ספר דברים

В мидраше сказано: книги Писания могут быть записаны на любом языке и далее. Уже написано об этом в другом месте, что Тора — жизненная сила всего, как сказали мудрецы: в час принятия Торы каждое речение распространилось на семьдесят языков. Это сияние, распространяющееся от корня дерева к ветвям и листьям. Как сказано: «И лист его не увянет» — мудрецы истолковали: даже обыденные разговоры мудрецов Торы суть Тора. Ибо благодаря обильному занятию Торой уста мудреца освящаются, и святость и жизненная сила сами собой пребывают во всякой речи, исходящей из его уст. По этой же причине Творец, да будет Он благословен, облёк Тору в это одеяние — в эти повествования, — чтобы через это была жизненная сила для всех языков, благодаря тому что Тора истолковывается на всех этих языках, как сказано выше. Во время принятия Торы это было выявлено, и тем самым все семьдесят языков оказались покорены под властью сынов Израиля. Однако из-за грехов впоследствии сыны Израиля пали с этого уровня. А теперь, когда сыны Израиля были готовы войти в Землю Израиля, — а это и есть тот самый аспект: продлить святость Торы также в семьдесят языков, как сказано: «Силу деяний Своих возвестил» и далее, — Моше рабейну снова разъяснил им Тору на семидесяти языках. В мидраше приведена притча о торговце пурпуром и далее: «Не муж слов я» — перед Творцом, да будет Он благословен. Но для сынов Израиля — «вот слова». Суть в том, что корень Моше рабейну — в высшей Торе, о которой сказано: «Она возвышена и сокрыта от глаз всего живого». И там нет никакой связи с этими семьюдесятью языками. Лишь внизу они раскрываются. Поэтому Моше рабейну не вошёл с ними в Землю Израиля, ибо это аспект Устной Торы, как объяснено в другом месте.