Bava Kamma 39b — Talmud Bavli — Tractate Bava Kamma

מִמַּנְעִי וְלָא עָבְדִי. רַבִּי יוֹסֵי בַּר חֲנִינָא אָמַר מֵעֲלִיַּית אַפּוֹטְרוֹפּוֹס – וְחוֹזְרִין וְנִפְרָעִין מִן הַיְּתוֹמִים לְכִי גָדְלִי.

people will refrain from becoming stewards, fearing that they would incur a financial loss by having to pay for damage caused by the orphans’ animals. By contrast, Rabbi Yosei bar Ḥanina says that it is collected from the superior-quality property of the steward, and there is no concern that people will refrain from becoming stewards, because if they pay for the orphans they are subsequently repaid by the orphans when they grow up.

люди будут избегать становиться попечителями, опасаясь, что понесут финансовый ущерб, будучи вынуждены платить за ущерб, причинённый животными сирот. Напротив, Рабби Йосей бар Ханина говорит, что взыскивается из имущества высшего качества попечителя, и нет опасения, что люди будут избегать становиться попечителями, потому что если они платят за сирот, то впоследствии им возмещают сироты, когда вырастают.

וּ״מַעֲמִידִים לָהֶן אַפּוֹטְרוֹפִּין לְתָם לִגְבּוֹת מִגּוּפוֹ״ – תַּנָּאֵי הִיא,

The Gemara notes: And the matter of whether or not the court appoints stewards for the halakhically incompetent owners of an innocuous ox for the purpose of collecting damages from the sale of its body if it gores is subject to a dispute between tanna’im.

Гмара отмечает: И вопрос о том, назначает ли или нет Бейт Дин попечителей для галахически недееспособных владельцев быка-там с целью взыскания ущерба из продажи его тела, если он забодает, является предметом спора между танаим.

דְּתַנְיָא: שׁוֹר שֶׁנִּתְחָרְשׁוּ בְּעָלָיו, וְשֶׁנִּשְׁתַּטּוּ בְּעָלָיו, וְשֶׁהָלְכוּ בְּעָלָיו לִמְדִינַת הַיָּם – יְהוּדָה בֶּן נְקוֹסָא אָמַר סוֹמְכוֹס: הֲרֵי הוּא בְּתַמּוּתוֹ עַד שֶׁיָּעִידוּ בּוֹ בִּפְנֵי הַבְּעָלִים. וַחֲכָמִים אוֹמְרִים: מַעֲמִידִין לָהֶן אַפּוֹטְרוֹפִּין, וּמְעִידִין בָּהֶן בִּפְנֵי אַפּוֹטְרוֹפִּין.

As it is taught in a baraita: With regard to an ox whose owner became a deaf-mute, or whose owner became an imbecile, or whose owner went overseas, if the ox gores, Yehuda ben Nakosa said that Sumakhos said: It retains its status of innocuousness until the court renders it forewarned in the presence of the owner. And the Rabbis say: The court appoints stewards for them, and the ox is rendered forewarned in the presence of the stewards.

Как учат в Барайта: Относительно быка, владелец которого стал глухонемым, или владелец которого стал умалишённым, или владелец которого уехал за море: если бык забодает, Йеуда бен Накоса сказал, что Сумакхос сказал: Он сохраняет свой статус там до тех пор, пока Бейт Дин не объявит его муад в присутствии владельца. А Мудрецы говорят: Бейт Дин назначает им попечителей, и бык объявляется муад в присутствии попечителей.

נִתְפַּקֵּחַ הַחֵרֵשׁ, נִשְׁתַּפָּה הַשּׁוֹטֶה וְהִגְדִּיל הַקָּטָן – וּבָאוּ בְּעָלָיו מִמְּדִינַת הַיָּם, יְהוּדָה בֶּן נְקוֹסָא אָמַר סוֹמְכוֹס: חָזַר לְתַמּוּתוֹ, עַד שֶׁיָּעִידוּ בּוֹ בִּפְנֵי בְעָלִים. רַבִּי יוֹסֵי אָמַר: הֲרֵי הוּא בְּחֶזְקָתוֹ.

If the deaf-mute regained his hearing, or the imbecile became halakhically competent, or the minor reached majority, or its owner came back from overseas, Yehuda ben Nakosa said that Sumakhos said: The ox has reverted to its previous status of innocuousness, until it is rendered forewarned in the presence of the owner. Rabbi Yosei said: The ox retains its status of being forewarned.

Если глухонемой вновь обрёл слух, или умалишённый стал галахически дееспособным, или малолетний достиг совершеннолетия, или его владелец вернулся из-за моря, Йеуда бен Накоса сказал, что Сумакхос сказал: Бык вернулся к своему прежнему статусу там, пока он не будет объявлен муад в присутствии владельца. Рабби Йосей сказал: Бык сохраняет свой статус муад.

אֲמַרוּ: מַאי ״הֲרֵי הוּא בְּתַמּוּתוֹ״ דְּקָאָמַר סוֹמְכוֹס? אִילֵּימָא דְּלָא מִיַּיעַד כְּלָל – הָא מִדְּקָתָנֵי סֵיפָא ״חָזַר לְתַמּוּתוֹ״, מִכְּלָל דְּאִיַּיעַד!

The Sages said: What did Sumakhos mean by saying that it retains its status of innocuousness? If we say that he meant that it is not rendered forewarned at all, and is still considered innocuous, from the fact that Sumakhos himself teaches in the latter clause of the baraita that the ox has reverted to its previous status of innocuousness, it is clear by inference that previously it was rendered forewarned.

Мудрецы сказали: Что имел в виду Сумакхос, говоря, что он сохраняет свой статус там? Если скажем, что он имел в виду, что он вовсе не объявляется муад и по-прежнему считается там, то из того, что сам Сумакхос учит в последней части Барайта, что бык вернулся к своему прежнему статусу там, ясно по выводу, что ранее он был объявлен муад.

אֶלָּא מַאי ״הֲרֵי הוּא בְּתַמּוּתוֹ״ – הֲרֵי הוּא בִּתְמִימוּתוֹ, דְּלָא מְחַסְּרִינַן לֵיהּ. אַלְמָא אֵין מַעֲמִידִין אַפּוֹטְרוֹפּוֹס לְתָם לִגְבּוֹת מִגּוּפוֹ. וַחֲכָמִים אוֹמְרִים: מַעֲמִידִין לָהֶן אַפּוֹטְרוֹפּוֹס, וּמְעִידִין לָהֶן בִּפְנֵי אַפּוֹטְרוֹפּוֹס – אַלְמָא מַעֲמִידִין אַפּוֹטְרוֹפּוֹס לְתָם לִגְבּוֹת מִגּוּפוֹ.

Rather, what did Sumakhos mean by saying that it retains its status of innocuousness [betammuto]? He meant that it retains its completeness [bitmimuto], as we do not reduce its owner’s share of it by collecting compensation from the sale of its body. Rather, the injured party must wait until the owner becomes competent or returns. Apparently, the court does not appoint a steward for the owner of an innocuous ox to enable the injured party to collect damages from its body. And the Rabbis, who disagree with Sumakhos, say that the court appoints a steward for the owner and renders the ox forewarned in the presence of the steward. Apparently, they hold that the court does appoint a steward for the owner of an innocuous ox to enable the injured party to collect damages from its body.

Скорее, что имел в виду Сумакхос, говоря, что он сохраняет свой статус там [betammuto]? Он имел в виду, что он сохраняет свою целостность [bitmimuto], поскольку мы не уменьшаем долю владельца в нём, взыскивая компенсацию из продажи его тела. Напротив, пострадавший должен ждать, пока владелец не станет дееспособным или не вернётся. Очевидно, Бейт Дин не назначает попечителя владельцу быка-там, чтобы дать возможность пострадавшему взыскать ущерб из его тела. А Мудрецы, которые спорят с Сумакхосом, говорят, что Бейт Дин назначает попечителя владельцу и объявляет быка муад в присутствии попечителя. Очевидно, они считают, что Бейт Дин назначает попечителя владельцу быка-там, чтобы дать возможность пострадавшему взыскать ущерб из его тела.

וְסֵיפָא בְּמַאי קָמִיפַּלְגִי? רְשׁוּת מְשַׁנָּה אִיכָּא בֵּינַיְיהוּ – סוֹמְכוֹס סָבַר: רְשׁוּת מְשַׁנָּה, וְרַבִּי יוֹסֵי סָבַר: רְשׁוּת אֵינָהּ מְשַׁנָּה.

The Gemara asks: And in the latter clause of the baraita, with regard to what principle do they disagree? The Gemara answers: The difference between them is with regard to whether a change of custody changes the status of the ox. Sumakhos holds that a change of custody changes the status of the ox, whereas Rabbi Yosei holds that a change of custody does not change it; rather, it is determined by the actions of the ox itself, regardless of its custody.

Гмара спрашивает: А в последней части Барайта — относительно какого принципа они спорят? Гмара отвечает: Различие между ними — в том, меняет ли смена опеки статус быка. Сумакхос считает, что смена опеки меняет статус быка, тогда как Рабби Йосей считает, что смена опеки его не меняет; напротив, он определяется действиями самого быка, независимо от его опеки.

תָּנוּ רַבָּנַן: שׁוֹר חֵרֵשׁ שׁוֹטֶה וְקָטָן שֶׁנָּגַח – רַבִּי יַעֲקֹב מְשַׁלֵּם חֲצִי נֶזֶק.

§ The Sages taught in a baraita: With regard to an ox that gored that belonged to a deaf-mute, an imbecile, or a minor, Rabbi Ya’akov pays half the cost of the damage.

§ Мудрецы учили в Барайта: Относительно быка, который забодал и принадлежал глухонемому, умалишённому или малолетнему, Рабби Яаков платит половину стоимости ущерба.

רַבִּי יַעֲקֹב מַאי עֲבִידְתֵּיהּ? אֶלָּא אֵימָא, רַבִּי יַעֲקֹב אוֹמֵר: מְשַׁלֵּם חֲצִי נֶזֶק.

The Gemara asks: What did Rabbi Ya’akov do that he should pay for the damage? Rather, emend the baraita and say: Rabbi Ya’akov says that he pays half the cost of the damage.

Гмара спрашивает: Что сделал Рабби Яаков, чтобы он платил за ущерб? Скорее, исправьте Барайта и скажите: Рабби Яаков говорит, что он платит половину стоимости ущерба.

בְּמַאי עָסְקִינַן? אִי בְּתָם – פְּשִׁיטָא, דְּכוּלֵּי עָלְמָא נָמֵי חֲצִי נֶזֶק הוּא דִּמְשַׁלֵּם! וְאִי בְּמוּעָד, אִי דְּעָבְדִי לֵיהּ שְׁמִירָה – כְּלָל כְּלָל לָא בָּעֵי לְשַׁלּוֹמֵי, וְאִי דְּלָא עָבְדִי לֵיהּ שְׁמִירָה – כּוּלֵּיהּ נֶזֶק בָּעֵי שַׁלּוֹמֵי!

The Gemara asks: With what are we dealing? If it is with regard to an innocuous ox, isn’t this obvious? Everyone else also holds that one pays half the cost of the damage caused by their ox that gored, so what is the novel element of Rabbi Ya’akov’s statement? And if it is with regard to a forewarned ox it is unclear why the owner pays half the cost of the damage, as if it is a case where he provided adequate safeguarding for it he is not required to pay at all, and if it is a case where he did not provide adequate safeguarding for it he is required to pay the entire cost of the damage.

Гмара спрашивает: О чём идёт речь? Если речь о Шор Там, разве это не очевидно? Все остальные тоже считают, что платят половину ущерба, причинённого их быком, который боднул; так в чём новизна высказывания Рабби Я’акова? А если речь о Шор Муад, непонятно, почему владелец платит половину ущерба: ведь если это случай, когда он обеспечил ему надлежащее охранение, он вовсе не обязан платить, а если это случай, когда он не обеспечил ему надлежащее охранение, он обязан платить весь ущерб полностью.

אָמַר רָבָא: לְעוֹלָם בְּמוּעָד, וְהָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן – דְּעָבְדִי שְׁמִירָה פְּחוּתָה, וְלָא עָבְדִי לֵיהּ שְׁמִירָה מְעוּלָּה.

Rava said: Actually, Rabbi Ya’akov stated his ruling with regard to a forewarned ox, and here we are dealing with a case where he provided reduced safeguarding and did not provide superior safeguarding for it.

Рава сказал: На самом деле, Рабби Я’аков высказал своё постановление относительно Шор Муад, и здесь мы имеем дело со случаем, когда он обеспечил ему уменьшенное охранение и не обеспечил ему превосходного охранения.

וְרַבִּי יַעֲקֹב סָבַר לַהּ כְּרַבִּי יְהוּדָה – דְּאָמַר: צַד תַּמּוּת בִּמְקוֹמָהּ עוֹמֶדֶת; וְסָבַר לַהּ כְּרַבִּי יְהוּדָה – דְּאָמַר: מוּעָד סַגִּי לֵיהּ בִּשְׁמִירָה פְּחוּתָה;

And Rabbi Ya’akov holds in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda, who says that when an ox is rendered forewarned the liability for its element of innocuousness remains in place. In other words, with regard to half of the damages, it is treated like an innocuous ox, and it is treated as a forewarned ox only with regard to the other half of the damages. Therefore, half the cost of the damage is still collected from the proceeds of the sale of its body. And furthermore, with regard to another issue Rabbi Ya’akov holds in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda, who says that although superior safeguarding is necessary for an innocuous ox, reduced safeguarding is sufficient for a forewarned ox. Consequently, one who safeguards his forewarned ox in this manner is exempt from paying the additional half that he would be liable to pay due to the ox’s forewarned status. He is liable with respect to the half that he pays due to its remaining element of innocuousness.

И Рабби Я’аков придерживается мнения Рабби Йеһуды, который говорит, что когда бык становится Муад, ответственность по его аспекту Там остаётся в силе. Иными словами, в отношении половины ущерба он рассматривается как Там, и Муад он считается лишь в отношении другой половины ущерба. Поэтому половина ущерба всё ещё взыскивается из выручки от продажи его тела. И кроме того, по другому вопросу Рабби Я’аков придерживается мнения Рабби Йеһуды, который говорит, что хотя для Там необходимо превосходное охранение, для Муад достаточно уменьшенного охранения. Следовательно, тот, кто охраняет своего Муад таким образом, освобождён от уплаты дополнительной половины, которую он был бы обязан платить из‑за статуса Муад. Он обязателен по той половине, которую платит из‑за сохранившегося аспекта Там.

וְסָבַר לַהּ כְּרַבָּנַן – דְּאָמְרִי: מַעֲמִידִין אַפּוֹטְרוֹפּוֹס לְתָם לִגְבּוֹת מִגּוּפוֹ.

And Rabbi Ya’akov also holds in accordance with the opinion of the Rabbis, who say that the court appoints a steward for the owner of an innocuous ox to enable the injured party to collect damages from its body. Therefore, Rabbi Ya’akov rules that in the case in the baraita, where a forewarned ox owned by a halakhically incompetent person is safeguarded in a reduced fashion, half the cost of the damage must be paid from the proceeds of the sale of its body.

И Рабби Я’аков также придерживается мнения Раббанан, которые говорят, что суд назначает попечителя владельцу быка Там, чтобы дать пострадавшему возможность взыскать ущерб из его тела. Поэтому Рабби Я’аков постановляет, что в случае, описанном в Барайта, где Муад, принадлежащий галахически недееспособному лицу, охраняется уменьшенным образом, половина ущерба должна быть уплачена из выручки от продажи его тела.

אֲמַר לֵיהּ אַבָּיֵי: וְלָא פְּלִיגִי?! וְהָתַנְיָא: שׁוֹר שֶׁל חֵרֵשׁ, שׁוֹטֶה וְקָטָן שֶׁנָּגַח – רַבִּי יְהוּדָה מְחַיֵּיב, וְרַבִּי יַעֲקֹב אוֹמֵר: חֲצִי נֶזֶק הוּא דִּמְשַׁלֵּם! אָמַר רַבָּה בַּר עוּלָּא: מַה שֶּׁמְּחַיֵּיב רַבִּי יְהוּדָה פֵּירֵשׁ רַבִּי יַעֲקֹב.

Abaye said to Rava: But do Rabbi Yehuda and Rabbi Ya’akov not disagree with regard to this matter? But isn’t it taught in a baraita that with regard to an ox of a deaf-mute, an imbecile, or a minor, that gored, Rabbi Yehuda deems the owner liable, and Rabbi Ya’akov says that he pays only half the cost of the damage? Rabba bar Ulla says: There is no disagreement here; Rabbi Ya’akov merely explained what Rabbi Yehuda deems him liable to pay.

Абая сказал Раве: Но разве Рабби Йеһуда и Рабби Я’аков не спорят по этому вопросу? Ведь разве не учат в Барайта, что относительно быка глухонемого, слабоумного или малолетнего, который боднул: Рабби Йеһуда признаёт владельца обязанным, а Рабби Я’аков говорит, что он платит лишь половину ущерба? Рабба бар Улла говорит: Здесь нет разногласия; Рабби Я’аков лишь объяснил, что именно Рабби Йеһуда считает его обязанным платить.

וּלְאַבָּיֵי דְּאָמַר פְּלִיגִי, בְּמַאי פְּלִיגִי?

The Gemara asks: And according to Abaye, who says that Rabbi Ya’akov and Rabbi Yehuda disagree, with regard to what principle do they disagree?

Гмара спрашивает: А по мнению Абая, который говорит, что Рабби Я’аков и Рабби Йеһуда спорят, в отношении какого принципа они спорят?

אָמַר לָךְ: הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן – בְּמוּעָד, וְלָא נַטְרֵיהּ כְּלָל.

The Gemara answers: Abaye could have said to you that here we are dealing with a forewarned ox whose owner did not safeguard it at all and that is consequently liable for the full cost of the damage.

Гмара отвечает: Абая мог бы сказать тебе, что здесь речь о Шор Муад, владелец которого вовсе не охранял его, и потому он обязан за полный ущерб.

רַבִּי יַעֲקֹב סָבַר לַהּ כְּרַבִּי יְהוּדָה בַּחֲדָא, וּפְלִיג עֲלֵיהּ בַּחֲדָא. סָבַר כְּרַבִּי יְהוּדָה בַּחֲדָא – דְּאִילּוּ רַבִּי יְהוּדָה סָבַר: צַד תַּמּוּת בִּמְקוֹמָהּ עוֹמֶדֶת; וּפְלִיג עֲלֵיהּ בַּחֲדָא – דְּאִילּוּ רַבִּי יְהוּדָה סָבַר: מַעֲמִידִין לָהֶן אַפּוֹטְרוֹפּוֹס לְתָם לִגְבּוֹת מִגּוּפוֹ, וְרַבִּי יַעֲקֹב סָבַר: אֵין מַעֲמִידִין, וְלָא מְשַׁלֵּם אֶלָּא פַּלְגָא דְמוּעָד.

And Rabbi Ya’akov holds in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda with regard to one issue and disagrees with him with regard to one issue. He holds in accordance with the opinion of Rabbi Yehuda with regard to one issue, as Rabbi Yehuda holds that when an ox is rendered forewarned its element of innocuousness remains in its place, and Rabbi Ya’akov agrees. And he disagrees with him with regard to one issue, as Rabbi Yehuda holds that the court appoints a steward for the owner of an innocuous ox to enable the injured party to collect damages from its body, whereas Rabbi Ya’akov holds that the court does not appoint a steward. Therefore, the owner is exempt from paying the half for which he would be liable due to the ox’s element of innocuousness, and pays only the half damages he is liable to pay due to its forewarned status.

И Рабби Я’аков придерживается мнения Рабби Йеһуды в одном вопросе и спорит с ним в одном вопросе. Он придерживается мнения Рабби Йеһуды в одном вопросе, поскольку Рабби Йеһуда считает, что когда бык становится Муад, его аспект Там остаётся на месте, и Рабби Я’аков согласен. И он спорит с ним в одном вопросе, поскольку Рабби Йеһуда считает, что суд назначает попечителя владельцу быка Там, чтобы дать пострадавшему возможность взыскать ущерб из его тела, тогда как Рабби Я’аков считает, что суд не назначает попечителя. Поэтому владелец освобождён от уплаты той половины, за которую он был бы обязан из‑за аспекта Там, и платит лишь половину ущерба, за которую он обязан из‑за статуса Муад.

אֲמַר לֵיהּ רַב אַחָא בַּר אַבָּיֵי לְרָבִינָא: בִּשְׁלָמָא לְאַבָּיֵי דְּאָמַר פְּלִיגִי – שַׁפִּיר; אֶלָּא לְרָבָא דְּאָמַר לָא פְּלִיגִי – אַדְּמוֹקֵי לַהּ בְּמוּעָד, נוֹקְמַהּ בְּתָם!

Rav Aḥa bar Abaye said to Ravina: Granted, according to Abaye, who says that they disagree, the explanation works out well. But according to Rava, who says that they do not disagree, instead of interpreting the baraita as referring to a forewarned ox, he should have interpreted it as referring to an innocuous ox.

Рав Аḥа бар Абая сказал Равине: Хорошо, по мнению Абая, который говорит, что они спорят, объяснение получается. Но по мнению Равы, который говорит, что они не спорят, вместо того чтобы толковать Барайта как относящуюся к Муад, он должен был истолковать её как относящуюся к Там.

דף 39

Display Settings

Bookmarks