Bava Kamma 80b — Talmud Bavli — Tractate Bava Kamma

שְׁמוּאֵל לָא עָיֵיל קַמֵּיהּ דְּרַב אַסִּי, רַב אַסִּי לָא עָיֵיל קַמֵּיהּ דְּרַב. אָמְרִי: מַאן נִתָּרַח? נִתָּרַח שְׁמוּאֵל וְנֵיתֵי רַב וְרַב אַסִּי.

Shmuel would not enter before Rav Asi, as he considered Rav Asi to be greater than he; and Rav Asi would not enter before Rav, as Rav was his teacher. They said: Which of us should stay behind and let the other two come in before him? They decided: Let Shmuel stay behind, and let Rav and Rav Asi come inside in that order. Afterward, Shmuel himself would enter.

[5] Шмуэль не входил прежде Рав Аси, так как считал Рав Аси более великим, чем он; а Рав Аси не входил прежде Рава, поскольку Рав был его учителем. Они сказали: кто из нас должен остаться снаружи и позволить двум другим войти перед ним? Они решили: пусть Шмуэль останется, а Рав и Рав Аси войдут внутрь в таком порядке. Затем Шмуэль сам войдёт.

וְנִתָּרַח רַב אוֹ רַב אַסִּי! רַב – מִילְּתָא בְּעָלְמָא הוּא דַּעֲבַד לֵיהּ לִשְׁמוּאֵל; מִשּׁוּם הָהוּא מַעֲשֶׂה דְּלַטְיֵיהּ, אַדְבְּרֵיהּ רַב עֲלֵיהּ.

The Gemara asks: And why didn’t they decide to let Rav or Rav Asi stay behind? The Gemara explains: It was a mere gesture that Rav performed for Shmuel in initially stating that Shmuel should precede him, as Rav did not really feel that Shmuel was superior to him. Rather, on account of that incident in which he inadvertently cursed Shmuel, Rav took upon himself to treat Shmuel with deference.

[6] Гмара спрашивает: и почему они не решили, чтобы остался Рав или Рав Аси? Гмара объясняет: это был лишь жест, который Рав сделал по отношению к Шмуэлю, первоначально сказав, что Шмуэль должен идти перед ним, так как Рав на самом деле не считал Шмуэля выше себя. Напротив, из‑за того случая, когда он нечаянно проклял Шмуэля, Рав взял на себя обязанность относиться к Шмуэлю с почтением.

אַדְּהָכִי וְהָכִי, אֲתָא שׁוּנָרָא קַטְעֵיהּ לִידָא דְּיָנוֹקָא. נְפַק רַב וּדְרַשׁ: חָתוּל – מוּתָּר לְהוֹרְגוֹ, וְאָסוּר לְקַיְּימוֹ, וְאֵין בּוֹ מִשּׁוּם גָּזֵל, וְאֵין בּוֹ מִשּׁוּם הָשֵׁב אֲבֵידָה לַבְּעָלִים.

In the meantime, while all this was going on, a cat [shunara] came and severed the hand of the baby. Rav emerged from the house and taught: With regard to a cat, it is permitted to kill it even if it is privately owned; and it is prohibited to maintain it in one’s possession; and it is not subject to the prohibition against theft if one takes it from its owner; and, in the case of a lost cat, it is not subject to the obligation of returning a lost item to its owner.

[7] Тем временем, пока всё это происходило, пришёл кот [шунра] и отрубил руку младенцу. Рав вышел из дома и учил: относительно кота — разрешено убить его, даже если он находится в частном владении; и запрещено держать его при себе; и на того, кто берёт его у владельца, не распространяется запрет кражи; и в случае найденного кота на него не распространяется обязанность возвращать находку его владельцу.

וְכֵיוָן דְּאָמְרַתְּ ״מוּתָּר לְהוֹרְגוֹ״, מַאי נִיהוּ תּוּ ״אָסוּר לְקַיְּימוֹ״? מַהוּ דְּתֵימָא: מוּתָּר לְהוֹרְגוֹ, אִיסּוּרָא לֵיכָּא; קָא מַשְׁמַע לַן.

The Gemara asks a question with regard to Rav’s statement: And since you said that it is permitted to kill it, what is the need to state further that it is prohibited to maintain it in one’s possession? If a cat is considered such a dangerous animal that it is permitted to kill it, of course one cannot keep it in his possession. The Gemara answers: Lest you say that although Rav ruled that it is permitted to kill it, he concedes that there is no prohibition in keeping it, Rav therefore teaches us that it is also prohibited to keep it in one’s possession.

[8] Гмара спрашивает относительно слов Рава: раз ты сказал, что разрешено убить его, зачем далее говорить, что запрещено держать его при себе? Если кот считается настолько опасным животным, что его разрешено убить, очевидно, что нельзя держать его при себе. Гмара отвечает: чтобы ты не сказал, что хотя Рав постановил, что разрешено убить его, он признаёт, что запрета держать его нет, — поэтому Рав учит нас, что также запрещено держать его при себе.

אָמְרִי: וְכֵיוָן דְּאָמְרַתְּ ״אֵין בּוֹ מִשּׁוּם גָּזֵל״, מַאי נִיהוּ תּוּ ״אֵין בּוֹ מִשּׁוּם הָשֵׁב אֲבֵידָה לַבְּעָלִים״? אָמַר רָבִינָא: לְעוֹרוֹ.

The Sages say, further questioning Rav’s statement: And since you said that it is not subject to the prohibition against theft if one takes it from its owner, what is the need to state further that it is not subject to the obligation of returning a lost item to its owner in the case of a lost cat? If one may actively steal a cat, certainly there is no obligation to return it when found. Ravina said in response: Rav was referring to its hide.

[9] Мудрецы, далее оспаривая слова Рава, говорят: раз ты сказал, что на того, кто берёт его у владельца, не распространяется запрет кражи, зачем далее говорить, что в случае найденного кота не распространяется обязанность возвращать находку его владельцу? Если можно активно «украсть» кота, тем более нет обязанности возвращать его, когда он найден. Равина сказал в ответ: Рав имел в виду его шкуру.

מֵיתִיבִי, רַבִּי שִׁמְעוֹן בֶּן אֶלְעָזָר אוֹמֵר: מְגַדְּלִין כְּלָבִים כּוּפְרִין, וַחֲתוּלִין, וְקוֹפִין, וְחוּלְדּוֹת סְנָאִים – מִפְּנֵי שֶׁעֲשׂוּיִין לְנַקֵּר אֶת הַבַּיִת! לָא קַשְׁיָא; הָא בְּאוּכָּמָא, הָא בְּחִיוּוֹרָא.

The Gemara raises an objection from a baraita against Rav’s ruling that it is prohibited to keep a cat. Rabbi Shimon ben Elazar says: One may raise village dogs, cats, monkeys, and genets, because they serve to clean the house of mice and other vermin. The Gemara resolves the apparent contradiction: It is not difficult. This ruling in the baraita is stated with regard to a black cat, which is harmless, whereas that ruling of Rav is stated with regard to a white cat, which is dangerous.

[10] Гмара приводит возражение из Барайты против постановления Рава, что запрещено держать кота. Рабби Шимон бен Элазар говорит: можно разводить деревенских собак, котов, обезьян и генетов, потому что они служат для очищения дома от мышей и прочих вредителей. Гмара разрешает кажущееся противоречие: это не трудно. Это постановление в Барайте сказано о чёрном коте, который безвреден, тогда как постановление Рава сказано о белом коте, который опасен.

וְהָא מַעֲשֶׂה דְּרַב – אוּכָּמָא הֲוָה! הָתָם – אוּכָּמָא בַּר חִיוָּרָא הֲוָה. וְהָא מִבְעָיא בָּעֵיא לֵיהּ רָבִינָא!

The Gemara raises a difficulty against this answer: But in the incident of Rav it was a black cat. Since this cat severed the baby’s hand, it was obviously a vicious, dangerous animal. The Gemara answers: There it was a black cat, but it was the offspring of a white one. The offspring of a white cat is dangerous, even if it itself is black. The Gemara further objects: But didn’t Ravina raise this very issue as a dilemma?

[11] Гмара затрудняется против этого ответа: но в случае с Равом это был чёрный кот. Поскольку этот кот отрубил руку младенцу, он, очевидно, был свирепым, опасным животным. Гмара отвечает: там это был чёрный кот, но он был потомком белого. Потомок белого кота опасен, даже если сам он чёрный. Гмара далее возражает: но разве Равина не поднял этот самый вопрос как сомнение?

דְּבָעֵי רָבִינָא: אוּכָּמָא בַּר חִיוָּרָא, מַהוּ? כִּי קָמִבַּעְיָא לֵיהּ לְרָבִינָא – בְּאוּכָּמָא בַּר חִיוָּרָא בַּר אוּכָּמָא; מַעֲשֶׂה דְּרַב – בְּאוּכָּמָא בַּר חִיוָּרָא בַּר חִיוָּרָא הֲוָה.

As Ravina raised a dilemma: What is the halakha with regard to a black cat that is the offspring of a white one? Is it also dangerous like its parent? The Gemara answers: When Ravina raised the dilemma, it was with regard to a black cat that is the offspring of a white cat that itself is the offspring of a black cat. By contrast, in the incident with Rav it was a black cat that was the offspring of a white one, which was itself the offspring of a white cat. That animal is definitely dangerous.

[12] Ведь Равина поднял сомнение: какова Галаха относительно чёрного кота, который является потомком белого? Опасен ли он также, как его родитель? Гмара отвечает: когда Равина поднял сомнение, это было относительно чёрного кота, который является потомком белого кота, который сам является потомком чёрного кота. Напротив, в случае с Равом это был чёрный кот — потомок белого, который сам был потомком белого кота. Это животное, несомненно, опасно.

(חב״ד בי״ח בח״ן – סִימָן.) אָמַר רַבִּי אַחָא בַּר פָּפָּא מִשּׁוּם רַבִּי אַבָּא בַּר פָּפָּא מִשּׁוּם רַבִּי אַדָּא בַּר פָּפָּא, וְאָמְרִי לַהּ: אָמַר רַבִּי אַבָּא בַּר פָּפָּא מִשּׁוּם רַבִּי חִיָּיא בַּר פָּפָּא מִשּׁוּם רַבִּי אַחָא בַּר פָּפָּא, וְאָמְרִי לַהּ: אָמַר רַבִּי אַבָּא בַּר פָּפָּא מִשּׁוּם רַבִּי אַחָא בַּר פָּפָּא מִשּׁוּם רַבִּי חֲנִינָא בַּר פָּפָּא:

§ The Gemara provides a mnemonic device for the distinguishing letters in the various names of the sons of Rav Pappa in the ensuing list: Ḥet beit dalet, beit yod ḥet, beit ḥet nun. Rabbi Aḥa bar Pappa says the following three statements in the name of Rabbi Abba bar Pappa, who said them in the name of Rabbi Adda bar Pappa. And some say Rabbi Abba bar Pappa says them in the name of Rabbi Ḥiyya bar Pappa, who said them in the name of Rabbi Aḥa bar Pappa. And some say Rabbi Abba bar Pappa says them in the name of Rabbi Aḥa bar Pappa, who said them in the name of Rabbi Ḥanina bar Pappa.

[13] § Гмара приводит мнемоническое средство для различительных букв в различных именах сыновей Рав Паппы в последующем списке: хет бейт далет, бейт йод хет, бейт хет нун. Рабби Аха бар Паппа говорит следующие три высказывания от имени Рабби Аббы бар Паппы, который сказал их от имени Рабби Адды бар Паппы. А некоторые говорят: Рабби Абба бар Паппа говорит их от имени Рабби Хийи бар Паппы, который сказал их от имени Рабби Ахи бар Паппы. А некоторые говорят: Рабби Абба бар Паппа говорит их от имени Рабби Ахи бар Паппы, который сказал их от имени Рабби Ханины бар Паппы.

מַתְרִיעִין עַל הַחִיכּוּךְ בְּשַׁבָּת, וְדֶלֶת הַנִּנְעֶלֶת לֹא בִּמְהֵרָה תִּפָּתַח, וְהַלּוֹקֵחַ בַּיִת בְּאֶרֶץ יִשְׂרָאֵל – כּוֹתְבִין עָלָיו אוֹנוֹ אֲפִילּוּ בְּשַׁבָּת.

The three statements are as follows: The court sounds the alarm on Shabbat over a breakout of sores; and a door that is locked will not be opened quickly; and with regard to one who purchases a house in Eretz Yisrael, one writes a bill of sale for this transaction even on Shabbat.

[14] Три высказывания таковы: Бейт Дин подаёт тревожный сигнал в Шаббат из‑за вспышки язв; и запертая дверь не откроется быстро; и относительно того, кто покупает дом в Эрец Йисраэль, пишут купчую на эту сделку даже в Шаббат.

מֵיתִיבִי: וּשְׁאָר פּוּרְעָנִיּוֹת הַמִּתְרַגְּשׁוֹת וּבָאוֹת עַל הַצִּבּוּר – כְּגוֹן חִיכּוּךְ, חָגָב, זְבוּב, צִירְעָה וְיַתּוּשׁ, וְשִׁילּוּחַ נְחָשִׁים וְעַקְרַבִּים – לֹא הָיוּ מַתְרִיעִין, אֶלָּא צוֹעֲקִים!

The Gemara raises an objection from a baraita: After explaining how the public engages in prayer when there is a drought, the baraita teaches: And with regard to all other types of calamities that break out upon the community, other than drought, such as sores, a plague of locusts, flies, hornets, or mosquitoes, or infestations of snakes or scorpions, the court would not sound the alarm on Shabbat, but the people would cry out. This indicates that it is not proper to sound the alarm on Shabbat for an epidemic of sores.

[15] Гмара приводит возражение из Барайты: после объяснения того, как общество совершает молитву во время засухи, Барайта учит: и относительно всех прочих видов бедствий, которые обрушиваются на общину, кроме засухи, — таких как язвы, нашествие саранчи, мух, шершней или комаров, или нашествия змей или скорпионов, — Бейт Дин не подаёт тревожный сигнал в Шаббат, но люди вопиют. Из этого следует, что неуместно подавать тревожный сигнал в Шаббат из‑за эпидемии язв.

לָא קַשְׁיָא; כָּאן בְּלַח, כָּאן בְּיָבֵשׁ. דְּאָמַר רַבִּי יְהוֹשֻׁעַ בֶּן לֵוִי: שְׁחִין שֶׁהֵבִיא הַקָּדוֹשׁ בָּרוּךְ הוּא עַל הַמִּצְרִים – לַח מִבַּחוּץ וְיָבֵשׁ מִבִּפְנִים, שֶׁנֶּאֱמַר: ״וַיְהִי שְׁחִין אֲבַעְבֻּעֹת פּוֹרֵחַ בָּאָדָם וּבַבְּהֵמָה״.

The Gemara answers: This is not difficult. Here it is referring to moist sores; whereas there it is referring to dry sores, which are more dangerous than moist ones. As Rabbi Yehoshua ben Levi says: The boils that the Holy One, Blessed be He, brought upon the Egyptians were moist on the outside and dry on the inside, as it is stated: “And it became a boil breaking out with oozing upon man and upon beast” (Exodus 9:10). The phrase “breaking out” is referring to the exterior of the wound. Since the verse specifies that the outside was oozing with secretions, it can be inferred that the inside was dry. This indicates that the sores can be of either type.

Гмара отвечает: Это не представляет трудности. Здесь речь идёт о влажных язвах; а там — о сухих язвах, которые опаснее влажных. Как говорит Рабби Йехошуа бен Леви: язвы, которые Святой, благословен Он, навёл на египтян, были влажными снаружи и сухими внутри, как сказано: «И сделалась язва, разражающаяся гноем, на человеке и на скоте» (Шмот 9:10). Выражение «разражающаяся» относится к наружной стороне раны. Поскольку стих уточняет, что снаружи она сочилась выделениями, можно заключить, что внутри она была сухой. Это указывает, что язвы могут быть обоего вида.

״וְדֶלֶת הַנִּנְעֶלֶת לֹא בִּמְהֵרָה תִּפָּתַח״, מַאי הִיא? מָר זוּטְרָא אָמַר: סְמִיכָה. רַב אָשֵׁי אָמַר: כׇּל הַמְּרִיעִין לוֹ, לֹא בִּמְהֵרָה מְטִיבִין לוֹ. רַב אַחָא מִדִּיפְתִּי אָמַר: לְעוֹלָם אֵין מְטִיבִין לוֹ. וְלָא הִיא, רַב אַחָא מִדִּיפְתִּי מִילְּתָא דְּנַפְשֵׁיהּ הוּא דְּאָמַר.

The Gemara analyzes the second of the three statements: And a door that is locked will not be opened quickly. This is clearly a metaphor, but to what is it referring? Mar Zutra said: It is a metaphor for rabbinic ordination. If one meets with resistance in his quest to receive ordination, he should take it as a sign that this opportunity will not soon open up for him again. Rav Ashi said: It means that anyone who is treated poorly will not soon be treated well. Rav Aḥa of Difti said: He will never be treated well. The Gemara comments: But that is not so; Rav Aḥa of Difti was saying only a matter that reflected what had occurred to him.

Гмара анализирует второе из трёх изречений: «И дверь, которая заперта, не будет быстро открыта». Это, очевидно, метафора, но к чему она относится? Мар Зутра сказал: Это метафора раввинской ординации. Если человек встречает сопротивление в своём стремлении получить ординацию, пусть примет это как знак, что эта возможность не откроется для него снова в скором времени. Рав Аши сказал: Это означает, что того, к кому плохо относятся, не скоро начнут хорошо относиться. Рав Аха из Дифти сказал: Его никогда не будут хорошо относиться. Гмара комментирует: Но это не так; Рав Аха из Дифти говорил лишь вещь, отражавшую то, что произошло с ним.

וְהַלּוֹקֵחַ בַּיִת בְּאֶרֶץ יִשְׂרָאֵל – כּוֹתְבִין עָלָיו אוֹנוֹ אֲפִילּוּ בְּשַׁבָּת. בְּשַׁבָּת סָלְקָא דַּעְתָּךְ?!

The Gemara turns its attention to the third statement: And with regard to one who purchases a house in Eretz Yisrael, one writes a bill of sale for this transaction even on Shabbat. The Gemara asks: Can it enter your mind that one may write this bill of sale on Shabbat? Writing on Shabbat is a prohibited labor for which one is liable to receive the death penalty.

Гмара обращает внимание на третье изречение: «А относительно того, кто покупает дом в Эрец Исраэль, пишут купчую на эту сделку даже в Шаббат». Гмара спрашивает: Разве может прийти тебе на ум, что можно писать такую купчую в Шаббат? Письмо в Шаббат — запрещённая работа, за которую подлежит смертной казни.

אֶלָּא כִּדְאָמַר רָבָא הָתָם: אוֹמֵר לְגוֹי וְעוֹשֶׂה; הָכִי נָמֵי, אוֹמֵר לְגוֹי וְעוֹשֶׂה. וְאַף עַל גַּב דַּאֲמִירָה לְגוֹי שְׁבוּת הִיא, מִשּׁוּם יִשּׁוּב אֶרֶץ יִשְׂרָאֵל לָא גְּזַרוּ בֵּיהּ רַבָּנַן.

The Gemara explains: Rather, this is as Rava said there, with regard to a similar issue, that one tells a gentile to do it, and he does so. Here, too, it is referring to a situation where he tells a gentile to write a bill of sale for the house, and he does it. And even though telling a gentile to perform an action that is prohibited for a Jew on Shabbat is generally a violation of a rabbinic decree, as the Sages prohibited telling a gentile to perform prohibited labor on behalf of a Jew on Shabbat, here the Sages did not impose this decree, due to the mitzva of settling Eretz Yisrael.

Гмара объясняет: Напротив, это подобно тому, как Рава сказал там, относительно схожего вопроса: он говорит об этом нееврею, и тот делает. И здесь также речь идёт о ситуации, когда он говорит нееврею написать купчую на дом, и тот пишет. И хотя веление нееврею выполнить действие, запрещённое еврею в Шаббат, вообще является нарушением раввинского постановления, поскольку Мудрецы запретили говорить нееврею выполнять запрещённую работу от имени еврея в Шаббат, здесь Мудрецы не наложили это постановление из‑за мицвы заселения Эрец Исраэль.

אָמַר רַבִּי שְׁמוּאֵל בַּר נַחְמָנִי אָמַר רַבִּי יוֹנָתָן: הַלּוֹקֵחַ עִיר בְּאֶרֶץ יִשְׂרָאֵל, כּוֹפִין אוֹתוֹ לִיקַּח לָהּ דֶּרֶךְ מֵאַרְבַּע רוּחוֹתֶיהָ, מִשּׁוּם יִשּׁוּב אֶרֶץ יִשְׂרָאֵל.

Rabbi Shmuel bar Naḥmani says that Rabbi Yonatan says: With regard to one who purchases a city in Eretz Yisrael, the court forces him to purchase a path to the city from all four of its sides, due to the importance of settling Eretz Yisrael.

Рабби Шмуэль бар Нахмани говорит, что Рабби Йонатан говорит: Относительно того, кто покупает город в Эрец Исраэль, Бейт Дин принуждает его купить дорогу к городу со всех четырёх его сторон — из‑за важности заселения Эрец Исраэль.

תָּנוּ רַבָּנַן, עֲשָׂרָה תְּנָאִין הִתְנָה יְהוֹשֻׁעַ:

§ The Sages taught in a baraita: Joshua stipulated ten conditions when he apportioned Eretz Yisrael among the tribes:

§ Мудрецы учили в Барайта: Йеошуа установил десять условий, когда распределял Эрец Исраэль между коленами:

דף 80

Display Settings

Bookmarks