שמות

[4] השליכהו ארצה וישליכהו ארצה ויהי לנחש. — «Брось его на землю! И он бросил его на землю, и он стал змеём» (Шмот 4:3). Тебе следует вникнуть: изменение природы — что посох превратился в змея — произошло силою переворачивания букв; и вот это намекнуто в стихе. И при возвращении букв к их первоначальному порядку змей снова стал посохом; и это то, что сказано: ויהי למטה בכפו — «и стал посохом в его ладони» (Шмот 4:4). А ты уже знаешь, что основа Особого Имени — три буквы, ибо буква ה удвоена; и пойми это.

[5] השליכהו ארצה וישליכהו ארצה ויהי לנחש. — «Брось его на землю! Он бросил его на землю, и он стал змеём» (Шмот 4:3). Ты должен понять, что превращение посоха в змея связано с обращением порядка природной силы, заложенной в буквах, которыми пользуется Тора. На это есть намёк в нашем стихе: когда порядок букв обращается, змей может снова стать посохом. [По «Торат Хаим» со слов Рабби Нафтали — приведённому Рабби Хавелем — последние буквы в словах ארצה, וישליכהו, ארצה, ויהי составляют буквы Тетраграмматона в обратном порядке. А когда эти буквы снова появляются в правильном порядке в конце слов ויהי למטה בכפו, легко понять, почему змей снова превратился в посох.] Мы знаем, что по сути Тетраграмматон состоит из трёх букв י-ה-ו, а буква ה в этом Имени повторяется дважды.

[6] ויש לפרש כי בשני אותות האלה כלומר אות המטה ואות הצרעת רמז לו הקב"ה שבידו להחיות את המת ולהמית את החי, כי המטה היה עץ יבש כמו מת ונעשה נחש חי גם ידו שהיתה חיה נעשית כמתה שהרי הצרעת חולי חשוב כמיתה כענין שכתוב (במדבר י״ב:י״ב) אל נא תהי כמת, ושני האותיות האלה עשאם במדבר גם במצרים לישראל זהו שאמר לו הש"י באות הנחש למען יאמינו כי נראה אליך ה', וכתיב והיה אם לא יאמינו לקול האות הראשון והאמינו לקול האות האחרון והיה אם לא יאמינו גם לשני האותיות האלה וגו', ומה שהוצרך לעשותם במדבר יש לתמוה בזה למה שהרי משה לא היה מסתפק בדבר הש"י ולמה יצטרך לעשותם עד הגיעו לישראל במצרים, והתשובה בזה הוא מה שקבלו רז"ל כי שני האותיות האלה כשנצטוה לעשותם במדבר לעצמו הטעם היה באחד כדי לרמוז לו שספר לשון הרע על ישראל כשאמר והן לא יאמינו לי ולא ישמעו בקולי אחר שאמר לו הקב"ה ושמעו לקולך, ובשני כדי להענישו עליו, וע"כ הוצרך לעשותם ב' פעמים במדבר לעצמו על לשון הרע ועל העונש שלו ובמצרים לישראל למען יאמינו. — И можно истолковать, что этими двумя знамениями, то есть знамением посоха и знамением цараат, намекнул ему Святой, благословен Он, что в Его руке — оживлять мёртвого и умерщвлять живого. Ибо посох был сухим деревом, как мёртвый, и сделался живым змеем; также и его рука, которая была живой, стала как мёртвая, ведь цараат — болезнь, считающаяся подобной смерти, как сказано (Бамидбар 12:12): אל נא תהי כמת — «не дай ей быть как мёртвая». И эти два знамения он сделал в пустыне, и также в Мицраим — для Израиля; это то, что сказал ему Всевышний о знамени змея: למען יאמינו כי נראה אליך ה' — «чтобы они поверили, что явился тебе Ашем» (Шмот 4:5). И написано: והיה אם לא יאמינו לקול האות הראשון והאמינו לקול האות האחרון — «и будет: если не поверят голосу первого знамения, то поверят голосу последнего знамения» (Шмот 4:8); והיה אם לא יאמינו גם לשני האותיות האלה וגו' — «и будет: если не поверят и этим двум знамениям…» (Шмот 4:9). А тому, что потребовалось сделать их в пустыне, следует удивиться: ведь Моше не сомневался в слове Всевышнего; зачем ему нужно было делать их прежде, чем он придёт к Израилю в Мицраим? Ответ же в том, что получили Хазаль по традиции: эти два знамения, когда ему было заповедано совершить их в пустыне для самого себя, имели такой смысл: первое — чтобы намекнуть ему, что он говорил лашон а-ра о Израиле, сказав: והן לא יאמינו לי ולא ישמעו בקולי — «вот, они не поверят мне и не послушают моего голоса» (Шмот 4:1) — после того, как Святой, благословен Он, сказал ему: ושמעו לקולך — «и они послушают твоего голоса» (Шмот 3:18); а второе — чтобы наказать его за это. Поэтому ему потребовалось совершить их дважды: в пустыне — для самого себя, за лашон а-ра и за его наказание; а в Мицраим — для Израиля, чтобы они поверили.

[7] Можно понять, что посредством этих двух чудес — то есть превращения посоха Моше в змея и поражения его руки цараат, — Всевышний намекнул ему, что в Его власти умерщвлять живого и оживлять мёртвого. Посох был сухим куском дерева, лишённым всякой жизни, и, будучи брошен на землю, он превратился в живое существо. Рука же Моше, бывшая частью совершенно здорового живого тела, внезапно стала как мёртвая. Болезнь цараат рассматривается Писанием как форма смерти, как мы знаем из молитвы Моше о его сестре Мирьям (Бамидбар 12:12): «не дай ей остаться как мёртвый!» Всевышний (через Моше) совершил оба эти чуда здесь, в пустыне, а позже — в присутствии собранных сынов Израиля в Мицраим (Шмот 4:30). Это и имел в виду Всевышний, когда сказал: «чтобы они поверили, что Ашем, Б-г их, действительно явился тебе» (Шмот 4:5). Второе чудо было повторено в соответствии с тем, что Всевышний сказал: «в случае, если они не поверят впечатлению от первого чуда, они поверят воздействию второго чуда» (Шмот 4:8). Остаётся вопрос: почему эти чудеса нужно было сначала совершить в пустыне, то есть когда Моше стоял у подножия горы Хорев? Ведь, несомненно, Моше не сомневался ни в чём из сказанного Всевышним! Нам приходится принять то, что передали нам наши мудрецы (Шмот Рабба 3:15) как традицию: первое чудо, которое Моше должен был совершить, было для того, чтобы дать ему понять, что он оклеветал еврейский народ, заявив, будто народ не поверит, что Всевышний назначил его избавителем. Он не имел права говорить это (Шмот 4:1) после того, как сам Всевышний сказал ему в 3:18: ושמעו לקולך — «они будут слушаться твоего голоса (вестей)». Второе чудо — поражение руки Моше цараат — было наказанием за то, что он оклеветал свой народ и не поверил Всевышнему. Чудеса выполняли разную функцию каждый раз, когда Моше их совершал.