Bava Batra 174a — Talmud Bavli — Tractate Bava Batra

רַבָּן שִׁמְעוֹן בֶּן גַּמְלִיאֵל אוֹמֵר: אִם יֵשׁ נְכָסִים לַלֹּוֶה – אֶחָד זֶה וְאֶחָד זֶה לֹא יִפָּרַע מֵהֶן.

Rabban Shimon ben Gamliel says: If the debtor has property, in both this case and in that case, i.e., whether the guarantor is a standard guarantor or an unconditional guarantor, the creditor cannot collect the debt from either type of guarantor.

Раббан Шимон бен Гамлиэль говорит: если у должника есть имущество, то и в этом случае, и в том случае, т.е. независимо от того, является ли поручитель обычным поручителем или безусловным поручителем, кредитор не может взыскать долг ни с одного из этих видов поручителей.

אָמַר רַבָּה בַּר חָנָה אָמַר רַבִּי יוֹחָנָן: כׇּל מָקוֹם שֶׁשָּׁנָה רַבָּן שִׁמְעוֹן בֶּן גַּמְלִיאֵל בְּמִשְׁנָתֵנוּ – הֲלָכָה כְּמוֹתוֹ; חוּץ מֵעָרֵב, וְצַיְדָן, וּרְאָיָה אַחֲרוֹנָה.

Rabba bar Ḥana says that Rabbi Yoḥanan says: Wherever Rabban Shimon ben Gamliel taught a halakha in the corpus of our Mishna, the halakha is in accordance with his opinion, except for the following three cases: The responsibility of the guarantor, and the incident that occurred in the city of Tzaidan (see Gittin 74a), and the dispute with regard to evidence in the final disagreement (see Sanhedrin 31a).

Рабба бар Хана говорит, что Рабби Йоханан говорит: везде, где Раббан Шимон бен Гамлиэль преподавал Галаху в корпусе нашей Мишны, Галаха соответствует его мнению, кроме следующих трёх случаев: ответственность поручителя, и случай, который произошёл в городе Цайдан (см. Гиттин 74а), и спор относительно свидетельств в последнем разногласии (см. Санhedрин 31а).

אָמַר רַב הוּנָא: ״הַלְוֵהוּ וַאֲנִי עָרֵב״; ״הַלְוֵהוּ וַאֲנִי פּוֹרֵעַ״; ״הַלְוֵהוּ וַאֲנִי חַיָּיב״; ״הַלְוֵהוּ וַאֲנִי נוֹתֵן״ – כּוּלָּן לְשׁוֹן עַרְבוּת הֵן.

§ The Gemara discusses which expressions confer upon a person the status of a standard guarantor, and which confer the status of an unconditional guarantor. Rav Huna says that if one says to a potential creditor: Lend money to him and I am a guarantor, or: Lend money to him and I will repay the debt, or: Lend money to him and I am obligated to repay the debt, or: Lend money to him and I will give the money back to you, all these are expressions that confer the status of a standard guarantee.

§ Гмара обсуждает, какие выражения придают человеку статус обычного поручителя, а какие — статус безусловного поручителя. Рав Хуна говорит: если человек говорит потенциальному кредитору: дай ему в заем и я — поручитель, или: дай ему в заем и я верну долг, или: дай ему в заем и я обязан вернуть долг, или: дай ему в заем и я верну тебе деньги, — все это выражения, которые придают статус обычного поручительства.

״תֵּן לוֹ וַאֲנִי קַבְּלָן״; ״תֵּן לוֹ וַאֲנִי פּוֹרֵעַ״; ״תֵּן לוֹ וַאֲנִי חַיָּיב״; ״תֵּן לוֹ וַאֲנִי נוֹתֵן״ – כּוּלָּן לְשׁוֹן קַבְּלָנוּת הֵן.

If one says: Give money to him and I am an unconditional guarantor, or: Give money to him and I will repay the debt, or: Give money to him and I am obligated to repay the debt, or: Give money to him and I will give the money back to you, all these are expressions that confer the status of an unconditional guarantee. The usage of the word give, as opposed to lend, confers the status of an unconditional guarantor.

Если он говорит: дай ему деньги и я — безусловный поручитель, или: дай ему деньги и я верну долг, или: дай ему деньги и я обязан вернуть долг, или: дай ему деньги и я верну тебе деньги, — все это выражения, которые придают статус безусловного поручительства. Употребление слова «дай», в отличие от «дай в заем», придает статус безусловного поручителя.

אִיבַּעְיָא לְהוּ: ״הַלְוֵהוּ וַאֲנִי קַבְּלָן״; ״תֵּן לוֹ וַאֲנִי עָרֵב״ – מַאי?

A dilemma was raised before the Sages: What is the halakha if one says: Lend money to him and I am an unconditional guarantor? On the one hand, the word lend is used, as opposed to give, but on the other hand, he explicitly states that he will be an unconditional guarantor. What is the halakha if one says: Give money to him and I am a guarantor? On the one hand, the word give is used, as opposed to lend, but on the other hand, he states that he will be a guarantor.

Мудрецами была поставлена дилемма: какова Галаха, если он говорит: дай ему в заем и я — безусловный поручитель? С одной стороны, употреблено слово «дай в заем», в отличие от «дай», но с другой стороны, он прямо заявляет, что будет безусловным поручителем. Какова Галаха, если он говорит: дай ему деньги и я — поручитель? С одной стороны, употреблено слово «дай», в отличие от «дай в заем», но с другой стороны, он заявляет, что будет поручителем.

אָמַר רַבִּי יִצְחָק: לְשׁוֹן עַרְבוּת – עַרְבוּת, לְשׁוֹן קַבְּלָנוּת – קַבְּלָנוּת.

Rabbi Yitzḥak says in resolving this dilemma: When one employs the language of a standard guarantee, it is a standard guarantee, even if he also used the word give. And when one employs the language of an unconditional guarantee, it is an unconditional guarantee, even if he also used the word lend.

Рабби Ицхак говорит, разрешая эту дилемму: когда человек использует язык обычного поручительства, это обычное поручительство, даже если он также употребил слово «дай». И когда человек использует язык безусловного поручительства, это безусловное поручительство, даже если он также употребил слово «дай в заем».

רַב חִסְדָּא אָמַר: כּוּלָּן לְשׁוֹן קַבְּלָנוּת הֵן, בַּר מֵ״הַלְוֵהוּ וַאֲנִי עָרֵב״.

Rav Ḥisda says: All of the expressions mentioned in this discussion are expressions of an unconditional guarantee, except for: Lend money to him and I am a guarantor.

Рав Хисда говорит: все выражения, упомянутые в этом обсуждении, — выражения безусловного поручительства, кроме: дай ему в заем и я — поручитель.

רָבָא אָמַר: כּוּלָּן לְשׁוֹן עַרְבוּת הֵן, בַּר מִ״תֵּן לוֹ וַאֲנִי נוֹתֵן״.

Rava says: All of the expressions mentioned in this discussion are expressions of a standard guarantee, except for: Give money to him and I will give the money back to you.

Рава говорит: все выражения, упомянутые в этом обсуждении, — выражения обычного поручительства, кроме: дай ему деньги и я верну тебе деньги.

אֲמַר לֵיהּ מָר בַּר אַמֵּימָר לְרַב אָשֵׁי, הָכִי אָמַר אַבָּא: ״תֵּן לוֹ וַאֲנִי נוֹתֵן״ – אֵין לַמַּלְוֶה עַל הַלֹּוֶה כְּלוּם.

Mar bar Ameimar said to Rav Ashi: My father said the following: If one says: Give money to him and I will give the money back to you, this expression binds the guarantor to such an extent that the lender has no claim against the debtor at all; his only option is to collect the debt from the guarantor.

Мар бар Амеймар сказал Раву Аши: Отец мой сказал следующее: Если человек говорит: Дай ему деньги, а я верну тебе деньги, — это выражение связывает поручителя настолько, что у кредитора вообще нет никакого требования к должнику; единственная его возможность — взыскать долг с поручителя.

וְלָא הִיא; לָא מִיפְּטַר לֹוֶה מִינֵּיהּ דְּמַלְוֶה, עַד שֶׁיִּשָּׂא וְיִתֵּן בַּיָּד.

The Gemara rejects this last statement: But that is not so. Rather, the debtor is not exempted from dealing with the creditor unless the guarantor takes the money from the creditor and gives it to the debtor with his own hand.

Гмара отвергает это последнее утверждение: Но это не так. Напротив, должник не освобождается от обязанности иметь дело с кредитором, если только поручитель не возьмёт деньги у кредитора и не передаст их должнику своей собственной рукой.

הָהוּא דַּיָּינָא דְּאַחֲתֵיהּ לְמַלְוֶה לְנִכְסֵי [דְלֹוֶה] מִקַּמֵּי דְּלִתְבְּעֵיהּ לְלֹוֶה, סַלְּקֵיהּ רַב חָנִין בְּרֵיהּ דְּרַב יֵיבָא.

§ The Gemara relates: There was once a certain judge who permitted a creditor to enter the debtor’s property and collect it for his debt before lodging a claim against the debtor himself. Rav Ḥanin, son of Rav Yeiva, overruled that judge and expelled the creditor from the seized property.

§ Гмара рассказывает: Однажды был некий судья, который позволил кредитору войти во владение должника и взыскать его в счёт долга ещё до предъявления иска самому должнику. Рав Ханин, сын Рава Йейвы, отменил решение того судьи и изгнал кредитора из захваченного имущества.

אָמַר רָבָא: מַאן חַכִּים לְמֶעְבַּד כִּי הָא מִילְּתָא, אִי לָאו רַב חָנִין בְּרֵיהּ דְּרַב יֵיבָא! קָסָבַר: נִכְסֵיהּ דְּבַר אִינִישׁ – אִינּוּן מְעָרְבִין יָתֵיהּ; וּתְנַן: הַמַּלְוֶה אֶת חֲבֵירוֹ עַל יְדֵי עָרֵב – לֹא יִפָּרַע מִן הֶעָרֵב, וְקַיְימָא לַן: לֹא יִתְבַּע עָרֵב תְּחִלָּה.

When Rava heard about this he said: Who is wise enough to perform such a matter, i.e., to issue this ruling, if not Rav Ḥanin, son of Rav Yeiva? He holds that a person’s property is a guarantee for him, i.e., it acts as a guarantor for the loan if the debtor does not repay it; and we learned in the mishna: One who lends money to another with the assurance of a guarantor cannot collect the debt from the guarantor. And we established that the mishna means that he cannot collect the debt from the guarantor at the outset, before seeking payment from the debtor himself. So too, he cannot collect the debt by taking the debtor’s property without first seeking payment from the debtor himself.

Когда Рава услышал об этом, он сказал: Кто достаточно мудр, чтобы совершить такое дело, то есть вынести такое постановление, если не Рав Ханин, сын Рава Йейвы? Он считает, что имущество человека является для него гарантией, то есть действует как поручитель по займу, если должник не возвращает его; и мы учили в Мишне: Тот, кто одалживает деньги другому под обеспечение поручителя, не может взыскать долг с поручителя. И мы установили, что Мишна означает: он не может взыскать долг с поручителя с самого начала, прежде чем потребовать оплаты у самого должника. Так и здесь: он не может взыскать долг, забрав имущество должника, прежде чем потребовать оплаты у самого должника.

הָהוּא עָרְבָא דְּיַתְמֵי, דְּפַרְעֵיהּ לְמַלְוֶה מִקַּמֵּי דְּלוֹדְעִינְהוּ לְיַתְמֵי;

§ The Gemara relates: There was once a certain guarantor for orphans whose father borrowed money and died, and the orphans were minors, and this guarantor repaid the debt to the creditor before informing the orphans that he was repaying the debt for them. The guarantor now sought reimbursement from the orphans.

§ Гмара рассказывает: Однажды был поручитель за сирот, чей отец взял деньги в долг и умер, а сироты были несовершеннолетними, и этот поручитель выплатил долг кредитору, прежде чем уведомить сирот, что он выплачивает долг за них. Теперь поручитель потребовал возмещения от сирот.

אָמַר רַב פָּפָּא: פְּרִיעַת בַּעַל חוֹב מִצְוָה, וְיַתְמֵי לָאו בְּנֵי מֶיעְבַּד מִצְוָה נִינְהוּ.

Rav Pappa said: Repaying a creditor is a mitzva, and orphans who are minors are not obligated in performing a mitzva. They therefore do not have to repay any debts owed by their deceased father until they reach the age of majority.

Рав Паппа сказал: Уплата кредитору — это мицва, а сироты, которые несовершеннолетние, не обязаны исполнять мицву. Поэтому они не должны возвращать какие-либо долги, которые их умерший отец был должен, пока не достигнут совершеннолетия.

וְרַב הוּנָא בְּרֵיהּ דְּרַב יְהוֹשֻׁעַ אָמַר: אֵימַר צְרָרֵי אַתְפְּסֵיהּ.

And Rav Huna, son of Rav Yehoshua, also said that the orphans do not have to repay the guarantor until reaching majority, but for a different reason: Say that perhaps the deceased gave bundles of money to his creditor before his death, and therefore some or all of the debt has been paid. As long as they are minors, the heirs would not be aware of this payment, but upon reaching majority there is a chance that they may examine their father’s papers and discover that their father had done this. Therefore, payment is deferred until they reach majority.

И Рав Хуна, сын Рава Йеошуа, также сказал, что сироты не обязаны платить поручителю до достижения совершеннолетия, но по другой причине: Скажи, возможно, умерший перед смертью дал своему кредитору связки денег, и потому часть или весь долг уже уплачен. Пока они несовершеннолетние, наследники не знали бы об этом платеже, но по достижении совершеннолетия есть вероятность, что они просмотрят бумаги отца и обнаружат, что отец сделал это. Поэтому платёж откладывается до их совершеннолетия.

דף 174

Display Settings

Bookmarks