דף 74
Bava Kamma 74a
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
מִדְּסֵיפָא בְּמֵיפַךְ וַהֲזַמָּה, רֵישָׁא נָמֵי בְּמֵיפַךְ וַהֲזַמָּה.
From the fact that the latter clause of the baraita states a ruling with regard to a case in which the second set of witnesses both reverses the order of events and renders the first pair as conspiring witnesses, it may be inferred that the first case as well, in parallel fashion, states a ruling with regard to a case in which the second set of witnesses both reverses the order of events and renders the first pair as conspiring witnesses.
Из того, что заключительная часть Барайты излагает постановление относительно случая, в котором второй набор свидетелей одновременно и меняет порядок событий, и делает первую пару свидетелями-зомемим, можно вывести, что и первый случай тоже, параллельным образом, излагает постановление относительно случая, в котором второй набор свидетелей одновременно и меняет порядок событий, и делает первую пару свидетелями-зомемим.
דְּקָתָנֵי סֵיפָא: ״מֵעִידַנוּ אֶת אִישׁ פְּלוֹנִי שֶׁהִפִּיל אֶת שֵׁן עַבְדּוֹ, וְסִימֵּא אֶת עֵינוֹ״ – שֶׁהֲרֵי הָעֶבֶד אוֹמֵר כֵּן; וְנִמְצְאוּ זוֹמְמִין – מְשַׁלְּמִין דְּמֵי עַיִן לָרַב.
This is as it teaches in the latter clause of the baraita, that if witnesses say: We testify with regard to so-and-so that he knocked out his Canaanite slave’s tooth and afterward blinded his eye, which requires the master to emancipate him and compensate him for the value of his eye, as that is what the slave says, i.e., this testimony is advantageous to the slave, and subsequently they were found to be conspiring witnesses, they pay the value of an eye to the master.
Это соответствует тому, как учит в заключающей части Барайты: если свидетели говорят: Мы свидетельствуем о таком-то, что он выбил зуб своему кнаанейскому рабу и затем ослепил ему глаз, что требует от господина освободить его и компенсировать ему стоимость его глаза, как и утверждает раб, то есть это свидетельство выгодно рабу; и впоследствии их нашли заговорщическими свидетелями, — они платят господину стоимость глаза.
הֵיכִי דָמֵי? אִי דְּלָא קָא מוֹדוּ לְהוּ בָּתְרָאֵי בְּחַבְלָא כְּלָל, דְּמֵי כּוּלֵּיהּ עֶבֶד לְרַב בָּעֵי שַׁלּוֹמֵי לֵיהּ!
Abaye analyzes this clause of the baraita: What are the circumstances of this case? If it is speaking of a situation where the latter set of witnesses, who attested that the first set of witnesses were conspiring witnesses, do not concede that there was any injury at all inflicted on the slave by his master, then there is no testimony to confirm that those injuries were inflicted other than that given by the witnesses who were shown to be conspiring witnesses. Consequently, they should be required to pay the entire value of the slave to the master, as this is the amount of monetary damage the master stood to incur as a result of their false testimony.
Абайе анализирует эту часть Барайты: каковы обстоятельства этого случая? Если речь идёт о ситуации, когда последняя группа свидетелей, засвидетельствовавшая, что первая группа — заговорщические свидетели, не признаёт, что вообще была нанесена какая-либо травма рабу со стороны его господина, то нет никакого свидетельства, подтверждающего, что эти травмы были нанесены, кроме свидетельства тех свидетелей, которых признали заговорщическими свидетелями. Следовательно, их следовало бы обязать выплатить господину всю стоимость раба, поскольку это — размер денежного ущерба, который господин мог понести в результате их ложного свидетельства.
אֶלָּא פְּשִׁיטָא – דְּקָא מוֹדוּ כּוּלְּהוּ בְּחַבְלָא,
Rather, it is obvious that all of them, i.e., both the first set of witnesses and the latter set, concede with regard to the injury inflicted on the slave by the master. They both agree that the master both blinded the slave’s eye and knocked out his tooth and therefore is obligated to emancipate him. They disagree concerning only the order of events. The first set of witnesses said that the tooth injury occurred first and the eye injury occurred afterward. Consequently, they sought to require the master to emancipate the slave and compensate him for the eye injury.
Однако очевидно, что все они, то есть и первая группа свидетелей, и последняя группа, признают относительно травмы, нанесённой рабу господином. Обе стороны согласны, что господин и ослепил рабу глаз, и выбил ему зуб, и потому обязан освободить его. Они спорят лишь о порядке событий. Первая группа свидетелей сказала, что сначала была травма зуба, а затем была травма глаза. Следовательно, они стремились обязать господина освободить раба и компенсировать ему травму глаза.
(וּדְקָא אָפְכִינַן) [וּדְאַפְכִינְהוּ] וְאַזְּמִינְהוּ.
And the second set of witnesses reversed the order of events in their testimony, saying that the eye injury took place first, and in the same testimony, they rendered the first pair conspiring witnesses, by testifying that they were not present when the events occurred. Since the latter clause of the baraita must be interpreted in this manner, it stands to reason that the first case should be explained similarly.
А вторая группа свидетелей в своём свидетельстве поменяла порядок событий, утверждая, что сначала была травма глаза; и в том же свидетельстве они сделали первую пару заговорщическими свидетелями, засвидетельствовав, что те не присутствовали при происшедших событиях. Поскольку заключающую часть Барайты необходимо толковать таким образом, логично, что и первый случай следует объяснять аналогично.
וְהֵיכִי דָמֵי? אִי דְּקָא מְאַחֲרִי אַחוֹרֵי הָנֵי בָּתְרָאֵי – אַכַּתִּי דְּמֵי עֶבֶד לְרַב בָּעֵי שַׁלּוֹמֵי;
The Gemara analyzes Abaye’s interpretation of the baraita: And what are the circumstances of the case? The second set of witnesses, who are deemed credible, have established that the injuries did not take place on the date reported by the first set of witnesses. According to their testimony, when did the injuries take place? If the latter witnesses postdated the events, by testifying that the injuries were actually inflicted at a later stage than that mentioned by the first set of witnesses, the first set of witnesses should still be required to pay the full value of a slave to the master.
Гмара анализирует толкование Абая Барайты: и каковы обстоятельства случая? Вторая группа свидетелей, которых признают достоверными, установила, что травмы не были нанесены в день, о котором сообщила первая группа свидетелей. Согласно их свидетельству, когда же были нанесены травмы? Если последние свидетели датировали события более поздним временем, свидетельствуя, что травмы фактически были нанесены позже, чем указала первая группа свидетелей, то первую группу свидетелей всё равно следовало бы обязать выплатить господину полную стоимость раба.
דְּכִי מְחַיְּיבִי לֵיהּ לְגַבְרָא – אַכַּתִּי גַּבְרָא לָאו בַּר חִיּוּבָא הוּא! אֶלָּא דְּקָא מְקַדְּמִי קַדּוֹמֵי הָנֵי בָּתְרָאֵי.
The reason the first set of witnesses should be liable is that when they sought to impose liability upon the man, i.e., the master, this man was not yet burdened with any liability. When the first set of witnesses testified about the injuries, the master was not yet obligated to emancipate his slave or pay damages. Therefore, these conspiring witnesses should be required to pay these sums, which they had sought to impose on the master. Rather, it must be that the latter set of witnesses predated the time of the injuries, by testifying that they were inflicted at an earlier date than that attested to by the first set of witnesses.
Причина, по которой первая группа свидетелей должна была бы быть ответственна, состоит в том, что когда они стремились возложить обязанность на этого человека, то есть на господина, этот человек ещё не был обременён какой-либо обязанностью. Когда первая группа свидетелей дала показания о травмах, господин ещё не был обязан ни освобождать своего раба, ни выплачивать ущерб. Поэтому этих заговорщических свидетелей следовало бы обязать выплатить эти суммы, которые они стремились возложить на господина. Следовательно, необходимо, чтобы последняя группа свидетелей датировала события более ранним временем, свидетельствуя, что травмы были нанесены раньше той даты, о которой свидетельствовала первая группа свидетелей.
וְאִי דְּלָא עָמַד בַּדִּין – אַכַּתִּי דְּמֵי כּוּלֵּיהּ עֶבֶד לְרַב בָּעֵי שַׁלּוֹמֵי לֵיהּ, דְּאַכַּתִּי גַּבְרָא לָא מִיחַיַּיב!
The Gemara continues to analyze the case: And if the baraita is referring to a case where the master had not yet stood trial for having injured his slave when the first set of witnesses submitted their testimony, those witnesses should still be required to pay the entire value of the slave to the master, as at the time of their testimony the man, i.e., the master, was not yet liable. The first set of witnesses sought to render the master liable at a time when he was exempt from liability, and therefore they should be obligated to pay him the full value of the slave.
Гмара продолжает анализ случая: и если Барайта говорит о случае, когда господин ещё не предстал перед судом за то, что нанёс травмы своему рабу, когда первая группа свидетелей представила своё свидетельство, то этих свидетелей всё равно следовало бы обязать выплатить господину всю стоимость раба, поскольку во время их свидетельства этот человек, то есть господин, ещё не был обязан. Первая группа свидетелей стремилась сделать господина обязанным в то время, когда он был свободен от обязанности, и потому их следовало бы обязать выплатить ему полную стоимость раба.
אֶלָּא דְּעָמַד בַּדִּין.
Rather, it must be that the master had already stood trial for having inflicted these injuries, and had been sentenced by the court to emancipate the slave for the first injury and pay him for the second injury. Then, the master evaded payment, and was subsequently brought before another court, where witnesses testified that the first court had established liability for knocking out the tooth first and then blinding the slave’s eye. This testimony was subsequently rendered conspiring testimony by a second set of witnesses, who testified both that the first set of witnesses was not at the scene of the first trial and that the results of the trial were actually reversed, i.e., the master’s liability was for blinding the eye first and then for knocking out the tooth. Since the first set of witnesses, who were rendered conspiring witnesses, sought to increase the master’s liability payment from that of the value of a tooth to that of an eye, they must pay the value of an eye to the master.
Следовательно, необходимо, чтобы господин уже предстал перед судом за нанесение этих травм и был приговорён судом освободить раба за первую травму и выплатить ему за вторую травму. Затем господин уклонился от выплаты и впоследствии был приведён перед другой суд, где свидетели засвидетельствовали, что первый суд установил обязанность за то, что сначала выбили зуб, а затем ослепили рабу глаз. Это свидетельство впоследствии было признано заговорщическим свидетельством второй группой свидетелей, которые засвидетельствовали и то, что первая группа свидетелей не была на месте первого судебного разбирательства, и то, что результаты разбирательства были на самом деле обратными, то есть обязанность господина была за то, что он сначала ослепил глаз, а затем выбил зуб. Поскольку первая группа свидетелей, признанная заговорщической, стремилась увеличить выплату господина с стоимости зуба до стоимости глаза, они должны выплатить господину стоимость глаза.
אֲמַר לֵיהּ רַב אַחָא בְּרֵיהּ דְּרַב אִיקָא לְרַב אָשֵׁי: דּוּקְיָא דְרָבָא מֵהֵיכָא? אִילֵּימָא מֵרֵישָׁא, רֵישָׁא מִי קָא מִתַּכְחֲשִׁי מְצִיעָאֵי?
Rava sought to infer from this baraita to his opinion that contradiction of testimony is the start of determining that testimony is conspiring testimony. Rav Aḥa, son of Rav Ika, said to Rav Ashi: From which case in the baraita is the inference of Rava? If we say that his inference is from the first clause, this is difficult. In the case of the first clause, if it involves three sets of witnesses, as claimed by Rava, is the intermediate set of witnesses contradicted and rejected before they are established as conspiring witnesses? The first set of witnesses testified that the eye injury took place after the tooth injury, whereas the intermediate set of witnesses reversed the order. If so, the intermediate set of witnesses sought to lower the master’s payment from the value of an eye to that of a tooth.
Рава стремился вывести из этой Барайты подтверждение своему мнению, что противоречие свидетельству — это начало установления того, что свидетельство является заговорщическим свидетельством. Рав Аха, сын Рав Ики, сказал Рав Аши: из какого случая в Барайты вывод Равы? Если скажем, что его вывод — из первой части, это затруднительно. В случае первой части, если там участвуют три группы свидетелей, как утверждает Рава, отвергается ли промежуточная группа свидетелей как противоречивая прежде, чем её установят как заговорщических свидетелей? Первая группа свидетелей свидетельствовала, что травма глаза произошла после травмы зуба, тогда как промежуточная группа свидетелей поменяла порядок. Если так, промежуточная группа свидетелей стремилась уменьшить выплату господина со стоимости глаза до стоимости зуба.
כֵּיוָן דְּאִי לָא מִתַּזְּמִי – סָהֲדוּתָא כְּווֹתַיְיהוּ קָא קָיְימָא, דְּדִינָא כְּווֹתַיְיהוּ פָּסְקִינַן, דְּיֵשׁ בִּכְלַל מָאתַיִם מָנֶה;
Rav Aḥa continues: Since if the second set of witnesses would not have been rendered conspiring witnesses, the testimony would have been established in accordance with their statement, as the judgment would have been decided in accordance with their testimony. The reason their testimony would have determined the ruling is that one hundred dinars is subsumed within two hundred, i.e., testimony concerning a large sum includes testimony concerning a smaller sum.
Рав Аха продолжает: поскольку если бы вторую группу свидетелей не признали заговорщическими свидетелями, свидетельство было бы установлено в соответствии с их утверждением, так как решение было бы вынесено в соответствии с их свидетельством. Причина, по которой их свидетельство определило бы постановление, в том, что сто динаров включены в двести, то есть свидетельство о большей сумме включает свидетельство о меньшей сумме.
הִלְכָּךְ קַמָּאֵי הוּא דְּקָא מִתַּכְחֲשִׁי, מְצִיעָאֵי לָא מִתַּכְחֲשִׁי מִידֵּי!
Rav Aḥa continues: Therefore, it is the first set of witnesses, who testified that the eye injury occurred last, whose testimony would be considered contradicted and rejected, whereas the testimony of the intermediate set of witnesses would not be considered contradicted at all, as it is accepted in full. If so, this is not a case of witnesses who were rejected due to contradiction and then subsequently rendered conspiring witnesses.
Рав Аха продолжает: следовательно, именно первая группа свидетелей, которые свидетельствовали, что травма глаза была последней, считалась бы противоречимой и отвергнутой, тогда как свидетельство промежуточной группы свидетелей вообще не считалось бы противоречимым, так как оно принимается полностью. Если так, это не случай свидетелей, которых отвергли из‑за противоречия, а затем впоследствии признали заговорщическими свидетелями.
אֲמַר לֵיהּ, רָבָא סָבַר: מִדְּרֵישָׁא בְּשָׁלֹשׁ כִּיתּוֹת – סֵיפָא נָמֵי בְּשָׁלֹשׁ; וְדָיֵיק מִסֵּיפָא –
Rav Ashi said to Rav Aḥa in response: Rava maintains that from the fact that the ruling of the first clause of the baraita is stated with regard to a case involving three sets of witnesses, it is logical to assume that the ruling of the latter clause is also stated with regard to a case involving three sets of witnesses, and Rava infers his ruling from the latter clause.
Рав Аши сказал Рав Ахе в ответ: Рава считает, что из того факта, что постановление первой части Барайты сформулировано относительно случая с тремя группами свидетелей, логично предположить, что постановление заключающей части также сформулировано относительно случая с тремя группами свидетелей, и Рава выводит своё постановление из заключающей части.
כְּגוֹן דְּאָתוּ בֵּי תְרֵי, וְאָמְרִי: ״הִפִּיל אֶת שִׁינּוֹ וְסִימֵּא עֵינוֹ״, וּפַסְקִינֵיהּ לְדִינָא אַפּוּמַּיְיהוּ;
Rava explains that the latter clause is referring to a case where two witnesses, i.e., the ones mentioned in the baraita, come and say: The master knocked out the slave’s tooth and afterward blinded his eye, and the court ruled its judgment in accordance with their statement, obligating the master to emancipate his slave and compensate him for the value of his eye.
Рава объясняет, что заключающая часть относится к случаю, когда два свидетеля, то есть упомянутые в Барайты, приходят и говорят: господин выбил рабу зуб, а затем ослепил ему глаз; и суд вынес решение в соответствии с их утверждением, обязав господина освободить своего раба и компенсировать ему стоимость его глаза.
וְאָתוּ בֵּי תְרֵי אַחֲרִינֵי, וְאָמְרִי: ״סִימֵּא אֶת עֵינוֹ וְהִפִּיל אֶת שִׁינּוֹ״, דְּקָא מַכְחֲשִׁי לְהוּ לְהָנֵי קַמָּאֵי; וְנִמְצְאוּ זוֹמְמִין קַמָּאֵי – מְשַׁלְּמִין דְּמֵי עַיִן לְרַב.
And subsequently two other witnesses, who were not mentioned in the baraita, come and say that the events were reversed: First the master blinded his slave’s eye and then he knocked out his tooth, so that they contradict the testimony of those first witnesses. At this point the master is obligated to emancipate his slave and pay him only the value of his tooth, as this much was required of him according to both sets of witnesses. And then the first pair were found to be conspiring witnesses. Therefore, as the baraita states, the first set of witnesses pays the value of an eye to the master, less the value of a tooth.
А затем приходят два других свидетеля, не упомянутые в Барайты, и говорят, что события были обратными: сначала господин ослепил своему рабу глаз, а затем выбил ему зуб, — так что они противоречат свидетельству тех первых свидетелей. На этом этапе господин обязан освободить своего раба и выплатить ему только стоимость его зуба, поскольку именно это требовалось от него согласно обеим группам свидетелей. А затем первую пару нашли заговорщическими свидетелями. Поэтому, как говорит Барайта, первая группа свидетелей платит господину стоимость глаза за вычетом стоимости зуба.
וְאִי סָלְקָא דַעְתָּךְ הַכְחָשָׁה לָאו תְּחִילַּת הֲזָמָה הִיא, אַמַּאי מְשַׁלְּמִי? הָא אִתַּכְחַשׁוּ לְהוּ מֵעִיקָּרָא! אֶלָּא שְׁמַע מִינַּהּ, הַכְחָשָׁה – תְּחִילַּת הֲזָמָה הִיא.
Rava reaches his conclusion based on the following reasoning: And if it enters your mind that the contradiction of testimony is not the start of determining that testimony is conspiring testimony, and witnesses who were first contradicted and then rendered conspiring witnesses are not punished as conspiring witnesses, why must these witnesses pay? They were already contradicted from the outset, before they were shown to be conspiring witnesses. Rather, conclude from the latter clause of the baraita that the contradiction of testimony is the start of determining that testimony is conspiring testimony.
Рава приходит к своему выводу на основании следующего рассуждения: и если придёт тебе в голову, что противоречие свидетельству не является началом установления того, что свидетельство — заговорщическое свидетельство, и что свидетели, которых сначала опровергли, а затем признали заговорщическими свидетелями, не наказываются как заговорщические свидетели, то почему эти свидетели должны платить? Их уже опровергли изначально, прежде чем было показано, что они заговорщические свидетели. Следовательно, заключи из заключающей части Барайты, что противоречие свидетельству — это начало установления того, что свидетельство является заговорщическим свидетельством.
וְאַבַּיֵּי אָמַר לָךְ: בִּשְׁלָמָא רֵישָׁא – לָא סַגִּי דְּלָא שָׁלֹשׁ כִּיתּוֹת, שֶׁהֲרֵי קָתָנֵי ״הָרַב אוֹמֵר כֵּן״;
And how could Abaye, who disagrees with Rava, refute this proof? He could say to you: Granted, it is impossible to interpret the first clause without the supposition that there are three sets of witnesses involved. The reason is that it is taught with regard to that first clause: As that is what the master says, i.e., this testimony is satisfactory to the master. The only testimony recorded in the baraita is that the master blinded the slave’s eye and then knocked out his tooth. Why would this be considered satisfactory to the master? It must therefore be assumed that this testimony was preceded by another one that was even less advantageous to the master. That testimony confirmed the injuries but placed the eye injury after the tooth injury, which involves greater liability for the master. Finally, a third set of witnesses must have arrived and rendered the intermediate set as conspiring witnesses, so that there are a total of three sets of witnesses.
[1] И как Абайе, который спорит с Равой, мог бы опровергнуть это доказательство? Он мог бы сказать тебе так: Согласен, невозможно истолковать первую часть без предположения, что задействованы три группы свидетелей. Причина в том, что относительно той первой части преподаётся: Как это и говорит мастер, то есть это свидетельство является удовлетворительным для мастера. Единственное свидетельство, зафиксированное в Барайта, таково: мастер ослепил рабу глаз, а затем выбил ему зуб. Почему это считалось бы удовлетворительным для мастера? Следовательно, необходимо предположить, что этому свидетельству предшествовало другое, ещё менее выгодное для мастера. То свидетельство подтверждало повреждения, но ставило повреждение глаза после повреждения зуба, а это влечёт большую ответственность для мастера. Наконец, должна была прийти третья группа свидетелей и объявить промежуточную группу замим (свидетелями-зомемим), так что всего имеется три группы свидетелей.
אֶלָּא סֵיפָא – לְמָה לִי שָׁלֹשׁ כִּיתּוֹת? ״שֶׁהֲרֵי הָעֶבֶד אוֹמֵר כֵּן״?!
But with regard to the latter clause, why do I need to explain it as referring to three sets of witnesses? If you say that it is because the baraita states concerning this case: As that is what the slave says, i.e., this testimony is satisfactory to the slave, this does not prove that there is another testimony, not mentioned in the baraita, that is less favorable to the slave than this one.
[2] Но относительно последней части, зачем мне нужно объяснять её как относящуюся к трём группам свидетелей? Если ты скажешь, что это потому, что Барайта говорит об этом случае: Как это и говорит раб, то есть это свидетельство удовлетворительно для раба, — это не доказывает, что существует другое свидетельство, не упомянутое в Барайта, которое менее благоприятно для раба, чем это.
עֶבֶד – כֹּל דְּהוּ מֵימָר אָמַר, דְּנִיחָא לֵיהּ דְּנִיפּוֹק לְחֵירוּת.
The reason is that a slave would say anything, i.e., any form of testimony would be favorable to him, as it is satisfactory for him that he should be emancipated. The court’s acceptance of testimony confirming either order of events would result in his emancipation from slavery, and therefore both testimonies are satisfactory to him. Although there is a compelling reason to posit the existence of three sets of witnesses in the first clause, there is no justification to do so in the second clause, and therefore it should be explained as did Abaye, as discussing only two sets of witnesses.
[3] Причина в том, что раб сказал бы что угодно, то есть любая форма свидетельства была бы для него благоприятной, поскольку ему достаточно того, чтобы его отпустили на свободу. Принятие судом свидетельства, подтверждающего любой порядок событий, приведёт к его освобождению из рабства, и поэтому оба свидетельства удовлетворительны для него. Хотя есть веская причина предполагать существование трёх групп свидетелей в первой части, нет оправдания делать это во второй части, и поэтому её следует объяснить, как сделал Абайе, — как обсуждающую только две группы свидетелей.
מַתְקֵיף לַהּ רַבִּי זֵירָא, אֵימָא: סִימֵּא אֶת עֵינוֹ –
Rabbi Zeira objects to the basic assumption of the baraita that when a master inflicts two injuries upon his Canaanite slave he must indemnify the slave for the second injury. One can say instead that if the master blinded his slave’s eye,
[4] Рабби Зейра возражает базовому предположению Барайта, что когда хозяин наносит своему кнаанейскому рабу два увечья, он должен возместить рабу за второе увечье. Вместо этого можно сказать, что если хозяин ослепил рабу глаз,