ספר בראשית

В стихе: «Вот порождения Яакова — Йосеф» (Берешит 37:2) — мудрецы толковали, что [Йосеф] был подобен ему, и что произошло с одним — произошло и с другим (Берешит Раба 84:6). Суть в том, что «завет языка» (брит ѓа-лашон) и «завет плоти» (брит ѓа-маор) зависят друг от друга. По мере удостоенности Торы истины — можно хранить и святость завета. И наоборот: по мере хранения завета — удостаиваются Торы. Яаков — аспект Торы, как сказано: «Дай истину Яакову» (Миха 7:20), а «истина — не что иное, как Тора» (Брахот 5б). От этого зависит всё, ибо [Тора] — Древо Жизни, и от неё проистекает исправление всех качеств. По сути, завет обрезания (брит мила) относится к Торе: гер (прозелит) принимает всю Тору через обрезание, ибо форма обрезания относится лишь к принимающим Тору. Хотя обрезание было дано Авраѓаму, мир ему, до дарования Торы, на деле это было даром и милостью. Исполнилось на нём: «Кто предварил Меня… под всеми небесами…» (Иов 41:3) — тем, что он отдал свою жизнь Всевышнему, а самопожертвование относится лишь к сынам Израиля — принимающим Тору. Он удостоился этого не по обычному порядку, подобно тому как «любовь нарушает обычный порядок (ѓа-шура)». Об этом написали мудрецы на стих: «Дому Яакова, который выкупил Авраѓама» (Йешаяѓу 29:22) — «Яаков выкупил Авраѓама» (Санѓедрин 19б). Суть в сказанном: «Дай истину Яакову, милость — Авраѓаму» (Миха 7:20). Все праотцы соблюдали Тору: Авраѓам — силой милости (хесед), Ицхак — силой трепета (пахад). Но Яакову Тора принадлежит по самой его сущности, как сказано, что его образ высечен под Престолом Славы. Потому обрезание, хотя и было дано Авраѓаму, — совершенство этой заповеди принадлежит Яакову. Ибо и качества Авраѓама и Ицхака относятся лишь к принимающим Тору, как сказано: «Невежда не боится греха, и простолюдин (ам ѓа-арец) не может быть благочестив (хасид)» (Авот 2:5). Это намёк на исключение Ишмаэля и Эсава из качеств Авраѓама и Ицхака. Но Яаков объемлет все упомянутые качества в истине. В мидраше: «Собирание его и собирание его сыновей спасло от руки Эсава и его вождей» — это два упомянутых завета. «Собирание его» — завет языка. «Собирание его сыновей» — завет плоти. Поскольку они называются «заветами» (бритот) — значит, в них содержится связь и объединение всего человека. В этом намёк: «одно в устах и одно в сердце» — завет языка — в устах, завет плоти — в сердце.

В мидраше: «Хотел Яаков пребывать в покое… Сатан обвиняет. Обрушился на него гнев Йосефа» (Берешит Раба 84:3). Написано: «Одного прошу я… пребывать в доме Господа все дни моей жизни» (Теѓилим 27:4). Несомненно, именно эту просьбу имел в виду мидраш. «Все дни моей жизни» — включая также этот мир: как будет в будущем — «день, который весь Суббота», и тогда утвердится «гора дома Господа» (Йешаяѓу 2:2) и в этом мире. Все праотцы обратили на это всё своё сердце и душу, и Святой, благословен Он, хотел исполнить их желание — как позже при даровании Торы и заповедей и строительстве Храма, и всё завершится в совершенстве в дни Машиаха, вскоре в наши дни. Потому нужно было устроить причину египетского изгнания, ибо через Исход из Египта была подготовка ко всему этому. Как Святой, благословен Он, связал в Торе множество заповедей с Исходом из Египта. И так же: «Дабы помнил ты… выход твой из земли Египетской все дни жизни твоей» (Дварим 16:3). Потому «обрушился на него гнев» — чтобы могла быть завершена эта глубокая задумка, как мудрецы сказали на стих: «Из глубины Хеврона» (Берешит 37:14) — «из глубокого замысла того праведника, погребённого в Хевроне» (Сота 11а). Субботний покой — подобие Мира Грядущего. И он поистине — «память об Исходе из Египта» (Песах ѓагада), ибо через Исход мы удостоились Субботы, данной в Маре после Исхода. Этот принцип действует постоянно: сначала нужно сражаться в спорах и раздорах — аспект будних дней (от слова «кефия» — принуждение), как мы объясняли в другом месте. Таким было хождение Яакова за пределами Земли Израиля. А теперь «И поселился Яаков» — хотел пребывать в покое, аспект Субботы, как сказано. Поистине, Йосеф — аспект Субботы. В этом намёк сна: «Вяжем снопы посреди поля. Встал мой сноп» (Берешит 37:7). «Вяжем» (меальмим) переводится в Таргуме как «связываем связки». Также «меальмим» — от слова «алем» (немой), как сказано в мидраше: «Встал мой сноп — из молчания матери» — см. там, по его толкованию. По нашему пути можно истолковать согласно сказанному в другом месте на слова Гемары (Гитин 56б): «Кто подобен Тебе среди сильных (элим)» (Шмот 15:11) — [читай:] «среди немых (ильмим)» — что слышит поношение нечестивца и молчит. Это Его руководство миром, облачённое и сокрытое путём природы. Потому служение будних дней — «посреди поля» — прояснять Его царство, ибо «Он правит всем» (Теѓилим 103:19), хотя и облачён в природу. По мере того что проясняют в будние дни — происходит возвышение в Святую Субботу. Это аспект Йосефа: «Встал мой сноп и стоял». И более того: [Суббота] даёт святость и будним дням — в этом намёк «окружат ваши снопы», ибо будние дни должны быть подчинены Субботе. Так же колена с Йосефом — «общее, нуждающееся в частном, и частное, нуждающееся в общем»: сначала написано «мы вяжем» — вместе, и через это «встал мой сноп», а потом «окружат ваши снопы». А упомянутый намёк «Кто подобен Тебе среди немых» — о руководстве будними днями — дополняется продолжением стиха: «Кто подобен Тебе, величественный в святости» — о святости дня Субботы, как сказано в Зоѓаре Ѓа-Кадош, глава Эмор. Мы уже писали об этом в другом месте.