Sefer HaIkkarim, Maamar 4

«Брит» говорится о каком-либо утверждении или клятве и устойчивом деле, совершаемом между двумя, заключающими союз, чтобы связать любовь между ними; и делают себе какой-либо знак, чтобы его устойчивость указывала на союз, как свидетель, свидетельствующий о деле. Сказал Лаван Я‘акову: «ве-‘ата лекха нихрета брит, ани ва-ата, ве-hайа ле-‘эд бейни у-вейnekha»; и сделал холм камней и сказал: «hа-гал hа-зэ ‘эд бейни у-вейnekha hа-йом». И так же радуга — устойчивый знак, указывающий на устойчивость союза, который заключил Всевышний с Ноахом и его сыновьями.

И способ заключения союза, согласно тому, что находится в Писаниях, таков: разрубали живое существо надвое, и заключающие союз проходили между его половинами. Сказал пророк: «тельца, которого разрубили надвое, и прошли между его частями». И так же находим: когда Г-сподь заключил с Авраhамом союз, Он сказал ему: «возьми Мне тёлку трёхлетнюю, и козу трёхлетнюю, и барана трёхлетнего», и он взял Ему всё это и разрубил их пополам и положил каждую половину одну напротив другой. А после сказал, что Авраhам увидел в видении Невуа славу Г-спода, проходящую между рассечёнными частями, как знак заключения союза с Авраhамом. Сказано в Писании: «и вот дымящийся горн и огненный факел, которые прошли между этими рассечениями». Поэтому и сказано рядом: «в тот день заключил ה׳ с Аврамом союз, сказав…».

И причина этого действия при заключении союза в том, что заключение союза — это прочная связь между двумя людьми, заключающими союз, чтобы связать и скрепить любовь между ними, так что оба будут как будто одно тело, и каждый будет хранить своего товарища, как хранит самого себя. Поэтому разрубали живое существо надвое и проходили между теми частями — в знак того, что как те две части были одним телом в том живом существе, когда оно было живо, и каждая часть чувствовала страдание другой, так что когда болезнь или вред достигали одной части, другая чувствовала ту болезнь или тот вред, и не разделяло эти две части ничто, кроме смерти — так и два человека, заключающие союз, будут как одно тело, пока они живы, и не разделит их ничто, кроме смерти. И из этого следует, что когда один почувствует какой-либо вред или страдание, пришедшее на его товарища, участника его союза, он введёт себя в стеснение, чтобы спасти его, как введёт себя в опасность ради самого себя; и также — что не скроет от него ничего из того, что знает или чувствует, что замышляют причинить ему зло или замышляли о нём какую-либо дурную мысль; и также — откроет ему свои тайны и сокровенные помыслы сердца, как открывает их себе, ибо товарищ — не кто иной, как он сам; и подобает ему любить его любовью к самому себе. Это и сказала Тора: «И люби ближнего твоего как самого себя», то есть: как в твоей любви к себе нет «инаковости», так и в твоей любви к товарищу не думай, что он — нечто отдельное от тебя; ибо это предел совершенной любви — чтобы любящий соединился с любимым. Поэтому ты найдёшь, что «אהבה» по гематри״а восходит к «אחד», ибо любимый вовсе не отличен от него самого; поэтому он будет доверять ему и открывать ему свои тайны, как открывает их себе. И это — когда он доверяет любящему, что тот будет верен своему союзу; если же нет — человеку не подобает открывать свои тайны всякому любящему, ибо когда любящий не верен и не проверен ему, не подобает открывать ему свои тайны: быть может, он обернётся врагом, и это станет для него бедой и препятствием, когда другой знает его тайны, и особенно тот, о ком он думает, что тот любит, а это не так, ибо невозможно ему остерегаться от него.

И так же ты найдёшь, что Давид говорит, что он больше боялся своих любящих, знающих его тайны, чем боялся своих врагов. Он сказал: «ибо не враг поносит меня — и я вынесу; не ненавистник мой возвеличился на меня — и я укроюсь от него». То есть: я не терпел бы поношения врага и дерзости ненавистника, возвеличивающегося надо мной, — я бы не медлил выйти с ним спорить и не скрывался бы от него. Но от тебя, который любящий меня, и человек как я, и мой вождь и мой знакомец — и намекнул этим на Ахитофеля и его сторонников, который знал его тайны, как сказал: «которые вместе подслащали тайну», — я не могу уберечься и остеречься от тебя, и я боюсь, что придёт мне вред со стороны того, что ты знаешь мои тайны. И сказал, что не знал в этом исправления, кроме как молился Имени, чтобы они умерли внезапно так, чтобы сошли в Шеол живыми, чтобы не могли открыть его тайны никакому человеку. Это и есть сказанное им: «пусть наведёт смерть на них; пусть сойдут в Шеол живыми».

Но когда любящий будет верен так, что можно доверять его любви, подобает открыть ему свои тайны и ревновать о нём, как ревнует о себе, и открыть ему то, что знает о зле, замышляемом против него, и уверить его быть ему в помощь. Поэтому ты найдёшь, что тотчас как Г-сподь заключил союз с Авраhамом, Он открыл ему всё, что было известно Ему о зле, которое должно прийти на его потомство, и сказал ему: «знай же, что пришельцем будет твое потомство в земле не своей, и поработят их и будут угнетать их четыреста лет; и также народ, которому они будут служить, Я сужу». То есть: после того как Я заключил с тобой союз, Я ни в коем случае не могу скрыть от тебя зло, предназначенное прийти на твоё потомство; поэтому «знай же», что пришельцем будет твое потомство, и что поработят их и будут угнетать их. И это пришельничество продлится долгий срок — до завершения четырёхсот лет. «И также народ, которому они будут служить, Я сужу», то есть: и Я поддержу руку поработителей, как будто Я согласен и помогаю поработить их; ибо выражение «דן אנכי» — как «דנני אלהים», смысл которого: совершил мой суд и моё дело, согласился через меня и послушал моего голоса, как «суди меня, Б-г, и веди мою тяжбу». И здесь также «דן אנכי» — смысл его: как будто Я совершаю их суд и поддерживаю их руку, чтобы поработить твоё потомство. «Но после этого выйдут с большим имуществом»; и выражение «и после этого» указывает на это понимание, то есть что оно не связано с «דן אנכי», но это другое дело, вовсе не упомянутое до сих пор. И к этому присоединил: «в тот день заключил ה׳ с Аврамом союз, сказав: потомству твоему Я дал эту землю».

Ибо после того как Он открыл ему постановление, вынесенное о нём — либо со стороны наказания, либо со стороны «маарехет» по мнению некоторых мудрецов, — Он обещал ему быть среди его помощников и спасти его потомство от руки всех восстающих на них. Это то, что сказали наши мудрецы ז״ל, что в том видении Авраhаму, нашему отцу, было намекнуто порабощение всех царств, которое должно прийти на Израиль. И это подобает по сути союза — открыть ему всё, что должно прийти на его потомство, и заключить с ним союз, что будет с ним в беде и будет страдать его страданием, как одно тело будет страдать целиком от страдания одного своего члена, по пути того, что сказали наши мудрецы ז״ל, что Шхина страдает в страданиях Израиля, как сказано: «с ним Я в беде». И это — как любящий страдает от беды своего любимого, поскольку вступил с ним в союз.

И поскольку было возможно, что потомство Авраhама в каком-то отношении не будет в состоянии той цельности, чтобы они были достойны того, чтобы Божественная Hashgacha всегда прилеплялась к ним по причине этого союза, Высшая Мудрость постановила заключить постоянный союз с Авраhамом и с его потомством, что они будут Его народом и уделом Его наследия, и Он будет им Б-гом всегда. Поэтому ты найдёшь, что в видении, которое было после видения «между рассечениями», тотчас было заповедано об обрезании — ему и всему его потомству после него, и упомянуто в нём прямо, что это — знак союза между именем, да будет Он благословен, и между потомством Авраhама. Сказано: «и установлю Мой союз между Мною и тобою и между твоим потомством после тебя, в их поколениях, союзом вечным…». Вот, разъяснил, что поэтому было заповедано об обрезании — быть знаком союза на связь и прилепление, которые между именем, да будет Он благословен, и потомством Авраhама, держащимися Его союза. И потому, когда тот знак постоянно присутствует в народе, он — доказательство Божественной связи, которая остаётся в нас.

И это то, что установили אנשי כנסת הגדולה в формуле благословения обрезания: «и потомство его запечатлел знаком союза Кдуша». И разъяснили в нём пользу этого союза — быть спасённым от суда Геhиннома, который есть «колодец гибели», как упомянуто в нём прямо: «поэтому в награду за это, Б-г живой, доля наша, твердыня наша, повелел спасти возлюбленных плоти нашей от гибели». И разъяснил причину: «ибо это — ради Его союза, который Он положил в нашей плоти». И спасение от «гибели» в этом месте не о смерти, ибо необрезанные и обрезанные равны в ней, но, без сомнения, сказано это о наказании Геhиннома.

И так же сказали наши мудрецы ז״ל в Мидраш, что Авраhам, наш отец, сидит у входа в Геhинном, чтобы спасать обрезанных от входа туда. И из-за этого, пока мы видим этот знак союза существующим в народе, даже если видим, что сила бед проходит по нам постоянно, мы из-за этого не отчаиваемся в Геула, ибо мы сегодня подобны больному, который близок к смерти, и все люди говорят о нём, что нет в нём силы жить; ведь пока в нём видят нечто от жизни, оставшийся не отчаивается, что он не выживет от этой болезни. Так и мы: даже если все народы говорят о нас, что мы без всякой надежды и что погибла наша надежда, «мы отсечены себе», — вот, когда мы видим, что знак союза остаётся и постоянен в нас, указывая на связь, которая между Божественным началом и народом, мы, несомненно, знаем, что ещё есть в нас сила жить, и что через эту связь народ вернётся к своему прежнему состоянию и к своей крепости и прилепится к Божественному началу, как было в видении вначале: