Bava Batra 26b — Talmud Bavli — Tractate Bava Batra

עַד דַּאֲמַרִי לֵיהּ הָא דְּאָמַר רַב יְהוּדָה: מֶצֶר שֶׁהֶחֱזִיקוּ בּוֹ רַבִּים – אָסוּר לְקַלְקְלוֹ. לְבָתַר דִּנְפַק, אֲמַר: אַמַּאי לָא אֲמַרִי לֵיהּ: כָּאן בְּתוֹךְ שֵׁשׁ עֶשְׂרֵה אַמָּה, כָּאן חוּץ לְשֵׁשׁ עֶשְׂרֵה אַמָּה.

until I told him that which Rav Yehuda says: With regard to a strip of land over which the public has an acquired privilege of use, one may not destroy it. Here too, since I have an acquired privilege of use of this land, you are not permitted to destroy that which I possess. After Rav Pappa left, Rav Huna, son of Rav Yehoshua, said: Why did I not say to him that there, an acquired privilege of use is effective when it is within sixteen cubits, as within that area the roots are considered part of the tree, whereas here I cut the roots of the palm trees beyond sixteen cubits.

[4] пока не сказал ему то, что говорит Рав Йеуда: Относительно полосы земли, на которую у общественности есть приобретённое право пользования, нельзя её разрушать. Здесь тоже, поскольку у меня есть приобретённое право пользования этой землёй, тебе не дозволено разрушать то, чем я владею. После того как Рав Паппа ушёл, Рав Хуна, сын Рав Йегошуа, сказал: Почему я не сказал ему, что там приобретённое право пользования действует, когда оно в пределах шестнадцати локтей, поскольку в пределах этой области корни считаются частью дерева, тогда как здесь я срезаю корни пальм за пределами шестнадцати локтей.

הָיָה חוֹפֵר בּוֹר, שִׁיחַ וּמְעָרָה – קוֹצֵץ וְיוֹרֵד וְהָעֵצִים שֶׁלּוֹ (וְכוּ׳). בְּעָא מִינֵּיהּ יַעֲקֹב הַדְיָיבָא מֵרַב חִסְדָּא: עֵצִים שֶׁל מִי?

§ The mishna teaches that if he was digging a cistern, a ditch, or a cave, he may cut downward and the wood is his. The Sage Ya’akov of Hadeyyav raised a dilemma before Rav Ḥisda: To whom does the wood belong? The mishna says that the wood is his, without specifying to which of the two individuals this refers, the owner of the tree or the owner of the land.

[5] § Мишна учит, что если он копал колодец, канаву или пещеру, он может копать вниз, и древесина принадлежит ему. Мудрец Я’аков из Хадейява поставил дилемму перед Рав Хисдой: Кому принадлежит древесина? Мишна говорит, что древесина принадлежит ему, не уточняя, к кому из двух людей это относится — к хозяину дерева или к хозяину земли.

אֲמַר לֵיהּ, תְּנֵיתוּהָ: שׇׁרְשֵׁי אִילָן שֶׁל הֶדְיוֹט הַבָּאִין בְּשֶׁל הֶקְדֵּשׁ, לֹא נֶהֱנִין וְלֹא מוֹעֲלִין.

Rav Ḥisda said to him: You learned the answer in a mishna in tractate Me’ila (13b). If roots of a tree belonging to an ordinary person [hedyot] extend into a field belonging to the Temple treasury, one may not derive benefit from them, but if one derived benefit from them he is not liable for misuse of consecrated property. That is, even if one does transgress the prohibition and benefit from them, it is not considered misuse and he is not liable to bring an offering.

[6] Рав Хисда сказал ему: Ты выучил ответ в Мишне в трактате Ме’ила (13б). Если корни дерева, принадлежащего обычному человеку [hеdyot], заходят в поле, принадлежащее храмовой казне, нельзя извлекать из них выгоду; но если кто‑то извлёк из них выгоду, он не несёт ответственности за ме’ила (нецелевое использование освящённого имущества). То есть даже если он нарушил запрет и воспользовался ими, это не считается ме’ила, и он не обязан приносить жертву.

אִי אָמְרַתְּ בִּשְׁלָמָא: בָּתַר אִילָן אָזְלִינַן – מִשּׁוּם הָכִי לֹא מוֹעֲלִין; אֶלָּא אִי אָמְרַתְּ: בָּתַר קַרְקַע אָזְלִינַן, אַמַּאי לֹא מוֹעֲלִין?

Granted, if you say that we follow the tree, and the roots are considered part of it, it is due to that reason that one is not liable for misuse, as the tree is not consecrated. But if you say we follow the land, i.e., the roots belong to the land’s owner, why is he not liable for misuse of consecrated property?

[7] Разумеется, если ты скажешь, что мы следуем за деревом и корни считаются частью его, то именно поэтому он не несёт ответственности за ме’ила, поскольку дерево не освящено. Но если ты скажешь, что мы следуем за землёй, то есть корни принадлежат хозяину земли, почему он не несёт ответственности за ме’ила освящённого имущества?

אֶלָּא מַאי? בָּתַר אִילָן אָזְלִינַן?! אֵימָא סֵיפָא: שֶׁל הֶקְדֵּשׁ הַבָּאִים בְּשֶׁל הֶדְיוֹט, לֹא נֶהֱנִין וְלֹא מוֹעֲלִין. וְאִי בָּתַר אִילָן אָזְלִינַן, אַמַּאי לֹא מוֹעֲלִין?

The Gemara asks: Rather, what will you say, that we follow the tree? If so, say the last clause of that mishna: If roots of a tree belonging to the Temple treasury extend into a field of an ordinary person, one may not derive benefit from them, but if one derived benefit from them he is not liable for misuse of consecrated property. But if we follow the tree, why is he not liable for misuse of consecrated property?

[8] Гмара спрашивает: Тогда что ты скажешь — что мы следуем за деревом? Если так, скажи последнюю часть той Мишны: Если корни дерева, принадлежащего храмовой казне, заходят в поле обычного человека, нельзя извлекать из них выгоду; но если кто‑то извлёк из них выгоду, он не несёт ответственности за ме’ила освящённого имущества. Но если мы следуем за деревом, почему он не несёт ответственности за ме’ила освящённого имущества?

מִידֵּי אִירְיָא?! בְּגִידּוּלִין הַבָּאִין לְאַחַר מִכָּאן עָסְקִינַן, וְקָא סָבַר: אֵין מְעִילָה בְּגִידּוּלִין.

The Gemara responds: Are the cases comparable? In both clauses of the mishna we are dealing with growths that came thereafter, i.e., after the tree was consecrated, and the tanna of that mishna holds that with regard to growths that grew from a consecrated plant or tree, they are not subject to the halakhot of misuse of consecrated property. Only the original plant is. Consequently, there is no connection between that mishna and the question of whether roots are considered part of the tree or part of the land.

[9] Гмара отвечает: Разве случаи сопоставимы? В обеих частях Мишны мы имеем дело с приростами, которые выросли потом, то есть после того как дерево было освящено, и тана той Мишны считает, что относительно приростов, выросших из освящённого растения или дерева, к ним не применяются законы ме’ила. Только к самому исходному растению. Следовательно, нет связи между той Мишной и вопросом, считаются ли корни частью дерева или частью земли.

רָבִינָא אָמַר: לָא קַשְׁיָא; כָּאן בְּתוֹךְ שֵׁשׁ עֶשְׂרֵה אַמָּה, כָּאן חוּץ לְשֵׁשׁ עֶשְׂרֵה אַמָּה.

Ravina said that it is not difficult: Here, in the first clause of the mishna in Me’ila, it is referring to within sixteen cubits of the tree. In this case the roots are considered part of the tree. There, in the second clause, it is referring to roots beyond sixteen cubits, in which case the roots are considered part of the ground where they are found.

[10] Равина сказал, что это не трудно: Здесь, в первой части Мишны в Ме’ила, речь идёт о пределах шестнадцати локтей от дерева. В этом случае корни считаются частью дерева. Там, во второй части, речь идёт о корнях за пределами шестнадцати локтей, и в таком случае корни считаются частью земли, где они находятся.

אָמַר עוּלָּא: אִילָן הַסָּמוּךְ לַמֶּצֶר – בְּתוֹךְ שֵׁשׁ עֶשְׂרֵה אַמָּה, גַּזְלָן הוּא – וְאֵין מְבִיאִין מִמֶּנּוּ בִּכּוּרִים.

Ulla said: An individual who maintains a tree that is within sixteen cubits of a boundary is a robber, as it draws nourishment from the neighbor’s land, and one does not bring first fruits from it, since that would be a mitzva that is fulfilled by means of a transgression.

[11] Улла сказал: Человек, который содержит дерево в пределах шестнадцати локтей от границы, — грабитель, поскольку оно тянет питание из земли соседа; и не приносят от него биккурим (первые плоды), поскольку это была бы мицва, исполняемая посредством преступления.

מְנָא לֵיהּ לְעוּלָּא הָא? אִילֵּימָא מִדִּתְנַן: עֶשֶׂר נְטִיעוֹת הַמְפוּזָּרוֹת בְּתוֹךְ בֵּית סְאָה, חוֹרְשִׁין כׇּל בֵּית סְאָה בִּשְׁבִילָן, עַד רֹאשׁ הַשָּׁנָה.

The Gemara asks: From where does Ulla derive that measurement? If we say it is from that which we learned in a mishna (Shevi’it 1:6), this is problematic. That mishna teaches: If there were ten saplings scattered in a beit se’a, one may plow the entire beit se’a for their sake until Rosh HaShana of the Sabbatical Year. Although it is prohibited to plow other land in the time leading into the Sabbatical Year, to avoid the appearance of preparing to work the ground in that year, it is permitted to do so for the purpose of sustaining these young trees.

[12] Гмара спрашивает: Откуда Улла выводит эту меру? Если сказать, что из того, что мы учили в Мишне (Шеви’ит 1:6), это затруднительно. Та Мишна учит: Если было десять саженцев, разбросанных в бейт сеа, можно пахать весь бейт сеа ради них до Рош а-Шана шмитного года. Хотя запрещено пахать другую землю в период, предшествующий шмитному году, чтобы избежать вида подготовки к работе земли в тот год, это дозволено с целью поддержания этих молодых деревьев.

כַּמָּה הָווּ לְהוּ – תְּרֵי אַלְפִין וַחֲמֵשׁ מְאָה גַּרְמִידֵי; לְכׇל חַד וְחַד כַּמָּה מָטֵי לֵיהּ – מָאתַן וְחַמְשִׁין; הָא לָא הָוֵי דְּעוּלָּא!

The Gemara calculates: How much is the area of a beit se’a? It is 2,500 square cubits. And how much area is allocated for each and every one of the ten trees? It is 250 square cubits. This is not the distance that Ulla taught. An area of sixteen cubits to each side of the tree is a square of thirty-two by thirty-two cubits, or 1,024 square cubits, which is much larger than 250.

[13] Гмара подсчитывает: Какова площадь бейт сеа? Это 2500 квадратных локтей. И какая площадь приходится на каждое из десяти деревьев? Это 250 квадратных локтей. Это не то расстояние, которому учил Улла. Площадь в шестнадцать локтей в каждую сторону от дерева — это квадрат тридцать два на тридцать два локтя, то есть 1024 квадратных локтя, что значительно больше 250.

וְאֶלָּא מִדִּתְנַן: שְׁלֹשָׁה אִילָנוֹת שֶׁל שְׁלֹשָׁה בְּנֵי אָדָם – הֲרֵי אֵלּוּ מִצְטָרְפִין, וְחוֹרְשִׁין כׇּל

But rather, Ulla derived this measurement from that which we learned in the following mishna (Shevi’it 1:5): If there were three large trees belonging to three different people in one beit se’a, these trees combine, and one may plow the entire

[14] Но скорее Улла вывел эту меру из того, что мы учили в следующей Мишне (Шеви’ит 1:5): Если было три больших дерева, принадлежащих трём разным людям, в одном бейт сеа, эти деревья объединяются, и можно пахать весь

דף 26

Display Settings

Bookmarks