Sefer HaIkkarim, Maamar 3
17 · Sefer HaIkkarim, Maamar 3
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
אף על פי שכל דברי הנביאים אמתיים בלי ספק, מכל מקום לפי גודל מעלת הנביא ומדרגתו בנבואה יהיה חוזק האמות הבא בדבריו, כי כמה נביאים לחלשת השגתם לא ישיגו הדברים מבוארים כראוי, לפי שיקרה להשגת הנביאים מה שיקרה להשגת החושים, כי מי שהוא בריא וחזק בהם הוא משיג המוחשים על אמתתם, ומי שהוא חלוש בהם לא ישיגם על אמתתם, אבל ישיג מינם או סוגם ולא ידע להבדיל מאיזה מין הם. כי מי שהוא חזק הראות ישיג המראה אשר ישיגהו לפי מה שהוא, כאלו תאמר אדום או ירוק, וישיג גם כן באי זו מדרגה הוא מן האדמימות או מן הירקות. ואולם החלוש הראות לא ישיג אלא הסוג, כלומר שהוא מראה ולא יותר, ואף אם ישיג המין, רצוני לומר שהוא אדום או ירוק, לא ישיג באי זו מדרגה הוא מן האדמימות או מן הירקות, וכן הענין בשמע ושאר המוחשים.
All the words of the prophets are true without doubt. Nevertheless there is a difference in degree. The greater the dignity of the prophet and the higher the degree of his prophetic inspiration, the greater the truth value of his words. Some prophets, by reason of their weakness of comprehension, do not apprehend things with sufficient clearness. Prophetic apprehension has certain similarities to sensible apprehension. If a sense faculty or organ is healthy and strong, it apprehends the objects clearly; whereas if it is weak, it does not apprehend them clearly. It may apprehend the species to which the object belongs or it may apprehend the genus only without being able to tell to what species it belongs. Thus a person who has powerful vision apprehends color correctly, as, for example, red or green. But he also apprehends the degree of redness or greenness. On the other hand a person with weak vision will apprehend the genus only, i. e. he will know it is a color, and no more. Or he may know the species too; that it is red or green, but will not know what degree of redness or greenness it is. The same thing is true in hearing and the other sensibilia.
Хотя все слова пророков истинны без сомнения, тем не менее, по величине уровня пророка и его ступени в Невуа будет крепость истинности, приходящей в его словах. Ибо многие пророки, по слабости их постижения, не постигают вещи разъяснёнными как следует, поскольку с постижением пророков происходит то, что происходит с постижением чувств: ведь тот, кто здоров и силён в них, постигает ощущаемое в его истинности, а кто слаб в них — не постигает его в истинности, но постигает его вид или род и не умеет различить, из какого вида это. Ведь тот, кто силён зрением, постигнет видение, которое он постигает, таким, каково оно есть, — например, скажешь: красное или зелёное; и постигнет также, на какой степени оно из красноты или из зелени. Но слабый зрением не постигнет ничего, кроме рода, то есть что это видение — и не более; и даже если постигнет вид, я имею в виду, что оно красное или зелёное, — не постигнет, на какой степени оно из красноты или из зелени. И таково дело со слухом и прочими ощущаемыми.
וכזה עצמו יקרה לנביאים בהשגתם, כי מי שהוא חזק ההשגה ישיג הדבר כפי מה שהוא בזולת דמיון ויבואו דבריו מבוארים ובלתי סתומים, ולזה יובנו אמתיים כפשוטן, והנביא שהוא למטה ממנו במדרגה יבאו דבריו סתומים ובחידות ובמשלים ובלתי מבוארים, ולזה לא יהיו אמתיים כפשטן אבל כפי הענין הנרמז בהן בלבד, וכפי פשוטן יובן מהן ענין זולת הענין המכוון בהם. ולזה תמצא יחזקאל להיות נבואותיו אחר הגלות היה מדבר במשלים וחידות בלתי אמתיים כפשוטן, עד שנתרעם מזה להשם יתברך ואמר המה אומרים לי הלא ממשל משלים הוא, וכן זכריה לפי שהיה בסוף הנבואה היו כל נבואותיו במראות שאינן אמתיות כפי פשטן אלא כפי הנרמז בהם בלבד, אמר שראה סוסים ונשים ומנורת זהב ושנים זיתים עליה, שענין המנורה והזיתים לא היה אמתי בעצמו אלא הענין הנרמז בהם בלבד.
The same thing applies to the prophetic apprehension. The prophet who has a strong power of apprehension perceives the thing as it is without imagination and his words come out clear and not obscure; hence they may be understood in their literal meaning. On the other hand, a prophet who is inferior in degree to the one mentioned, will express himself in obscure language, in riddles and parables which are not clear. Hence the truth is not in the literal meaning, but in the allusion. If his words are taken literally, one gets an idea different from the one intended. Thus Ezekiel, prophesying after the exile, speaks in parables and riddles, which can not be understood literally; so much so that he complains about this to God, “They say of me: Is he not a maker of parables?” Similarly Zechariah, coming toward the end of the prophetic period, experienced his prophetic inspiration in visions, the truth of which lay not in the vision itself as it appeared, but in the ideas which it suggested. Thus when he says that he saw horses and women and a golden candelabrum and two olives upon it, the candelabrum and the olives are not to be taken as real things, but only as alluding to a certain idea.
И то же самое случается у пророков в их постижении: ибо тот, у кого постижение сильно, постигнет вещь такой, какова она есть, без воображения, и его слова будут приходить разъяснёнными и не сокрытыми; и потому их будут понимать истинными в их простом смысле. А пророк, который ниже его по ступени, — его слова придут сокрытыми, в загадках и в притчах, и не разъяснёнными; и потому они не будут истинными в их простом смысле, а только согласно смыслу, на который в них намекается; а в их простом смысле из них будет пониматься смысл иной, нежели смысл, который в них намерен.
И потому ты найдёшь, что Йехезкель, поскольку его пророчества были после изгнания, говорил притчами и загадками, не истинными в их простом смысле, до того что он возроптал об этом к Всевышнему и сказал: «они говорят мне: ведь он притчи притчует». И так же Зехарья, поскольку он был в конце пророчества, — все его пророчества были в видениях, которые не истинны по их простому смыслу, а только по намёку в них: он сказал, что видел коней и женщин и золотую менору и два оливковых дерева на ней, — ибо смысл меноры и оливковых деревьев не был истинен сам по себе, а только смысл, на который они намекали.
וירמיה שהיה קודם החורבן היו כל נבואותיו מבוארות באר היטב. וכבר באר השם יתברך זה ההבדל בין נבואת משה לזולתו, אמר בנבואת משה פה אל פה אדבר בו ומראה ולא בחידות, מכלל ששאר הנביאים זולת משה הם מדברים בחידות בלתי מבוארות ומראות בלתי אמתיים, ולכן ראוי שיפורשו באופן שיסכימו אל דברי משה, וכן יפורשו תמיד דברי הנביא הקטן במדרגה באופן שיהיו מסכימים אל דברי הגדול ובלתי חולקים עליו. ובאור זה הרי שמצינו ישעיה אומר ואראה את ה׳ יושב על כסא רם ונשא וגו׳, ומשה אמר כי לא יראני האדם וחי, ואלו לא היינו יודעים מדרגת שום אחד מהם היינו חושבים שדברי ישעיה הם צודקים, והיינו אומרים כי לגודל מדרגתו השיג מהשם מה שאפשר שיושג ממנו ולכך אמר ואראה את ה׳, ומשה למה שלא הגיע למדרגת ישעיה ולא השיג מהשם אלא דבר מועט, אמר כי לא יראני האדם וחי למעוט השגתו ומדרגתו בנבואה. ואבל אחר שידענו היות משה רבן של נביאים, שנאמר עליו ודבר ה׳ אל משה פנים אל פנים כאשר ידבר איש אל רעהו, ונאמר גם כן אם יהיה נביאכם ה׳ במראה אליו אתודע בחלום אדבר בו לא כן עבדי משה וגו׳ פה אל פה אדבר בו ומראה ולא בחידות, ידענו כי דברי משה אמתיים כפשטן בלי ספק, ודברי ישעיה שהוא למטה ממנו במדרגה אינם צודקים, ולמעוט מדרגתו אמר ואראה את ה׳, שחשב שראה את ה׳ ואינו כן, כי זה היה מפעל הכח המדמה, אבל משה למה שלא היה לכח המדמה מבוא בנבואתו כלל, כי נבואתו היתה בכח הדברי אשר בו מופשט משאר הכחות הגשמיות, אמר כי לא יראני האדם וחי שהוא האמת.
Jeremiah, on the other hand, who lived before the destruction of the temple, spoke always plainly and clearly. God Himself made clear the difference between Moses’ prophecy and that of the others. In relation to the prophecy of Moses He says, “With him do I speak mouth to mouth, even manifestly and not in dark speeches,” From this we infer that the other prophets spoke in dark speeches which were not clear, and saw visions which were not real. For this reason their prophetic messages must be interpreted so as to agree with the words of Moses. In general, the words of an inferior prophet must be interpreted so as to agree and not be in conflict with the words of a superior prophet. For example, Isaiah says, “I saw the Lord sitting upon a throne high and lifted up;” whereas Moses said, “for man shall not see Me and live.” Now if we did not know the relative greatness of these two, we should suppose that Isaiah’s words are true and should say that by reason of his greatness as a prophet he apprehended as much as can be apprehended of God, and hence he said, “I saw the Lord;” while Moses, being inferior to Isaiah, and having apprehended of God only very little, said, “Man shall not see Me and live.” But since we know that Moses was the master of the prophets, concerning whom the Bible says, “And the Lord spoke unto Moses face to face, as a man speaketh unto his friend;” “If there be a prophet among you, I the Lord do make Myself known unto him in a vision, I do speak with him in a dream. My servant Moses is not so; … with him do I speak mouth to mouth, even manifestly and not in dark speeches;” we know that the words of Moses are true as they are in their literal meaning; while the words of Isaiah, who was inferior to Moses, are not correct. It is because of his inferiority that he said, “I saw the Lord,” because he thought he had seen God, but he had not really seen him, except in imagination. Moses, on the other hand, in whose prophetic inspiration the imagination played no part at all, but the reason only, as separated from all corporeal powers, said, “For man shall not see Me and live,” which is the truth.
А Йирмия, который был до разрушения, — все его пророчества были разъяснены весьма хорошо. И уже разъяснил Всевышний это различие между пророчеством Моше и прочих, сказав о пророчестве Моше: «уста к устам говорю с ним, и в видении, и не в загадках» — из этого следует, что прочие пророки, кроме Моше, говорят загадками, не разъяснёнными, и видениями, не истинными; и потому подобает истолковывать их так, чтобы они согласовывались со словами Моше. И так же всегда будут истолковываться слова пророка меньшего по ступени так, чтобы они согласовывались со словами большего и не противоречили ему.
И разъяснение этого: ведь мы находим, что Йешаяху говорит: «и увидел я Господа, сидящего на престоле высоком и вознесённом» и т. д., а Моше сказал: «ибо не увидит Меня человек и жив». И если бы мы не знали ступени каждого из них, мы бы думали, что слова Йешаяху истинны, и сказали бы, что по величию его ступени он постиг от Всевышнего то, что возможно постигнуть от Него, и потому сказал «и увидел я Господа»; а Моше, поскольку не достиг ступени Йешаяху и не постиг от Всевышнего, кроме малого, сказал «ибо не увидит Меня человек и жив» — по малости его постижения и ступени в пророчестве.
Но после того как мы узнали, что Моше — учитель пророков, о котором сказано: «и говорил Господь с Моше лицом к лицу, как говорит человек со своим ближним», и сказано также: «если будет у вас пророк Господа — в видении Я откроюсь ему, во сне буду говорить с ним; не так Мой раб Моше… уста к устам говорю с ним, и в видении, и не в загадках», — мы узнали, что слова Моше истинны в их простом смысле без сомнения; а слова Йешаяху, который ниже его по ступени, не верны, и по малости своей ступени он сказал «и увидел я Господа», — ибо думал, что увидел Господа, и это не так: ведь это было действием силы воображающей. Но Моше, поскольку у силы воображающей вовсе не было входа в его пророчество, ибо его пророчество было в словесной силе, которая в нём отделена от прочих телесных сил, — сказал: «ибо не увидит Меня человек и жив», что и есть истина.
אבל ישעיה למה שהיה משתמש בנבואתו גם על ידי הכח המדמה שקראוהו רבותינו ז״ל אספקלריא שאינה מאירה, הביאו זה לטעות ולדמות בכח המדמה שראה את השם, והוא בעצמו פירש שהשגתו זאת היתה בטעות ועל ידי הכח המדמה, ובאר שהסבה בזה היתה שלא היה חמרו מזוקק כחמר משה רבינו, וזהו שאמר כי איש טמא שפתים אנכי, וגם מדותיו לא היו כראוי, וזהו שאמר ובתוך עם טמא שפתים אנכי יושב, כי הישיבה בין האנשים רעי המרות יפסידו מדות האיש הטוב, ובעבור זה היה מתאונן ואמר אוי לי כי נדמיתי, כלומר שנתפעלתי מן הכח המדמה, ואין נבואתי באספקלריא המאירה כנבואת משה שהיה שומע את הקול מדבר אליו מזולת שיראה תמונה לנגד עיניו, אבל אני להיות נבואתי באספקלריא שאינה מאירה שהיא באמצעות הכח המדמה, לא יכולתי לשער השגת דבור מבלי ראית צורה מדברת, וזה גרם לי להיותי איש טמא שפתים ושהייתי יושב בתוך עם טמא שפתים, ולזה אני מתאונן ואומר אוי לי כי נדמיתי לפי שאת המלך ה׳ צבאות ראו עיני ויודע אני שזהו פעל הכח המדמה, כי הוא יתברך בלי ספק אי אפשר ליחס אליו שום תואר ולא תמונה אפילו במראה הנבואה למתנבא באספקלריא המאירה.
Isaiah, on the other hand, made use also of the power of imagination, called by the Rabbis, a non-transparent glass, and hence was misled by it into thinking that he saw God. He was not unaware that his perception was an error due to the imagination, and said so, explaining that his matter was not as pure as that of Moses, “Because I am a man of unclean lips;” and that his moral qualities were not all that they should be, “And I dwell in the midst of a people of unclean lips;” for association with men of bad morals corrupts the morals of a good man. This is why he complained, “Woe is me! for I am affected by imagination.” The meaning is, I am affected by the power of imagination and my prophetic inspiration is not through a luminous glass like that of Moses, who heard a voice speaking to him, without seeing any image before his eyes. But as my prophecy is through a non-luminous glass, through the medium of the power of the imagination, I am not able to apprehend speech without seeing a form in the act of speaking. And this is due to the fact that I am a man of unclean lips and that I dwell in the midst of a people of unclean lips. Therefore I complain and say, “Woe is me! for I am influenced by imagination … For mine eyes have seen the King, the Lord of hosts,” and I know that it is the work of the imagination, for God can not have any attribute or likeness ascribed to Him, even in a prophetic vision, if one prophesies through a luminous glass.
Но Йешаяху, поскольку он пользовался в своём пророчестве также посредством силы воображающей, которую наши мудрецы, благословенной памяти, называли «аспаκлария, которая не светит», — это привело его к ошибке и к тому, чтобы вообразить силой воображающей, что он увидел Всевышнего. И он сам истолковал, что это его постижение было по ошибке и посредством силы воображающей, и разъяснил, что причиной этого было то, что его материя не была очищена, как материя Моше, учителя нашего; и это то, что он сказал: «ибо я — человек нечистых уст». И также его качества не были как следует; и это то, что он сказал: «и среди народа нечистых уст я живу», ибо пребывание среди людей с дурными качествами портит качества доброго человека. И из-за этого он жаловался и говорил: «горе мне, ибо я уподобился», то есть: я испытал воздействие силы воображающей, и моё пророчество — не в «аспаκлария светящей», как пророчество Моше, который слышал голос, говорящий к нему, без того чтобы видеть образ перед своими глазами; но я, поскольку моё пророчество — в «аспаκлария, которая не светит», то есть посредством силы воображающей, не мог измерить постижение речи без видения говорящей формы. И это привело к тому, что я — человек нечистых уст и что я сидел среди народа нечистых уст; и потому я жалуюсь и говорю: «горе мне, ибо я уподобился», ведь «царя, Господа Цваот, видели глаза мои», и я знаю, что это — действие силы воображающей, ибо Ему, благословен Он, без сомнения невозможно приписать никакого атрибута и никакого образа — даже в видении пророчества у пророчествующего в «аспаκлария светящей».
וזהו שאמרו חכמינו ז״ל מנשה הרג את ישעיה, ואמרו מידן דייניה וקטליה, אמר לו משה רבך אמר כי לא יראני האדם וחי ואתה אמרת ואראה את ה׳, ואמרו שהיה יכול להשיב על זה ולא השיב לפי שידע שלא יקבל תשובתו. ומה שהיה יכול להשיב הוא כי אפילו באותם העומדים בדורו של משה נאמר עליהם ויראו את אלהי ישראל, לפי שלא היתה השגתם באספקלריא המאירה.
This is the meaning of the statement of the Rabbis: Menasseh killed Isaiah. Then they say, he first tried him and then killed him. He said to him, Your teacher Moses said, “Man shall not see Me and live,” whereas you say, “I saw the Lord.” Then they remark that Isaiah could have answered Menasseh but did not, because he knew that he would not accept his answer. The answer he could have made is that even concerning the contemporaries of Moses it is said, “And they saw the God of Israel,” because their apprehension was not through a luminous glass.
И это то, что сказали наши мудрецы, благословенной памяти: Менаше убил Йешаяху; и сказали: «мидан дайнейh вeкатлейh» (mi-dan dayneyh ve-katleyh — «по этому судили его и убили его»). Сказал ему: Моше, учитель твой, сказал: «ибо не увидит Меня человек и жив», а ты сказал: «и увидел я Господа». И сказали, что он мог ответить на это и не ответил, потому что знал, что не примут его ответа.
А что он мог ответить: что даже о тех, кто стоял в поколении Моше, сказано о них: «и увидели Бога Израиля», — поскольку их постижение не было в «аспаκlarия светящей».
ויתבאר מכל זה כי הנביא שהוא במדרגה למטה מנביא אחר אי אפשר לו לחלוק על דברי הגדול, אבל יתפרשו דבריו באופן שלא יחלקו על דברי הגדול. ואחר שנתבאר בתורה היות נבואת משה במדרגה גדולה מכל הנביאים, מעתה אי אפשר לשמוע לשום נביא לחלוק עליו ולבטל דבריו. ואולם אם אפשר לשום נביא לפרש דברי משה ולומר שאף על פי שנזכרו סתמיות שיש בהם תנאי או זמן נקשר בהם אף על פי שלא פורש, זה יתבאר במה שיבא בעזרת השם:
From all this it is clear that an inferior prophet must not oppose the words of a prophet who is superior to him, but that his words must be so interpreted that they should not conflict with the words of the superior. Now since it is clearly stated in the Torah that the prophecy of Moses stands on a higher plane than that of any other prophet, it follows that we can not accept the words of any other prophet in opposition to and refutation of the words of Moses. Whether, however, any prophet may interpret the words of Moses and say that though they are stated without qualification, they are conditional in their meaning, or that a time limitation should be attached to them, though no such limitation is explicitly stated,—this will be discussed in the sequel with the help of God.
И выяснится из всего этого, что пророку, который по ступени ниже другого пророка, невозможно спорить со словами большего; но его слова будут истолковываться так, чтобы они не спорили со словами большего. А после того как в Torah выяснено, что пророчество Моше — на ступени большей, чем у всех пророков, отныне невозможно слушать какого-либо пророка, чтобы спорить с ним и отменять его слова.
Однако возможно ли какому-либо пророку истолковывать слова Моше и сказать, что хотя упомянуты неопределённо вещи, в которых есть условие или время, связанное с ними, хотя и не было разъяснено, — это выяснится в том, что придёт с помощью Всевышнего: