Bamidbar

«Свет его воссияет в нём, в великом кидуше и в добром вине, от которого возрадуется душа». В этой второй трапезе Шабата к каждому приходит радость и свет в сердце, как сказано: «Свет праведных радует». И хотя сказано (конец первой главы Таанит): «праведным — свет, а прямым — радость», что праведные удостаиваются лишь света, тем не менее, когда праведник удостаивается света — то есть качества света Устной Торы, как сказано: «Свет посеян для праведника» — что Святой, благословен Он, сокрыл первозданный свет в Устной Торе, как сказано в книге Бахир, и он открывается праведнику. А Устная Тора приходит исправить избыток гнева, как сказано: «Ибо во многой мудрости много печали». И благодаря этому выпрямляется сердце, и он удостаивается радости, как сказано: «А прямым сердцем — радость». В трапезе ночи Шабата говорят: «и в добром светильнике, что светит над нашими головами» — что тоже удостаиваются первозданного света, который над головой, выше головы. Но там это благодаря зажиганию свечей, «и в добром светильнике» — то есть усилию со стороны человека. Тогда как во второй трапезе, которая есть качество Атики (Высшего), «свет его воссияет в нём» — то есть сам по себе, приходящий от Святого, благословен Он, как сказано: «Чтобы знали, что Я — Г-сподь, освящающий вас», и от этого приходит радость, как сказано. «В великом кидуше» — то есть великая святость, без меры, ибо у Святого, благословен Он, «великий» и «возвышенный» — без меры, выше человеческого постижения, ведь если не так — он мал по сравнению с тем, кто больше него. И так «великий кидуш» — выше постижения, качество святости Атики. «И в добром вине» — то есть качество святости Устной Торы, которая есть «вино смешанное мной», и она — «роса Атики», как сказано: «Каплет, как роса, речь моя» — то есть подобно росе, которая незаметна, как нисходит с небес, а лишь по тому, как видна её влага на земле. Так и Устная Тора, хоть и из их собственных уст, но на самом деле — это то, что воссиевает с небес в сердцах мудрецов. А в Мидраш Раба (на эту главу, разд. 2) [спрашивается]: зачем сказано «Привёл меня в дом вина»? У царя была сокровищница, и нашёл он всё в ней уксусом и т.д. Так среди семидесяти народов нашёл отраду лишь в Израиле и т.д. А числовое значение «яин» (вино) равно семидесяти, и из всех них — «знамя его надо мной — любовь» и т.д. А далее сказано в Мидраш Раба: «Дом вина» — это Синай, где была дана Тора, уподобленная вину, как сказано: «И пейте вино, мной смешанное». И так толкуется в святом Зоаре (Раая Меемна, Экев, 271б): «вино Торы» — Устной Торы. Но как же сказано, что числовое значение вина равно семидесяти, как число семидесяти народов? Однако на самом деле во всех народах есть искра слов Торы, оживляющая их, как сказано: «И Ты оживляешь всех их», а главная жизнь — через слова Торы. И когда был сотворён первый человек, если бы он остался таким и не было бы повреждения, все народы были бы подобны народу Израиля сегодня и были бы качеством «вина». Но после повреждения нашёл их всех уксусом, и из всех них — «знамя его надо мной — любовь» — только над Израилем, и это — «вино Торы», Устной Торы. Как далее толкуется в Мидраш Раба: Тора, которая толкуется сорока девятью гранями, как числовое значение «знамени его» (дигло). А сорок девять граней — лишь в Устной Торе, тогда как в Письменной Торе, которая написана и лежит, нет множества граней. И это — «дом вина» для всего мира, семидесяти народов, а «знамя его надо мной» — это народ Израиля, в котором единственно сохранилась Устная Тора, «вино Торы». Как сказано (в Мидраш Раба, Хукат): «Выкопали её вельможи народа, законодателем, своими посохами» — что предводители стояли над ним и тянули своими посохами, каждый к своему колену и т.д. — а именно от колодца, намекающего на Устную Тору, как объяснено в другом месте. И это — «знамя его», числовое значение сорока девяти граней, как сказано. И это — «и в добром вине», которое тоже есть первозданный свет, сокрытый для радости, как сказано. А далее в Мидраше сказано: «каждый под знаменем своим» — вот что написано: «Нашёл его в земле пустынной» — великую находку нашёл Святой, благословен Он, в Израиле, как сказано: «Как виноград в пустыне нашёл Я Израиль» и т.д. Пустыней был мир и т.д. «В пустоте воющей пустыни» — пустота и ночь были в мире и т.д. То есть Израиль назван «виноградом», в котором находится Устная Тора, подобно вину в виноградных ягодах. Что далее сказано? «Окружил его, вразумил его» — окружил его облаками славы, вразумил его — что научил их словам Торы. Выражение «окружил его» — это качество окружающего света, соответствующего трапезе ночи Шабата, в которой говорят: «что светит над нашими головами» — окружающий свет. «Вразумил его» — что научил их словам Торы — соответствует утренней трапезе Шабата, трапезе Атики, когда говорят: «Свет его воссияет в нём» — что слова Торы проникают в глубины сердца. «Доколе возлюбил их? Доколе охранял их? Доколе берёг их? Словно зеницу ока Своего» и т.д. «И нисходит и обитает среди них». И объясняет: «зеницу ока Своего» — о Мишкане и Шатре Собрания. И это подобно сказанному: «И будут глаза Мои и сердце Моё там во все дни» — и это соответствует качеству Малхут: «Я — Г-сподь, обитающий среди сынов Израиля» — это святость Шабата, и это качество называется «дочь глаза» (Зоар, ч. 2, 204а).