Group None
None · Группа None
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
הוּא מַה שֶּׁאָמְרוּ חֲכָמֵינוּ זַ"ל בַּגְּמָרָא (בְּרָכוֹת דַּף ל"ג). אָמַר רַבִּי חֲנִינָא הַכֹּל בִּידֵי שָׁמַיִם חוּץ מִיִּרְאַת שָׁמַיִם. שֶׁנֶּאֱמַר וְעַתָּה יִשְׂרָאֵל גוֹ' כִּי אִם לְיִרְאָה גוֹ' עַיֵּן שָׁם. וְלִכְאוֹרָה יִפָּלֵא מְאֹד. מַה הִשְׁמִיעוּנוּ חֲכָמֵינוּ זַ"ל בָּזֶה. הֲלֹא דְּבַר הַבְּחִירָה. הוּא אֶחָד מִיסוֹדֵי הַדָּת. וְזֶהוּ עִקָּר גָּדוֹל עַמּוּד הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה. כִּי לוּלֵא הָיְתָה הַבְּחִירָה בְּיַד הָאָדָם. אֵין מָקוֹם לְכָל הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה וּלְשָׂכָר וָעֹנֶשׁ. כְּמוֹ שֶׁכָּתַב הָרַמְבַּ"ם זַ"ל בְּפֶרֶק ה' מֵהִלְכוֹת תְּשׁוּבָה כַּנִּזְכָּר לְעֵיל. אוּלָם הִיא הַכַּוָּנָה. כִּי כָּל הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה בְּוַדַּאי מְסוּרִין הֵמָּה בְּיַד הָאָדָם לְדַעְתּוֹ וּבְחִירָתוֹ. כִּי כִּירֵא אֱלֹקִים. כַּאֲשֶׁר אֵינֶנּוּ יָרֵא. בְּכָל זֹאת קִיּוּם הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה בְּפֹעַל. הַבְּחִירָה בְּיָדוֹ הִיא. אָכֵן יַשְׁמִיעֵנוּ כִּי גַּם עֶצֶם הַיִּרְאָה שֶׁל יִרְאַת שָׁמַיִם. הִיא נְתוּנָה תַּחַת כַּנְפֵי הַבְּחִירָה. הֲגַם שֶׁהוּא נֶגֶד דַּרְכֵי הַשֵּׂכֶל כַּנִּזְכָּר לְעֵיל. כִּי אֵיךְ תִּהְיֶה הַיִּרְאָה תַּחַת שְׁלִיטַת הָרָצוֹן. אָכֵן כִּי כֵן גָּזְרָה חָכְמָתוֹ יִתְבָּרַךְ שְׁמוֹ:
English translation not yet available
Это то, что сказали наши мудрецы, благословенна их память, в Гемаре (Брахот 33б): «Сказал рабби Ханина: всё в руках Небес, кроме Йират Шамаим, как сказано: 'А ныне, Израиль, чего Господь, Бог твой, просит от тебя — лишь бояться...'» — смотри там. На первый взгляд весьма удивительно: что нового сообщили нам мудрецы этим? Ведь принцип свободы выбора — это одна из основ веры, великий принцип, столп Торы и заповедей! Ибо если бы не было свободы выбора в руке человека, не было бы места для всей Торы и заповедей, для награды и наказания, как написал Рамбам, благословенна его память, в пятой главе «Законов о Тшуве», как упомянуто выше. Однако смысл таков: вся Тора и заповеди, несомненно, отданы в руки человека по его разумению и выбору — как богобоязненный, так и не являющийся таковым, исполнение Торы и заповедей на деле — свобода выбора в его руках. Но нам сообщают, что и сама богобоязненность — Йират Шамаим — отдана под крылья свободы выбора, хотя это противоречит путям рассудка, как упомянуто выше, ибо как может богобоязненность быть подвластна воле? Однако так определила Его мудрость, благословенно Имя Его.
וְכֵן יוּבַן בָּזֶה מַה שֶּׁאָמְרוּ חֲכָמֵינוּ זַ"ל שָׁם. אֵין לוֹ לְהַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא בְּבֵית גְּנָזָיו. אֶלָּא אוֹצָר שֶׁל יִרְאַת שָׁמַיִם. וּכְפִי הַנִּרְאֶה מִזֶּה. כִּי יִרְאַת שָׁמַיִם הִיא בְּחִינָה נַעֲלָה מְאֹד עוֹלָה עַל כֹּל. אַךְ בַּמֶּה כֹּחָהּ גָּדוֹל? וּלְפִי הַנִּזְכָּר לְעֵיל יוּבַן הֵיטֵב. כִּי בְּוַדַּאי תַּכְלִית הַבְחִירָה הוּא שֶׁתִּהְיֶה בְּחִירָה גְּמוּרָה חָפְשִׁית. בְּלִי שׁוּם צַד הֶכְרֵחַ בָּעוֹלָם כְּלָל. וְהִנֵּה מִי שֶׁכְּבָר רָכַשׁ לוֹ יִרְאַת שָׁמַיִם. הִנֵּה הַיִּרְאָה תַּכְרִיחֵהוּ לְפַלֵּס מַעְגְּלוֹתָיו בְּדֶרֶךְ טוֹבָה וְאֹרַח יְשָׁרִים סְלוּלָה. אוּלָם כַּאֲשֶׁר יִרְאַת שָׁמַיִם אֵינֶנָּה בְּטֶבַע הָאָדָם. וְרַק הִיא מְסוּרָה תַּחַת יַד הַבְּחִירָה. אִם יִרְצֶה לִהְיוֹת עָמֵל לְבַקֵּשׁ אוֹתָהּ, אִם כֵּן בְּאֵין יִרְאָה מִי מַכְרִיחַ אוֹתוֹ עַל הַיִּרְאָה עַצְמָהּ לִהְיוֹת עָמֵל לְהַשִּׂיג אוֹתָהּ. הוּא הַיִּתְרוֹן אֲשֶׁר לְיִרְאַת שָׁמַיִם עַל כָּל הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה. כִּי כָּל הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה עַל כַּנְפֵי הַיִּרְאָה תִּנָּשֶׂאנָה. אַךְ עַל אֵיזֶה כָּנָף תִּנָּשֵׂא הַיִּרְאָה עַצְמָהּ. הֲלֹא עָלֶיהָ אֵין כּוֹפֶה וּמַכְרִיחַ כְּלָל לְהַשִּׂיגָהּ כַּנִּזְכָּר לְעֵיל. וְהִיא רַק בְּחִירָה גְּמוּרָה חָפְשִׁית. הַתְּלוּיָה רַק בְּדַעַת וּרְצוֹן הָאָדָם. וְלָזֹאת גָּדוֹל כֹּחָהּ מְאֹד נַעֲלֶה. כִּי אֵין לוֹ לְהַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא בְּבֵית גְּנָזָיו. אֶלָּא אוֹצָר שֶׁל יִרְאַת שָׁמַיִם:
English translation not yet available
Также станет понятно то, что сказали наши мудрецы, благословенна их память, там же: «Нет у Святого, благословен Он, в Его сокровищнице ничего, кроме сокровища Йират Шамаим». Из чего видно, что Йират Шамаим — чрезвычайно возвышенная ступень, превосходящая всё. Но в чём её великая сила? Согласно сказанному выше, это хорошо понятно. Ибо, несомненно, совершенство свободы выбора состоит в том, чтобы он был выбором совершенно свободным, без какого-либо элемента принуждения в мире. И вот, тот, кто уже обрёл Йират Шамаим, — богобоязненность принуждает его выверять свои шаги по доброму пути и прямой дорогой. Однако коль скоро Йират Шамаим не заложена в природе человека и лишь отдана под власть свободного выбора — если он пожелает трудиться, чтобы обрести её, — то при отсутствии богобоязненности кто принуждает его к самой богобоязненности, чтобы он трудился её обрести? В этом — преимущество Йират Шамаим над всей Торой и заповедями. Ибо вся Тора и заповеди несутся на крыльях богобоязненности, но на каких крыльях несётся сама богобоязненность? Ведь к ней нет никакого принуждения и обязательства обрести её, как сказано выше. Она — лишь выбор совершенно свободный, зависящий только от разумения и воли человека. Потому велика её сила чрезвычайно, ибо «нет у Святого, благословен Он, в Его сокровищнице ничего, кроме сокровища Йират Шамаим».
וְעִם זֶה נַשְׂכִּיל בִּינָה. לְהָבִין דִּבְרֵי חֲכָמִים וְחִידוֹתָם. מַה שֶּׁאָמְרוּ חֲכָמֵינוּ זַ"ל בְּשַׁבָּת. כָּל אָדָם שֶׁיֵּשׁ בּוֹ תּוֹרָה וְאֵין בּוֹ יִרְאַת שָׁמַיִם. דּוֹמֶה לְגִזְבָּר שֶׁמָּסְרוּ לוֹ מַפְתֵּחוֹת הַפְּנִימִיּוֹת וּמַפְתֵּחוֹת הַחִיצוֹנוֹת לֹא מָסְרוּ לוֹ בְּהְי עַיִיל. וּפֵרֵשׁ רַשִׁ"י כָּךְ אִם יְרֵא שָׁמַיִם הוּא נַעֲשֶׂה חָרֵד לִשְׁמֹר וְלַעֲשׂוֹת. וְאִם לָאו אֵינוֹ חָשׁ לְתוֹרָתוֹ. וְלִכְאוֹרָה יִפָּלֵא מְאֹד. לְאֵיזֶה עִנְיָן הִזְכִּירוּ חֲכָמֵינוּ זַ"ל בְּהַמָּשָׁל גִּזְבָּר. מַאי עִנְיַן גִּזְבָּר לְנוֹשֵׂא הַמָּשָׁל. הֲלֹא גַּם כָּל אִישׁ בְּבֵיתוֹ וּבְחוֹמוֹתָיו. אִם יִהְיֶה לוֹ רַק מַפְתֵּחוֹת מֵחֲדָרִים הַפְּנִימִים. בְּלִי מַפְתֵּחוֹת מֵהַחֲדָרִים הַחִיצוֹנִים. לֹא יוּכַל לָבֹא אֶל תּוֹךְ הַבַּיִת. וְהָיָה לָהֶם לוֹמַר בְּפַשְׁטוּת. מָשָׁל לְאָדָם שֶׁיֵּשׁ לוֹ מַפְתֵּחוֹת הַפְּנִימִיּוֹת. וּמַפְתֵּחוֹת הַחִיצוֹנִיּוֹת אֵין לוֹ בְּהְי עַיִיל. וּמַאי עִנְיַן גִּזְבָּר לְכָאן:
English translation not yet available
Тем самым мы проявим разумение, чтобы понять слова мудрецов и их загадки. То, что сказали наши мудрецы, благословенна их память, в Шаббат: «Всякий человек, у которого есть Тора, но нет Йират Шамаим, подобен казначею, которому вручили внутренние ключи, а внешних ключей ему не вручили — как он войдёт?» И Раши объяснил: «Так и если он богобоязнен — он трепещет, хранить и исполнять; а если нет — ему нет дела до Торы его». На первый взгляд весьма удивительно: зачем мудрецы, благословенна их память, упомянули в притче казначея? Какое отношение имеет казначей к смыслу притчи? Ведь и любой человек в своём доме и в своих стенах, если бы у него были только ключи от внутренних комнат без ключей от внешних, — не смог бы войти в дом. И им следовало бы просто сказать: «Подобно человеку, у которого есть внутренние ключи, но нет внешних — как он войдёт?» Какое же отношение имеет казначей к этому?
אוּלָם נִרְאֶה כִּי חֲכָמֵינוּ זַ"ל הִשְׂכִּילוּ בְּחָכְמָתָם. לְהַזְכִּיר בְּהַמָּשָׁל גִּזְבָּר לְכַוָּנָה עֲמֻקָּה מְאֹד. לְעוֹרֵר אֶת הָאָדָם עַל עֲמַל הַיִּרְאָה. כִּי הִנֵּה כָּל אִישׁ הַשּׂוֹרֵר בְּבֵיתוֹ וּבְחוֹמוֹתָיו. אִם לֹא יִהְיֶה לוֹ מַפְתֵּחוֹת מֵהַחֲדָרִים הַחִיצוֹנִים. הַאִם בַּחוּץ יַעֲמֹד. וְהַחֲדָרִים יִשָּׁאֲרוּ סְגוּרִים עַל מַסְגֵּר וְלֹא יִפָּתְחוּ. הֲלֹא הַהֶכְרֵחַ יְאַלְּצֵהוּ לְהִשְׁתַּדֵּל לְהַשִּׂיג מַפְתֵּחוֹת לִפְתֹּחַ הַבַּיִת. אוֹ יְשַׁבֵּר דַּלְתוֹת נְחוּשָׁה. וְגַם בְּרִיחֵי בַּרְזֶל יְגַדַּע. אוּלָם לֹא כֵן הַגִּזְבָּר הַמְמֻנֶּה בְּשֶׁל אֲחֵרִים עַל הַבַּיִת. אִם לֹא מָסְרוּ לוֹ מַפְתֵּחוֹת מֵהַחֲדָרִים הַחִיצוֹנִים. מַה יַּכְרִיחֵהוּ לִהְיוֹת עָמֵל לְהִשְׁתַּדֵּל לְהַשִּׂיג מַפְתֵּחוֹת. אוֹ לְגַדֵּעַ מַסְגֵּרוֹת. וּבְכֵן יוּכַל לִהְיוֹת כִּי הַשַּׁעַר יִהְיֶה סָגוּר וְלֹא יִפָּתַח לְעוֹלָם. וְלֹא יָבֹא אֶל תּוֹךְ הַבַּיִת:
English translation not yet available
Однако представляется, что наши мудрецы, благословенна их память, мудро упомянули в притче казначея с весьма глубоким намерением — пробудить человека к труду богобоязненности. Ибо всякий человек, хозяин в своём доме и в своих стенах, — если у него не будет ключей от внешних комнат, неужели он будет стоять снаружи, и комнаты останутся запертыми на засов и не откроются? Ведь необходимость заставит его приложить усилия, чтобы раздобыть ключи и открыть дом, или он сломает медные двери, и засовы железные разрубит! Но не так казначей, ответственный за чужое имущество в доме: если ему не вручили ключей от внешних комнат, что заставит его трудиться и стараться раздобыть ключи или ломать запоры? И потому может случиться, что врата останутся закрытыми и никогда не откроются, и он не войдёт в дом.
וְלָזֹאת כַּאֲשֶׁר הִמְשִׁילוּ חֲכָמֵינוּ זַ"ל בְּחָכְמָתָם. יִרְאַת שָׁמַיִם לְמַפְתֵּחוֹת הַחִיצוֹנוֹת. לִפְתֹּחַ בָּהֶן שַׁעֲרֵי הַתּוֹרָה וְהָעֲבוֹדָה. וּמִי שֶׁאֵין בּוֹ יִרְאַת שָׁמַיִם. דּוֹמֶה כְּמִי שֶׁאֵין לוֹ מַפְתֵּחוֹת הַחִיצוֹנוֹת לִפְתֹּחַ הַבַּיִת. בַּל נֹאמַר כִּי בְּכָל זֹאת בֶּטַח לֹא יַעֲמֹד בַּחוּץ. וְהַהֶכְרֵחַ יְאַלְּצֵהוּ לִהְיוֹת עָמֵל לְהַשִּׂיג הַמַּפְתֵּחַ שֶׁל יִרְאַת שָׁמַיִם. לִפְתֹּחַ הַשַּׁעַר לַה'. כִּי לֹא כֵן הַדָּבָר. כִּי יִרְאַת שָׁמַיִם הִיא הַמַּפְתֵּחַ לִפְתֹּחַ הַשַּׁעַר. הַיְנוּ הַסִּבָּה לְקַיֵּם כָּל הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה. וּמִי שֶׁכְּבָר יֵשׁ בְּיָדוֹ הַמַּפְתֵּחַ הַזֶּה שֶׁל יִרְאַת שָׁמַיִם. בּוֹ יִפְתַּח שַׁעֲרֵי הַתּוֹרָה וְהָעֲבוֹדָה. כִּי הִיא תַּכְרִיחֵהוּ לִהְיוֹת יָרֵא וְחָרֵד לִשְׁמֹר וְלַעֲשׂוֹת. אוּלָם אִם אֵין בְּיָדוֹ הַמַּפְתֵּחַ שֶׁל יִרְאַת שָׁמַיִם. בְּאֵין יִרְאָה מַה יַּכְרִיחֵהוּ עַל הַמַּפְתֵּחַ עַצְמָהּ שֶׁל יִרְאָה לְהַשִּׂיגָהּ? כִּי הִיא רַק בְּחִירָה חָפְשִׁית הַתְּלוּיָה בְּדַעְתּוֹ וּבִרְצוֹנוֹ. וּבְכֵן אִם לֹא יִתֵּן אֶל לִבּוֹ לְבַקֵּשׁ אוֹתָהּ. יוּכַל לִהְיוֹת כִּי הַמַּפְתֵּחַ הַזֶּה שֶׁל יִרְאַת שָׁמַיִם לֹא יִהְיֶה בְּיָדוֹ עַד עוֹלָם. וְשַׁעֲרֵי הַתּוֹרָה וְהָעֲבוֹדָה יִשָּׁאֲרוּ סְגוּרִים עַל מַסְגֵּר בְּמַנְעוּל בַּרְזֶל וְלֹא יִפָּתַח. וְלָזֶה מָשְׁלוּ מָשָׁל לְגִזְבָּר שֶׁלֹּא מָסְרוּ לוֹ מַפְתֵּחוֹת הַחִיצוֹנוֹת. אֲשֶׁר אֵין לוֹ שׁוּם הֶכְרֵחַ לְבַקֵּשׁ מַפְתֵּחוֹת וּלְגַדֵּעַ מַסְגֵּרוֹת:
English translation not yet available
Потому, когда наши мудрецы, благословенна их память, в своей мудрости уподобили Йират Шамаим внешним ключам, которыми отпирают врата Торы и служения, и тот, у кого нет Йират Шамаим, подобен тому, у кого нет внешних ключей для открытия дома, — пусть не скажет кто-либо, что, несмотря на это, наверняка он не останется снаружи и необходимость заставит его трудиться, чтобы раздобыть ключ Йират Шамаим для отпирания врат Господу. Ибо не так обстоит дело. Ибо Йират Шамаим — это ключ для отпирания врат, то есть причина для исполнения всей Торы и заповедей. И у того, у кого уже есть этот ключ Йират Шамаим, — им он отопрёт врата Торы и служения, ибо она заставит его бояться и трепетать, хранить и исполнять. Однако если у него нет ключа Йират Шамаим — при отсутствии богобоязненности что заставит его трудиться ради самого ключа богобоязненности, чтобы обрести его? Ведь это лишь свободный выбор, зависящий от его разумения и воли. И поэтому, если он не положит на сердце своё искать её, может случиться, что этот ключ Йират Шамаим никогда не окажется в его руках, и врата Торы и служения останутся запертыми на засов железным замком и не откроются. Потому и привели притчу о казначее, которому не вручили внешних ключей, — у которого нет никакого принуждения искать ключи и ломать запоры.
תַּכְלִית יְסוֹד הַדְּבָרִים הַנִּזְכָּרִים לְעֵיל. יֵשׁ לְהַעֲמִיס בְּכַוָּנַת הַכָּתוּב פָּרָשַׁת נִצָּבִים. הַחַיִּים וְהַמָּוֶת נָתַתִּי לְפָנֶיךָ הַבְּרָכָה וְהַקְּלָלָה וּבָחַרְתָּ בַּחַיִּים. וּלְפִי מֻשְׂכָּל רִאשׁוֹן יִפָּלֵא מְאֹד. כִּי הִנֵּה גֶּדֶר הַבְּחִירָה הוּא. אֶת אֲשֶׁר יִבְחַר הָאָדָם אֶחָד מִן הַדְּבָרִים. עַל יְדֵי הִסְתַּכְּלוּת וְהִתְבּוֹנְנוּת. כְּמוֹ מִי שֶׁמֻּנָּח לְפָנָיו מָנוֹת. וּבוֹדֵק אוֹתָם וּמַבְחִין וּמִתְבּוֹנֵן בָּהֶם. וּבוֹחֵר אֶת הַטּוֹב וְהַיָּפֶה. כָּל נֶתַח טוֹב וְשָׁמֵן. וְלָזֶה דְּבַר הַבְּחִירָה נוֹפֵל רַק בֵּין הַדְבָרִים הַדּוֹמִים כִּמְעַט בְּאֵיכוּתָם. אֲשֶׁר יֵשׁ עִנְיָן לְהִתְבּוֹנֵן וּלְהַבְחִין בָּהֶם. לְמַעַן לִבְחֹר אֶת הַטּוֹב וְהַיָּפֶה. אֲבָל מִי שֶׁנּוֹטֵל מַה שֶּׁיַּעֲלֶה בְּידָוֹ. אוֹ בִּדְבָרִים שֶׁאֵין צָרִיךְ שׁוּם הַבְחָנָה כְּלָל. כְּמוֹ בֵּין זָהָב לַאֲבָנִים. אוֹ בֵּין כּוֹס יֵין הָרָקָח. לְבֵין סַף רַעַל. אֵין זֶה תַּחַת סוּג בְּחִירָה כְּלָל. וְעַל כֵּן יִפָּלֵא מַאי עִנְיַן בְּחִירָה בֵּין חַיִּים לְמָוֶת. גַּם מַה צָּרִיךְ לוֹמַר וּבָחַרְתָּ בַּחַיִּים. מִי גֶּבֶר יִהְיֶה בְּיָדוֹ הַחַיִּים וְהַמָּוֶת. וְלֹא יִבְחֹר בַּחַיִּים:
English translation not yet available
Итоговую суть вышеизложенного можно вместить в смысл стиха в главе Ницавим: «Жизнь и смерть предложил Я тебе, благословение и проклятие; и избери жизнь». На первый взгляд весьма удивительно. Ибо сущность выбора состоит в том, что человек избирает одну из вещей посредством наблюдения, размышления и различения — подобно тому, кто имеет перед собой порции и проверяет их, различает и рассматривает, выбирая лучшее и красивейшее, всякий кусок хороший и тучный. Потому понятие выбора применимо лишь к вещам, почти равным по качеству, где есть смысл вглядываться и различать, чтобы выбрать лучшее и красивейшее. Но тот, кто берёт что попало, или в вещах, где не нужно никакого различения — как между золотом и камнями, или между кубком пряного вина и чашей яда, — это вовсе не относится к категории выбора. Потому удивительно: какой смысл имеет выбор между жизнью и смертью? И зачем нужно говорить «и избери жизнь»? Какой человек, имея перед собой жизнь и смерть, не изберёт жизнь?
אוּלָם הַכָּתוּב יְגַלֶּה לָנוּ. הַסּוֹד הַכָּמוּס הַזֶּה מִפִּלְאֵי הַבְּרִיאָה בְּדַרְכֵי הַיִּרְאָה. א'. כִּי הָאָדָם מִטִּבְעוֹ יִהְיֶה מֻשְׁלָל מִיִּרְאַת ד' יִתְבָּרַךְ שְׁמוֹ. ב'. כִּי בְּכָל זֹאת יֵשׁ בְּכֹחַ הָאָדָם לְשׁוֹבֵב לוֹ יִרְאָתוֹ יִתְבָּרַךְ שְׁמוֹ. עַל יְדֵי חֶפְצוֹ וּרְצוֹנוֹ לִהְיוֹת עָמֵל לְבַקֵּשׁ אוֹתָהּ. אַף כִּי שְׁנֵיהֶם הֵמָּה נֶגֶד דַּרְכֵי הַשֵּׂכֶל כַּנִּזְכָּר לְעֵיל. כִּי הִנֵּה אַחֲרֵי אֲשֶׁר בְּעֵקֶב דֶּרֶךְ הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה כָּרוּךְ הַחַיִּים. וּבְעֵקֶב דֶּרֶךְ בֵּית עָוֹן כָּרוּךְ הַמָּוֶת. בַּל יַחֲשֹׁב הָאָדָם כִּי בֶּטַח יִהְיֶה כֵּן בְּטִבְעוֹ לֶאֱהֹב אֶת הַחַיִּים וְלִרְדֹּף אַחֲרָיו. וְלִירֹא מִפְּנֵי הַמָּוֶת וְלִבְרֹחַ מִמֶּנּוּ. עַל כֵּן יוֹדִיעַ לָנוּ הַכָּתוּב. כִּי לֹא כֵן הוּא. כִּי הַבּוֹרֵא יִתְבָּרַךְ שְׁמוֹ בְּחָכְמָתוֹ מָנַע מִטֶּבַע הָאָדָם. מוֹרָא וּפַחַד עָנְשׁוֹ. וְכֵן מוֹרָא מִכָּל הַדְּבָרִים. אֲשֶׁר תּוּכַל לִהְיוֹת סִבָּה לְהַכְרִיחוֹ עַל עֲבוֹדָתוֹ יִתְבָּרַךְ שְׁמוֹ. כְּמוֹ מוֹרָא הַמָּוֶת וְכַדּוֹמֶה. וּבְכֵן הַחַיִּים וְהַמָּוֶת. הֵמָּה שָׁוִים. בְּטֶבַע הָאָדָם. וְאִם יִשָּׂאֵהוּ רוּחַ תַּאֲוָתוֹ לָלֶכֶת לְמַרְאֵה עֵינָיו. יֵלֵךְ גַּם בְּדֶרֶךְ הַמָּוֶת. וְיַזְנִיחַ אֶת טוּב הַחַיִּים:
English translation not yet available
Однако Писание открывает нам эту сокровенную тайну из чудес творения на путях богобоязненности. Во-первых: человек по своей природе лишён богобоязненности перед Господом, благословенно Имя Его. Во-вторых: при всём том в силах человека обратить к себе богобоязненность перед Ним, благословенно Имя Его, посредством желания и стремления трудиться, чтобы обрести её. Хотя и то, и другое противоречит путям рассудка, как упомянуто выше. Ибо после того как к стопам пути Торы и заповедей привязана жизнь, а к стопам пути дома греха привязана смерть, — пусть не думает человек, что естественно он будет любить жизнь и стремиться к ней и бояться смерти и бежать от неё. Потому Писание сообщает нам, что это не так, ибо Творец, благословенно Имя Его, по Своей мудрости лишил природу человека страха и ужаса перед Его наказанием, а также страха перед всем, что могло бы стать причиной для принуждения его к служению, благословенно Имя Его, — как страх смерти и тому подобное. И таким образом жизнь и смерть равны в природе человека. И если дух его вожделения увлечёт его идти по видению глаз его, он пойдёт и путём смерти, пренебрегая благом жизни.
הוּא מַה שֶּׁאָמַר הַכָּתוּב הַחַיִּים וְהַמָּוֶת נָתַתִּי לְפָנֶיךָ גוֹ'. כִּי יָדוּעַ מַה שֶּׁאָמְרוּ חֲכָמֵינוּ זַ"ל. אֵין נְתִינָה פָּחוֹת מִשְּׁוֵה פְּרוּטָה. כִּי דָּבָר שֶׁאֵין לָהּ חֲשִׁיבוּת לֹא יְתֹאַר בְּגֶדֶר נְתִינָה. וּמִכָּל שֶׁכֵּן דָּבָר שֶׁאֵין לָזֶה שׁוּם שִׁוּוּי כְּלָל. וּמַה גַּם אִם עוֹד כָּל אִישׁ יָרֵא לִנְגֹּעַ בָּזֶה. כִּי הִיא מָוֶת וּמְשַׁכֶּלֶת לֹא יִתְיַחֵס עַל זֶה שֵׁם נְתִינָה. כִּי מִי יְקַבֵּל אוֹתָהּ. וּבְאֵין מְקַבֵּל אֵין נְתִינָה. וְלָזֶה אִם הָיָה יִרְאַת ה' בְּטֶבַע הָאָדָם. לִירֹא מִפַּחַד עָנְשׁוֹ. וְלָסוּר מִנִּי אֹרַח הַמָּוֶת. לֹא הָיָה עִנְיָן לוֹמַר הַחַיִּים וְהַמָּוֶת נָתַתִּי לְפָנֶיךָ. כִּי הַמָּוֶת לֹא הָיָה בְּגֶדֶר נְתִינָה כְּלָל. כִּי רַק אֶת הַחַיִּים יֹאהַב הָאָדָם וִיקַבֵּל. וְהוּא דֶּרֶךְ הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה. וְאֶת הַמָּוֶת וְהוּא דֶּרֶךְ בֵּית עָוֹן וְהַתַּאֲוָה יִזְרֶה כְּמוֹ דָּוָה. וּבְאֵין מְקַבֵּל אֵין נְתִינָה. אָכֵן כַּאֲשֶׁר גָּזְרָה חָכְמָתוֹ יִתְבָּרַךְ שְׁמוֹ לִשְׁלֹל מִטֶּבַע הָאָדָם מוֹרָאוֹ. אֵימַת מִשְׁפָּטוֹ וּפַחַד עָנְשׁוֹ. וְלֹא תְּבַעֲתֵהוּ שׁוּם דָּבָר. גַּם מוֹרָא הַמָּוֶת לֹא יַחֲרִידֵהוּ:
English translation not yet available
Это то, что сказано в Писании: «Жизнь и смерть предложил Я тебе...» Ибо известно, что сказали наши мудрецы, благословенна их память: «Нет дарения менее стоимости пруты», — ибо вещь, не имеющая ценности, не описывается понятием «дарение». Тем более вещь, не имеющая никакой ценности вовсе. И тем более если всякий человек боится прикоснуться к ней, ибо она несёт смерть и гибель, — к ней не применяется понятие «дарение», ибо кто её примет? А без получателя нет дарения. Потому, если бы богобоязненность была в природе человека — бояться Его наказания и сворачивать с пути смерти, — не было бы уместно говорить «жизнь и смерть предложил Я тебе», ибо смерть не была бы в категории дарения, так как только жизнь любил бы человек и принимал — а это путь Торы и заповедей, — а смерть, то есть путь дома греха и вожделения, он бы отвергал, как нечистоту; а без получателя нет дарения. Однако поскольку Его мудрость, благословенно Имя Его, определила лишить природу человека страха перед Ним, ужаса Его суда и страха Его наказания, и ничто не устрашает его, даже страх смерти не пугает его —
וְעַל כֵּן יֹאמַר הַכָּתוּב. הַחַיִּים וְהַמָּוֶת נָתַתִּי לְפָנֶיךָ גוֹ'. כִּי אֶת שְׁנֵיהֶם הִנְּנִי נוֹתֵן. גַּם הַמָּוֶת יִהְיֶה נְתִינָה חֲשׁוּבָה כְּמוֹ הַחַיִּים. כִּי גַּם אֶת הַחֶמְדָה וְהַתַּאֲוָה יֶאֱהַב הָאָדָם. אַף כִּי אַחֲרִיתָהּ דַּרְכֵי מָוֶת. וּצְעָדֶיהָ שְׁאוֹל יִתְמֹכוּ:
English translation not yet available
Потому Писание говорит: «Жизнь и смерть предложил Я тебе...» — ибо и то, и другое Я даю. Также смерть будет значимым даром, подобно жизни, ибо человек будет любить и вожделение, и наслаждение, хотя конец их — пути смерти и стопы их поддерживаются преисподней.
אָכֵן לְבַל יֹאמַר הָאָדָם נוֹאָשׁ. אִם כָּךְ גָּזְרָה חָכְמָתוֹ יִתְבָּרַךְ שְׁמוֹ. לִשְׁלֹל מִטֶּבַע הָאָדָם מוֹרָאוֹ. וְהַחַיִּים וְהַמָּוֶת הֵם שָׁוִים בְּעֵינֵי הָאָדָם. מִי יְפֵרֶנָּה. וְאִם הוּא אוֹהֵב אֶת דֶּרֶךְ הַמָּוֶת. אֵיךְ יִשְׂנָאֶנָּה:
English translation not yet available
Однако пусть человек не скажет «безнадёжно»: если так определила Его мудрость, благословенно Имя Его, — лишить природу человека страха перед Ним, и жизнь и смерть равны в глазах человека, — кто разделит их? И если он любит путь смерти, как ему её возненавидеть?
וְלָזֶה אָמַר הַכָּתוּב וּבָחַרְתָּ בַּחַיִּים. כִּי אַהֲבַת הַחַיִּים בְּיָדְךָ הוּא. כִּי הַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא פָּתַח לִפְנֵי הָאָדָם פֶּתַח תִּקְוָה. לְהַשִּׂיג יִרְאָתוֹ יִתְבָּרַךְ שְׁמוֹ. עִם אַהֲבַת הַחַיִּים וְשִׂנְאַת הַמָּוֶת. בְּדֶרֶךְ מִשְׁפַּט הַבְּחִירָה. הַיְנוּ כַּאֲשֶׁר יִרְצֶה לִבְחֹר בַּטּוֹב. לְהִסְתַּכֵּל וּלְהִתְבּוֹנֵן וּלְהַבְחִין. בֵּין אֹשֶׁר שֶׁל גּוֹרַל הַחַיִּים. חַיֵּי עוֹלָם הַזֶּה וְחַיֵּי עַד. עִם עֵדֶן וִיקַר נֶצַח. וּבֵין מְרִירוּת שֶׁל גּוֹרַל הַמָּוֶת עִם הַשְּׁפָטִים הַנּוֹרָאִים. אָז תָּבִין יִרְאַת ה'. וְתִבְחֹר בַּחַיִּים לְאַהֲבָה אוֹתָהּ וּלְדָבְקָה בָּהּ:
English translation not yet available
Потому Писание говорит: «И избери жизнь» — ибо любовь к жизни в твоих руках. Ибо Святой, благословен Он, открыл перед человеком врата надежды — обрести богобоязненность перед Ним, благословенно Имя Его, вместе с любовью к жизни и ненавистью к смерти, путём свободного выбора. А именно: когда он пожелает выбрать добро — наблюдать, размышлять и различать между блаженством жребия жизни — жизни этого мира и жизни вечной с Эденом и вечным почётом — и горечью жребия смерти с грозными наказаниями, — тогда он поймёт богобоязненность и изберёт жизнь, чтобы любить её и прилепиться к ней.
עַל פִּי הַדְּבָרִים הָאֵלֶּה יָאִירוּ לָנוּ דִּבְרֵי חֲכָמֵינוּ זַ"ל בְּסִפְרִי וְזֶה לְשׁוֹנָם. לְפִי שֶׁנֶּאֱמַר הַחַיִּים וְהַמָּוֶת נָתַתִּי לְפָנֶיךָ הַבְּרָכָה וְהַקְּלָלָה. שֶׁמָּא יֹאמְרוּ יִשְׂרָאֵל. הוֹאִיל וְנָתַן הַמָּקוֹם לְפָנֵינוּ שְׁנֵי דְּרָכִים. דֶּרֶךְ הַחַיִּים וְדֶרֶךְ הַמָּוֶת. נֵלֵךְ בְּאֵיזוֹ מֵהֶן שֶׁנִּרְצֶה תַּלְמוּד לוֹמַר וּבָחַרְתָּ בַּחַיִּים עַד כָּאן לְשׁוֹנוֹ. הַמַּאֲמָר הַזֶּה מַפְלִיא לֵב. אֵיךְ יַעֲלֶה עַל הַדַּעַת שֶׁיִּהְיֶה רְשׁוּת לְהָאָדָם. לֵילֵךְ בְּאֵיזֶה דֶּרֶךְ שֶׁיִּרְצֶה. אַיֵּה כָּל הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה שֶׁקִּבְּלוּ יִשְׂרָאֵל מֵהַר סִינַי. גַּם אֵיךְ נִמְשָׁךְ הַטַּעֲנָה הַזֹּאת. מִמַּה שֶּׁנָּתַן הַמָּקוֹם לִפְנֵיהֶם שְׁנֵי דְּרָכִים:
English translation not yet available
В свете этих слов прояснятся для нас слова наших мудрецов, благословенна их память, в Сифрей, и вот их текст: «Поскольку сказано: 'Жизнь и смерть предложил Я тебе, благословение и проклятие', — быть может, скажут израильтяне: раз Всевышний предложил нам два пути — путь жизни и путь смерти, — пойдём по какому из них захотим. Тора учит: 'И избери жизнь'». Конец цитаты. Это высказывание поражает сердце. Как может прийти на ум, что человеку позволено идти каким путём он захочет? Где вся Тора и заповеди, которые Израиль принял с горы Синай? И как вытекает это утверждение из того, что Всевышний предложил им два пути?
אוּלָם הֵן הֵן הַדְּבָרִים. כִּי אַחֲרֵי אֲשֶׁר דֶּרֶךְ הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה. הִיא הַמְּסִלָּה הָעוֹלָה אֶל טוּב הַחַיִּים. וְדֶרֶךְ הָרָע שֶׁל בֵּית עָוֹן. הִיא נְתִיבָה אֶל מָוֶת. אִם־כֵּן הָיָה הַדַּעַת נוֹתֵן שֶׁיִּהְיֶה כֵּן בְּטֶבַע הָאָדָם. לֶאֱהֹב אֶת הַחַיִּים. וְלִירֹא מִפְּנֵי הַמָּוֶת. וְאָז הָיָה כָּל אִישׁ מְפַלֵּס מַעְגְּלוֹתָיו בְּדֶרֶךְ הַתּוֹרָה וְהַמִּצְוָה נְתִיב הַחַיִּים. אוּלָם כַּאֲשֶׁר הַקָּדוֹשׁ־בָּרוּךְ־הוּא מָנַע זֹאת מִטֶּבַע הָאָדָם. כִּי גַּם דֶּרֶךְ הַמָּוֶת יֶעֱרַב וִיבֻסַּם לוֹ. כִּי לְכָךְ אָמַר הַכָּתוּב הַחַיִּים וְהַמָּוֶת נָתַתִּי לְפָנֶיךָ. כִּי גַּם הַמָּוֶת הוּא נְתִינָה חֲשׁוּבָה כַּנִּזְכָּר לְעֵיל. אִם־כֵּן מַה בְּיָדוֹ לַעֲשׂוֹת. הוּא הַמַּאֲמָר. שֶׁמָּא יֹאמְרוּ יִשְׂרָאֵל. הוֹאִיל וְנָתַן הַמָּקוֹם לְפָנֵינוּ שְׁנֵי דְּרָכִים דֶּרֶךְ הַחַיִּים וְדֶרֶךְ הַמָּוֶת נֵלֵךְ בְּאֵיזֶה מֵהֶן שֶׁנִּרְצֶה. הַיְינוּ מֵאַחַר אֲשֶׁר שְׁנֵי הַדְּרָכִים הֵם בְּתוֹר נְתִינָה. כִּי גַּם דֶּרֶךְ הַמָּוֶת הוּא נְתִינָה חֲשׁוּבָה אֵצֶל הָאָדָם. וְגַם זֶה יֹאהַב וִיקַבֵּל בְּרָצוֹן. אִם־כֵּן נֵלֵךְ בְּאֵיזֶה מֵהֶן שֶׁנִּרְצֶה. הַיְנוּ כִּי אִם יִרְצֶה הָאָדָם לֵילֵךְ בְּדֶרֶךְ הַמָּוֶת. מַה כֹּחוֹ לִכְבֹּשׁ אֶת רְצוֹנוֹ. וּלְהַטּוֹתוֹ לְדֶרֶךְ הַחַיִּים. עַל זֶה אָמַר תַּלְמוּד לוֹמַר וּבָחַרְתָּ בַּחַיִּים. הַיְינוּ כִּי בְּכָל זֹאת אַהֲבַת הַחַיִּים וְשִׂנְאַת הַמָּוֶת הוּא בְּיָדְךָ. כִּי אִם תִּבְחֹר כְּמִשְׁפַּט הַבְּחִירָה. לִהְיוֹת עָמֵל לְהִתְבּוֹנֵן וּלְהַבְחִין בֵּינֵיהֶם בֵּין דֶּרֶךְ הַחַיִּים לְדֶרֶךְ הַמָּוֶת. אָז בִּין תָּבִין מַה בֵּין גּוֹרַל הַחַיִּים לְגוֹרַל הַמָּוֶת וְתִבְחֹר בַּחַיִּים:
English translation not yet available
Однако именно в этом и суть. Поскольку путь Торы и заповедей — это дорога, ведущая к благу жизни, а путь зла и дома греха — тропа к смерти, — разум подсказывал бы, что в природе человека будет любить жизнь и бояться смерти. И тогда каждый человек выверял бы свои шаги по пути Торы и заповедей — стезе жизни. Однако Святой, благословен Он, лишил природу человека этого, так что и путь смерти приятен и сладок ему. Потому Писание и говорит: «Жизнь и смерть предложил Я тебе» — ибо также смерть является значимым даром, как упомянуто выше. Так что же в его силах сделать? Это и есть суть высказывания: «Быть может, скажут израильтяне: раз Всевышний предложил нам два пути — путь жизни и путь смерти, — пойдём по какому из них захотим». То есть, поскольку оба пути предлагаются как дар и путь смерти тоже является значимым даром для человека, и он тоже будет любить и принимать его с готовностью, — то пойдём по какому из них захотим. То есть если человек захочет идти путём смерти — что заставит его подавить своё желание и направить его к пути жизни? На это говорит Тора: «И избери жизнь» — то есть, несмотря на это, любовь к жизни и ненависть к смерти в твоих руках: если ты будешь выбирать по закону свободного выбора — трудиться, размышлять и различать между ними, между путём жизни и путём смерти, — тогда ты поймёшь разницу между жребием жизни и жребием смерти и изберёшь жизнь.