сделать что-то. Но знай: то, что нужно направить ноги, — вещь выдающаяся и глубокая в тайне этой Аводы. И в Иерусалимском Талмуде (Брахот 1:1) есть спор р. Леви и р. Симона: один сказал — как ангелы служения, как сказано: «и ноги их — нога прямая»; а другой сказал — как коhаним: объяснение — что коhаним, когда служили в жертвах, ходили «пятка рядом с большим пальцем», как сказано: «и не поднимайся по ступеням к Моему жертвеннику, чтобы не открылась твоя нагота на нём». Уже разъяснено, что эта Авода — что человек как «следствие» принимает от «причины», и «следствие» входит полностью под власть «причины». Поэтому сказал, что человек должен направить свои ноги: потому что ноги — это «распространение» самого себя, как будто он распространил себя, словно выходит из-под «причины», поскольку у него есть некоторое распространение. Ведь со стороны того, что он «следствие», у него нет распространения самого себя наружу вовсе. А раздвижение ног — это некоторое распространение, и это удаление от «причины». Поэтому у живых существ, несущих Кисэ hа-Кавод, «ноги их — нога прямая», потому что, раз они несут Его престол славы, у них нет распространения вовсе, чтобы отклониться от «причины»: ведь распространение — это удаление и отстранение от «причины» и пребывание под собственной властью. Но когда «ноги их — нога прямая», этим они полностью под властью «причины». И это, несомненно, смысл ангелов: ангелы не удалены от «причины» ни в какой стороне; поэтому «ноги их — нога прямая» полностью. И если бы здесь было раздвижение ног, это было бы некоторое распространение и показывало бы отстранение от «причины». Поэтому считает, что когда человек стоит в Тфиле — именно подобает ему, чтобы у человека не было распространения к самому себе; и этим человек тянется за «причиной» полностью, пока входит под власть «причины» в своей Тфиле. А на руки нет строгого требования, только на ноги, потому что ноги — конец человека; и когда нет распространения со стороны ног, которые — конец человека, — нет здесь распространения вообще. Потому что распространение ног — это выход из-под власти «причины». И пойми эти вещи: это объяснение того, что сказал р. Йоси бар Ханина. А по мнению того, кто сказал: «как коhаним», — объяснение: коhаним в своей Аводе ходили «пятка рядом с большим пальцем» также по этой причине: потому что через распространение самого себя у человека раскрывается нагота; ведь человек — обладатель наготы, когда у него есть распространение самого себя, и этим он, несомненно, удаляется от «причины». А человеку нужно полностью войти под «причину» в своей Тфиле, потому что Тфила — в мысли и в речи и не посредством действия тела; но всё же Тфила — для человека, который обладает телом. И спорят об этом: по мнению, что «как ангелы служения», он считает, что поскольку Тфила — для разумной речи, в которой нет тела, — подобает, чтобы человек в своей Тфиле был подобен ангелам, о которых сказано: «и ноги их — нога прямая». Ведь ангелы, несомненно, входят под власть «причины» полностью, до того что «ноги их — нога прямая», ибо выравнивание ног — это полное вхождение под власть «причины», когда нет здесь распространения самого себя. А по мнению, что «как коhаним»: хотя Тфила — в речи и в мысли, всё же она для человека; а человек не может войти под «причину» полностью, потому что это не относится к телу и материальному: поскольку человек не разумный, а материальный, он не может быть полностью под властью «причины», ведь материальное отделено от «причины». Поэтому ему следует быть подобным коhаним, которые ходили «пятка рядом с большим пальцем», и не было здесь распространения до того, чтобы была видна нагота, которая со стороны тела. И очень пойми смысл этого спора мудрецов. Также можно объяснить: ноги указывают на низость, как известно о ногах, что они в низости человека; поэтому в месте Кдуши нужно снять обувь, которая на ноге. И поскольку у ангелов нет той низости, что у человека, — поэтому сказано: «и ноги их — нога прямая»: у них нет распространения ног; ведь когда нет распространения ног, нет здесь низости, потому что тогда они входят под остальные органы, как голова. Но при распространении ног наружу есть низость самих себя. Поэтому человеку в его Тфиле, когда он приходит уединиться со Всевышним, следует также направить свои ноги одну к другой без всякого распространения низости — как у ангелов. А по мнению, что «как коhаним»: несомненно, нужно устранить это распространение низости, ибо если нет — не было бы здесь прилепления, подобающего быть в Тфиле. Но человек не на ступени ангелов, потому что он обладает материальным телом, и невозможно устранить полностью — только чтобы его низость не распространилась полностью до раскрытия наготы. И это, несомненно, уместно устранить. И спорят относительно Тфилы: поскольку Тфила — лишь речь, следует ли уподоблять ангелам, отделённым от тела, или коhаним, чья Авода была посредством тела. А мы постановили как мнение «как ангелы служения», и первое объяснение — главное.

И в главе «Мицвот халица» (Йевамот 105б): р. Хия и р. Шимон бар רבי сидели; один из них сказал: молящийся должен опустить глаза вниз, как сказано: «И будут Мои глаза и Моё сердце там все дни». А другой сказал: молящийся должен направить своё сердце вверх, как сказано: «Поднимем наши сердца вместе с руками к Б-гу на небесах». Тем временем пришёл к ним р. Ишмаэль бар р. Йоси; сказал им: чем вы занимаетесь? Сказали ему: Тфилой. Сказал им: так сказал отец: молящийся должен опустить глаза вниз, а сердце — вверх, чтобы исполнились оба эти стиха. И объяснение этого: как написано «И будут Мои глаза и Моё сердце там все дни», человеку следует считать себя словно он перед Всевышним, как раб, стоящий перед своим господином. А другой считает, что нужно направить сердце вверх, к Всевышнему, словно он тоскует и жаждет Всевышнего; поэтому направит сердце вверх. И отвечает, что исполнит оба: опустит глаза вниз, а сердце — вверх. Потому что Тфила — это то, что человек есть «следствие» и нуждается в своей Причине. И известно: со стороны того, что он «следствие», следует, чтобы его глаза были вниз, как раб, стоящий перед своим господином, чьи глаза вниз. Однако поскольку человек держится за «причину», — сердце его должно быть вверх, к «причине». Поэтому его сердце будет вверх. Общий смысл: что глаза вниз — потому что на нём закон «следствия», стоящего в трепете перед своей Причиной; но поскольку «следствие» держится за «причину», «следствие» поднимает сердце к своей Причине: каждый поднимает своё сердце к тому, в ком нуждается, ведь человек нуждается во Всевышнем в своей Тфиле; и это ясно.

И в 23-й главе (Санhedрин 22а) сказал р. Шимон Хасида: молящийся должен видеть себя так, словно Шхина напротив него, как сказано: «Поставил я Господа перед собой всегда». Потому что Тфила — соединение «следствия» с «причиной»; поэтому пусть видит себя так, словно Шхина напротив него. И это намекнуто в керувим, у которых лица были одно напротив другого. Ведь в трактате Йома (54а) сказали: когда они поднимались в Йерушалаим, им поднимали занавес и говорили: «Смотрите, какова ваша любовь перед Местом (Всевышним), как любовь мужчины к женщине». И это — совершенная привязанность. И известно: мужчина обращён к женщине, чтобы влиять на неё, а женщина обращена к мужчине, чтобы принимать от него. Поэтому смысл Тфилы — словно Всевышний напротив него, и человек просит от Него, чтобы Он влиял на него тем, о чём он молится. Потому что смысл Тфилы — лишь соединение человека, который есть «следствие», с Его Причиной, благословен Он; а соединение «следствия» с «причиной» — это «одно напротив другого». Поэтому и Тфила должна быть в таком смысле.

А из завершённости каваны в Тфиле — полное унижение, до того, что он сочтёт себя словно вовсе не создание — совершенно. И это то, что сказали в первой главе Сота (5а): сказал р. Хизкия: Тфила человека не слышится, пока он не делает себя как «басар» (плоть), как сказано: «И будет, из месяца в месяц… придёт всякая плоть…» — до здесь. И это потому, что основа Тфилы к Всевышнему — со стороны того, что человек есть «следствие» и держится за Причину, которая завершает его, как мы разъяснили. Поэтому всякий, кто не делает себя как «басар», — а объяснение: что «цура» (форма) уже ушла от него, и он как плоть, от которой ушла форма, — и этим человек есть «следствие», принимающее полностью, потому что его форма ушла, а посредством формы человек — то, что он есть. И когда человек делает себя как плоть, от которой ушла форма, считается, словно его вообще нет, — и тогда его Тфила слышится. Но если он считает себя чем-то — даже если считает себя как трава, — в конце концов у него есть форма; а со стороны формы всякое существующее — вещь сама по себе, то, что оно есть, и это не полное «следствие», когда он — создание само по себе. Поэтому сказал: Тфила человека не слышится, пока он не увидит себя как плоть, — и тогда он пригоден принимать, по закону «следствия», которое принимает от «причины».

И из завершённости Тфилы ещё — чтобы она была на языке мольбы. И это разъяснено в главе «Раби אומר» (Авот 2) в связи с: «пусть не сделает свою Тфилу постоянной (кевa), а [пусть сделает её] мольбами», — как раб, который умоляет своего господина. Потому что иначе выглядит, будто он думает, что по суду ему [полагается], и это не так. И см. в главе «Раби אומר».

В главе «Эйн омдин» (Брахот 32б) сказал рабби Хия бар Абба от имени рабби Йоханана: всякий, кто долго молится, молитва его не возвращается пустой. Откуда мы это знаем? От Моше, как сказано: «И молился я к Господу» и далее, и написано: «И услышал меня Господь и на этот раз» и далее. Но ведь сказал рабби Хия бар Абба от имени рабби Йоханана: всякий, кто долго молится и вглядывается в свою молитву, в конце концов приходит к сердечной боли, как сказано: «Надежда затянувшаяся — болезнь сердца». Каково же средство? Пусть занимается Торой, как сказано: «Древо жизни она для держащихся за неё». Нет противоречия: одно — когда долго молится и вглядывается в молитву, другое — когда долго молится и не вглядывается. Конец цитаты. И в главе «Га-роэ» (Брахот 54б): три вещи продлевают дни человека и так далее. И спрашивает Гмара: неужели это достоинство? Ведь сказал рабби Хия бар Абба от имени рабби Йоханана: всякий, кто долго молится и вглядывается в молитву, в конце концов приходит к сердечной боли. И сказал рабби Ицхак: три вещи напоминают человеку его грехи — наклонившаяся стена, углублённое изучение молитвы и тот, кто передаёт суд над ближним [Небесам]. Нет противоречия: одно — когда долго молится и вглядывается, другое — когда долго молится и не вглядывается. А как именно? Когда умножает мольбы. Конец цитаты. Раши, благословенна его память, объяснил: «вглядывается в неё» — говорит в сердце своём, что его просьба будет исполнена, поскольку он молился с сосредоточенностью. Конец цитаты. Но это толкование вызывает затруднение, ибо как могло прийти в голову задающему вопрос [такое], ведь там прямо сказано, что именно потому это не является достоинством, что он вглядывается в молитву, но долго молиться без вглядывания — это безусловно достоинство, и достаточно. Кроме того, сказано «а как именно? — когда умножает мольбы», и зачем нужно было уточнять, ведь и для задающего вопрос нет иного объяснения долгой молитвы. Поэтому представляется очевидным, что «долго молится» означает, что он произносит слова с протяжностью и чрезмерной задержкой, и вследствие этого он вглядывается в молитву. Задающий вопрос полагал, что сказанное «три вещи продлевают дни человека — долгая молитва» также означает, что он задерживается и растягивает слова, и невозможно при этом не вглядываться в молитву, и потому спрашивает: неужели это достоинство, и так далее. И отвечает: одно — когда долго молится и не вглядывается, другое — когда долго молится и вглядывается. И теперь объясняет: «а как именно?» и так далее — ведь всякий, кто долго молится, невозможно без вглядывания, и говорит, что он умножает мольбы, но не растягивает слова. А в главе «Эйн омдин» не сказано «а как именно — когда умножает мольбы», потому что там сказано «молитва его не возвращается пустой», и само собой разумеется, что именно потому, что он умножает мольбы, молитва его не возвращается пустой, и не нужно было уточнять. А «углублённое изучение молитвы», о котором сказано, что оно напоминает грехи человека, — это тоже в том же смысле: он вглядывается в свою молитву, в слова, которые произносит. Ибо тот, кто сосредоточен на словах, которые произносит, увидит, что это совершенно недостойно, потому что невозможно объяснить эту сугию иначе. А причина в том, что молитва — это надежда (тохелет), когда человек надеется и уповает на то, о чём просит, а надежда затянувшаяся — болезнь сердца, ибо сердце — место жизни, которое приводит человека к действию, а надежда — это ожидание того, что ещё не осуществлено. И об этом сказано, что надежда затянувшаяся — болезнь сердца, а молитва — это жизненная сила человека, и затянувшаяся надежда есть противоположность этому, ибо она — болезнь сердца. И не подобает и не достойно удлинять молитву путём вглядывания, растягивая слова или делая паузы между словами ради сосредоточенности, ибо этого мудрецы совершенно не желали, а лишь когда умножает мольбы — это безусловно достойно и хорошо.

В первой главе трактата Рош га-Шана (16б) сказал рабби Ицхак: три вещи напоминают человеку его грехи, а именно: наклонившаяся стена, углублённое изучение молитвы и тот, кто передаёт суд над ближним [Небесам], ибо сказал Рав Нахман: всякий, кто передаёт суд над ближним своим, — сам наказывается первым, как сказано: «И сказала Сарай Авраму: обида моя на тебе», и написано: «И пришёл Авраам скорбеть о Саре и оплакивать её». Объяснение: когда человек идёт под наклонившейся стеной, он как будто полагается на себя, что он праведник и не потерпит никакого ущерба, и потому напоминают ему его грехи — что он не праведник. И так же тот, кто передаёт суд над ближним: поскольку он требует суда, напоминают ему также, каков он сам перед судом, — а это его грехи. А углублённое изучение молитвы напоминает ему его грехи — и это мера за меру: он вглядывается в молитву в то, во что не следовало вглядываться, — вглядываются также в его грех, пока не вспоминаются все его грехи. И это ясно.

В первой главе трактата Брахот (5б) учили в барайте: Абба Биньямин говорит: молитва человека бывает услышана только в синагоге, как сказано: «Внимать песнопению и молитве» — в месте песнопения там должна быть молитва. А место песнопения — это синагога, которая предназначена для общины, и посланник общины должен возвышать голос, и потому синагога называется местом песнопения. Причина же в том, что о молитве написано (Дварим 4:7): «Ибо кто народ великий, к которому боги его близки, как Господь, Бог наш, всякий раз, когда мы взываем к Нему». А в синагоге Господь, благословен Он, близок к человеку, ибо Шхина Господа, благословен Он, пребывает там, так что Он слышит там их молитвы. И пойми это.

В главе «Коль китвей» (Шаббат 118б) сказал рабби Йоси: да будет мой удел среди тех, кто завершает Галлель каждый день. И объясняется там, что речь идёт о Псукей де-зимра (стихах восхваления). Смысл этого в том, что человеку следует восхвалять Святого, благословен Он, полным восхвалением каждый день, и таков смысл «завершающих Галлель» — то есть полное восхваление. В Гмаре в главе «Арвей Псахим» (Псахим 112а) сказал рабби Йегуда бен Лакиш: десятью выражениями была произнесена книга Теилим — «нецуах», «нигун», «маскиль», «мизмор», «шир», «ашрей», «тфила», «тегила», «годая», «галелуя». И величайшее из всех — «Галелуя», ибо оно включает Имя и хвалу одновременно. Конец цитаты. Объяснение: прочие восхваления не указывают на истинность Его, благословен Он, сама по себе, но восхваление, выраженное в «Галелуя», указывает на истинную сущность Его, благословен Он. И потому в конце запечатано Именем Й-г, ибо это восхваление указывает на Его истинную сущность, благословен Он. Поэтому сказал: «Да будет мой удел среди завершающих Галлель каждый день», ибо этот Галлель — полное восхваление, которое человек возносит Господу, благословен Он, — полное восхваление со стороны деяний, которые упорядочены от Его истинной сущности, и хвала в этом указывает на истинность Господа, благословен Он. Но прочие восхваления не приходят по поводу деяний Господа, благословен Он, которые упорядочены от истинной сущности Господа, благословен Он. И потому именно в слове «Галлель» запечатано Имя, чтобы сказать, что это восхваление — о деяниях, происходящих от Его истинной сущности, благословен Он. И поэтому здесь есть псалмы, содержащие «Галелуя», соответствующие букве Гей в Имени Й-г. А в псалме «Галелуя! Хвалите Господа с небес» содержится десять раз «Галелуя» — это третий псалом, и он средний. И также «Галелуя! Хвалите Бога в святилище Его» — в конце псалмов — содержит десять «Галелуя». Ибо пять псалмов соответствуют букве Гей из Имени, а буквы Йуд из Имени Й-г человек не может достичь этой ступени иначе как посредством буквы Гей. И поэтому в третьем псалме из пяти содержится десять «Галелуя», и так же в последнем псалме тоже десять, ибо в среднем псалме есть возвышение к Йуд, и так же в последнем, ибо по завершении Гей возвышается к Йуд. И потому в среднем псалме содержится десять «Галелуя», и так же в последнем. И всё это чрезвычайно глубокие вещи мудрости, ибо Имя Й-г — это единое Имя, и потому не следует, чтобы десять восхвалений соответствовали Йуд отдельно, а пять «Галелуя» соответствовали Гей отдельно, ибо это вовсе не соединение. Поэтому есть пять псалмов, соответствующих букве Гей Имени, и Гей возвышается в Йуд в третьем псалме, который является средним, и в пятом псалме, который является последним. И этим Гей соединяется с Йуд, так что здесь пятнадцать «Галелуя», соответствующих Имени Й-г. И не следует здесь удлинять. Установили же песнопения (змирот) перед молитвой, потому что написано (Млахим I, 7): «Внимать песнопению и молитве» — а песнопения суть рина (радостное пение). И пойми это.

А перед этим установили «Ашрей», ибо сказано в первой главе трактата Брахот (4б): сказал рабби Элазар бар Авина: всякий, кто произносит «Тегила ле-Давид» три раза в день, ему обеспечено, что он — сын Мира грядущего. По какой причине? Если скажешь — потому что в нём написано «Раскрываешь Ты руку Свою и насыщаешь всё живое по желанию», тогда пусть скажет Великий Галлель, в котором написано «Дающий хлеб всякой плоти». Если потому, что он составлен по алфавиту, тогда пусть скажет «Счастливы непорочные в пути», который идёт по восьми строф [на каждую букву]. Но потому, что в нём есть и то, и другое. Конец цитаты. Объяснение этого таково: пропитание называется жизнью, ведь пропитание — это жизнь творений, и нет различия между жизнью и пропитанием. А в сочинении «Гвурот Гашем» мы разъяснили это, и там объяснили при обсуждении Великого Галлеля. И поэтому восхваляет Святого, благословен Он, словами «Раскрываешь Ты руку Свою и насыщаешь всё живое по желанию», и тогда он привязан к Миру грядущему, где жизнь в истинном смысле, ибо этот мир имеет связь и привязанность к Миру грядущему со стороны жизни, ибо в Мире грядущем — совершенная жизнь, в которой нет смерти вовсе. И спрашивает: если так, пусть скажет Великий Галлель, в котором написано «Дающий хлеб всякой плоти» и так далее. Но потому, что он составлен по алфавиту. Объяснение: то, что это восхваление идёт по алфавиту, то есть двадцати двум буквам Торы, указывает, что это восхваление находится на высшей ступени — ступени Торы. И спрашивает: если так, пусть скажет «восемь строф» [на букву]. И отвечает: потому что в нём есть и то, и другое. Объяснение: поскольку это восхваление упорядочено по двадцати двум буквам алфавита и в нём есть «Раскрываешь Ты руку Свою и насыщаешь всё живое по желанию» — поэтому он привязан к Миру грядущему. И разъяснение этого таково: безусловно, нельзя сказать, что обретёт Мир грядущий лишь благодаря «Раскрываешь Ты руку Свою и насыщаешь всё живое по желанию», ибо это жизнь материальная, а материальной жизни в Мире грядущем нет. Также не обретёт Мир грядущий лишь потому, что это восхваление идёт по порядку алфавита, что указывает на достижение высшей ступени — ступени Торы, и через это удостоится Мира грядущего, ибо не обретают Мир грядущий иначе как привязавшись к жизни, а не привязывается к жизни тем, что произносит восхваление, идущее по алфавиту. Поэтому сказал, что в нём есть и то, и другое. Объяснение: в том, что это восхваление упорядочено по алфавиту и в нём также есть «Раскрываешь Ту руку Свою и насыщаешь всё живое по желанию» — ибо тем, что сказал «Раскрываешь Ты руку Свою и насыщаешь всё живое по желанию», он привязан к жизни, а тем, что это восхваление идёт по алфавиту, оно достигает жизни Мира грядущего, ибо двадцать две буквы достигают Мира грядущего. В целом: благодаря жизни и восхвалению, упорядоченному по двадцати двум буквам алфавита, он становится сыном Мира грядущего. И пойми это, ибо здесь сказано «Раскрываешь Ты руку Свою и насыщаешь всё живое по желанию», а в псалме «Благодарите» написано «Дающий хлеб всякой плоти», ибо хлеб и плоть — материальны, а желание (рацон) — не материально. И сказано в этом псалме «Раскрываешь Ты руку Свою», а следовало бы сказать «раскроешь Ты руку Свою», поскольку «руку Свою» — это обращение, но это намёк на сокрытое желание. И пойми это. И говорит, что нужно произносить три раза, чтобы удостоиться Мира грядущего, ибо необходимо возвыситься через три мира, на которые намекает «Свят, свят, свят Господь Цваот», и перевёл Йонатан (Йешаягу 6): «Свят на высших небесах, свят на земле, свят во веки веков» — что есть три ступени до Мира грядущего. И поэтому сказал: произносящий «Тегила ле-Давид» каждый день три раза — он сын Мира грядущего. И всё это обязан человек каждый день. И запрещено разговаривать между «Йиштабах» и «Йоцер ор», ибо всё, что установили, — это единое восхваление Святого, благословен Он. И это не подобно Галлелю в праздник, ибо там, поскольку он произносится не каждый день, а лишь в праздник, он считается отдельным восхвалением за совершённое чудо, и потому установили Галлель после молитвы. Но восхваление, произносимое каждый день, — не так, оно предшествует [молитве]. И таков подобающий порядок: сначала следует восхвалить Господа, благословен Он, за Его деяния, которые Он совершает в мире — великие дела, упомянутые в этих псалмах. Затем следует вознести Ему благословение за светила, которые Он дал миру и которыми пользуются творения, и за это следует благословлять. И тем более за Тору, и поэтому после этого — «Любовью великой». А затем — исход из Египта, чудеса, которые Он совершил с ними, и на это приходит благословение. А благословение выше, чем восхваление, как написано (Нехемья 9): «И превознесён над всяким благословением и хвалой» — ставит благословение прежде хвалы, ибо благословение выше, как показывает само слово «браха» (благословение). И потому сначала идут песнопения, которые суть восхваление, а затем — благословения Шма. Первое благословение — об Свете, приходящем свыше, второе — «Любовью великой» — о Торе, которую дал Господь, благословен Он, и это ещё выше. А «Эмет ве-яцив» — о том, что Он вывел их из Египта. И это установили после Шма, потому что это нечто отличное от первых двух, ибо исход из Египта — когда Он вывел Израиль чудесами и знамениями сверхъестественным образом. В целом: Свет, приходящий свыше, и Тора, которая ещё выше этого, и исход из Египта с изменением мира — все эти вещи велики, и на них приходит благословение, которое выше восхваления. И всё это — в подобающем порядке. И тем не менее они соединяются — то, на что приходит восхваление, и то, на что приходит благословение, — и потому запрещено разговаривать между ними.