דף 36
Bava Metzia 36b
Display Settings
Font Size
Text Width
Line Spacing
Columns
Bookmarks
No bookmarks yet. Click the bookmark button to save your position.
עַל דַּעַת אִשְׁתּוֹ וּבָנָיו הוּא מַפְקִיד.
it is with the awareness that at times the bailee’s wife and his children will safeguard the item that he deposits it, as the bailee cannot be with the deposit at all times.
он сдаёт его с осознанием того, что иногда жена хранителя и его дети будут охранять сданный предмет, поскольку хранитель не может быть при вкладе всё время.
אָמְרִי נְהַרְדָּעֵי, דַּיְקָא נָמֵי דְּקָתָנֵי: אוֹ שֶׁמְּסָרָן לִבְנוֹ וּבִתּוֹ הַקְּטַנִּים – חַיָּיב. הָא לִבְנוֹ וּלְבִתּוֹ הַגְּדוֹלִים – פָּטוּר. מִכְלָל דְּלַאֲחֵרִים, לָא שְׁנָא גְּדוֹלִים וְלָא שְׁנָא קְטַנִּים – חַיָּיב, דְּאִם כֵּן, לִיתְנֵי קְטַנִּים סְתָמָא. שְׁמַע מִינַּהּ.
The Sages of Neharde’a say: The language of the mishna is also precise, as it teaches: Or if he conveyed the coins to his minor son or daughter for safeguarding, he is liable to pay. But if he conveyed them to his adult son and daughter, he is exempt. By inference, one can conclude that with regard to others, it is no different if they are adults and it is no different if they are minors. Either way, the bailee is liable to pay, as, if there were a difference, let the tanna teach: If he conveyed the coins to minors, without qualification. The Gemara concludes: Since the tanna specifically addressed the case of one’s minor children, learn from the wording of the mishna that the difference between minors and adults exists only with regard to one’s children.
Мудрецы Нехарде’а говорят: Язык Мишны также точен, поскольку она учит: Или если он передал монеты на хранение своему малолетнему сыну или дочери — он обязан платить. Но если он передал их своему взрослому сыну и дочери — он освобождён. По выводу можно заключить, что относительно других нет разницы, взрослые они или малолетние. В любом случае хранитель обязан платить, поскольку, если бы была разница, пусть бы тана учил: Если он передал монеты малолетним — без уточнения. Гмара заключает: Поскольку тана специально рассмотрел случай малолетних детей человека, из формулировки Мишны учи, что различие между малолетними и взрослыми существует только относительно собственных детей человека.
אָמַר רָבָא, הִלְכְתָא: שׁוֹמֵר שֶׁמָּסַר לְשׁוֹמֵר – חַיָּיב, לָא מִבַּעְיָא שׁוֹמֵר שָׂכָר שֶׁמָּסַר לְשׁוֹמֵר חִנָּם דְּגָרוֹעֵי גָּרְעַהּ לִשְׁמִירָתוֹ, אֶלָּא אֲפִילּוּ שׁוֹמֵר חִנָּם שֶׁמָּסַר לְשׁוֹמֵר שָׂכָר – חַיָּיב, מַאי טַעְמָא? דַּאֲמַר לֵיהּ: אַתְּ מְהֵימְנַתְּ לִי בִּשְׁבוּעָה, הַאיְךְ לָא מְהֵימַן לִי בִּשְׁבוּעָה.
Rava says: The halakha is: A bailee who conveyed a deposit to another bailee is liable to pay. It is not necessary to say that this is the halakha if he was a paid bailee who conveyed the deposit to an unpaid bailee, as in that case the first bailee diminished the level of his safeguarding, as an unpaid bailee is exempt from paying in instances where a paid bailee is obligated to do so. But even if it was initially an unpaid bailee who conveyed the deposit for safeguarding to a paid bailee, the first bailee is liable to pay. What is the reason that he is liable in that case? He is liable, as the owner of the deposit can say to him: You are trustworthy to me when you take an oath that the item was stolen or lost. That person is not trustworthy to me when he takes an oath.
Рава говорит: Галаха такова: хранитель, который передал вклад другому хранителю, обязан платить. Нет необходимости говорить, что такова галаха, если он был Шомер Сахар, который передал вклад Шомер Хинам, поскольку в таком случае первый хранитель понизил уровень охраны, ведь Шомер Хинам освобождён от платы в тех ситуациях, когда Шомер Сахар обязан. Но даже если изначально это был Шомер Хинам, который передал вклад на хранение Шомер Сахар, первый хранитель обязан платить. В чём причина, по которой он обязан в таком случае? Он обязан, поскольку хозяин вклада может сказать ему: Ты надёжен для меня, когда ты приносишь клятву, что предмет был украден или потерян. Тот человек не надёжен для меня, когда он приносит клятву.
אִתְּמַר: פָּשַׁע בָּהּ וְיָצָאת לַאֲגַם, וּמֵתָה כְּדַרְכָּהּ. אַבָּיֵי מִשְּׁמֵיהּ דְּרַבָּה אָמַר: חַיָּיב, רָבָא מִשְּׁמֵיהּ דְּרַבָּה אָמַר: פָּטוּר.
It was stated that there is an amoraic dispute: In the case of one who was negligent in safeguarding an animal, and it went into a marsh, where it was susceptible to thieves and predatory animals, but it died in its typical manner despite this negligence, i.e., it was neither stolen nor devoured, Abaye says in the name of Rabba: The bailee is liable to pay. Rava says in the name of Rabba: The bailee is exempt from doing so.
Было сказано, что есть спор Амораим: В случае того, кто проявил небрежность в охране животного, и оно ушло в болотистое место, где оно было подвержено ворам и хищным животным, но, несмотря на эту небрежность, умерло своей обычной смертью, то есть не было ни украдено, ни съедено, Абая говорит от имени Раббы: хранитель обязан платить. Рава говорит от имени Раббы: хранитель освобождён от этого.
אַבָּיֵי מִשְּׁמֵיהּ דְּרַבָּה אָמַר: חַיָּיב, כׇּל דַּיָּינָא דְּלָא דָּאֵין כִּי הַאי דִּינָא לָאו דַּיָּינָא הוּא. לָא מִבַּעְיָא לְמַאן דְּאָמַר תְּחִילָּתוֹ בִּפְשִׁיעָה וְסוֹפוֹ בְּאוֹנֶס חַיָּיב, דְּחַיָּיב. אֶלָּא אֲפִילּוּ לְמַאן דְּאָמַר פָּטוּר, הָכָא חַיָּיב. מַאי טַעְמָא? דְּאָמְרִינַן: הַבְלָא דְאַגְמָא קַטְלַהּ.
The Gemara elaborates. Abaye said in the name of Rabba: He is liable to pay, and any judge who does not rule in accordance with this halakha is not a judge. It is not necessary to say that the bailee is liable in this case, according to the one who says: In a case where the incident was initially through negligence and ultimately by accident, one is liable to pay. According to this opinion, it is obvious that the bailee is liable to pay. But even according to the one who says: If the incident was initially through negligence and ultimately by accident one is exempt, here the bailee is still liable to pay. What is the reason that he is liable? It is because we say: The air of the marsh killed the animal. The negligence led to the death of the animal, and it was not due to circumstances beyond his control.
Гмара разъясняет. Абая сказал от имени Раббы: Он обязан платить, и любой судья, который не выносит решения в соответствии с этой галахой, — не судья. Нет необходимости говорить, что хранитель обязан в этом случае, согласно тому, кто говорит: В случае, когда происшествие началось по небрежности, а завершилось случайностью, обязан платить. Согласно этому мнению очевидно, что хранитель обязан платить. Но даже согласно тому, кто говорит: Если происшествие началось по небрежности, а завершилось случайностью, он освобождён, — здесь хранитель всё равно обязан платить. В чём причина, что он обязан? Потому что мы говорим: Воздух болота убил животное. Небрежность привела к смерти животного, и это не было обстоятельствами вне его контроля.
רָבָא מִשְּׁמֵיהּ דְּרַבָּה אָמַר: פָּטוּר, כֹּל דַּיָּינָא דְּלָא דָּאֵין כִּי הַאי דִּינָא לָאו דַּיָּינָא הוּא. לָא מִיבַּעְיָא לְמַאן דְּאָמַר תְּחִילָּתוֹ בִּפְשִׁיעָה וְסוֹפוֹ בְּאוֹנֶס פָּטוּר, דְּפָטוּר, אֶלָּא אֲפִילּוּ לְמַאן דְּאָמַר חַיָּיב, הָכָא פָּטוּר. מַאי טַעְמָא? דְּאָמְרִינַן: מַלְאַךְ הַמָּוֶת מָה לִי הָכָא וּמָה לִי הָתָם.
Rava says in the name of Rabba: He is exempt, and any judge who does not rule in accordance with this halakha is not a judge. It is not necessary to say that the bailee is exempt in this case, according to the one who says: In a case where the incident was initially through negligence and ultimately by accident, one is exempt from payment. According to this opinion, it is obvious that the bailee is exempt. But even according to the one who says: In a case where the incident was initially through negligence and ultimately by accident, one is liable to pay, here the bailee is still exempt from payment. What is the reason that he is exempt? It is because we say with regard to the Angel of Death, who causes death by natural causes: What difference is there to me if the animal was here, and what difference is there to me if the animal was there? The cause of the animal’s death was natural, and there is no relevance given to the location of the death. Consequently, the bailee is exempt.
Рава говорит от имени Раббы: Он освобождён, и любой судья, который не выносит решения в соответствии с этой галахой, — не судья. Нет необходимости говорить, что хранитель освобождён в этом случае, согласно тому, кто говорит: В случае, когда происшествие началось по небрежности, а завершилось случайностью, он освобождён от платежа. Согласно этому мнению очевидно, что хранитель освобождён. Но даже согласно тому, кто говорит: В случае, когда происшествие началось по небрежности, а завершилось случайностью, он обязан платить, — здесь хранитель всё равно освобождён от платежа. В чём причина, что он освобождён? Потому что мы говорим относительно Ангела Смерти, который причиняет смерть естественными причинами: Какая мне разница, было ли животное здесь, и какая мне разница, было ли животное там? Причина смерти животного была естественной, и местоположение смерти не имеет значения. Следовательно, хранитель освобождён.
וּמוֹדֵי אַבָּיֵי, דְּאִי הֲדַרָא לְבֵי מָרַהּ וּמִתָה – דְּפָטוּר. מַאי טַעְמָא? דְּהָא הֲדַרָא לַהּ וְלֵיכָּא לְמֵימַר הַבְלָא דְּאַגְמָא קַטְלַהּ. וּמוֹדֵי רָבָא כֹּל הֵיכָא דְּאִי גַּנְבַהּ גַּנָּב בַּאֲגַם וּמֵתָה כְּדַרְכָּהּ בֵּי גַנָּב – דְּחַיָּיב. מַאי טַעְמָא? דְּאִי שַׁבְקַהּ מַלְאַךְ הַמָּוֶת בְּבֵיתֵיהּ דְּגַנָּבָא הֲוָה קָיְימָא.
The Gemara notes: And Abaye concedes that if the animal returned from the marsh to its owner’s house and died there that the bailee is exempt. What is the reason that he is exempt? He is exempt due to the fact that the animal returned, and since it was able to return there is no justification to say that the air of the marsh killed it. And Rava concedes that anytime the animal was stolen from the marsh and then dies in its typical manner in the house of the thief that the bailee is liable to pay. What is the reason that he is liable to pay? He is liable because even if the Angel of Death spared the life of the animal, it would be standing in the house of the thief due to the negligence of the bailee.
Гмара отмечает: И Абайе признаёт, что если животное вернулось из болота в дом своего хозяина и там умерло, то хранитель освобождён. В чём причина того, что он освобождён? Он освобождён потому, что животное вернулось, и раз оно смогло вернуться, нет основания говорить, что воздух болота убил его. И Рава признаёт, что всякий раз, когда животное было украдено из болота, а затем умерло обычной смертью в доме вора, хранитель обязан заплатить. В чём причина того, что он обязан заплатить? Он обязан потому, что даже если Ангел смерти пощадил бы жизнь животного, оно всё равно стояло бы в доме вора из‑за небрежности хранителя.
אֲמַר לֵיהּ אַבָּיֵי לְרָבָא: לְדִידָךְ, דְּאָמְרַתְּ מַלְאַךְ הַמָּוֶת מָה לִי הָכָא וּמָה לִי הָתָם, הַאי דְּאוֹתְבֵיהּ רַבִּי אַבָּא בַּר מֶמֶל לְרַבִּי אַמֵּי וְשַׁנִּי לֵיהּ בְּשֶׁנָּתְנוּ לוֹ בְּעָלִים רְשׁוּת לְהַשְׁאִיל, וְלֵימָא לֵיהּ: מַלְאַךְ הַמָּוֶת מָה לִי הָכָא וּמָה לִי הָתָם!
Abaye said to Rava: According to you, who said with regard to the Angel of Death: What difference is there to me if the animal was here and what difference is there to me if the animal was there? How will you explain the exchange between Rabbi Abba bar Memel and Rabbi Ami? As there is that objection that was raised by Rabbi Abba bar Memel to Rabbi Ami from the mishna with regard to one who rents a cow from another, and then lends it to another person, and Rabbi Ami answered him: It is a case where the owner gave the renter permission to lend the deposit. Abaye states his challenge: But according to your explanation, let Rabbi Ami say to him that the bailee is exempt because with regard to the Angel of Death, what difference is there to me if the animal was here, and what difference is there to me if the animal was there. If the death would have happened regardless of the location of the animal, it makes no difference whether it was in the possession of the first renter or in the possession of the one he lent it to.
Абайе сказал Раве: По твоему мнению, что ты сказал относительно Ангела смерти: какая мне разница, было ли животное здесь, и какая мне разница, было ли животное там? Как ты объяснишь обмен репликами между Рабби Абба бар Мемелем и Рабби Ами? Ведь есть то возражение, которое Рабби Абба бар Мемель возразил Рабби Ами из Мишны о том, кто арендует корову у другого, а затем одалживает её другому человеку, и Рабби Ами ответил ему: это случай, когда хозяин дал арендатору разрешение одалживать вклад. Абайе формулирует своё возражение: но по твоему объяснению пусть Рабби Ами скажет ему, что хранитель освобождён, потому что относительно Ангела смерти какая мне разница, было ли животное здесь, и какая мне разница, было ли животное там. Если смерть произошла бы независимо от места нахождения животного, то нет разницы, было ли оно во владении первого арендатора или во владении того, кому он его одолжил.
אֲמַר לֵיהּ: לְדִידְכוּ דְּמַתְנִיתוּ ״אֵין רְצוֹנִי שֶׁיְּהֵא פִּקְדוֹנִי בְּיַד אַחֵר״ – אִיכָּא לְאוֹתֹבַהּ לְהַהִיא, לְדִידִי דְּאָמֵינָא: אַנְתְּ מְהֵימְנַתְּ לִי בִּשְׁבוּעָה וְהַאיְךְ לָא מְהֵימַן לִי – בִּשְׁבוּעָה לֵיכָּא לְאוֹתֹבַהּ כְּלָל.
Rava said to Abaye: According to you, that you teach that a bailee who conveyed a deposit to another bailee is liable to pay because the owner can claim: It is not my desire that my deposit be in the possession of another bailee, there is room to raise that objection. But according to me, as I say that a bailee who conveyed a deposit to another bailee is liable to pay because the owner can claim: You are trustworthy to me when you take an oath that the item was stolen or lost; that person is not trustworthy to me when he takes an oath, there is no room to raise that objection at all.
Рава сказал Абайе: По твоему мнению, когда ты учишь, что хранитель, передавший вклад другому хранителю, обязан платить, потому что хозяин может заявить: мне не угодно, чтобы мой вклад был во владении другого хранителя, — есть место для такого возражения. Но по моему мнению, поскольку я говорю, что хранитель, передавший вклад другому хранителю, обязан платить, потому что хозяин может заявить: ты надёжен для меня, когда ты приносишь клятву, что предмет был украден или потерян; тот человек не надёжен для меня, когда он приносит клятву, — нет места для такого возражения вовсе.
מֵתִיב רָמֵי בַּר חָמָא: הֶעֱלָהּ לְרָאשֵׁי צוּקִין וְנָפְלָה – אֵין זֶה אוֹנֶס, וְחַיָּיב. הָא מֵתָה כְּדַרְכָּהּ – הֲרֵי זֶה אוֹנֶס וּפָטוּר. וְאַמַּאי? לֵימָא לֵיהּ: אַוֵּירָא דְהַר קַטְלַהּ, אִי נָמֵי אוּבְצָנָא דְהַר קַטְלַהּ!
Rami bar Ḥama raises an objection to the opinion of Abaye from a mishna (93b): If one brought the animal to the edge of a cliff and it fell, that is not considered an accident, and he is liable to pay. One may infer that if he brought it to the edge of the cliff and it died in its typical manner, that is considered an accident and he is exempt. But why? Let the owner of the animal say to the bailee: It is the air of the mountain that killed it, or: The exhaustion from climbing the mountain killed it.
Рами бар Хама выдвигает возражение на мнение Абайе из Мишны (93b): Если кто-то привёл животное к краю обрыва и оно упало, это не считается несчастным случаем, и он обязан платить. Можно сделать вывод, что если он привёл его к краю обрыва и оно умерло обычной смертью, это считается несчастным случаем и он освобождён. Но почему? Пусть хозяин животного скажет хранителю: это воздух гор убил его, или: изнурение от подъёма в гору убило его.
הָכָא בְּמַאי עָסְקִינַן? שֶׁהֶעֱלָהּ לְמִרְעֶה שָׁמֵן וְטוֹב. אִי הָכִי, נָפְלָה נָמֵי! שֶׁהָיָה לוֹ לְתוֹקְפָּהּ וְלֹא תְּקָפָהּ.
The Gemara rejects this: With what are we dealing here? It is with a case where the bailee took the animal to a bountiful and high-quality pasture. Since shepherds typically herd their flocks there, taking the animal there is not negligent. The Gemara asks: If so, then the bailee should be exempt even if the animal fell. The Gemara answers: He is liable to pay because he should have subdued the animal to prevent it from falling, and he did not subdue it.
Гмара отвергает это: о чём здесь идёт речь? Речь о случае, когда хранитель отвёл животное на обильное и высококачественное пастбище. Поскольку пастухи обычно пасут там свои стада, отвести животное туда — не небрежность. Гмара спрашивает: если так, то хранитель должен быть освобождён даже если животное упало. Гмара отвечает: он обязан платить, потому что он должен был укротить животное, чтобы предотвратить падение, а он не укротил его.
אִי הָכִי, אֵימָא רֵישָׁא: עָלְתָה לְרָאשֵׁי צוּקִין וְנָפְלָה – הֲרֵי זֶה אוֹנֶס, אִיבְּעִי לֵיהּ לְמִיתְקְפַהּ! לָא צְרִיכָא שֶׁתְּקָפַתּוּ וְעָלְתָה, תְּקָפַתּוּ וְיָרְדָה.
The Gemara asks: If so, say the first clause of the mishna: If the animal climbed to the top of a cliff and fell, it is a circumstance beyond his control and he is exempt. Shouldn’t he be liable, since he was required to subdue it and prevent it from falling? The Gemara answers: No, it is necessary for the tanna to say that the bailee is exempt only in a case where the animal overpowered him and ascended and the animal overpowered him and descended. Although he attempted to prevent the animal from falling, it overpowered the bailee and fell.
Гмара спрашивает: если так, скажи первую часть Мишны: Если животное поднялось на вершину обрыва и упало, это обстоятельство вне его контроля, и он освобождён. Разве он не должен быть обязан, ведь от него требовалось укротить его и предотвратить падение? Гмара отвечает: нет, тане необходимо сказать, что хранитель освобождён только в случае, когда животное одолело его и поднялось, и животное одолело его и спустилось. Хотя он пытался предотвратить падение животного, оно одолело хранителя и упало.
אָמַר רַבִּי יוֹסֵי: כֵּיצַד הַלָּה עוֹשֶׂה סְחוֹרָה בְּפָרָתוֹ כּוּ׳. אָמַר רַב יְהוּדָה אָמַר שְׁמוּאֵל: הֲלָכָה כְּרַבִּי יוֹסֵי. אֲמַר לֵיהּ רַב שְׁמוּאֵל בַּר יְהוּדָה לְרַב יְהוּדָה: אֲמַרְתְּ לַן מִשְּׁמֵיהּ דִּשְׁמוּאֵל: חָלוּק הָיָה רַבִּי יוֹסֵי
§ The mishna teaches that Rabbi Yosei said: How does the other party do business with and profit from another’s cow? Rav Yehuda says that Shmuel says: The halakha is in accordance with the opinion of Rabbi Yosei. Rav Shmuel bar Yehuda said to Rav Yehuda: You told us in the name of Shmuel that Rabbi Yosei was in disagreement with the first tanna
§ Мишна учит, что Рабби Йосей сказал: Как может другая сторона вести дела и получать прибыль с чужой коровы? Рав Йехуда говорит от имени Шмуэля: Галаха соответствует мнению Рабби Йосея. Рав Шмуэль бар Йехуда сказал Раву Йехуде: ты сказал нам от имени Шмуэля, что Рабби Йосей спорил с первым Тана