דף 26
Bava Batra 26a
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
כִּדְנָיֵיד נִכְתְּמָא אַפּוּמֵּיהּ דְּחַצְבָּא.
It must shake enough that the lid [nakhtema] positioned at the mouth of a jug shakes if it is placed on a wall.
[6] Он должен сотрясаться настолько, чтобы крышка [нахтема], помещённая на горлышко кувшина, дрожала, если её поставить на стену.
דְּבֵי בַּר מָרִיּוֹן בְּרֵיהּ דְּרָבִין, כִּי הֲוָה נָפְצִי כִּיתָּנָא – הֲוָה אָזְלָא רַקְתָּא וּמַזְּקָא אִינָשֵׁי. אֲתוֹ לְקַמֵּיהּ דְּרָבִינָא, אֲמַר לְהוּ: כִּי אָמְרִינַן מוֹדֶה רַבִּי יוֹסֵי בְּגִירֵי דִּילֵיהּ – הָנֵי מִילֵּי דְּקָא אָזְלָא מִכֹּחוֹ, הָכָא – זִיקָא הוּא דְּקָא מַמְטֵי לַהּ.
The Gemara relates: When the members of the household of bar Maryon, son of Ravin, would beat their flax, the chaff [rakta] would fly off and harm people. Those people came before Ravina to complain. Ravina said to them: When we say that Rabbi Yosei concedes with regard to his arrows, this statement applies only when the damaging item moves by his direct force. Here, by contrast, it is the wind that carries the chaff.
[7] Гмара рассказывает: Когда домочадцы бар Мариона, сына Равина, били лён, мякина [ракта] разлеталась и вредила людям. Эти люди пришли к Равине с жалобой. Равина сказал им: Когда мы говорим, что Рабби Йоси признаёт в отношении его «стрел», это относится только к случаю, когда причиняющий ущерб предмет движется под действием его прямой силы. Здесь же, напротив, мякину несёт ветер.
מַתְקֵיף לַהּ מָר בַּר רַב אָשֵׁי: מַאי שְׁנָא מִזּוֹרֶה וְרוּחַ מְסַיַּיעְתּוֹ? אַמְרוּהָ קַמֵּיהּ דְּמָרִימָר, אֲמַר לְהוּ: הַיְינוּ זוֹרֶה וְרוּחַ מְסַיַּיעְתּוֹ.
Mar bar Rav Ashi objects to this: In what way is this case different from one who winnows on Shabbat by throwing the grain into the wind so that the chaff is blown away and the wind assists him? That is considered a primary category of labor on Shabbat despite the fact that the act is performed partly with the aid of the wind. The Gemara relates that the Sages stated this objection with regard to beating flax before Mareimar. Mareimar said to them: This case is the same as one who winnows and the wind assists him. Just as this is considered his direct force for the purposes of the halakhot of Shabbat, it is likewise considered his direct force with regard to the halakhot of damages.
[8] Мар бар Рав Аши возражает этому: Чем этот случай отличается от того, кто веет в Шаббат, бросая зерно на ветер, чтобы мякина была унесена, и ветер помогает ему? Это считается основной категорией работы в Шаббат, несмотря на то, что действие совершается частично с помощью ветра. Гмара рассказывает, что Мудрецы высказали это возражение относительно битья льна перед Мареймаром. Мареймар сказал им: Этот случай подобен тому, кто веет, а ветер помогает ему. Как это считается его прямой силой для законов Шаббата, так же это считается его прямой силой и в отношении законов ущербов.
וּלְרָבִינָא, מַאי שְׁנָא מִגֵּץ הַיּוֹצֵא מִתַּחַת הַפַּטִּישׁ וְהִזִּיק – דְּחַיָּיב לְשַׁלֵּם? הָתָם נִיחָא לֵיהּ דְּלֵיזִל, הָכָא לָא נִיחָא לֵיהּ דְּלֵיזִל.
The Gemara asks: And according to the opinion of Ravina, who rejects this comparison and claims that flying chaff is not considered one’s arrow, in what way is this situation different from that of a spark that flies from a hammer and causes damage, in which case all agree that the one wielding the hammer is liable to pay? The Gemara answers: There, it is preferable for him that the spark go as far as possible, rather than staying nearby. Here it is not preferable for him, i.e., it is immaterial to him, that the chaff go some distance.
[9] Гмара спрашивает: А по мнению Равины, который отвергает это сравнение и утверждает, что разлетающаяся мякина не считается «стрелой человека», чем это отличается от искры, вылетающей из-под молота и причиняющей ущерб, когда все согласны, что тот, кто держит молот, обязан платить? Гмара отвечает: Там ему предпочтительнее, чтобы искра улетела как можно дальше, а не оставалась рядом. Здесь же это ему не предпочтительно, то есть ему безразлично, улетит ли мякина на некоторое расстояние.
מַתְנִי׳ לֹא יִטַּע אָדָם אִילָן סָמוּךְ לִשְׂדֵה חֲבֵירוֹ, אֶלָּא אִם כֵּן הִרְחִיק מִמֶּנּוּ אַרְבַּע אַמּוֹת – אֶחָד גְּפָנִים וְאֶחָד כׇּל אִילָן. הָיָה גָּדֵר בֵּינָתַיִם – זֶה סוֹמֵךְ לַגָּדֵר מִכָּאן, וְזֶה סוֹמֵךְ לַגָּדֵר מִכָּאן.
MISHNA: A person may not plant a tree near the field of another unless he distances it four cubits from the field. This is the case whether he is planting grapevines or any kind of tree. If there was a fence between them, this one may place, i.e., plant, his grapevines or trees close to the fence from here, and that one may place, i.e., plant, his produce close to the fence from there.
[10] Мишна: Человеку нельзя сажать дерево возле поля другого, если только он не отдалит его на четыре локтя от поля. Это относится как к посадке виноградных лоз, так и к любому виду дерева. Если между ними была ограда, этот может размещать, то есть сажать, свои виноградные лозы или деревья вплотную к ограде с этой стороны, а тот может размещать, то есть сажать, свой посев вплотную к ограде с той стороны.
הָיוּ שׇׁרָשִׁים יוֹצְאִים לְתוֹךְ שֶׁל חֲבֵירוֹ – מַעֲמִיק שְׁלֹשָׁה טְפָחִים, כְּדֵי שֶׁלֹּא יְעַכֵּב אֶת הַמַּחֲרֵישָׁה. הָיָה חוֹפֵר בּוֹר, שִׁיחַ וּמְעָרָה – קוֹצֵץ וְיוֹרֵד, וְהָעֵצִים שֶׁלּוֹ.
If the roots were spreading into the field of another, the owner of the field may dig to a depth of three handbreadths even if he severs those roots, so that they do not impede his plow. If he was digging a cistern in that spot, or a ditch, or a cave, and he came upon the roots of his neighbor’s tree, he may cut downward normally, and the wood from the roots is his.
[11] Если корни распространялись в поле другого, владелец поля может копать на глубину трёх тефахим, даже если он при этом перерубает эти корни, чтобы они не мешали его плугу. Если он копал там колодец, или ров, или пещеру и наткнулся на корни дерева своего соседа, он может срезать вниз обычным образом, и древесина от корней принадлежит ему.
גְּמָ׳ תָּנָא: אַרְבַּע אַמּוֹת שֶׁאָמְרוּ – כְּדֵי עֲבוֹדַת הַכֶּרֶם. אָמַר שְׁמוּאֵל: לֹא שָׁנוּ אֶלָּא בְּאֶרֶץ יִשְׂרָאֵל, אֲבָל בְּבָבֶל – שְׁתֵּי אַמּוֹת. תַּנְיָא נָמֵי הָכִי: לֹא יִטַּע אָדָם אִילָן סָמוּךְ לִשְׂדֵה חֲבֵירוֹ, אֶלָּא אִם כֵּן הִרְחִיק מִמֶּנּוּ שְׁתֵּי אַמּוֹת. וְהָא אֲנַן תְּנַן: אַרְבַּע אַמּוֹת! אֶלָּא לָאו כְּדִשְׁמוּאֵל? שְׁמַע מִינַּהּ.
GEMARA: A tanna taught: The four cubits that the Sages stated one must leave between a vineyard and a neighbor’s field are for the work of the vineyard, so that the owner of the vineyard does not take oxen and a plow into his neighbor’s field while working his vineyard. Shmuel says: They taught this halakha only with regard to Eretz Yisrael, but in Babylonia two cubits are sufficient, as their plows are shorter. This opinion is also taught in a baraita: A person may not plant a tree near the field of another unless he distances the tree two cubits from the field. But didn’t we learn in the mishna: Four cubits? Rather, is it not correct that there is a difference between Eretz Yisrael and Babylonia in this regard, as stated by Shmuel? The Gemara concludes: Indeed, learn from it that it is so.
[12] Гмара: Тана учил: Четыре локтя, о которых сказали Мудрецы, что их нужно оставить между виноградником и полем соседа, — для работ в винограднике, чтобы владелец виноградника, обрабатывая виноградник, не заходил с быками и плугом на поле соседа. Шмуэль говорит: Они учили эту Галаху только в отношении Эрец Исраэль, но в Бавеле достаточно двух локтей, поскольку их плуги короче. Это мнение также учится в Барайта: Человеку нельзя сажать дерево возле поля другого, если только он не отдалит дерево на две локтя от поля. Но разве мы не учили в Мишне: Четыре локтя? Следовательно, разве не верно, что в этом есть различие между Эрец Исраэль и Бавелом, как сказал Шмуэль? Гмара заключает: Действительно, учи из этого, что так оно и есть.
וְאִיכָּא דְּרָמֵי לַהּ מִירְמֵא – תְּנַן: לֹא יִטַּע אָדָם אִילָן סָמוּךְ לִשְׂדֵה חֲבֵירוֹ, אֶלָּא אִם כֵּן הִרְחִיק מִמֶּנּוּ אַרְבַּע אַמּוֹת. וְהָתַנְיָא: שְׁתֵּי אַמּוֹת! אָמַר שְׁמוּאֵל: לָא קַשְׁיָא; כָּאן בְּבָבֶל, כָּאן בְּאֶרֶץ יִשְׂרָאֵל.
And there are those who raise this matter in the form of a contradiction. We learned in the mishna that a person may not plant a tree near the field of another unless he distances it four cubits from the field. But isn’t it taught in a baraita that two cubits are sufficient? Shmuel said that this is not difficult: Here it is referring to Babylonia, whereas there it is referring to Eretz Yisrael.
[13] А есть такие, кто поднимает этот вопрос в форме противоречия. Мы учили в Мишне, что человеку нельзя сажать дерево возле поля другого, если только он не отдалит его на четыре локтя от поля. Но разве не учится в Барайта, что достаточно двух локтей? Шмуэль сказал, что это не трудно: здесь речь о Бавеле, а там — об Эрец Исраэль.
רָבָא בַּר רַב חָנָן הֲווֹ לֵיהּ הָנְהוּ דִּיקְלֵי, אַמִּיצְרָא דְּפַרְדֵּיסָא דְּרַב יוֹסֵף. הֲווֹ אָתוּ צִפּוֹרֵי יָתְבִי בְּדִיקְלֵי, וְנָחֲתִי בְּפַרְדֵּיסָא וּמַפְסְדִי לֵיהּ. אֲמַר לֵיהּ: זִיל קוֹץ. אֲמַר לֵיהּ: וְהָא אַרְחֵיקִי לִי! אֲמַר לֵיהּ: הָנֵי מִילֵּי לְאִילָנוֹת, אֲבָל לִגְפָנִים בָּעִינַן טְפֵי.
The Gemara relates: Rava bar Rav Ḥanan had these palm trees that stood adjacent to the boundary of Rav Yosef’s vineyard. Birds would come and roost on the palm trees and would subsequently descend to the vineyard and damage it. Rav Yosef said to Rava bar Rav Ḥanan: Go and cut down your palm trees. Rava bar Rav Ḥanan said to him: But I distanced them the required amount. Rav Yosef said to him: This matter, i.e., this specific distance, applies only to trees, but a greater distance is required for vines.
[14] Гмара рассказывает: У Равы бар Рав Ханана были пальмы, которые стояли рядом с границей виноградника Рав Йосефа. Птицы прилетали и садились на пальмы, а затем спускались в виноградник и портили его. Рав Йосеф сказал Раве бар Рав Ханану: Иди и сруби свои пальмы. Рава бар Рав Ханан сказал ему: Но я отдалил их на требуемое расстояние. Рав Йосеф сказал ему: Это правило, то есть это конкретное расстояние, относится только к деревьям, но для лоз требуется большее расстояние.
וְהָא אֲנַן תְּנַן: אֶחָד גְּפָנִים וְאֶחָד כׇּל אִילָן! אֲמַר לֵיהּ: הָנֵי מִילֵּי אִילָן לְאִילָן וּגְפָנִים לִגְפָנִים, אֲבָל אִילָן לִגְפָנִים בָּעִינַן טְפֵי.
Rava bar Rav Ḥanan protested: But didn’t we learn in the mishna that this is the halakha whether he is planting grapevines or any kind of tree? Rav Yosef said to him: This matter applies only to the distance between one tree and another tree, or the distance between one vine and other vines. But with regard to the space between a tree and vines, one requires a greater distance.
[15] Рава бар Рав Ханан возразил: Но разве мы не учили в Мишне, что такова Галаха — независимо от того, сажает ли он виноградные лозы или любое дерево? Рав Йосеф сказал ему: Это правило относится только к расстоянию между одним деревом и другим деревом или к расстоянию между одной лозой и другими лозами. Но в отношении пространства между деревом и лозами требуется большее расстояние.
אֲמַר לֵיהּ: אֲנָא לָא קָיֵיצְנָא, דְּאָמַר רַב: הַאי דִּיקְלָא דְּטָעֵין קַבָּא – אָסוּר לְמִקְצְיֵיהּ. וְאָמַר רַבִּי חֲנִינָא: לָא שְׁכֵיב שִׁכְחַת בְּרִי, אֶלָּא דְּקַץ תְּאֵנְתָּא בְּלָא זִימְנֵיהּ. מָר – אִי נִיחָא לֵיהּ, לִיקּוֹץ.
Rava bar Rav Ḥanan said to him: I myself will not cut them down, as Rav said: With regard to this palm tree that produces one kav of fruit, it is prohibited to cut it down, due to the verse: “You shall not destroy the trees” (Deuteronomy 20:19). And Rabbi Ḥanina says: My son Shikhḥat died only because he cut down a fig tree before its time. Rava bar Rav Ḥanan continued: If the Master is amenable to do so, he may cut them down, but I will not do it.
[1] Рава бар Рав Ханан сказал ему: Я сам не срублю их, как сказал Рав: Относительно этой пальмы, которая приносит один кав плодов, запрещено срубать её из‑за стиха: «Не уничтожай деревьев» (Второзаконие 20:19). А Рабби Ханина говорит: Мой сын Шиххат умер только потому, что он срубил смоковницу прежде её времени. Рава бар Рав Ханан продолжил: Если Господин согласится сделать это, он может срубить их, но я не сделаю этого.
רַב פָּפָּא הֲווֹ לֵיהּ הָנְהוּ דִּיקְלֵי אַמִּיצְרָא דְּרַב הוּנָא בְּרֵיהּ דְּרַב יְהוֹשֻׁעַ. אֲזַל אַשְׁכְּחֵיהּ דַּהֲוָה חָפַר, וְקָא קָאֵיץ שׇׁרָשָׁיו. אֲמַר לֵיהּ: מַאי הַאי? אֲמַר לֵיהּ, תְּנַן: הָיוּ שׇׁרָשִׁים יוֹצְאִים לְתוֹךְ שֶׁל חֲבֵירוֹ – מַעֲמִיק שְׁלֹשָׁה, כְּדֵי שֶׁלֹּא יְעַכֵּב הַמַּחֲרֵישָׁה.
The Gemara further relates that Rav Pappa had these palm trees that stood adjacent to the boundary of the property of Rav Huna, son of Rav Yehoshua. He went and found Rav Huna digging and cutting his roots. Rav Pappa said to him: What is this? Rav Huna said to him that we learned in the mishna: If the roots were spreading into the field of another, the owner of the field may dig to a depth of three handbreadths even if he severs those roots, so that they do not impede his plow.
[2] Гмара далее рассказывает, что у Рав Паппы были эти пальмы, которые стояли рядом с границей участка Рав Хуны, сына Рав Йегошуа. Он пришёл и нашёл Рав Хуну, который копал и срезал его корни. Рав Паппа сказал ему: Что это? Рав Хуна сказал ему, что мы учили в Мишне: Если корни распространялись в поле другого, хозяин поля может копать на глубину трёх тефахим, даже если он отсекает эти корни, чтобы они не мешали его плугу.
אֲמַר לֵיהּ: הָנֵי מִילֵּי שְׁלֹשָׁה, מָר קָא חָפַר טְפֵי! אֲמַר לֵיהּ: אֲנָא בּוֹרוֹת שִׁיחִין וּמְעָרוֹת קָא חָפַרְנָא – דִּתְנַן: הָיָה חוֹפֵר בּוֹר, שִׁיחַ וּמְעָרָה – קוֹצֵץ וְיוֹרֵד, וְהָעֵצִים שֶׁלּוֹ. אָמַר רַב פָּפָּא: אֲמַרִי לֵיהּ כּוּלְּהִי, וְלָא יְכֵילִי לֵיהּ;
Rav Pappa said to him: This statement applies only up to three handbreadths, whereas the Master is digging and cutting more than three. Rav Huna said to him: I am digging cisterns, ditches, and caves, as we learned in the mishna: If he was digging a cistern, a ditch, or a cave, he may cut downward normally and the wood from the roots is his. Rav Pappa said: I told him all the proofs I could find, but I was unable to convince him that I was correct,
[3] Рав Паппа сказал ему: Это утверждение относится только до трёх тефахим, а Господин копает и срезает больше чем на три. Рав Хуна сказал ему: Я копаю колодцы, канавы и пещеры, как мы учили в Мишне: Если он копал колодец, канаву или пещеру, он может копать вниз обычным образом, и древесина от корней принадлежит ему. Рав Паппа сказал: Я приводил ему все доказательства, какие мог найти, но не смог убедить его, что я прав,