Bava Metzia 23a — Talmud Bavli — Tractate Bava Metzia

דְּמִדַּרְסָא. בִּרְשׁוּת הַיָּחִיד – נוֹטֵל וּמַכְרִיז, דְּלָא מִדַּרְסָא. וְהָאֲלוּמּוֹת, בֵּין בִּרְשׁוּת הָרַבִּים וּבֵין בִּרְשׁוּת הַיָּחִיד – נוֹטֵל וּמַכְרִיז, כֵּיוָן דִּגְבִיהָן לָא מִדַּרְסָא.

that they are trampled. Even if there had been a distinguishing mark on the bundles it would have been destroyed when it was trampled. If he finds them in a secluded area, the finder takes the sheaves and proclaims his find, as due to the absence of pedestrian traffic they are not trampled and the distinguishing mark remains intact. And with regard to the sheaves, whether he finds them in a public area or whether he finds them in a secluded area, the finder takes them and proclaims his find. Since they protrude high above the ground, they are not trampled.

[15] что их затаптывают. Даже если бы на связках был симан, он был бы уничтожен при затаптывании. Если он нашёл их в уединённом месте, нашедший берёт снопы и объявляет о своей находке, поскольку из-за отсутствия пешеходного движения их не затаптывают, и симан остаётся цел. А относительно снопов — нашёл ли он их в публичном месте или нашёл ли он их в уединённом месте — нашедший берёт их и объявляет о своей находке. Поскольку они выступают высоко над землёй, их не затаптывают.

וְרָבָא מְתָרֵץ לְטַעְמֵיהּ בְּמָקוֹם: כְּרִיכוֹת בִּרְשׁוּת הָרַבִּים הֲרֵי אֵלּוּ שֶׁלּוֹ – דְּמִינַּשְׁתְּפָא. בִּרְשׁוּת הַיָּחִיד חַיָּיב לְהַכְרִיז – דְּלָא מִינַּשְׁתְּפָא. וְהָאֲלוּמּוֹת, בֵּין בִּרְשׁוּת הָרַבִּים, וּבֵין בִּרְשׁוּת הַיָּחִיד – נוֹטֵל וּמַכְרִיז, כֵּיוָן דְּיַקִּירֵי לָא מִינַּשְׁתְּפָא.

And Rava explains, according to his line of reasoning, that the baraita is referring to bundles whose location is their distinguishing mark: If one finds bundles of grain in a public area, these belong to him due to the fact that they are kicked and they consequently roll to a different location than where they were placed. If he finds them in a secluded area, he is obligated to proclaim his find. Due to the absence of pedestrian traffic they are not kicked and do not roll, and they therefore remain in the location where they were placed. And with regard to the sheaves, whether he finds them in a public area or whether he finds them in a secluded area, the finder takes them and proclaims his find. Since they are heavy, they do not roll when kicked.

И Рава объясняет, согласно своей линии рассуждения, что Барайта говорит о связках, чьё местоположение является их отличительным признаком: если кто-то нашёл связки зерна в общественном месте, они принадлежат ему из‑за того, что их пинают, и вследствие этого они перекатываются в другое место, не туда, где их положили. Если он нашёл их в уединённом месте, он обязан объявить о своей находке. Из‑за отсутствия пешеходного движения их не пинают и они не перекатываются, и потому остаются в том месте, где их положили. А что касается снопов, то — нашёл ли он их в общественном месте, или нашёл ли он их в уединённом месте — нашедший берёт их и объявляет о своей находке. Поскольку они тяжёлые, они не перекатываются, когда их пинают.

תָּא שְׁמַע: כִּכָּרוֹת שֶׁל נַחְתּוֹם – הֲרֵי אֵלּוּ שֶׁלּוֹ. הָא שֶׁל בַּעַל הַבַּיִת חַיָּיב לְהַכְרִיז. שֶׁל בַּעַל הַבַּיִת מַאי טַעְמָא? כֵּיוָן דְּאִית בְּהוּ סִימָן, דְּמִידָּע יְדִיעַ רִפְתָּא דְאִינִישׁ אִינִישׁ הוּא. וְלָא שְׁנָא רְשׁוּת הָרַבִּים וְלָא שְׁנָא רְשׁוּת הַיָּחִיד – נוֹטֵל וּמַכְרִיז, אַלְמָא סִימָן הֶעָשׂוּי לִידָּרֵס הָוֵי סִימָן, תְּיוּבְתָּא דְּרַבָּה!

The Gemara suggests: Come and hear a proof from the mishna: If one found baker’s loaves, these belong to him. The Gemara infers: But if one finds loaves of a homeowner, he is obligated to proclaim his find. What is the reason? When one finds loaves of a homeowner he is obligated to proclaim his find because there is a distinguishing mark on the loaves. As each person shapes his loaves in a unique manner, it is known that the loaves of a person belong to that person. And there is no difference if the loaves were found in a public area, and there is no difference if the loaves were found in a secluded area; the finder takes the item and proclaims his find. Apparently, the legal status of a distinguishing mark that is prone to be trampled is that of a distinguishing mark. This is a conclusive refutation of the opinion of Rabba.

Гмара предлагает: приди и услышь доказательство из Мишны: если кто-то нашёл булки пекаря, они принадлежат ему. Гмара заключает: но если кто-то нашёл булки домовладельца, он обязан объявить о своей находке. Какова причина? Когда находят булки домовладельца, он обязан объявить о своей находке, потому что на булках есть отличительный признак. Поскольку каждый человек формует свои булки уникальным образом, известно, что булки данного человека принадлежат этому человеку. И нет разницы, найдены ли булки в общественном месте, и нет разницы, найдены ли булки в уединённом месте: нашедший берёт предмет и объявляет о своей находке. По‑видимому, правовой статус отличительного признака, который подвержен тому, чтобы быть растоптанным, — это статус отличительного признака. Это решительное опровержение мнения Раббы.

אָמַר לָךְ רַבָּה: הָתָם הַיְינוּ טַעְמָא – מִשּׁוּם דְּאֵין מַעֲבִירִין עַל הָאוֹכָלִין. וְהָא אִיכָּא גּוֹיִם! גּוֹיִם חָיְישִׁי לִכְשָׁפִים. וְהָאִיכָּא בְּהֵמָה וּכְלָבִים! בְּאַתְרָא דְּלָא שְׁכִיחִי בְּהֵמָה וּכְלָבִים.

Rabba could have said to you: There, this is the reason that one must return the loaves of a homeowner found in a public area. It is due to the fact that one does not pass by food without picking it up. Therefore, it can be assumed that it will not be trampled. The Gemara asks: But aren’t there gentiles who do not treat food with deference and who will trample the loaves? The Gemara answers: Gentiles are concerned that the loaves were placed in a public area for reasons of sorcery. The Gemara asks: But aren’t there beasts and dogs that will trample the loaves? The Gemara answers: The mishna is referring to a place where beasts and dogs are not commonly found.

Рабба мог бы сказать тебе: там причина, по которой нужно возвращать булки домовладельца, найденные в общественном месте, в том, что человек не проходит мимо еды, не подняв её. Поэтому можно предположить, что она не будет растоптана. Гмара спрашивает: но разве нет язычников, которые не относятся к еде с почтением и которые растопчут булки? Гмара отвечает: язычники опасаются, что булки были положены в общественном месте по причинам колдовства. Гмара спрашивает: но разве нет зверей и собак, которые растопчут булки? Гмара отвечает: Мишна говорит о месте, где звери и собаки обычно не встречаются.

לֵימָא כְּתַנָּאֵי: רַבִּי יְהוּדָה אוֹמֵר: כׇּל דָּבָר שֶׁיֵּשׁ בּוֹ שִׁינּוּי, חַיָּיב לְהַכְרִיז. כֵּיצַד? מָצָא עִיגּוּל וּבְתוֹכוֹ חֶרֶס, כִּכָּר וּבְתוֹכוֹ מָעוֹת. מִכְּלָל דְּתַנָּא קַמָּא סָבַר הֲרֵי אֵלּוּ שֶׁלּוֹ.

The Gemara suggests: Let us say that this dispute between Rabba and Rava is parallel to a dispute between tanna’im in the mishna. Rabbi Yehuda says: If one finds any lost item in which there is an alteration, he is obligated to proclaim his find. How so? If he found a round cake of pressed figs with an earthenware shard inside it, or a loaf of bread with coins inside it, he must proclaim his find. One may conclude by inference that the first tanna of the mishna holds that even in that case those items belong to him.

Гмара предлагает: скажем, что этот спор между Раббой и Равой параллелен спору между танаим в Мишне. Рабби Йеуда говорит: если кто-то нашёл любую Аведу, в которой есть изменение, он обязан объявить о своей находке. Как это? Если он нашёл круглый пирог из прессованных инжиров с глиняным черепком внутри него, или булку хлеба с монетами внутри неё, он должен объявить о своей находке. Можно заключить по выводу, что первый тана Мишны считает, что даже в таком случае эти предметы принадлежат ему.

סַבְרוּהָ: דְּכוּלֵּי עָלְמָא סִימָן הַבָּא מֵאֵילָיו הָוֵי סִימָן, וּמַעֲבִירִין עַל הָאוֹכָלִין. מַאי לָאו: בְּסִימָן הֶעָשׂוּי לִידָּרֵס קָא מִיפַּלְגִי, מָר סָבַר: לָא הָוֵי סִימָן, וּמָר סָבַר: הָוֵי סִימָן?

In explaining the tannaitic dispute, the Sages assumed that everyone agrees that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own without having been placed there intentionally is that of a distinguishing mark, and everyone agrees that one passes by food without picking it up. Accordingly, what is the basis of their dispute? Is it not with regard to the matter of a distinguishing mark that is prone to be trampled that they disagree? As one Sage, the first tanna, holds that its legal status is not that of a distinguishing mark, and one Sage, Rabbi Yehuda, holds that its legal status is that of a distinguishing mark.

Объясняя спор танаев, Мудрецы предполагали, что все согласны: правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете без того, чтобы его поместили туда намеренно, — это статус отличительного признака; и все согласны, что человек проходит мимо еды, не подняв её. Соответственно, в чём основа их спора? Разве не в вопросе отличительного признака, который подвержен тому, чтобы быть растоптанным, они расходятся? Ибо один мудрец, первый тана, считает, что его правовой статус — не статус отличительного признака, а один мудрец, Рабби Йеуда, считает, что его правовой статус — статус отличительного признака.

אָמַר רַב זְבִיד מִשְּׁמֵיהּ דְּרָבָא: אִי סָלְקָא דַעְתָּךְ דְּקָא סָבַר תַּנָּא קַמָּא סִימָן הֶעָשׂוּי לִידָּרֵס לָא הָוֵי סִימָן, וּמַעֲבִירִין עַל הָאוֹכָלִין, כִּכָּרוֹת שֶׁל בַּעַל הַבַּיִת בִּרְשׁוּת הָרַבִּים אַמַּאי מַכְרִיז?

Rav Zevid said in the name of Rava: If it enters your mind that the first tanna holds that the legal status of a distinguishing mark that is prone to be trampled is not that of a distinguishing mark and that one passes by food without picking it up, then in the case of loaves of a homeowner that were found in a public area, where the loaves would be trampled and their distinguishing mark destroyed, why does he proclaim his find?

Рав Зевид сказал от имени Равы: если приходит тебе в голову, что первый тана считает, что правовой статус отличительного признака, который подвержен тому, чтобы быть растоптанным, — не статус отличительного признака, и что человек проходит мимо еды, не подняв её, то в случае булок домовладельца, найденных в общественном месте, где булки будут растоптаны и их отличительный признак уничтожен, почему он объявляет о своей находке?

אֶלָּא, אָמַר רַב זְבִיד מִשְּׁמֵיהּ דְּרָבָא: דְּכוּלֵּי עָלְמָא סָבְרִי סִימָן הֶעָשׂוּי לִידָּרֵס הָוֵי סִימָן, וּמַעֲבִירִין עַל הָאוֹכָלִין. וְהָכָא בְּסִימָן הַבָּא מֵאֵילָיו קָא מִיפַּלְגִי, דְּתַנָּא קַמָּא סָבַר: סִימָן הַבָּא מֵאֵילָיו לָא הָוֵי סִימָן, וְרַבִּי יְהוּדָה סָבַר: הָוֵי סִימָן.

Rather, Rav Zevid said in the name of Rava that everyone holds that the legal status of a distinguishing mark that is prone to be trampled is that of a distinguishing mark and that one passes by food without picking it up. And here, it is with regard to the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own that they disagree. The first tanna holds that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own is not that of a distinguishing mark, and Rabbi Yehuda holds that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own is that of a distinguishing mark.

Скорее, Рав Зевид сказал от имени Равы, что все считают: правовой статус отличительного признака, который подвержен тому, чтобы быть растоптанным, — это статус отличительного признака; и что человек проходит мимо еды, не подняв её. И здесь они спорят о правовом статусе отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете. Первый тана считает, что правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете, — не статус отличительного признака, а Рабби Йеуда считает, что правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете, — это статус отличительного признака.

וְרַבָּה אָמַר לָךְ: דְּכוּלֵּי עָלְמָא סִימָן הֶעָשׂוּי לִידָּרֵס – לָא הָוֵי סִימָן וְאֵין מַעֲבִירִין עַל הָאוֹכָלִין. וְהָכָא בְּסִימָן הַבָּא מֵאֵילָיו קָמִיפַּלְגִי תַּנָּא קַמָּא סָבַר: לָא הָוֵי סִימָן, וְרַבִּי יְהוּדָה סָבַר: הָוֵי סִימָן.

And Rabba could have said to you that everyone agrees that the legal status of a distinguishing mark that is prone to be trampled is not that of a distinguishing mark and that one does not pass by food without picking it up. And here, it is with regard to the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own that they disagree. The first tanna holds that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own is not that of a distinguishing mark, and Rabbi Yehuda holds that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own is that of a distinguishing mark.

И Рабба мог бы сказать тебе, что все согласны: правовой статус отличительного признака, который подвержен тому, чтобы быть растоптанным, — не статус отличительного признака; и что человек не проходит мимо еды, не подняв её. И здесь они спорят о правовом статусе отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете. Первый тана считает, что правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете, — не статус отличительного признака, а Рабби Йеуда считает, что правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете, — это статус отличительного признака.

אִיכָּא דְּאָמְרִי, סַבְרוּהָ: דְּכוּלֵּי עָלְמָא סִימָן הַבָּא מֵאֵילָיו הָוֵי סִימָן, וְסִימָן הֶעָשׂוּי לִידָּרֵס לָא הָוֵי סִימָן. מַאי לָאו: בְּמַעֲבִירִין עַל הָאוֹכָלִין קָא מִיפַּלְגִי, דְּמָר סָבַר: מַעֲבִירִין, וּמַר סָבַר: אֵין מַעֲבִירִין?

There are those who say, in explaining the tannaitic dispute, that the Sages assumed that everyone agrees that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own without having been placed there intentionally is that of a distinguishing mark, and everyone agrees that the legal status of a distinguishing mark that is prone to be trampled is not that of a distinguishing mark. What, then, is the basis of their dispute? Is it not with regard to the matter of whether one passes by food without picking it up that they disagree. As one Sage, the first tanna, holds that one passes by food without picking it up, and one Sage, Rabbi Yehuda, holds that one does not pass by food without picking it up.

Есть те, кто говорит, объясняя спор танаев, что Мудрецы предполагали, что все согласны: правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете без того, чтобы его поместили туда намеренно, — это статус отличительного признака; и все согласны, что правовой статус отличительного признака, который подвержен тому, чтобы быть растоптанным, — не статус отличительного признака. В чём же тогда основа их спора? Разве не в вопросе, проходит ли человек мимо еды, не подняв её, они расходятся? Ибо один мудрец, первый тана, считает, что человек проходит мимо еды, не подняв её, а один мудрец, Рабби Йеуда, считает, что человек не проходит мимо еды, не подняв её.

אָמַר רַב זְבִיד מִשְּׁמֵיהּ דְּרָבָא: אִי סָלְקָא דַעְתָּךְ סָבַר תַּנָּא קַמָּא סִימָן הֶעָשׂוּי לִידָּרֵס לָא הָוֵי סִימָן, וּמַעֲבִירִין עַל הָאוֹכָלִין – כִּכָּרוֹת שֶׁל בַּעַל הַבַּיִת בִּרְשׁוּת הָרַבִּים אַמַּאי מַכְרִיז?

Rav Zevid said in the name of Rava: If it enters your mind that the first tanna holds that the legal status of a distinguishing mark that is prone to be trampled is not that of a distinguishing mark and that one passes by food without picking it up, then in the case of loaves of a homeowner that were found in a public area, where the loaves would be trampled and their distinguishing mark destroyed, why does he proclaim his find?

Рав Зевид сказал от имени Равы: если приходит тебе в голову, что первый тана считает, что правовой статус отличительного признака, который подвержен тому, чтобы быть растоптанным, — не статус отличительного признака, и что человек проходит мимо еды, не подняв её, то в случае булок домовладельца, найденных в общественном месте, где булки будут растоптаны и их отличительный признак уничтожен, почему он объявляет о своей находке?

אֶלָּא אָמַר רַב זְבִיד מִשְּׁמֵיהּ דְּרָבָא: דְּכוּלֵּי עָלְמָא סָבְרִי סִימָן הֶעָשׂוּי לִידָּרֵס – הָוֵי סִימָן, וּמַעֲבִירִין עַל הָאוֹכָלִין. וְהָכָא בְּסִימָן הַבָּא מֵאֵילָיו קָא מִיפַּלְגִי, דְּתַנָּא קַמָּא סָבַר: סִימָן הַבָּא מֵאֵילָיו – לָא הָוֵי סִימָן, וְרַבִּי יְהוּדָה סָבַר: הָוֵי סִימָן.

Rather, Rav Zevid said in the name of Rava that everyone holds that the legal status of a distinguishing mark that is prone to be trampled is that of a distinguishing mark and that one passes by food without picking it up. And here, it is with regard to the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own that they disagree. The first tanna holds that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own is not that of a distinguishing mark, and Rabbi Yehuda holds that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own is that of a distinguishing mark.

Скорее, Рав Зевид сказал от имени Равы, что все считают: правовой статус отличительного признака, который подвержен тому, чтобы быть растоптанным, — это статус отличительного признака; и что человек проходит мимо еды, не подняв её. И здесь они спорят о правовом статусе отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете. Первый тана считает, что правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете, — не статус отличительного признака, а Рабби Йеуда считает, что правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете, — это статус отличительного признака.

וְרַבָּה אָמַר לָךְ: דְּכוּלֵּי עָלְמָא סִימָן הֶעָשׂוּי לִידָּרֵס – לָא הָוֵי סִימָן, וְאֵין מַעֲבִירִין עַל הָאוֹכָלִין. וְהָכָא בְּסִימָן הַבָּא מֵאֵילָיו קָא מִיפַּלְגִי, תַּנָּא קַמָּא סָבַר: סִימָן הַבָּא מֵאֵילָיו – לָא הָוֵי סִימָן, וְרַבִּי יְהוּדָה סָבַר: הָוֵי סִימָן.

And Rabba could have said to you that everyone agrees that the legal status of a distinguishing mark that is prone to be trampled is not that of a distinguishing mark and that one does not pass by food without picking it up. And here, it is with regard to the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own that they disagree. The first tanna holds that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own is not that of a distinguishing mark, and Rabbi Yehuda holds that the legal status of a distinguishing mark that could come to mark an item on its own is that of a distinguishing mark.

И Рабба мог бы сказать тебе, что все согласны: правовой статус отличительного признака, который подвержен тому, чтобы быть растоптанным, — не статус отличительного признака; и что человек не проходит мимо еды, не подняв её. И здесь они спорят о правовом статусе отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете. Первый тана считает, что правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете, — не статус отличительного признака, а Рабби Йеуда считает, что правовой статус отличительного признака, который мог бы сам по себе оказаться признаком на предмете, — это статус отличительного признака.

אָמַר רַב זְבִיד מִשְּׁמֵיהּ דְּרָבָא: כְּלָלָא דַּאֲבֵידְתָּא כֵּיוָן דְּאָמַר ״וַוי לֵהּ לְחֶסְרוֹן כִּיס״ – מִיָּאַשׁ לֵיהּ מִינַּהּ.

§ Rav Zevid said in the name of Rava that this is the principle of a lost item: Once the owner of a lost item says: Woe is me for the monetary loss, this indicates that he has despaired of its recovery.

§ Рав Зевид сказал от имени Равы, что таков принцип в отношении Аведы: как только владелец Аведы говорит: «Горе мне из‑за денежного убытка», это указывает, что он отчаялся в её возвращении.

וְאָמַר רַב זְבִיד מִשְּׁמֵיהּ דְּרָבָא: הִלְכְתָא, כְּרִיכוֹת בִּרְשׁוּת הָרַבִּים – הֲרֵי אֵלּוּ שֶׁלּוֹ. בִּרְשׁוּת הַיָּחִיד, אִי דֶּרֶךְ נְפִילָה – הֲרֵי אֵלּוּ שֶׁלּוֹ, אִי דֶּרֶךְ הַנָּחָה – נוֹטֵל וּמַכְרִיז. וְזֶה וָזֶה בְּדָבָר שֶׁאֵין בּוֹ סִימָן, אֲבָל בְּדָבָר שֶׁיֵּשׁ בּוֹ סִימָן – לָא שְׁנָא בִּרְשׁוּת הָרַבִּים וְלָא שְׁנָא בִּרְשׁוּת הַיָּחִיד, בֵּין דֶּרֶךְ נְפִילָה וּבֵין דֶּרֶךְ הַנָּחָה – חַיָּיב לְהַכְרִיז.

And Rav Zevid said in the name of Rava: The halakha is that if one finds bundles of grain in a public area, those bundles belong to him. If he finds the bundles in a secluded area in a manner indicating that they had fallen, those bundles belong to him. If he finds the bundles in a manner indicating that they had been placed there, the finder takes them and proclaims his find. And both this ruling and that ruling are in the case of an item in which there is no distinguishing mark. But in the case of an item on which there is a distinguishing mark, it is no different if the bundles were found in a public area and it is no different if the bundles were found in a secluded area; whether the bundles were found in a manner indicating that they had fallen or whether they were found in a manner indicating that they had been placed there, he is obligated to proclaim his find.

И Рав Зевид сказал от имени Равы: Галаха такова: если кто-то нашёл связки зерна в общественном месте, эти связки принадлежат ему. Если он нашёл связки в уединённом месте таким образом, что это указывает, будто они упали, эти связки принадлежат ему. Если он нашёл связки так, что это указывает, будто их положили туда, нашедший берёт их и объявляет о своей находке. И и это постановление, и то постановление — в случае предмета, у которого нет отличительного признака. Но в случае предмета, на котором есть отличительный признак, нет разницы, найдены ли связки в общественном месте, и нет разницы, найдены ли связки в уединённом месте: были ли связки найдены так, что это указывает, будто они упали, или были ли они найдены так, что это указывает, будто их положили, — он обязан объявить о своей находке.

דף 23

Display Settings

Bookmarks