Eikev

В Гмаре (Брахот 32б): «И сказал Цион: оставил меня Г-сподь, и Г-сподь забыл меня» — «оставление» есть то же, что «забвение»? Сказал Рейш Лакиш: сказала Община Израиля пред Святым, благословен Он: «Владыка мира! Человек берёт жену поверх жены своей — и помнит деяния первой. Ты же оставил меня и забыл меня!» И нужно понять, чем ответил Рейш Лакиш с помощью этой притчи на вопрос «оставление — это то же, что забвение». Также [нужно понять] выражение «помнит деяния первой» — почему не сказал просто «помнит первую». Также далее в Гмаре толкуется стих «Разве забудет женщина младенца своего, от жалости к сыну чрева своего» (Йешаяу 49:15) — сказал Святой, благословен Он: «Разве забуду Я жертвы всесожжения овнов и первенцев утробы, которые ты приносила предо Мной в пустыне?» Видно, что толкуется «иша ола» (женщина-младенец) как «огнепалимая жертва» (ише ола — «огненная жертва всесожжения»), а «мерахем бен битна» — о первенцах утробы. Но почему упомянуты именно жертвы всесожжения и первенцы? И почему Он упомянул «которые ты приносила в пустыне» — ведь в пустыне приносили мало, тогда как в Иерусалиме Шломо принёс тысячу всесожжений и тому подобное? Также о первенцах — есть мнение, что первенцы не были освящены в пустыне, и по этому мнению не приносили первенцев утробы в пустыне, ибо скот левитов выкупил первенцев скота, а те, что родились потом, не были освящены. Лишь по мнению, что первенцы были освящены в пустыне, можно сказать, что первенцев, родившихся в пустыне, приносили в пустыне. Но в любом случае — почему упомянуто именно то, что приносили в пустыне? Однако суть в том, что главный вопрос Гмары о различии формулировок состоит в том, что при «оставлении» упомянуто Имя АВАЯ, а при «забвении» — Имя Адо-най. Но о самом удвоении выражений — мы находим многие стихи с удвоением в разных словах. На это ответил Рейш Лакиш, что суть сказанного Ционом «оставил меня Г-сподь (АВАЯ)» состоит в следующем: во время существования Храма Имя АВАЯ произносилось явно — коэны произносили Имя как оно написано, в Храме, каждый день, помимо того что Первосвященник произносил Имя как оно написано в Йом Кипур многократно. И это означает, что там Имя АВАЯ было явным — Имя, указывающее на «был, есть и будет»: «Ты — прежде сотворения мира, Ты — после сотворения мира». А ныне оно более не произносится явно в этом мире, до того что сказали в главе Хелек: произносящий Имя буквами его — нет ему доли в Мире Грядущем, ибо видно, что он вовсе не верит. И вот смысл «оставил меня АВАЯ»: это называется оставлением — [Имя] поднялось на небеса, подобно берущему жену поверх жены своей. Хотя Святой, благословен Он, не избрал, упаси Б-же, другой народ, тем не менее [Имя] поднялось на небеса, как сказано: «Возвращусь на место Моё» (Ошеа 5:15), и это выглядит так, будто Он избрал воинство Небесное. «И Адо-най [забыл меня]» — то есть даже это Имя, которое означает «если Я — Господин, где трепет предо Мной» и является аспектом веры, — ибо через веру, по крайней мере, человек может представить себе, что Царь царей, Святой, благословен Он, стоит над ним и видит его деяния, — даже и это не столь явно, и это «забыл меня». И вот что сказал Рейш Лакиш, используя выражение «помнит деяния первой, а Ты забыл меня — не помнишь деяния первого». Ибо этим Именем Израиль назвал Святого, благословен Он, когда они приняли на себя иго Его царства. Хотя Авраам тоже называл Его Господином, как сказано (Брахот 7б): «Не было человека, который назвал бы Святого, благословен Он, Господином, пока не пришёл Авраам и назвал Его Господином» и т.д. Тем не менее «души, которые он сделал в Харане» — оставили Его завет после смерти Авраама. А главное, это Имя открылось и стало известно в полноте после того, как пришёл Израиль и принял иго Его царства, и стал целым народом, признающим Его владычество и царство. Ибо это было главным замыслом в сотворении мира, как сказано (Шабат 88а): «Если Израиль примет Тору — вы устоите». И таков смысл «деяния первого». И на это Святой, благословен Он, ответил: «Разве забудет женщина младенца своего» — подобно сказанному: «Помню Я тебе милость юности твоей, когда ты шла за Мной в пустыню, в землю незасеянную» (Ирмияу 2:2), — что они не спрашивали, что будут делать в пустыне, как сказано в Мидраше (Шмот Рабба, гл. 3 и др.): «Сколько беременных у них, сколько малых детей у них, сколько видов мягкой пищи ты приготовил для беременных, сколько видов орехов и сладостей ты приготовил для детей» и т.д. — но они поверили словам Моше, учителя нашего, мир ему, и пошли. И это «милость юности твоей» — что они воспряли и пошли в пустыню. Хотя потом в пустыне было много ропота, но первоначальная любовь — что они воспряли идти за Мной в пустыню — это невозможно забыть. Поэтому толковали «иша ола» как огненные жертвы и всесожжения, которые Израиль приносил в пустыне. А в Египте написано: «Отпусти народ Мой, и устроят Мне празднество в пустыне» (Шмот 5:1) — и толковали (Хагига 10б), что это о жертвоприношениях. И так же сказали: «Пойдём путём трёх дней в пустыню и принесём жертвы Г-споду, Б-гу нашему» (Шмот 3:18). И на это был направлен главный исход из Египта. А Моше, учителю нашему, мир ему, Святой, благословен Он, сказал: «Когда ты выведешь народ из Египта, вы будете служить Б-гу на горе сей» (Шмот 3:12) — и хотя это относится к Дарованию Торы, тем не менее выражение «будете служить» подразумевает жертвоприношения. И на это сказал Святой, благословен Он: «Разве забуду Я жертвы всесожжения овнов, которые ты приносила предо Мной в пустыне» — ибо эту любовь невозможно забыть, и таков смысл «деяния первого». «От жалости к сыну чрева своего» — толковали о первенцах утробы, ибо это то, что были освящены первенцы при исходе из Египта, как сказано: «Освяти Мне всякого первенца» (Шмот 13:2), ибо Израиль назван «сын Мой первенец» (Шмот 4:22), они связаны в корне с началом Замысла. И это относится к главному освящению первенцев, которое было при исходе из Египта. На это Он сказал, что невозможно забыть то, что они воцарили Меня и приняли Моё владычество при исходе из Египта. А затем заключает: «А Я не забуду тебя» — «это деяние Синая», ибо главное владычество и царство Его были приняты при Даровании Торы, когда они приняли на себя иго Его царства в соблюдении всей Торы и заповедей. И тогда Он стал именоваться Господином, как Он начал: «Я Г-сподь, Б-г твой, Который вывел тебя из земли Египетской — примите иго царства Моего». И на это сказано: «Вот, на ладонях Я начертал тебя» (Йешаяу 49:16) — и Раши объяснил (Таанит 4а): можно сказать, что «на ладонях» — это на Небесах, образ человека, который на Престоле, и так же [толкуется]: «Вознесём сердце наше на ладони» — см. там. И это относится к образу Яакова, праотца нашего, мир ему, который начертан на Престоле Славы. И как ты можешь сказать: «Оставил меня Г-сподь»?! И хотя есть в Мидраше (Эйха 2:1) на стих «Низверг с небес на землю великолепие Израиля»: так сказал Святой, благословен Он, Израилю: «Вы гневите Меня лишь из-за образа Яакова, начертанного на Моём Престоле — вот, бросаю вам в лицо!» — «Низверг» и т.д. Тем не менее стих завершается: «И не вспомнил подножие ног Своих в день гнева Своего» (Эйха 2:1) — лишь в день гнева Своего Он низверг с небес на землю великолепие Израиля, но когда миновал день гнева, венец был возвращён на своё прежнее место, и образ Яакова по-прежнему начертан на Престоле Славы. И вот: «На ладонях Я начертал тебя». И даже когда [Имя] поднялось на Небеса — главный взор, как бы, обращён к тебе. «Стены твои предо Мной всегда» — подобно сказанному (Псахим 87а): «Я — стена» — это Община Израиля, «и груди мои — как башни» — это синагоги и дома учения. Ибо Община Израиля называется «стеной», подобно сказанному (Йома 9б) на стих: «Если она стена — построим на ней серебряный чертог» (Шир а-Ширим 8:9) — как серебро, над которым не властлеет гниение, чтобы существовало вечно. И даже после разрушения Храма — нет у Святого, благословен Он, в мире Его ничего, кроме четырёх локтей Галахи, как сказано (Брахот 8а), и есть пребывание Шхины в синагогах и домах учения. И это соответствует сказанному: «И Адо-най забыл меня» — что не помнит деяния первого, когда они приняли Его владычество. И на это Он сказал: «Стены твои предо Мной всегда» — то, что Израиль стоит как стена пред народами в изгнании. И всё, что прошло над ними из бед, не способно сдвинуть их от служения Святому, благословен Он, как толкуется в Мидраше Шир а-Ширим: «Я — стена» — пред Авраамом, когда он сошёл в горнило [огненное]. И вот: «Стены твои предо Мной всегда» — что даже в нынешнее время стоит пред Святым, благословен Он, то, что Израиль принимает иго Его владычества и царства. И в этом — утешение.