Beha'alotcha

Это изречение — из святых рукописей, и поскольку оно дорого [автору], он поместил его первым.

«Трубный звук (труа) да трубят при путешествиях их, а при собрании» и т.д. — «трубите протяжно (ткиа) и не трубите тревогу (труа)». Ибо «труа» переводится (Таргум) как «йевава» (рыдание), приходящее от горя, а «ткиа» — от радости. И как сказано далее там: «Когда пойдёте на войну в земле вашей против притеснителя» и т.д. — «и затрубите тревогу (труа)» и т.д.; «а в день радости вашей» и т.д. — «и затрубите протяжно (ткиа)» и т.д. А во время перехода (маса) человек в пути находится в заботах и горести, и нет у него покоя. И см. Брахот 11а: «Убавляют из [благословений] "когда ты идёшь по дороге" — от забот заповеди». И потому знаком перехода была труа (тревога), а собрание (акэль) было во время стоянки, когда пребывали в покое и радости, и знаком была ткиа (протяжный звук). И известно, что сорок два перехода и места стоянок соответствуют Имени из сорока двух [букв], и каждая буква — отдельная ступень. А между ступенями — переход, когда идёт и путешествует, чтобы достичь той ступени, и тогда он в заботах. А когда достигает ступени — он в покое. И таков весь человек все дни его жизни: в будние дни он в заботах, и это подготовка к тому, чтобы прийти к Шабату, ибо «кто не потрудился в канун Шабата — что будет есть в Шабат?» А в Мидраше Эйха народы мира говорят, что евреи всё, что заработали за шесть будних дней, съедают в Шабат. И так же в духовном: соответственно тому, как человек освящает и подготавливает себя в шесть будних дней, — так он ощущает святость (в Шабат). И в При Эц Хаим написано, что в дни 4, 5 и 6 перед Шабатом подготавливают принятие Нефеш, Руах и Нешама — через освящение в мысли, речи и действии. А дни 1, 2 и 3 после Шабата — это остаток святости Нефеш, Руах и Нешама прошедшего Шабата — в мысли, речи и действии, см. там. А в действительности также три дня после Шабата, через содержащуюся в них святость прошедшего Шабата, прибавляют святости к наступающему Шабату, и через это можно также освятить три дня перед Шабатом, чтобы получить добавочные Нефеш, Руах и Нешама. И можно сказать, что потому сказали (Шабат 118б): «Если бы соблюли два Шабата как положено — тотчас были бы избавлены». «Как положено» — то есть с принятием дополнительной души как подобает, во всех её ступенях, что достигается через соблюдение Шабата как положено и как подобает, во всех подробностях и тонкостях. И через первый Шабат святость остаётся для следующих за ним будних дней, и у него есть великая усиленная подготовка в будние дни, и через это удостаивается предельного совершенства святости Шабата во втором Шабате. И тогда он полностью избавлен от «закваски в тесте» и «порабощения царствами», суть которых одна: соответственно усилению дурного влечения и закваски в сердце еврея — таково усиление царства из земных царей, чья сила от той же силы зла, усилившейся в душах евреев в том поколении и в том времени.

И можно сказать, что потому Моше не сообщил им заповедь Шабата до кануна Шабата, когда им выпал двойной хлеб, хотя уже получил повеление в первый день. Ибо тогда, раз прежде не было Шабата, они не могли получить добавочную святость Нефеш, Руах и Нешама в три дня перед Шабатом, поскольку в первые три дня не было остатка святости от прошлого Шабата. И они не могли подготовиться за все будние дни, и достаточно было подготовки кануна Шабата. «И приготовили то, что» и т.д. — ибо он сказал им: «Что испечёте — пеките» и т.д., ибо субботняя трапеза нуждается в подготовке с кануна Шабата, и не более. Но Святой, благословен Он, сказал ему после этого: «Доколе вы отказываетесь» и т.д. — включив и его [в упрёк] за то, что не сообщил им сразу в первый день, ибо им помогла бы подготовка шести будних дней, и они не ходили бы ещё собирать в Шабат. А заповедь «помни день субботний, чтобы святить его» относится также ко всем шести будним дням (и по смыслу мнения Шаммая в Бейца — «с первого дня недели — для твоего Шабата», а Иллель не спорит относительно памятования в сердце, по крайней мере): чтобы сердце его тосковало и жаждало достичь этой святости. И все шесть будних дней — он в труде и усилии, а когда приходит Шабат — приходит покой, как сказано в Берешит Раба: «Чего недоставало миру? — Покоя» и т.д. И можно сказать, подобно тому как говорят в Гемаре выражение «нах нафшей» (упокоилась душа его) о кончине человека, — ибо все дни, пока он жив, он ещё занят войной с дурным влечением и трудом души в принятии ига Торы и заповедей, как сказано в трактате Авода Зара: «Пусть всегда будет как бык под ярмом и как осёл под поклажей». И сказали в главе «Хелек» (Санхедрин 93б) на стих: «И обоняние его» и т.д. — «что нагрузили его заповедями и страданиями, как жернова». И в конце второй главы Брахот: «И обременённые заповедями». И это касается даже тех, кто принимает лишь иго Торы, — тем более когда на нём также иго царства и иго мирских забот (ибо оба суть одно, ведь в понятие «порабощения царствами» входят все заботы этого мира, как сказано в Эрувин 43а: что сын Давида придёт даже в канун Шабата, и мы не опасаемся хлопот Шабата, которыми заняты, — ибо когда придёт Машиах, все будут рабами Израиля, и не нужно будет более трудиться ни в чём, ибо «встанут чужеземцы и будут пасти стада ваши» и т.д.). А при кончине — «упокоилась душа его». И так же при наступлении Шабата, когда отдыхает от дурного влечения через дополнительную душу, как сказано в Зоаре (Итро 88б): «Что всё совершенство в ней, и она подобна миру грядущему. И потому называется Шабат. Что значит Шабат? — Имя Святого, благословен Он, Имя, совершенное со всех сторон», см. там. Иными словами, Шабат — это не название дня, ибо не день отдыхает, а Святой, благословен Он, отдыхал (шават) в нём от Своих дел, после того как завершил Свои деяния и увидел, что всё «весьма хорошо». И все Имена Святого, благословен Он, указывают на Его меры — каждое Имя на определённую меру, как известно. Но Шабат, указывающее на прекращение, включает всё. И вот — «совершенно со всех сторон» — от всех шести направлений и всех мер. И так же дополнительная душа Шабата, которая есть «часть Бога свыше», — тоже называется Шабат, и она тоже «всё совершенство в ней» и подобие мира грядущего, где нет власти дурного влечения. И потому он тогда в совершенном покое. И соответственно тому, как он подготовил себя своим трудом в служении Господу в шесть будних дней, — таково его ощущение покоя в субботний день. И потому Баал Шем Тов установил произносить «Одуу» (Благодарите) в канун Шабата, в Минху, ближе к вечеру, ибо тогда выходят из забот к покою и отдыху, подобно мореплавателям и идущим по пустыням, когда приходят в обитаемое место, — которые должны благодарить. Ибо так установил Святой, благословен Он, для жизни человека. И подобно тому как Он сотворил день и ночь, «чтобы не прекращались» — чтобы была тьма, а затем рассвет. И подобно сказанному: «Семь раз падает праведник и встаёт». А Шабат — святость, и Святой, благословен Он, вводит тогда святость в человека, как сказано: «Дабы знать, что Я, Господь, освящаю вас». И достигает покоя от печали будних дней, ибо написано: «В муках будешь есть от неё», и как сказано в Берешит Раба на стих: «И благословил день седьмой» — «Благословение Господа — оно обогащает, и не прибавит печали с ней». То есть проклятия Адама и Хавы, которые в печали, — в Шабат не имеют власти.

И поведение человека — постоянно идти от уровня к уровню: путешествие в будние дни и стоянка и отдых после этого в день Шабата. И это также то, что трубили в канун Шабата для встречи Шабата, ибо трубление — знак стоянки для собрания. И первым трублением в канун Шабата собирали народ, который был в полях, ибо они должны были войти вместе, как сказано в трактате Шабат (35б). И там сказали, что в Вавилоне прекращали работу посреди трубления — обычай отцов их в их руках. Представляется, что с тех пор как были изгнаны в Вавилон, они принимали Шабат из горести и печали о том, что изгнаны от стола отца своего. А в Земле Израиля трубили ТРТ (текиа-труа-текиа), что соответствует трём праотцам, ибо труа между двумя текиот — это на качество «Страх Ицхака» (Пахад Ицхак), чтобы страшиться и бояться Святого, благословен Он. Однако этот страх приходит из радости и влечёт за собой радость, как сказано в Тана де-вей Элияу: «Я боялся из радости моей и радовался из страха моего». И хотя всякое служение вначале требует страха, как сказано в Зоаре (начало главы Ахарей) на стих «Служите Господу» — «Начало мудрости — страх Господень», тем не менее страх приходит к человеку лишь когда он сначала осознает, что Святой, благословен Он, наполняет всю землю славой Своей и стоит над ним, и видит его дела, как сказано в примечании к началу Орах Хаим. И из того, что он обращает внимание на то, что Святой, благословен Он, смотрит на него и наблюдает за его делами, приходит также радость прежде страха, как сказано: «Да возрадуется Израиль Создателю своему» (Теилим 149:2), и сказано: «Да возрадуется сердце ищущих Господа» (Теилим 105:3) — что даже если Святой, благословен Он, ещё не светит внутри его сердца, но он лишь ищет Господа, тоже приходит к радости, ибо «Сила и радость в месте Его» (Диврей а-Ямим I, 16:27). И это — радость, предшествующая страху, когда он ищет прийти к страху. И как сказано у Нехемьи: «Молитва раба Твоего, желающих бояться имени Твоего» (Нехемья 1:11). Ибо молитва должна быть как стоящий перед Царём, потому и сказали в Эрувин (65а), что пьяный, который не может говорить перед Царём — молитва его мерзость и он не исполнил обязанности. Ибо тот, кто совершенно не способен говорить — это подобно «негодному для смешивания», а смешивание — обязательно. Но когда он способен говорить, хотя сердце его не направлено как стоящему и говорящему перед Царём — всё пригодное для этого не является обязательным. И поскольку стоящий перед Царём — на него нисходит страх и трепет перед Царём, потому сказано «желающих» и т.д. — что они желают и жаждут бояться, то есть чтобы были как стоящие перед Ним, благословен Он, даже если ещё не достигли этого. Святой, благословен Он, желает лишь желание сердца, как сказано в Зоаре (Шлах, 160а). А то, что дурное начало тревожит его сердце, так что он не может направить сердце как подобает и как стоящий перед Господом воистину — это подобно принуждённому, который не совершил, и Писание засчитывает ему как будто совершил, и Святой, благословен Он, слышит как будто он направил намерение — всякий раз, когда Он видит в сердце, что желание и воля его — быть стоящим перед Царём. И из этого стремления, что он ищет Господа воистину, хотя ещё не светит в сердце его, приходит радость в сердце, и из этого приходит к страху. А затем из страха, который раскрывается в его сердце ещё более через это ощущение, что Святой, благословен Он, стоит над ним и видит его дела, мысли и тайны сердца его — вновь возвращается к нему радость в Господе. (До сих пор из святых рукописей.)