Bava Kamma 35a — Talmud Bavli — Tractate Bava Kamma

אַף הוּא נָמֵי דְּלָא קָבָעֵי לֵיהּ; וְקָתָנֵי: פָּטוּר – מִפְּנֵי שֶׁהוּא נִדּוֹן בְּנַפְשׁוֹ!

so too, in the case where he set the fire, it is presumably a case where he does not need the ashes. And nevertheless, the mishna teaches that he is exempt because he is sentenced to death. Apparently, one who lights a fire on Shabbat is liable even if he does not need the ashes, contrary to the opinion of Rabbi Yoḥanan.

так и в случае, когда он поджёг, по-видимому, это случай, когда ему не нужен пепел. И тем не менее Мишна учит, что он освобождён, потому что приговорён к смерти. Очевидно, тот, кто зажигает огонь в Шаббат, виновен, даже если ему не нужен пепел, вопреки мнению Рабби Йоханана.

לֹא; שׁוֹרוֹ דּוּמְיָא דִידֵיהּ – מָה הוּא דְּקָבָעֵי לֵיהּ, אַף שׁוֹרוֹ דְּקָבָעֵי לֵיהּ.

The Gemara rejects this proof: No, the comparison is the other way around; the case where his ox set the fire is similar to the case where he set the fire. Just as the case where he is liable for lighting a fire on Shabbat is one where he needs the ashes, so too, the case of his ox setting fire to the haystack is one where it needs the ashes.

Гмара отвергает это доказательство: нет, сравнение наоборот; случай, когда его бык поджёг, подобен случаю, когда он поджёг. Как случай, когда он обязан за разжигание огня в Шаббат, — это тот, где ему нужен пепел, так и случай поджога стога его быком — это тот, где ему нужен пепел.

שׁוֹרוֹ הֵיכִי מַשְׁכַּחַתְּ לַהּ? אֲמַר לֵיהּ רַב אַוְיָא: הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן – בְּשׁוֹר פִּקֵּחַ שֶׁעָלְתָה לוֹ נְשִׁיכָה בְּגַבּוֹ, וְקָא בָּעֵי לְמִקְלְיֵיהּ וְאִיגַּנְדַּר בְּקִוטְמָא.

The Gemara asks: In the case where his ox set the fire, how can you find these circumstances, where it did so because it needed the ashes? Rav Avya said to him: Here we are dealing with an intelligent ox that was bitten on its back and wants to burn down the haystack and then roll around [iggandar] in the ashes in order to heal the bite.

Гмара спрашивает: в случае, когда его Шор разжёг огонь, как можно найти такие обстоятельства, что он сделал это потому, что ему нужна зола? Рав Авья сказал ему: здесь мы имеем дело с умным быком, которого укусили в спину, и он хочет сжечь стог сена, а затем кататься [iggandar] в золе, чтобы вылечить укус.

וּמְנָא יָדְעִינַן? דִּלְבָתַר דְּקַלְיֵיהּ קָמִגַּנְדַּר בְּקִוטְמָא.

The Gemara asks: And from where do we know that this is the reason that it set the fire? The Gemara answers: Because after the ox burned the haystack, it was rolling around in the ashes.

Гмара спрашивает: а откуда мы знаем, что именно это было причиной того, что он разжёг огонь? Гмара отвечает: потому что после того как бык сжёг стог сена, он катался в золе.

וּמִי אִיכָּא כִּי הַאי גַוְונָא? אִין; דְּהָהוּא תּוֹרָא דַּהֲוָה בֵּי רַב פָּפָּא דַּהֲוָה כָּיְבִין לֵיהּ חִינְכֵיהּ, עָיֵיל וּפַתְקֵיהּ לְנָזְיָיתָא, וְשָׁתֵי שִׁיכְרָא וְאִיתַּסִּי.

The Gemara asks: And is there really a case like this? The Gemara answers: Yes, as a certain ox that was at the house of Rav Pappa had a toothache. It went inside, and broke the lid of a utensil, and drank the liquor inside and was cured. Evidently there are oxen with this level of intelligence.

Гмара спрашивает: и разве действительно бывает такой случай? Гмара отвечает: да, как в случае с неким быком, который был в доме Рав Паппы и у которого болел зуб. Он вошёл внутрь, разбил крышку сосуда, выпил находившийся внутри алкогольный напиток и выздоровел. Очевидно, бывают быки с таким уровнем сообразительности.

אֲמַרוּ רַבָּנַן קַמֵּיהּ דְּרַב פָּפָּא: מִי מָצֵית אָמְרַתְּ שׁוֹרוֹ דּוּמְיָא דִידֵיהּ?! וְהָא קָתָנֵי: שׁוֹרוֹ שֶׁבִּיֵּישׁ – פָּטוּר, וְהוּא שֶׁבִּיֵּישׁ – חַיָּיב. שׁוֹרוֹ דּוּמְיָא דִידֵיהּ נִתְכַּוֵּון לְבַיֵּישׁ – הֵיכִי מַשְׁכַּחַתְּ לַהּ?

The Sages said before Rav Pappa: How can you say that the case involving his ox is similar to the case involving him? But doesn’t the mishna teach: If his ox caused a person humiliation, he is exempt, but if he humiliated someone, he is liable? If the case of his ox is understood to be similar to the case involving him, how can you find a case where the ox intended to humiliate the person? One is liable for humiliating someone only when he intends to do so, and an ox never has intention to humiliate.

Мудрецы сказали перед Рав Паппой: как ты можешь сказать, что случай с его быком подобен случаю с ним самим? Но разве Мишна не учит: если его бык причинил человеку унижение, он освобождён, а если он сам унизил кого-то, он обязан? Если понимать случай с его быком как подобный случаю с ним, как можно найти случай, где бык намеревался унизить человека? Ведь за унижение отвечают только когда есть намерение унизить, а у быка никогда нет намерения унизить.

כְּגוֹן שֶׁנִּתְכַּוֵּון לְהַזִּיק. דְּאָמַר מָר: נִתְכַּוֵּון לְהַזִּיק – אַף עַל פִּי שֶׁלֹּא נִתְכַּוֵּון לְבַיֵּישׁ.

The Gemara answers: It is a case where the ox intended to cause injury. If it was the action of a person, he would be liable for the humiliation he caused as well, as the Master said: In a case where a person intended to cause injury, he is liable for humiliation even if he did not intend to humiliate his victim.

Гмара отвечает: это случай, когда бык намеревался причинить телесное повреждение. Если бы это было действием человека, он был бы обязан и за причинённый стыд (бошет) также, как сказал Учитель: в случае, когда человек намеревался причинить телесное повреждение, он обязан за бошет, даже если не намеревался унизить пострадавшего.

רָבָא אָמַר: מַתְנִיתִין בְּשׁוֹגֵג,

Rava said a different solution with regard to the difficulty that the mishna poses to the opinion of Rabbi Yoḥanan: The mishna is referring to a case where one lit a fire on Shabbat unintentionally. Although he is not liable to receive the death penalty, nevertheless, since he performed a prohibited action that would carry the death penalty were it to be performed deliberately, he is still exempt from monetary restitution.

Рава сказал другое решение относительно трудности, которую Мишна создаёт для мнения Рабби Йоханана: Мишна говорит о случае, когда кто-то зажёг огонь в Шаббат по неосторожности. Хотя он не подлежит смертной казни, тем не менее, поскольку он совершил запрещённое действие, которое в случае умысла влекло бы смертную казнь, он всё равно освобождён от денежной компенсации.

וְכִדְתָנָא דְּבֵי חִזְקִיָּה – דְּתָנָא דְּבֵי חִזְקִיָּה: מַכֵּה אָדָם וּמַכֵּה בְּהֵמָה;

The Gemara explains: This is in accordance with what the school of Ḥizkiyya taught, as the school of Ḥizkiyya taught: The verse states: “And he who kills an animal shall pay for it, and he who kills a man shall be put to death” (Leviticus 24:21), indicating that one who kills a man and one who kills an animal are comparable.

Гмара объясняет: это соответствует тому, что учила школа Хизкия, поскольку школа Хизкия учила: в стихе сказано: «И убивший скотину должен заплатить за неё, а убивший человека должен быть предан смерти» (Ваикра 24:21), что указывает, что убивший человека и убивший животное сопоставляются.

מָה מַכֵּה בְּהֵמָה – לֹא חִלַּקְתָּ בָּהּ בֵּין שׁוֹגֵג בֵּין מֵזִיד, בֵּין מִתְכַּוֵּון לְשֶׁאֵין מִתְכַּוֵּון, בֵּין דֶּרֶךְ יְרִידָה לְדֶרֶךְ עֲלִיָּיה, לְפוֹטְרוֹ מָמוֹן אֶלָּא לְחַיְּיבוֹ מָמוֹן; אַף מַכֵּה אָדָם – לֹא תַּחְלוֹק בּוֹ בֵּין שׁוֹגֵג לְמֵזִיד, בֵּין מִתְכַּוֵּון לְשֶׁאֵין מִתְכַּוֵּון, בֵּין דֶּרֶךְ יְרִידָה לְדֶרֶךְ עֲלִיָּיה, לְחַיְּיבוֹ מָמוֹן אֶלָּא לְפוֹטְרוֹ מָמוֹן.

This teaches that just as with regard to one who kills an animal, the Torah did not differentiate between whether he does so unintentionally or whether he does so intentionally, whether advertently or inadvertently, whether by way of descent or by way of ascent, and this was not to exempt him from paying monetary restitution in all these cases but rather to render him liable to pay monetary restitution, as one who kills an animal is liable in any event, similarly, with regard to one who kills a man, do not differentiate between whether he does so intentionally or unintentionally, whether advertently or inadvertently, whether by way of descent or by way of ascent, and this was not to render him liable to pay monetary restitution for the damage he causes in the process of killing him, but rather to exempt him from paying monetary restitution in any event. It is derived from here that one who commits a transgression carrying the death penalty is exempt from paying damages for his action, even if he is not in practice given the death penalty.

Это учит, что так же, как относительно убившего животное Тора не различила, сделал ли он это по неосторожности или намеренно, сознательно или неосознанно, путём спуска или путём подъёма, и это было не для того, чтобы освободить его от денежной компенсации во всех этих случаях, а напротив — чтобы обязать его к денежной компенсации, ибо убивший животное обязан в любом случае; так же и относительно убившего человека — не различай, сделал ли он это намеренно или по неосторожности, сознательно или неосознанно, путём спуска или путём подъёма, и это было не для того, чтобы обязать его денежной компенсацией за ущерб, причинённый в процессе убийства, а напротив — чтобы освободить его от денежной компенсации в любом случае. Отсюда выводится, что тот, кто совершает преступление, влекущее смертную казнь, освобождён от уплаты ущерба за своё действие, даже если на практике ему не назначают смертную казнь.

אֲמַרוּ לֵיהּ רַבָּנַן לְרָבָא: מִי מָצֵית מוֹקְמַתְּ לַהּ בְּשׁוֹגֵג? וְהָא ״מִפְּנֵי שֶׁנִּדּוֹן בְּנַפְשׁוֹ״ קָתָנֵי!

The Sages said to Rava: Can you really interpret the mishna as referring to a case where the transgression was unintentional? But doesn’t it teach that the transgressor is exempt because he is sentenced to death, which is only the case if the transgression was intentional?

Мудрецы сказали Раве: разве можно действительно истолковать Мишну как говорящую о случае неумышленного преступления? Но ведь там учат, что нарушитель освобождён, потому что он приговорён к смерти, а это бывает только если преступление было совершено умышленно?

הָכִי קָאָמַר: כֵּיוָן דִּבְמֵזִיד נִדּוֹן בְּנַפְשׁוֹ, וְהֵיכִי דָּמֵי – דְּקָא בָּעֵי לְאֶפְרוֹ; הַשְׁתָּא בְּשׁוֹגֵג – פָּטוּר.

Rava answered that this is what the mishna is saying: He is exempt, since when this action is performed intentionally, the transgressor is liable to be sentenced to death. And what are the circumstances in which one is liable to receive the death penalty for deliberately lighting a fire on Shabbat? It is a case where he needs the ashes. Therefore, even now, when the transgression was unintentional, he is exempt from paying damages.

Рава ответил, что вот что говорит Мишна: он освобождён, поскольку когда это действие совершается умышленно, нарушитель подлежит смертной казни. А каковы обстоятельства, при которых подлежит смертной казни тот, кто намеренно зажигает огонь в Шаббат? Это случай, когда ему нужна зола. Поэтому и теперь, когда нарушение было неумышленным, он освобождён от уплаты ущерба.

מַתְנִי׳ שׁוֹר שֶׁהָיָה רוֹדֵף אַחַר שׁוֹר אַחֵר, וְהוּזַּק; זֶה אוֹמֵר: ״שׁוֹרְךָ הִזִּיק״, וְזֶה אוֹמֵר: ״לֹא כִי, אֶלָּא בְּסֶלַע לָקָה״ – הַמּוֹצִיא מֵחֲבֵירוֹ עָלָיו הָרְאָיָה.

MISHNA: With regard to an ox that was pursuing another ox, and the ox being pursued became injured, but there are no witnesses as to how it was injured, and this one, the owner of the injured ox, says to the owner of the pursuing ox: Your ox injured my ox, and you are liable to pay me damages, and that one, the owner of the pursuing ox, says in response: No; rather, it was hurt by a rock, and I am not liable, then in this case, the burden of proof rests upon the claimant. As long as the owner of the injured ox cannot prove that the injury was inflicted by the pursuing ox, the owner of the pursuing ox is not liable.

МИШНА: Относительно Шор, который преследовал другого Шор, и преследуемый Шор получил повреждение, но нет свидетелей того, как он был повреждён, и этот — владелец повреждённого быка — говорит владельцу преследующего быка: твой бык повредил моего быка, и ты обязан заплатить мне Незек (ущерб), а тот — владелец преследующего быка — отвечает: нет; напротив, он был повреждён камнем, и я не обязан, — в таком случае бремя доказательства лежит на истце. Пока владелец повреждённого быка не может доказать, что повреждение нанесено преследующим быком, владелец преследующего быка не обязан.

הָיוּ שְׁנַיִם רוֹדְפִים אַחַר אֶחָד, זֶה אוֹמֵר: ״שׁוֹרְךָ הִזִּיק״, וְזֶה אוֹמֵר: ״שׁוֹרְךָ הִזִּיק״ –

In a case where two oxen, belonging to two different owners, were pursuing one ox belonging to a third person, and that ox was injured by one of the pursuing oxen, and this one, the owner of one of the pursuing oxen, says to the owner of the other: It was your ox that caused the injury, and that one, the owner of the other pursuing ox, says: No, it was your ox that caused the injury,

В случае, когда два быка, принадлежащие двум разным владельцам, преследовали одного быка, принадлежащего третьему лицу, и тот бык был повреждён одним из преследующих быков, и этот — владелец одного из преследующих быков — говорит владельцу другого: это твой бык причинил повреждение, а тот — владелец другого преследующего быка — говорит: нет, это твой бык причинил повреждение,

דף 35

Display Settings

Bookmarks