Sefer Kedushat Shabbat

Святость Шабата установлена и пребывает от Святого, благословен Он, Который освятил его в дни Творения, как сказано (в Псахим 117б). И хотя там речь идёт об установлении его времени, что не нужно определения суда, ибо он не зависит от дней месяца, — тем не менее само собой подразумевается и относительно святости. Ведь уже в дни Творения сказано: «И освятил его» (Берешит 2:3) — Святой, благословен Он, освятил его Сам. И тем не менее, после дарования Торы Израиль получил заповедь: «Помни день Шабата, чтобы святить его» (Шмот 20:8), что и они должны освящать его сразу при его наступлении, с момента освящения дня, ибо в начале дня нужно его освятить, как сказано (в Псахим 106а). И хотя основная его святость — от Г-спода, без действия человека и пробуждения снизу вовсе, и потому сказано в главе Тиса: «Шабаты Мои» и далее, «ибо Я Г-сподь, освящающий вас» (Шмот 31:13) — Святой, благословен Он, освящает Израиль через Шабат, который Он дал им и который свят. И тем, что они хранят Шабат, они тоже освящаются святостью Шабата. Получается, что Шабат освящает их, а не они его. И потому он назван «добрым подарком» (Шабат 10б) — ибо это в дар, без какого-либо усилия человека. И это говорится о стихе «Я Г-сподь» и далее — из чего следует, что это от Святого, благословен Он, Одного, без пробуждения снизу. Тем не менее это не противоречит заповеди освящать его, возложенной на человека. И если бы это было только от святости, которая от Г-спода Одного, — все Израиль были бы равны в ощущении святости Шабата, как простой народ, так и коэн. А уже сказано выше, в пункте 1, что это не так — а зависит от служения человека в будние дни. И это известно также каждому, ибо нет сравнения вовсе с ощущением простого народа, которое почти ничтожно, и они не вкушают в глубине сердца своего вкус святости, а лишь наслаждаются отдыхом от работы, едой и питьём. И хотя это тоже заповедь, и они исполняют наслаждение Шабата (Онег Шабат), — тем не менее в этом нет отношения к святости дня. А сказанное «Я Г-сподь, освящающий вас» — относительно ощущения великих Израиля, освящающих и очищающих себя и стремящихся к близости Г-сподней, ощущающих святость и вознесение миров в тот день. Но и среди них не все равны — каждый по своей ступени и постижению, и по подготовке своей в будние дни к вхождению в святость. Ибо «кто трудился в канун Шабата — будет есть в Шабат» (Авода Зара 3а). Ведь хотя сам день свят для Г-спода нашего, тем не менее человек постигает его святость лишь в той мере, в какой он является сосудом, готовым принять. А цель Творения — ради человека. И само время тоже сотворено, как известно по выражению Писания: «Шесть дней сотворил Г-сподь» (Шмот 20:11) — не «в шесть дней», а сами шесть дней, то есть совокупность времени дней мира, обращающихся — шесть дней и Шабат — они сами являются деянием Г-спода в Творении. И это самостоятельный корень в Творении, как известно — строение «мир, год, душа»: «мир» охватывает все творения, кроме человека, который есть малый мир и цель Творения, сотворённый по образу Б-жьему, чтобы включать всё Творение — и он есть «душа». А «год» — это время. И главное — «душа», то есть человек, замысел Творения. А «мир» — это место для сотворённого человека, который должен находиться в месте и времени, ибо он подвластен времени. И «год» — это время. И если бы Израиль не приняли Тору, мир вернулся бы в хаос и пустоту, как сказано (Шабат 88а), — также время бы прекратилось, как до сотворения мира, ибо начало времени — в начале Творения, когда прекратился хаос и началось свечение, сказано: «И был» и далее «день один» (Берешит 1:5) — это начало времени. И оно тоже зависит и держится на принятии Израилем Торы. Ибо подобно тому, как они вливают жизненную силу в мир, так и во время. И также все силы высшей святости зависят от человека, как сказано на стих: «Скала, родившая тебя, ты ослабил» (Дварим 32:18) — что ослабляют силу свиты Небесной. И (в Хагига 13б) — что при разрушении уменьшились крылья Хайот и уменьшилась свита Небесная, ибо и они входят в совокупность всего Творения — всё ради человека, который есть образ на Престоле, едущий на всём Творении, как сказано о Шломо, мир ему: «И сел на престол Г-сподень, чтобы царствовать» (Диврей аЯмим I, 29:23) — ибо он был совершенством человека, и луна в полноте своей, получающая всё, что может принять от солнца, светящего в ней, — чтобы быть по образу Б-жьему и Высшему подобию воистину. И в той мере, в какой человек освящает себя снизу — так святость распространяется и проходит по всем творениям. И потому также святость Шабата, хотя основная святость сама по себе — тем не менее и она нуждается в людях, чтобы они освящали её. То есть тем, что они будут готовы принять её святость и ощутить в покоях сердца и разума своего святость, изливаемую в неё. Этим день Шабата освящается до предела своей святости. Но когда нет человека, готового принять, — он как несуществующий, коль скоро святость не раскрывается в сердцах людей на ступени святости. И потому тем, что человек готовит себя к принятию святости, — этим он освящает день Шабата. И это Кидуш — то, что мы благословляем Святого, благословен Он, Который освятил нас и освятил Шабат, и этим день освящается — тем, что мы готовим себя к освящению его святостью. И тем, что Святой, благословен Он, освятил нас Своими заповедями и наследием Шабата. И сказано в выражении «помни» (захор), а нет напоминания иначе как о том, что забывается — напомнить о нём, после того как пришло к забвению, как сказано (в Бейца 15б), смотри там и у Раши. А именно потому, что святость Шабата — подобие будущего мира, а в этом мире для человека, погружённого в него, будущий мир — «глаз не видел» (Йешаяу 64:3), и это забываемое. Подобно сказанному: «и никто не вспомнил о том бедном человеке» (Коэлет 9:15) — во время [власти] дурного побуждения нет вспоминающего о добром побуждении. И потому нужно побуждать к памятованию об этом. И так же в памятовании об Амалеке, ибо весь смысл Амалека — заставить забыть сердце человека о служении Г-споду и страхе пред Ним. И потому нужно побуждать его помнить. И в Танхуме, конец главы Тецэ: «Здесь 'помни' и о Шабате 'помни' — это на полном столе, а то — на пустом», смотри там. То есть это памятование — для принятия добавочной святости, а то — для стирания и уничтожения зла из сердца, проистекающего от Амалека, чтобы опустошился весь отход в левой полости «сердца глупца». И потому Бейт Шамай требуют (Бейца 16а): «С первого дня недели — для Шабата» — чтобы помнить его все дни недели. Ибо святость Шабата проистекает от подготовки святости во все будние дни. А Бейт Гилель говорят: «Благословен Г-сподь день за днём» (Теилим 68:20) — не нужно помнить Шабат, а лишь заботиться каждый день о своём дне, чтобы все деяния его были ради Небес. И благословение Г-сподне покрывает его каждый день. И само собой, по мере его служения Святому, благословен Он, в будние дни — так он будет сосудом, готовым принять святость Шабата в Шабат.

А основная подготовка, которую Тора потребовала ко дню Шабата, — в пятницу, как прямо сказано в Писании. И так же было сотворение Адама Первого в день шестой — чтобы в тот же день подготовил себя к Шабату и принял сразу святость Шабата. И хотя основная его святость — со стороны работы шести дней перед ним, как сказано выше в пункте 1, — это святость со стороны Святого, благословен Он, ибо «в него отдыхал». И так человек, приходящий уподобиться Высшему образцу и ощутить святость Шабата от себя самого — в прекращении и покое после работы. Но написано: «Кто предварил Меня, чтобы Я воздал» (Ийов 41:3), и хотя человек должен открыть [отверстие] как остриё иглы — также для этого открытия есть предварение от Святого, благословен Он, Который просвещает глаза его, чтобы прийти к этому открытию, и без этого нет в силах человека ничего. Подобно тому, как при даровании Торы Он открыл: «Я — Г-сподь, Б-г твой» и далее (Шмот 20:2) — не в форме повеления, а в форме сообщения и открытия сердца для разумения, что «Я» и далее. И тогда, после того как просветятся его глаза этим, сможет повелеть ему и предостеречь относительно его собственных усилий в заповедях Торы. И так же в начале Творения — для этого была святость Шабата со стороны Святого, благословен Он: как только человек вошёл в Шабат, сразу вошла в него высшая святость. И тогда силой этой святости сможет затем трудиться и работать в будние дни — всё ради Небес и по Высшему образцу, чтобы вся работа его была работой Небес — ещё более. Как сказано (Ктубот 5а): «Величественнее дела праведников, чем деяния неба и земли», смотри там — приводится из работы Мишкана и Храма, что это труд ремесла в святой работе для человека, чей «труд в знании и мастерстве деяния». И написано: «Утвердили руки Твои» (Шмот 15:17) — относится к рукам Святого, благословен Он, ибо также деяния рук праведников — они посланники Милосердного, и руки Святого, благословен Он, действуют через руки праведников. Ибо что человек, чтобы мог совершить что-либо сам? Как сказано: «Также все деяния наши Ты совершил для нас» (Йешаяу 26:12). Все действия человека — по образу человека на Престоле, и в этом все его деяния в шесть дней деяния подобны деяниям Святого, благословен Он, в шесть дней Творения, и ещё величественнее. Как сказано в Мидраше, упомянутом выше в пункте 5, что сказал тому еретику — что дела рук человеческих прекраснее. Ибо всё сотворённое в шесть дней Творения ещё нуждается в исправлении, и оно — через деяния рук праведников, через что всё исправляется. И совершается действие двумя руками, удостаивающимися вместе, чтобы левое включилось в правое — и это исправление подобное Яакову, праотцу нашему, мир ему, который сочетал в себе обе меры — любви и страха вместе, потому не было от него отхода. В отличие от того, когда они в разделении, каждая сама по себе, как было в Творении: «Рука Моя одна основала землю» (Йешаяу 48:13) — в ней все материальные силы, проистекающие с левой стороны, — «и десница Моя одна распростёрла небеса». А через праведников мир исправляется, чтобы смешаться и соединиться вместе, как сказали наши мудрецы, благословенна их память, что Моше Рабейну, мир ему, сделал высших — низшими, ибо спустил Шхину вниз, и низших — высшими, ибо он поднялся на высоту.

И Тора предварила заповедь Шабата работе Мишкана в начале главы Ваякхель. И так же в главе Тиса — сказано, что Он сказал ему: «Смотри, Я призвал по имени Бецалеля» и далее (Шмот 31:2), чтобы повелеть ему о деяниях рук праведников, — [прежде] предостерёг его: «А ты скажи» и далее, «Шабаты Мои» и далее (Шмот 31:13), «чтобы знать, что Я Г-сподь, освящающий вас» — предварить святость Шабата, которая со стороны Святого, благословен Он, Самого, предваряющего освятить человека прежде, чем человек придёт к самоосвящению. И хотя порядок обратный: «Освящайте себя — и будете святы» — «человек освящает себя» и прочее (Йома 39а), — это относительно «и будете», чтобы было бытие и существование святости внутри них, чтобы были так святы — для этого нужно освятить себя хотя бы немного снизу, в этом мире, как приведено там, и открытием как остриё иглы — со стороны человека. Но и этому открытию предшествует со стороны Святого, благословен Он, Который освящает его. Только это пробуждение, проистекающее в момент, когда Святой, благословен Он, посылает пробуждение святости в его сердце — оно подобно вспышке молнии, когда свет освещает на мгновение и тут же исчезает. И оно лишь для того, чтобы пробудить человека через тот малый свет на одно мгновение, чтобы принял к сердцу увидеть, что это будет у него постоянно. И в этом смысл того, что сказано о Шабате прежде. И от предварения этой святости смогут затем удостоиться заниматься работой Мишкана, которая величественнее деяний неба и земли, чтобы деяния их рук были действием рук Святого, благословен Он. И так сказали наши мудрецы, благословенна их память, об обрезании — что на восьмой день, чтобы прошёл через него Шабат. Ибо обрезание — это начало деяния рук человека на самом теле человека, чтобы исправить его в том, что не было исправлено в Творении, ибо в Творении он был необрезан, а Святой, благословен Он, пожелал, чтобы завершение исправления Творения было через действие человека, ибо пожелал дать заслугу Израилю. И для этого была цель сотворения миров. А обрезание — это первая заповедь, чтобы быть знаком для сынов Израиля, потомства Авраама — тех, кто назван его потомством, а именно потомство Яакова. Как сказано в Недарим (31а) и там (32а), что все народы — необрезанные, а обрезание — только у Израиля, то есть только они готовы исправить Творение, чтобы оно было в совершенстве, не как было сотворено, а в ещё большем совершенстве. Но народы мира, даже если обрежутся, называются необрезанными. А в Израиле — наоборот, ибо уже заслуга праотцев мира — для их потомства после них, ведь имя и святость еврейства невозможно искоренить из них, ибо хотя согрешил и умножил преступления до крайности — имя «Израиль» не отступает от него. И даже грешники Израиля полны заповедей, как гранат, в заслугу которых достигнут исправления — чтобы ни один изгнанник не остался от них изгнанным. И потому от утробы, во имя Святого, благословен Он, обрезаются — будучи это исправлением, в котором нет никакого разумения вовсе и не по его выбору и усилию. И потому даже необрезанные [из Израиля] называются обрезанными, ибо уже удостоился этого усилиями праотцев своих, подобно младенцу, которого обрезают, — не его усилием и действием, а действием его отца, обязанного обрезать его, самому или через посланника, или через суд. И это начало святости заповедей, входящей в человека из Израиля, чтобы освятилось тело его быть из народа святого. А Израиль — их святость через действие человека по заповеди Святого, благословен Он. И нужно, чтобы ей предшествовала святость Шабата, которая есть начало святости от Святого, благословен Он, без действия человека вовсе. И через святость покоя сможет затем привлечь святость к действию, которое в делах человека. А обрезание в срок вытесняет Шабат, ибо в срок со стороны младенца — это тоже святость Небесная, ведь он сам ничего не делает. И воистину, деяния рук праведников — это деяния рук Святого, благословен Он, как упомянуто выше.

И уже спросил тот еретик — почему Святой, благословен Он, низводит дождь в Шабат? И ответ на это в Мидраше: потому что для Него всё — владение единоличное. Это отговорка для того еретика по его вопросу. Но всё ещё не объясняется низведение дождя на растения, которые растут благодаря этому, и рост в Шабат. Однако истина в том, что прекращение Святого, благословен Он, — лишь от Его работы в шести днях Творения, что называется работой Его рук. А с тех пор как был сотворён человек, Он передал всё в его руки, и всё, что совершается в мире после сотворения [человека], — это деяния рук праведников. И даже дожди, нисходящие от Г-спода, как объяснено в Ктубот, — деяния рук праведников: «Кто возвещает о небесном своде?» — что это? Дождь. И хотя ключ от дождей — в руке Святого, благословен Он, как сказано (Таанит 2а) из стиха «откроет Г-сподь тебе» и далее — выводим там (9а) из слова «тебе», что ради одного человека, ибо открытие — «тебе», в заслугу твою, и через действие нижних. И это «пар, поднимающийся от земли, и орошал» и далее (Берешит 2:6) — восхождение облаков именно от земли. И когда занимались строительством Ирода, приведено там (Таанит 23а), что дожди шли ночью и прочее, и узнали, что работа Небес в их руках. И хотя очевидно, что они не прекращали своей работы, — имеется в виду также то, что через то, что работа Небес в их руках днём, они привлекали изобилие дождей каждую ночь, чтобы тогда был «дождь — муж земли», по выражению Гмары там (6б). И время привлечения изобилия — в полночь, как известно, а день — для работы. И так шесть дней деяния — для работы, а день Шабата — для изобилия, по принципу «сегодня — исполнять, а завтра — получать награду». А то, что Святой, благословен Он, совершает через деяния рук праведников, — это не называется «работой» ни по отношению к Святому, благословен Он, ибо не Он действующий, ни по отношению к ним, ибо они действуют не сами, а другой дух, властвующий внутри них, движет их рукой. И это — подобно двоим, совершившим [работу] вместе, которые свободны [от наказания], и даже лучше того — быть свободным и разрешённым. Помимо того, что и без этого не применимо [правило] «свободен, но запрещено» — которое происходит от постановления мудрецов для людей, чтобы не пришли к ошибке, — по отношению к высшему. И всё же сказано в конце Брахот, что мудрецы Торы не имеют покоя ни в этом мире, ни в будущем, как сказано: «Пойдут от силы к силе» (Теилим 84:8). И хотя это «день, который весь Шабат и покой», — но он подобен Шабату этого мира, объяснённому в пункте 1, что также мудрецы Торы отдыхают в нём и от труда Торы. И тем не менее — не бездельничать, а постигать высокие постижения, которые Святой, благословен Он, вливает в их сердца, и так же в будущем мире. И это считается прекращением, поскольку нет труда от себя самого, а лишь то, что Святой, благословен Он, изливает в глубину их сердец. А обрезание в срок тоже подобно этому — оно есть деяние рук человека, и тем не менее очевидно, что это лишь деяние рук Святого, благословен Он, действующего через руки человека. Ибо иначе — как возможно привлечь через это святость младенцу восьми дней, в котором нет никакого разумения вовсе, и это не по его выбору? Лишь Святой, благословен Он, освящает его этим не по его разумению, и потому справедливо вытесняет Шабат. И так же служение жертвоприношений вытесняет Шабат по этой причине — ибо «эти коэны — посланники Милосердного», как сказано в Йома (19а), и это не их собственное действие, а как всякий посланник, действующий по разумению пославшего, чтобы рука его была как рука хозяина. А по отношению к Святому, благословен Он, — Он Сам действующий через коэнов. И это основной смысл жертвоприношения Г-споду — что он приближает себя через это к Святому, благословен Он, чтобы соединиться с Ним, если можно так выразиться. И так же через молитву, которая вместо жертвоприношения: «тфила» — это слово означает прилепление и соединение, от чего произведено также слово «тифлут» — о телесном соединении, ибо «жена желает близости и тифлут», и «рука жены как рука мужа». И раскрытие этого — лишь в общественных жертвоприношениях в Храме, и так же в обрезании в срок, которое есть святость от утробы. Но работа строительства Храма не вытесняет Шабат, хотя и о ней написано «утвердили руки Твои», — она не в раскрытии в этом мире, который есть мир свободного выбора, где выбор в руках человека.

А строительство будущего [Храма], которое есть деяние Небесное, — сказано (Рош аШана 30а), что он будет построен пятнадцатого [Нисана], смотри у Раши, что хотя [строительство] не вытесняет праздник, — иное дело строительство будущего [Храма], которое в руках Небес. А в Сука (41а) Раши завершает на это стихом «утвердили руки Твои», и так же у Тосафот в Швуот (15б, д.«х. Эйн). И там написали, что так в Танхуме, а я не знаю сейчас, где его место в Танхуме. А на первый взгляд из Гмары в Ктубот, упомянутой выше, следует, что толкует это о строительстве первом — деяниях рук праведников. И так в Тана деВей Элияу Раба (глава 30) на стих «шатры разграблены» — «Храм строится не рукой человека, а рукой Святого, благословен Он, как сказано: 'Утвердили руки Твои'». И из того, что приводит стих «шатры разграблены», ясно, что речь о Храме первом, который был разрушен — потому назван «шатры мои». И так в комментаторах там (пункт 28 из Мидраш Раба) на стих «и Храм при строительстве его» — что был построен сам собой, смотри там. Но в Зоаре (глава Пинхас, 221а) сказано: «Основание для пребывания Твоего сотворил Ты, Г-споди» (Шмот 15:17) — это Храм первый; «Г-споди, утвердили руки Твои» — это Храм второй, и оба — мастерство Святого, благословен Он. А из-за того, что разгневали и прочее — был построен руками людей, и потому не устоял и прочее. И о том сказано: «Если Г-сподь не построит дома — напрасно трудились строители его» (Теилим 127:1), ибо и прочее, и Храм первый, и Храм второй — низведёт их Святой, благословен Он, вместе свыше и прочее, смотри там подробно. И из этого ясно, что оба [утверждения] истинны. И в действительности в словах пророков прямо сказано, что если бы Израиль не согрешили столь сильно, Храм первый не был бы разрушен. А сказанное: «Ибо на гнев Мой» и далее, «со дня, как построили» и далее (Ирмеяу 32:31) — уже сказали наши мудрецы, благословенна их память, что это о грехе Шломо с дочерью фараона, который был также в день завершения строительства Храма, когда приносили тамид в тот день в четыре часа. А начало его строительства было передано свободному выбору, и хотя Святой, благословен Он, помогал и тогда в строительстве, и оно называлось Его шатром, благословен Он, — тем не менее оно зависело и стояло на условии. Об этом Шломо сказал: «Если Г-сподь» и далее — и «если» означает условие, ибо он сомневался в этом, и молился, и ожидал от Святого, благословен Он, что Он назовёт Себя по имени строительства его. И если бы он стоял вечно, тогда выяснилось бы задним числом, что это было деянием рук Святого, благословен Он, действовавшего через руки праведников. И что деяние Небесное, которое было в его строительстве, как упомянуто из написанного «при строительстве его» — оно было главным, преобладающим в строительстве, а деяние людей было лишь «как топор в руке рубящего» (Йешаяу 10:15). Но раз он был разрушен — открылось задним числом, что он не называется именем Святого, благословен Он, ибо деяние Святого, благословен Он, существует вовеки, — а было деянием людей преобладающим. А то, что было построено само собой, было лишь как помощь «приходящему очиститься — помогают ему», обычной помощью, а «помощник не имеет существенности», когда «этот может, а тот не может», по всем мнениям. Как сказано (в Шабат 33а) — и было подвешенным, ибо раз разрушен — открылось задним числом, что не был построен руками Небес, и не удостоились ещё того, чтобы строительство было небесным. И получается — небесным не может, а человеческим может, потому главным образом называется работой людей. А строительство будущее будет наоборот — и даже если будет построено через человека, будет работой Небесной. И если бы это было выяснено [заранее], оно бы вытесняло Шабат тоже. А Писание раскрыло, что [строительство Храма] не вытесняет Шабат — потому что пред Небесами открыто, что будет разрушен. И всякий труд ремесла в работе Небесной этого мира, который со стороны свободного выбора, — в нём нет ничего существующего навеки. И потому не вытесняет Шабат — лишь общественное жертвоприношение, суть которого «огнепалимая, приятное благоухание Г-споду» (Ваикра 1:9), — это существует навеки, потому коэны — посланники Милосердного, чтобы быть действием Г-спода, как упомянуто. И так же обрезание, которое есть исправление тела человека, — хотя в конце концов человек умрёт, ведь в конце ему суждено воскреснуть при воскрешении мёртвых. И когда оно в срок — тогда исправление его в полном совершенстве навеки — оно вытесняет Шабат и называется действием Святого, благословен Он. Подобно тому, что сказали наши мудрецы, благословенна их память, об Аврааме, праотце нашем, мир ему, на стих: «И заключил с ним завет» (Берешит 15:18) — что Святой, благословен Он, держал его руку и заключил с ним. И это знак для потомства его после него — что так и во всём потомстве Израиля, обрезаемых (при обрезании в срок — в особенности и с большим раскрытием) — Святой, благословен Он, держит руку моэля, и это называется действием Святого, благословен Он. В отличие от остальных заповедей на деле. И так же молитва — «жизнь временная», и также Тора — «жизнь вечная», открытая часть слов Торы, облачённая в этот мир в кашер и пасуль, запрещённое и разрешённое и прочее — сказано в Зоаре неоднократно, что она со стороны Древа познания добра и зла, что со стороны этого мира. И о том сказали наши мудрецы, благословенна их память: «Тора этого мира — суета по сравнению с Торой Машиаха», ибо он раскроет внутреннее. И в той мере, в какой [Тора] облачается в высшие миры, где нет ничего из дел этого мира — все они «временные», о них и в них — постижение слов Торы открытой. И это ходьба мудрецов Торы «от силы к силе» также в будущем мире, ибо от этого нет прекращения вовсе. И так во все дни Шабатов этого мира и все дни этого мира — это подготовка к этому. Через труды сынов Израиля в словах Торы со дня, когда она была дана, до дней Машиаха — через это удостоятся услышать тогда Тору Машиаха и постижений тысячи седьмой, которая есть «день, который весь Шабат». А начало дарования Торы тоже было в Шабат, по всем мнениям, как сказано (Шабат 86б). Ибо в момент дарования Торы было также подобие постижения будущего — стали свободными от дурного побуждения и ангела смерти, и были достойны, чтобы более не властвовал над ними ни один народ и язык, если бы не согрешили. И это святость Шабата, установленная и пребывающая, со стороны Святого, благословен Он, давшего Тору Израилю, а не со стороны их выбора и усилия. И напротив, сказано, что Он навис над ними горой, как бочкой, и насильно внедрил в них эту святость, «и назвал посвящённой, и его посвящение — посвящение» (Кидушин 2а). И сказали наши мудрецы, благословенна их память, в Шир аШирим Раба на стих «Да целует он меня поцелуями уст его» (Шир аШирим 1:2) — что просили Израиль: когда это будет снова? И сказал им: не сейчас, а в будущем, как сказано: «И дам Тору Мою внутрь их и на сердце их напишу её» (Ирмеяу 31:32). Ибо «поцелуи уст Его» — это раскрытие Его света, благословен Он, во внутренности слов Торы. И оно — в мгновение произнесения «Я» и далее (Шмот 20:2), которое включает всю Тору целиком — достичь этого в познании «Я» и далее. И в тот момент были вбиты слова Торы в их сердца — как нечто вбитое, постоянное и существующее, которое невозможно сдвинуть. Но они укреплялись удержать в своих руках свет, который ощутили в тот момент. Однако это было мгновение, и они не смогли удержать его у себя, и попросили, чтобы Моше Рабейну, мир ему, был посредником, ибо они не подготовили себя ещё настолько, чтобы каждый из них сам был достоин ступени пророчества, подобной пророчеству Моше Рабейну, мир ему, которое есть получение Торы от Г-спода. И потому начали учить и забывать, и понадобилось, чтобы Шломо, мир ему, предостерёг: «Напиши их на скрижали сердца твоего» (Мишлей 3:3), чтобы свет был вбит в нём постоянно. И до будущего, когда удостоимся «дня, который весь Шабат», после труда дней этого мира — это святость, которую мы освящаем день Шабата, добавляя к его святости, установленной и пребывающей, лишь то, что совершается через наше усилие — быть нам сосудом принимающим и готовым принять святость. И тогда будут вырезаны слова Торы на сердце — быть постоянным и существующим.

И подобно тому, как все деяния дней Творения нуждаются в исправлении через человека, так и святость дня Шабата — завершения дней Творения и прекращения, приходящего после работы, — тоже нуждается в исправлении через человека. И хотя его святость установлена и пребывает — всё ещё она не в полном постоянстве в сердце человека, в раскрытии, и не может не прекращаться вовсе, как всякая вещь, постоянная и существующая. Но после усилий будних дней, следующих за ним, в служении Святому, благословен Он, — через святость Шабата установленную, предшествующую, — и удостаивается освятить его через памятование о нём и через служение своё в будние дни, тогда удостаивается святости Шабата в раскрытии сердца в полном постоянстве, существующем навеки. И об этом сказано (Шабат 118б): «Если бы Израиль соблюли два Шабата по закону — были бы тотчас освобождены». А именно: Шабат первый — со стороны святости, установленной в нём от Святого, благословен Он, благодаря чему сможет затем прийти к собственному усилию в святости в будние дни и удостоиться затем Шабата второго — со стороны его усилий в будние дни. И если бы соблюли оба по закону и достигли предела святости дня Шабата — тогда удостоились бы тотчас быть свободными от порабощения и от дурного побуждения, и были бы освобождены от всех видов порабощения, проистекающих со стороны этого мира, который есть противоположность прекращению. Подобно тому, как было в Шабат дарования Торы на время. И там сказано перед этим: «Если бы соблюли Шабат первый — не властвовал бы над ними ни один народ и язык». Ибо Шабат был дан прежде дарования Торы, и это по принципу, объяснённому относительно заповеди Шабата перед работой Мишкана. И так же перед принятием Торы, которое есть повеление в шестистах тринадцати заповедях усилием человека, — нужно было предварить и дать им в дар святость Шабата, установленную и пребывающую, чтобы могли пробудиться сами внести святость в своё сердце, произнеся «Сделаем и услышим». И прямо в Писании — повеление Шабата в главе о мане, ибо тогда было раскрытие святости Шабата на деле в мире через ман, который не выпадал в него, а выпадал в пятницу хлеб на два дня. И сказано (в Берешит Раба) на стих «и благословил, и освятил» — «благословил его маном и освятил его». Значит, корень благословения и святости, установленной и пребывающей в Шабате от шести дней Творения, — это то, что раскрылось в мане. И это Шабат первый и святость, которая со стороны Святого, благословен Он. И «если бы соблюли» — то есть чтобы не потерялось от них и было бы закреплено в их сердцах, ибо это главное — при начале раскрытия пробуждения от Святого, благословен Он, к человеку — сохранить его, чтобы не потерялось от него. И если бы это было по закону, — само собой это был бы Шабат дарования Торы — Шабат второй, и тогда были бы закреплены слова Торы в их сердцах полностью, и само собой не властвовал бы и прочее. Подобно тому, как были достойны быть свободными от порабощения. А в Шабат (87б) сказано: «Как повелел тебе — в Маре». И Тосафот там затруднялись: почему сказано «в Маре», ведь не упомянуто в Писании, и следовало бы сказать — при мане. И ещё оставили без ответа вопрос: «если бы» и прочее, «Шабат первый» — а если были повелены в Маре, разве это не Шабат первый? Смотри там. Но представляется, что при мане сказано: «Смотрите, ибо Г-сподь дал вам Шабат» (Шмот 16:29) — то есть дание в виде дара. И это через раскрытие благословения и святости, установленной в нём от шести дней Творения, тогда — при мане. И потому сказано «смотрите» и далее — что через их видение раскрытия в мане, который поддерживает их жизнь и впитывается в их органы, они познали из этого, что святость Шабата впитана в глубь их тела — чтобы быть в дании, в виде дара. А здесь написано «как повелел тебе» — в виде повеления лишь, как все заповеди, зависящие от его выбора, а не в виде дара. Чтобы хотя бы была та святость установленная, а не «как дал» — как написано при мане. И потому сказал, что «повелел тебе — в Маре». А при мане не было повеления — лишь дание. А в Шабат первых Речений упомянута святость установленная от шести дней Творения — «ибо шесть» и далее, «потому благословил» и далее — что Святой, благословен Он, желал, чтобы была закреплена в их сердцах та святость, как они были достойны тогда, в тот момент принятия Речений, которые были «поцелуями уст Его», и были достойны быть свободными, как в будущем, и удостоиться также Шабата второго. И достаточно было для их усилий между тем лишь памятование, подразумевающее — в сердце, как сказано (Мгила 18а), то есть обращение сердца, чтобы более не забыть свет, раскрывшийся им теперь, и чтобы он остался вбитым и установленным навеки. И это — в виде дара, потому не сказано там «как повелел тебе» — лишь во вторых Речениях, после греха. И изменилось с «помни» на «храни» — чтобы потребовать от них усиленной охраны и усилия на деле, не только в сердце, чтобы освящать его через усилие. И не упомянул там более святость шести дней Творения, ибо не были готовы удостоиться тотчас святости установленной и пребывающей. Лишь упомянул исход из Египта и сказал: «И помни» и далее — как сказано при многих заповедях, что с тем условием вывел нас из Египта — принять бремя Его заповедей. И потому завершает там: «Потому повелел тебе» и далее, «соблюдать день Шабата» — в выражении повеления, а не в выражении дара. И сказал «соблюдать» (лаасот — буквально «делать»), а казалось бы, не применимо делание на деле в Шабат, заповедь которого — лишь прекращение от делания. Но имеется в виду — исправлять, как Раши приводит в главе Берешит стих «и сделала ногти свои» (Дварим 21:12) — ибо человек хранением Шабата исправляет совершенство святости Шабата, как сказано выше. Как сказано: «Который сотворил Б-г для делания» (Берешит 2:3) — что тоже означает исправлять и завершать Творение. И поскольку там [во вторых Речениях] это в выражении повеления, потому открыл его также словами «как повелел тебе» и не упомянул дар главы о мане, как не упомянул святость шести дней Творения. А относительно хранения Шабата первого, чтобы не властвовал и прочее — то есть чтобы святость была вбита в их сердцах, — для этого справедливо называется Шабат первый после дания им в виде дара, тогда через раскрытие в мане — тогда они могли вбить в свои сердца на постоянной основе. В отличие от Мары, где было лишь в виде повеления — [Мара] называется Шабат первый по данию Шабата, а не по его повелению. И потому для увещевания «доколе вы отказываетесь» и далее — сказал им, смотри, «ибо Г-сподь дал» и далее — и если бы не отказались, удостоились бы закрепить в сердце через это видение, что Он дал. А наши мудрецы, благословенна их память, сказали на сказанное «отказываетесь» — что включил также Моше Рабейну, мир ему, с ними, за то, что не сказал им сразу в первый день. И хотя он сказал им в день шестой — какая разница между днём первым и днём шестым? И также почему Моше Рабейну в действительности ждал до дня шестого? И хотя Святой, благословен Он, действительно засчитал это ему как грех, — тем не менее, несомненно, он не сделал это по лени или забывчивости, а «вокруг Него буря великая» (Теилим 50:3) — даже за лёгкую ошибку по неведению. Но тем не менее по его мысли он несомненно делал всё с продуманным намерением, и человек из простых перед царём из плоти и крови не поступил бы так — забыть слово его повеления.

Но представляется, что этот вопрос подобен спору Хии бар Рава и рав Уны (Шабат 69б) относительно того, кто не знает, когда Шабат: один считает — отсчитывает шесть и хранит один день, по [порядку] Творения мира; другой считает — хранит один и отсчитывает шесть, как Адам Первый. И «и те, и те — слова Б-га живого», и это два Шабата, упомянутые [выше]. И во все дни мира нужно хранить эти два Шабата. А именно: Шабат предшествующий — это излияние святости для работы шести дней, следующих за ним, а работа шести дней — подготовка к принятию святости Шабата, следующего за ними. И так каждый Шабат: последний по отношению к предшествующим и первый по отношению к последующим — пока не наступит конечный, который есть «день, весь Шабат». И начало — в Адаме Первом: со стороны Адама Первого это был Шабат первый, а со стороны Святого, благословен Он, — это Шабат второй, только недостаёт исправления для этого со стороны человека. И лишь со стороны человека — чтобы он был сосудом принимающим для святости, ибо в этом исправление и совершенство для святости, когда есть кому её принять — нужны два Шабата, как сказано. Но со стороны Святого, благословен Он, достаточно одного — и он второй. И это Шабат Творения мира, которому соответствует тысяча седьмая — «весь Шабат». А кто не знает, когда Шабат: один считает — раз уж он уже хранил Шабат однажды, от которого есть подпитка святости для работы будних дней, — потому теперь отсчитывает шесть и хранит один, и это теперь Шабат второй по отношению к первому, который он уже хранил. А другой считает — раз он совсем не знает теперь, когда Шабат, и дошёл до такого забвения, — значит, из его сердца уже забыта вся суть святости прошлого Шабата, и потому «первые дни падут», и он начинает теперь с Шабата первого, как Адам Первый, в начале хранения Шабата — хранит один и освящает шесть. А во время мана — ведь уже предшествовало повеление Шабата в Маре, и если мы считаем его Шабатом первым, — справедливо нужно было сразу, в день первый, [сказать], что отныне Шабат дан вам в дар, чтобы вы могли вбить эту святость установленную в сердце, чтобы более не сдвинулась. И чтобы хранили ещё эти шесть дней, чтобы всё их служение было ради Небес, благодаря святости прошлого Шабата. И тогда был бы Шабат второй, и были бы хранящими два Шабата. А в Шабат первый после Мары — в Элим — не находим, чтобы согрешили. И если бы продолжали привлекать от его святости к шести будним дням после него и через святость деяний в шести днях освятить Шабат второй своими усилиями, — возможно, тогда не согрешили бы и во второй. Но в действительности в Маре было дано лишь в виде заповеди, как все заповеди, и не для того, чтобы вошла через это установленная святость в их сердца и была бы им в дар, — и невозможно было привлечь от неё святость к будним дням. Ибо заповедь лишь в то время, когда занят ею, защищает от дурного побуждения, а не после (Сота 21а). И потому [Моше] ждал повелеть до дня шестого, чтобы они вошли в Шабат сразу, как Адам Первый. А в день шестой — время подготовки к Шабату — тогда сообщил им, а не в день первый. Ибо тогда они не знали бы, как подготовить себя, и до дня шестого это было бы забыто или устарело в их сердцах и не было бы как новое и в любви. А то, что Бейт Шамай [говорит]: «С первого дня недели — для Шабата», — это после того, как Шабат был дан в дар и святость установленная и пребывающая в нём закреплена в сердце каждого человека из Израиля и уже впиталась в прошлый Шабат. Тогда может готовить себя к следующему Шабату сразу с первого дня, ибо все его усилия будних дней — подготовка к Шабату. Но по Бейт Гилелю подготовка на деле — лишь в день шестой, как написано: «И подготовили» (Шмот 16:5). В остальные дни — лишь через святость, приходящую сама собой, силой благословения Г-сподня, что внутри него, «день за днём». А Бейт Шамай делают также подготовку на деле, ибо они считают, что подготовка дня шестого — это обязанность, ибо «кто не потрудился в канун Шабата — что» и прочее, а по словам мудрецов — также с первого дня. И всё это после того, как Шабат был дан и он уже впитал святость прошлого Шабата внутри себя. Но до этого нет пользы от усилий будних дней и их подготовки к святости грядущего дня Шабата, ибо нужно было сначала впитать установленную святость, что в нём. И лишь после этого смогут уподобить себя Высшему образцу — освящать его своими усилиями. Но до этого, без предварения Святого, благословен Он, излить в него святость, чтобы мог через это освящаться и добавлять святость, — что есть человек, чтобы «пришёл после Царя, [делать] то, что уже сделано» (Коэлет 2:12), и уподобиться Создателю своему вовсе? Невозможно предварить Шабат второй первому вовсе. И потому по праву поступил Моше, повелев им в день шестой.

Но в действительности Моше Рабейну, мир ему, уже удостоился дара Шабата, как сказали наши мудрецы, благословенна их память, что в Египте Моше выбрал для них день Шабата по собственному разумению, чтобы отдыхать в нём. И потому сказано: «Да возрадуется Моше дару доли его» — ибо это его доля и корень его, от корня святости «дня, который весь Шабат», и «каждый вид — к своему виду». И выбрал его по собственному разумению. Но всё время, пока они ещё не были повелены и исполняющими, не было ещё ощущения святости в сердце. А как только были повелены в Маре — Моше Рабейну, мир ему, тотчас удостоился через неё святости установленной и пребывающей в сердце, ибо она — дар его доли. И вот, мы находим (в Недарим 38а), что в тонкостях Торы (пилпуль) — дано Моше, а он поступил с щедростью и отдал Израилю, то есть чтобы было их в дар, и то, что они сами новое откроют в своём пилпуле, будет полноценной Торой. Значит, то, что было дано Моше Рабейну, мир ему, в дар, он мог отдать Израилю, чтобы было и их в дар — даже в духовных вещах. И так же в святости Шабата, которая есть дар его доли: после того, как были повелены в Маре и он удостоился её даром его доли, — мог бы поступить с щедростью и дать её также Израилю в дар. И тогда Шабат Мары был бы первым, а Шабат мана — вторым. А из того, что не повелел их о Шабате сразу в первый день — чтобы увидели, что Г-сподь дал им, — мы учим, что в Маре он не поступил с щедростью, чтобы дать им в дар, а лишь сказал им как повелено — в виде повеления. И в действительности — не дай Б-г думать, что это было из-за отсутствия щедрости с его стороны, ведь мы находим, что в пилпуле поступил с щедростью! Но он знал своим святым духом, что Святой, благословен Он, Сам намеревается дать им Шабат в дар. И потому сказал: лучше подождать, пока даст им Святой, благословен Он, Сам, ибо несравнимо — получающий из уст ученика и из рук в руки — с получающим из уст Учителя самого, и тем более из руки Святого, благословен Он, Самого. Но после того, как произошло то событие — что не соблюли Шабат мана, а это потому, что это был Шабат первый, и, возможно, будь он Шабатом вторым, соблюли бы, — это засчиталось задним числом как лёгкий грех по неведению и Моше Рабейну, мир ему, тоже, хотя он по своему разумению имел в виду всё к добру. А в действительности все грехи Израиля — как «годы, упорядоченные и идущие от шести дней Творения» (как сказано в Шабат 89б), то есть каждая вещь упорядочена в своё время и в свой год. Ведь деяния Творения — это порядок шести тысяч лет существования мира, ибо «день Святого, благословен Он, — тысяча лет», а тысяча седьмая — «день, который весь Шабат». А тысяча шестая целиком — подготовка ко дню Шабата, и это время «в срок — поспешу» (Йешаяу 60:22). Простой смысл «поспешу» относится к «в срок» — что и «в срок» есть «поспешу». Подобно тому, как, например, весь день пригоден для обрезания, но расторопные спешат к заповедям, и весь восьмой день — «в срок», а поспешность в тот же день зависит от расторопности. И вся тысяча шестая — это «в срок», и есть в ней «поспешу» также «в срок». А если бы удостоились, было бы время «поспешу» ещё до «в срок» — в тысяче пятой или даже сразу в конце тысячи четвёртой. Но порядок, упорядоченный от шести дней Творения, был не так. И из-за грехов пришли годы в их порядке по деяниям Творения, и пред Небесами всё открыто в знании, которое выше свободного выбора. И так же — если бы удостоились и соблюли Шабат первый мана, и был бы Шабат дарования Торы, — тотчас начинался бы «день, который весь Шабат». И «первые дни бы пали», и всё, что до дарования Торы, засчиталось бы как хаос, и как будто при даровании Торы — начало Творения, как сказали наши мудрецы, благословенна их память, что всё было подвешенным до шестого дня Сивана — дарования Торы. И тогда было бы обновление Творения всех миров, и прежний порядок целиком был бы отменён. А в действительности от деяний Творения всё было упорядочено быть, как есть теперь, после грехов. И в этом исправление всех грехов — «как снег убелятся» (Йешаяу 1:18), коль скоро все они идут и исполняют порядок лет и времён, упорядованных в шести днях Творения.